– Он должен учиться, и искать божественное благословение господин Брю, а не слушать брань разбитных матросов, лазая подобно обезьяне по снастям вашего корабля – возразил священник.
– Боюсь, святой отец, что такую напористую натуру и неукротимое упрямство наставить на путь истинный вам не удастся. Для примера расскажу вам один случай, произошедший недавно с Сэмуилом. За то, что он с усердием и старанием помогал матросам драить палубу, я дал ему три монеты. Он подбросил одну из них щелчком, как это делают бывалые моряки, но не рассчитал силу броска, и уронил монету за борт. Что вы думаете? Он тут же прыгнул за монетой в воду. За ним следом попрыгали мои матросы, но через минуту он вынырнул сам, держа монету в зубах, а ведь здесь достаточная глубина. У этого ребёнка сильная волевая натура, святой отец. Его жизнь – море. Думаю, через год он попросится ко мне юнгой, и вам придётся дать своё благословение, иначе он уйдёт в море без вашего ведома. Команда очень полюбила Маленького Сэма, как зовут его матросы, и примет в свои ряды с распростёртыми объятиями.
В этот момент показался Сэмуил. Увидев отца, он не подал виду и стал взбираться по канатам на мачту, демонстрируя свою ловкость.
– Сэмуил! – закричал священник. – Что ты делаешь? Спускайся немедленно.
Но Сэмуил, делая вид, что не слышит окриков отца, полез ещё выше, пока не добрался до самого верха, где, одной рукой обхватив мачту, а другой прикрывая глаза от солнца на манер вперёдсмотрящего вахтенного, закричал: «Земля! Впереди земля!» – и разразился звонким смехом. Матросы, находящиеся на палубе, начали хлопать и кричать:
– Кружку вина увидевшему землю! Молодец, Маленький Сэм!
По возвращении священник выпорол отпрыска за непослушание, и это было его последним наказанием, потому что ночью он сбежал из дома, и забрался в канатный ящик на палубе «Аполло». Утром корабль вышел в открытое море и взял курс на юго-восток.
Мальчик вылез только тогда, когда корабль был уже далеко от берега, и порт, в котором полгода стоял на ремонте корабль капитана Брю, уже скрылся за линией горизонта. Следующий приход в этот маленький городок, расположенный в стороне от основных морских путей, мог быть вызван лишь необходимостью. Капитан запретил сокращать имя нового юнги, и команда стала называть его полным именем – Сэмуил.
Капитан Брю, полюбивший мальчика как собственного сына, много занимался его образованием. Он научил Сэмуила читать и писать, а при заходах в порты назначения покупал ему книги самого разного содержания. За несколько месяцев капитан обучил юного мореплавателя, многим тонкостям навигации, управлению корабельной стастью, и чтению морских карт. Находясь долгое время в море, Сэмуил пристрастился к чтению, проявляя невероятную тягу к знаниям. Его ум формировался хаотично, и всецело зависел от того, что он читал. По счастливой случайности в одном из небольших портов, куда «Аполло» зашел за пополнением пресной водой, капитан Брю приобрёл у местного торговца три книги, о математике, фортификации, и архитектуре, торжественно врученные юнге по возвращении на борт. По прошествии нескольких месяцев, за изучением этих неимоверно-значимых наук, Семуил решал сложные математические задачи, умело чертил, и уверенно прокладывал маршруты на морской карте. За обучением юный моряк не забывал и о своих обязанностях, порученных ему капитаном, и каждую вахту обходил членов команды, занятых обслуживанием судна, в поисках различных поручений. Изучая предметы досконально Сэмуил Хэпфил, добился результата, когда точное знание чего-либо открывает иные горизонты, и даёт право выбора между ответами. Занимаясь изучением трудов одного из древних философов, он поймал себя на мысли, что уже видел сказанное в своей судьбе, и продолжив изучение, переключился на поиски трудов других философов древности. Через пять лет, которые он провёл юнгой на «Аполло» число книг в его библиотеке исчислялось тысячей. Члены команды зная о увлечении Сэмуила, при любом удобном случае, покупали книги и с благодарностью дарили ему. Юнга бывая на палубе, рассказывал членам команды о разных странах, и обычаях. О подвигах мореплавателей, и завоевании неведанных ранее земель. Это уже превратилось в традицию, и многие моряки с нетерпением ждали очередного рассказа. Были и такие, кто начал читать книги сам. Капитан Брю гордился происходящим, часто вступая со многими матросами в интересующие их разговоры. Дисциплинированности его команды, могли только завидовать. Команда работала слаженным организмом, исключая разные случайности, и небрежность.
В одном из походов «Аполло», вышел в зону кораблекрушения, и команда начала спасение моряков с терпящего бедствие судна.
Корабль шедший дрём ранее, во время шторма попал на подводные скалы, и большей частью погрузился в океан. Выжившие после шторма, привязали себя верёвками к мачте, и лишь благодаря этому остались живы. Один из терпящих бедствие был привязан очень близко к воде, и волна периодически накрывала его с головой. От усталости он уже не мог кричать, и захлебнулся бы, но Сэмуил увидев его, первым бросился на помощь. Он обмотал спасательный круг верёвкой, и закрепив другой стороной за бортовой такелаж, бросился в воду. Сэмуил перерезал верёвки, перед тем, как волна в очередной раз накрыла несчастного с головой. Он натянул на него спасательный круг и поплыл рядом подтаскивая верёвку. Спасённым оказался человек, сыгравший в дальнейшем огромную роль в жизни Сэмуила. Маркиз Лотти заметил в юноше необычайную жажду знаний и уговорил его оставить на время морское ремесло, чтобы продолжить обучение.
Сэмуил поселился в родовом замке маркиза, находящемся на северо-востоке страны короля Людвига, а Лотти стал на несколько лет его попечителем и главным преподавателем.
***
Майкл был настолько захвачен событиями происходящими в книги, что не заметил , как в библиотеку зашёл отец.
– Я вижу ты не торопишься Майкл, – протянул Ричард, оглядывая неубывающие стопки книг, – если так пойдёт и дальше, то не управишься и за пол года. Я привёз ещё кое-какие книги, пойди и забери их из машины.
Майкл вышел во двор, где несколько человек разгружали большой грузовой фургон. Книги о которых сказал Ричард, были перевязаны бечёвкой, по десять книг каждая, и таких упаковок было пять. Майклу пришлось сделать три захода, прежде чем он вернулся в библиотеку. События происходящие в книге, настолько волновали его, что он сбегал на кухню, запасся хлебом и сыром, забравшись в самый дальний угол библиотеки, предался захватившему созерцанию происходящего в романе «Жизнь вдвойне, или невероятные приключения Сэмуила Хэмпфила».
***
Маркиз привлек Сэмуила к работе в своей лаборатории, находившейся в самом дальнем углу замка, в его подземной части. Лотти препарировал трупы умерших, внимательно изучая стадии возникновения и последствия множественных болезней. Когда кто-то умирал, его, как правило, отвозили в замок маркиза, и среди крестьян об этом месте ходили разные мистические слухи. Ещё одной отличительной особенностью замка было его отражение в водах озера, на берегу которого замок был построен двести лет назад. Если человек находился по другую сторону озера, замок, отражаемый на водной глади, напоминал большой корабль. В отражении прорисовывались паруса и мачты, но при взгляде на само здание таких контуров не просматривалось. Предок маркиза Лотти, был умелым строителем, и создал целую систему переходов и подземных сооружений замка.
Здесь было множество складов, и больших помещений выходящих под землёй за территорию замка. В одной из таких подземных комнат располагалась лаборатория маркиза, где он занимался изучением медицины.
– Ты видишь этот орган, он называется печень. – рассказывал маркиз, – Это фильтр человеческой крови. В печень сбегаются все кровеносные сосуды, а вот эти дырки, говорят о том, что покойный злоупотреблял алкоголем. Благодаря долгому изучению, мой дорогой Сэмуил, я знаю лекарственные средства, приводящие этот орган в полный порядок, и могу продлить жизнь человека, приговорённого местными эскулапами.
Лотти достал травы, и познакомил ученика с их запахами, и свойствами.
– Этот орган называется почкой и отвечает за всю жидкость, потребляемую человеческим организмом. Малый ел очень солёную пищу, которую запивал большим количеством вина.
За год подобных занятий, помогая маркизу Сэмуил хорошо изучил строение человеческого организма, и способы лечения известных на то время болезней лекарственными, травяными отварами, и настойками. Маркиз Лотти, как человек разносторонне образованный, поражался жажде знаний своего воспитанника и с некоторым сожалением думал о дне, когда почувствует, что передал Сэмуилу все свои знания, накопленные за долгие годы жизни. Основным доходом маркиза являлись судовая верфь, на которой по заказу строились разнообразные суда, и несколько кораблей выполняющих рейсы по всем морям и континентам. Лотти, был пожалуй главным разработчиком морских карт, и посетил этому немало лет. По его картам ходили многие капитаны того времени, так как они отличались особой точностью, и своевременным поправками. Всё же основным занятие маркиза была медицина.
Однажды в ворота замка постучались крестьяне из прилегающей к замку деревни и попросили маркиза помочь роженице. Ему уже доводилось лечить нескольких крестьян, и те с трепетом и страхом относились к его колдовскому, как они считали, умению. Лотти распорядился провести женщину в смотровую комнату расположенную в одном из флигелей замка, и позвал Сэмуила.
– Мальчик мой, то, что я собираюсь сделать, я буду делать впервые, и тебе придётся мне помогать. У бедняжки слишком узкие тазовые кости, и она не сможет естественным путём родить этого ребёнка. Нам придётся разрезать ей живот и вытащить плод.
Сэмуил покрылся испариной и впервые в жизни испытал страх. Он ещё не встречался с женщинами, а здесь предстояло увидеть рождение человека. Когда после тяжелой процедуры маленькое тельце извлекли из утробы матери, Сэмуил почувствовал неожиданное отвращение, но, когда ребёнок издал первый крик, в его душе проснулось умиление. На всю операцию ушло не больше часа, но маркиз настолько устал от перенесённого напряжения, что буквально валился с ног.
– Вот так, мальчик мой, на свет может появиться человек, которому было не суждено родиться. Бедняжка могла умереть, но она справилась, – по-отечески поглаживая голову женщины, сказал Лотти. – Смазывайте рану вот этим настоем, и у вас быстро всё заживёт. А за обволакивающий дурман в вашей голове не переживайте, он пройдёт через несколько часов.
Сэмуил продолжал усиленно учиться и целыми днями проводил за книгами в библиотеке маркиза, насчитывающей несколько тысяч книг. Казалось здесь есть ответы на все вопросы, но как говорил маркиз Лотти: «Ответы безусловно есть, но их надо найти». Среди множества древних рукописей юноша выделил несколько трактатов, посредством которых образовал свою аналитическую стратегию, с глубоким философским подтекстом. Постепенно в поведении Хэмпфила стало проявляться желание выражать свою точку зрения, зачастую рачительно отличающуюся от мнение окружающих его людей, в том числе и самого Лотти. Маркиз с тщательно скрываемым восхищением смотрел на своего воспитанника, осознавая, что не ошибся в выборе последователя его научных изысканий.
В беседах с гостями посещавшими замок маркиза, Сэмуил демонстрировал глубокие познания в разнообразных научных сферах, и философских трактовках того или иного вопроса. Это были не просто слова человека, желающего привлечь к себе внимание окружающих своим красноречием. Это были хорошо продуманные и чётко сформулированные мысли человека, тонко чувствующего направление разговора, и возможности его альтернативного развития.
Как-то один из гостей посетовал на здоровье, после чего внимание присутствующих обратилось к медицине. Знатные вельможи стали наперебой предлагать услуги своих лекарей, на что Сэмуил, улучивший паузу в разговоре, произнёс:
– Мой дорогой учитель в тот день, когда впервые познакомил меня с внутренним устройством человека, говорил: тело, дарованное душе, надо беречь. Что же делает человек со своим телом? Он травит его вином, обжорством, случайным блудом, не соблюдая заповедей Господа. Если ты услышишь, как кто-то жалуется на своё здоровье, скажи ему, что пришло время исповедаться и изменить привычки. Господь прощает и лечит только тех, кто сумел понять гнев Его, через своё тело. Душа, получившая прощение, обретает покой, и лечится тело через душевное спокойствие дланью Господней.
Слова эти произвели должное впечатление, и Сэмуилу зааплодировали
–Подобное высказывание достойно ушей, его слушающих! – воскликнул герцог Лебресси, двоюродный брат правящего короля, являющийся командующим королевскими войсками, -уважаемый маркиз Лотти, я поздравляю вас! Этот прекрасный юноша, демонстрирует нам двенадцать лет вашего воспитания. Браво маркиз! – подытожил Лебресси и ещё раз громко зааплодировал. Герцог считался вторым человеком государства, и основная масса государственных вопросов лежала на его плечах по причине королевского легкомыслия и абсолютного нежелания заниматься политическими процессами как внутри, так и за пределами страны. В свои сорок два года герцог выглядел не старше тридцати пяти. Высокий, стройный, с мужественными чертами лица, ярко дополненными взглядом выразительных серых глаз. Лебресси носил тонкую полоску усов над верхней губой и маленькую аккуратную бородку, что придавало его виду особый шарм. Закончив аплодировать, герцог повернулся к стоящему чуть поодаль барону Круазье и весело произнёс:
– Судя по вашему несколько растерянному виду, барон, я сделал выводы, что вы немало удивлены высказываниями этого молодого дарования?
– Это весьма мудрое высказывание, ваша светлость! Благодаря трудам маркиза и при вашем непосредственном участии этот юноша может многого добиться, – покачивая головой ответил Круазье, наследник старого баронского рода.
Барон Круазье был крупным землевладельцем. Основную часть своего состояния и обширные земельные наделы он унаследовал от отца. Долгое время барон не принимал никакого участия в управлении своим капиталом. Он тратил золото не задумываясь, до тех пор, пока один из банкиров, являющийся хранителем баронской казны, не рассказал ему о чрезмерном оскудении и необходимости срочных действий.
Тридцатисемилетний барон, имеющий неплохое образование благодаря своему почившему отцу, мало интересовался способами заработка, так как рассчитывал на финансовую непоколебимость своего состояния. Основной доход приносили его обширные земли, на которых местные крестьяне выращивали зерновые культуры, и несколько мельниц, построенных его отцом. Процесс был отработан десятилетиями, а занятые в нём люди так же наследственно привлекали к этому детей, продолжая выполнять свою роль в этом сложном механизме. Казна рода Круазье больше ста лет находилась в ведении банкирского дома де Бургов, и именно банкирский дом следил за поступлениями дохода с земель. Два неурожайных года подряд и непомерные баронские расходы заставили банкира категорично уменьшить траты Круазье, и указать ему на необходимость срочного участия в делах. Барон стал бывать на приёмах короля и заводить нужные знакомства. В замок маркиза Лотти он был приглашён герцогом Лебресси, питающим к нему искренние симпатии.
– Ваши высказывания очень приятны, друзья мои, но я лишь давал направления, – заметил маркиз Лотти, – этот юноша двенадцать лет назад, спас мне жизнь, а потом покорил своей любознательностью, после чего я уговорил его поехать со мной. Сегодня, представляя вам своего ученика, я по-отечески горжусь этим! Сэмуил превзошёл все самые скрытые надежды, и именно сегодня я вдруг запаниковал, понимая, что передал этому мальчику все свои знания, и больше мне нечему его научить, – грустно улыбаясь, закончил речь маркиз.
– За такое событие стоит выпить, друзья! – воскликнул Лебресси и поднял наполненный вином кубок.
Многие высказывания юноши о политике, его философские рассуждения свидетельствовали о дипломатических талантах молодого человека, и маркиз прочил ему будущее дипломата.
Когда Сэмуилу исполнилось двадцать пять лет, это был высокий стройный юноша с длинными вьющимися, чёрными, как смоль, волосами, подвязанными прочной тесёмкой, концы которой обрамлялись двумя крупными жемчужинами. Смелый и меж тем открытый взгляд серо-голубых глаз придавал его облику спокойную уверенность. Казалось, что этот человек всегда безошибочно знает, как и куда идти, и что делать.
В один из тёплых июньских вечеров, сидя на берегу озера, Лотти предложил Сэмуилу отправиться с особым поручением на другой континент, где он будет представлять судовую компанию маркиза. Это предложение было настолько неожиданным, что Сэмуил несколько минут боролся с нахлынувшими чувствами.
– Господин маркиз! Так случилось в моей жизни, что отца мне заменил капитан Брю, а потом вы стали мне вместо отца. Ради вас я не пожалею ни крови своей, ни жизни. Вы сформировали мой ум по своему подобию. Без вас я не стал бы тем, кем я стал. Я не знаю, заслужил ли такой великой чести, как представлять компанию, известную всему миру. Буду рад служить вам и на другой, менее ответственной должности.
– Нет, Сэмуил, – ответил маркиз, обнимая ученика, – тебе исполнилось двадцать пять лет, твой разум созрел для серьёзных дел, и именно ты будешь представлять компанию.
Они проговорили до поздней ночи, а рано утром Сэмуил Хэмпфил на каравелле «Северная звезда» отбыл на Восток.
Сэмуил не мог надышаться воздухом океанских просторов. Сила вздымающихся волн завораживала его. Размышляя о величии океана, он уснул прямо на палубе под мерное журчание кильватерной струи и скрип корабельной снасти, а проснулся оттого, что огромная волна, словно песчинку, схватила его и отбросила на несколько метров от корабля. Он пытался кричать, но при таком завывании ветра и грохоте бушующих волн его никто не мог услышать. Огромные волны бросали «Северную звезду», словно щепку, и через несколько минут корабль скрылся из вида. Разбился корабль или вырвался из бушующих объятий шторма, осталось тайной. Не будь Сэмуил моряком с детских лет, он не смог бы выжить в этой всепоглощающей пучине.
По счастливой случайности его вынесло течением в относительно спокойное место океана. Второй счастливой случайностью, спасшей его от неминуемой гибели, был обломок мачты. Сэмуил привязал себя верёвками к мачте и потерял сознание от страшной усталости. Два дня, качаясь на волнах, он находился между жизнью и смертью, и лишь на третий день увидел землю.
***
– А ты не больно-то стараешься: как был завал, так и остался. Я бы тоже согласился сидеть здесь и книжечки листать. – насмешливый голос Рэма вернул Майкла к действительности.
– Ты можешь попросить об этом отца. Я бы с превеликим удовольствием съездил на плантацию.