Эхо хищника
— ...значит, он там, — закончил Лиам. — И нам понадобятся респираторы. Вонь стоит такая, что человеческий нос отсохнет.
Айси слушала этот диалог, склонив голову набок. Она перестала имитировать любую птичью деятельность. Не чистила перья, не моргала, не переминалась с лапы на лапу. Она просто смотрела на них своими огромными синими глазами, впитывая каждое слово. Этот факт — абсолютная, неестественная неподвижность хищника во время обсуждения охоты — лег очередным тяжелым кирпичом в стену подозрений Лиама, но комментировать это вслух при Ричарде он не стал. Слишком много безумия на одну ночь.
Тяжелые шаги медведя стихли за входной дверью. Щелкнул замок. Лиам остался один. Тишина квартиры снова стала густой, наполненной лишь гулом холодильника и шелестом перьев.
Лев прошел в гостиную. Усталость навалилась свинцовой плитой. Он остановился посреди комнаты, глядя на сову. Та продолжала свою немую вахту с вытяжки.
— Ладно, — вздохнул Лиам, проводя рукой по лицу. — День закрыт.
Проблема быта возникла внезапно, когда мозг перестал генерировать рабочие гипотезы. Он посмотрел на идеально чистый пол своей минималистичной гостиной, затем на кожаный диван, который чудом пережил когти первого визита, и наконец на саму птицу.
— Так, — произнес он вслух, обращаясь к потолку. — Спальное место.
Он обвел комнату взглядом. Оставлять дикого хищника на свободе на всю ночь было чревато потерей пульта от стереосистемы как минимум.
— Надеюсь, ты не привыкла спать в гнездах из золотых слитков, — проворчал Лев, направляясь к шкафу в прихожей. — Потому что шелковых подушек у меня точно нет.
7.6Лиам вернулся из прихожей с толстым шерстяным пледом в руках — единственным мягким предметом, который он мог пожертвовать без ущерба для своего спартанского быта. Он бросил его на пол возле дивана, создавая некое подобие лежанки.
— Вот, — произнес он, обращаясь к вытяжке. — Не пуховая перина, конечно, но сквозняков нет. Иди сюда.
Сова проигнорировала предложение с таким высокомерием, что Лиаму захотелось запустить в неё пультом. Она даже не повела ухом. Вместо этого белая тень плавно скользнула мимо его плеча в сторону гостиной.
Лиам замер. Айси сделала круг под потолком и направилась к открытому проему балконной двери. Порыв прохладного ночного воздуха всколыхнул шторы. Сова села на широкий каменный парапет, балансируя там так же уверенно, как на ветке векового дуба.
Лев дураком не был. Инстинкты читали язык тела лучше любых слов. Эта квартира была лишь залом ожидания. Пернатая бестия не планировала делить с ним крышу этой ночью.
Он медленно подошел к стеклянной перегородке, разделяющей комнату и балкон, оставляя дверь открытой. Опираясь плечом о косяк, он скрестил руки на груди.
— Ясно, — тихо сказал он в ночь. Голос прозвучал неожиданно хрипло и устало. — Понял. Спать со мной в одной клетке ты не намерена.
Айси повернула голову. В лунном свете её белое оперение казалось серебряным. Она смотрела на него долго, оценивающе, словно взвешивала: стоит ли этот двуногий дальнейших усилий или проще улететь прямо сейчас?
Видимо, вердикт был положительным. Птица издала короткий звук и чуть приспустила крылья, словно позволяя ему войти на территорию балкона.
Лиам шагнул наружу. Холодный камень приятно холодил босые ступни. Он протянул руку, уже зная, что сопротивление бесполезно, но необходимо соблюдать ритуал. Айси позволила пересадить себя обратно на предплечье. Её когти легонько сжали рукав халата — уже привычный захват, почти нежный.
Стоя под ночным небом мегаполиса, Лев позволил себе минутную слабость. Его пальцы зарылись в густое, невероятно мягкое оперение на шее птицы. Айси прикрыла синие глаза, издав тихое, вибрирующее «угу», похожее на мурлыканье гигантского кота.
— Я оставлю балкон открытым, — глухо произнес Лиам, глядя куда-то поверх крыш соседних домов. — Всегда. Если тебе... если понадобится безопасное место. Ты знаешь, где меня найти.
В ответ сова резко мотнула головой и чувствительно ущипнула его за палец, которым он гладил её под клювом. Укус был легким, игривым, но однозначным: «Не смей жалеть».
Лиам усмехнулся, качая головой.
— Понял. Никаких соплей.
Аккуратно, чтобы не повредить ни птицу, ни свой дорогой халат, он снова поднял руку. Айси оттолкнулась мощными лапами, поймав восходящий поток теплого воздуха от фасада здания. Белоснежные крылья сделали два мощных взмаха, и она растворилась в чернильной темноте неба над городом, мгновенно слившись с тенями высоток.
Лиам остался стоять на балконе один. Он еще несколько минут всматривался в ночное небо, пытаясь проследить траекторию полета и вычислить направление — куда именно она держит курс? К центру? К портовым докам? Но город горел миллионами огней, превращая поиск светлого пятна в небе в невозможную задачу.
Вздохнув, он признал поражение. Сейчас это было бессмысленно. Зверь внутри сыто урчал после пробежки и сытного ужина (хоть и состоявшего по большей части из пива), а разум отказывался строить теории дальше.
Повернувшись спиной к ночи, Лиам как и обещал оставил двери открытыми. На полу у дивана сиротливо лежал брошенный шерстяной плед. Лиам посмотрел на него, затем перевел взгляд на пустую миску на кухне.
— Завтра купим нормальную еду, — пообещал он пустой квартире.
Больше не думая ни об убийце, ни о ведьмах, ни о странных питомцах, он прошел в спальню, рухнул на кровать лицом вниз и отключился прежде, чем голова коснулась подушки.
Глава 8
Солнечный луч, пробившийся сквозь неплотно задернутые шторы, медленно полз по лицу Лиама, заставляя его морщиться. Он просыпался не рывком, как привык — от сигнала тревоги или внутреннего рыка зверя, требующего немедленного действия, — а плавно, словно всплывая из теплой густой воды.
Тело было тяжелым и расслабленным. Впервые за последние месяцы он чувствовал себя выспавшимся. Мышцы больше не ныли тупой болью перенапряжения, а в голове царила звенящая пустота, готовая к приему информации.
Лиам сел на кровати, потянувшись так, что хрустнули суставы. Халат валялся скомканным у изножья. Натягивая плотные черные джинсы и бесшовную футболку, он бросил взгляд на балконную дверь. Она была открыта когда он уходил спать. Айси внутри не было.
Он прошел в гостиную, машинально отметив идеальный порядок оставленный вчера: плед аккуратно сложен на диване, миска для птицы пуста. На кухонном острове лежал планшет Ричарда, который медведь забыл впопыхах вчера вечером. Рядом — их рабочие планшеты.
Активировав свой терминал, Лиам просмотрел входящие. Почта встретила его сухим шелестом уведомлений.
Ричард: Доброе утро, спящая красавица. Я скинул тебе тепловые карты Южного сектора версии 2.0. Наши ребята прошлись ночью по периметру, запах плесени подтверждается только в двух точках из шести. В остальных — просто гниль старых труб. В шестом узле фон странный. Споры плесени есть, но концентрация ниже нормы ровно на 43%. Будто кто-то прогнал через систему промышленный очиститель воздуха прямо перед нашим визитом. Буду у тебя в 17:00. Не опаздывай.
Ричард (второе): P.S. Кристиан Вайс прислал извинения. Сказал, что фирма «Дезинсектор-Плюс» принадлежит его двоюродному брату-идиоту, которого исключили из семьи пять лет назад. Так что версия со шпионажем Церкви пока откладывается. Но фамилию запомнили.
Лиам удовлетворенно хмыкнул. До пяти вечера времени еще предостаточно. Можно позволить себе роскошь выпить кофе без спешки и привести мысли в абсолютный порядок.
Лиам еще несколько секунд посмотрел на строчки сообщений. К черту отдых. Открыл исходящие вызовы. Палец замер над иконкой «Натаниэль». Глубокий вдох. Нажать.
Гудки тянулись мучительно долго.
— Ортис, — раздалось в трубке сонное и недовольное.
— Доброе утро, — ровным голосом произнес Лиам. — Вчера видели твою пташку.
На той стороне на секунду повисла звенящая тишина.
— Она у тебя? — мгновенно отрезвевшим голосом бросил Натаниэль. Через секунду щелчок соединения сменился более стабильным каналом. — Цела?
— Улетела, её сложно удерживать. —Лиам усмехнулся, сейчас отсутствие Айси было ему на руку, — Физически она в порядке. Психологически оценивает всех как кусок мебели, недостойный внимания.
— Это на неё похоже, — выдохнул инквизитор. — Она на свободном выпасе. Главное правило, Лиам: никакого физического принуждения. Никаких клеток-перенок. И если ты даже пальцем её тронешь ради своих идиотских проверок...
— Я понял, Нэт, — перебил Лиам. Его тон снова стал сухим и рабочим. — Ты бы хоть цепочку на неё повесил.
— Вот сам и вешай, Блэквуд. Раз позвонил, давай к делу. Я получил твой рапорт по Южному сектору. Семьдесят четыре процента вероятности... Математика убедительная. Но Инквизиция не может выделить группу захвата только на основе твоего чутья и спор грибка. Нам нужен физический контакт.
— Мы выдвигаемся сегодня в семнадцать ноль-ноль, — ровно ответил Лиам.
— Принял. Я буду координировать сверху. Адель уже экипируется. Она настояла на том, чтобы идти первой группой контакта вместе с тобой и Ричардом.
Лиам стиснул зубы.
— Почему именно мы, Нэт? У тебя целый отдел наружного наблюдения.
— Потому что дело зашло слишком далеко, — голос инквизитора стал жестким. — Кристиан заблокировал любую огласку специфики блокировки ядер. Если внизу окажется государственная установка слежения, которую мы приняли за лабораторию маньяка, пресса должна увидеть профессионалов, способных отличить артефакт Очищения от садистского инвентаря. Ты берешь ответственность на себя. А мисс Моро идет потому, что она единственный консультант-аналитик, чей допуск позволяет работать с протоколами извлечения энергии без санкции Канцелярии. Если эта дрянь начнет выкачивать силу из вас двоих, она единственная сможет захлопнуть ловушку изнутри.
Связь оборвалась.
Следующие два часа прошли в глубокой концентрации. Лиам сидел на полу посреди гостиной, разложив вокруг себя голографические схемы канализации. Он сопоставлял данные о расходе воды с картами подземных коммуникаций, выстраивая трехмерную модель логова убийцы. Зверь внутри дремал, сытый вчерашней пробежкой и спокойствием хозяина.
Его отвлек тихий, почти музыкальный звук — сухой шелест перьев рассекаемого воздуха. Не тот тяжелый удар крыльев ночной хищницы, а мягкий, размеренный взмах.
Лиам замер, прекратив вводить команды. Медленно повернул голову.
На спинке дорогого кожаного дивана, там же, где сидела вчера, устроилась Айси. Она чистила клювом крыло, но остановилась, почувствовав его взгляд. Желтые глаза встретились с синими.
Улыбка сама собой растянула губы Лиама — широкая, искренняя, лишенная привычного цинизма. Радость затопила его изнутри горячей волной. Она вернулась. Несмотря на открытую дверь и свободу, она выбрала его квартиру.
— Привет, — тихо сказал он, вставая. Экран терминала погас за спиной.
Он подошел к дивану быстрым, пружинистым шагом. Опустился на корточки перед птицей, чтобы быть на одном уровне с ней. Протянул руку, но не коснулся сразу, давая ей возможность отстраниться. Айси наклонила голову, рассматривая его ладонь, и после секундного колебания позволила пальцам погрузиться в густое снежное оперение на груди.
Лиам прикрыл глаза, втягивая носом воздух. Тот самый морозный аромат. Чистый, колкий, обещающий смерть тем, кто слабее.
— Я уже соскучился, красавица, — прошептал он, чувствуя, как лев внутри трется мордой об этот запах, пытаясь впитать его полностью. Соблазн зарыться лицом в эти мягкие крылья, спрятаться в них от всего мира был почти непреодолимым.
Сова восприняла это заявление без должного восторга. Она недовольно ухнула и переступила лапами, чуть сильнее сжав когти на кожаной обивке. Мол: «Не зазнавайся, двуногий. Я здесь по своим делам».
— Прости, — тут же отступил Лиам, пряча улыбку. — Ты права. Грубиян. Никакого уважения к личным границам.
Вчерашний ужин растаял вместе с уходом Ричарда, поэтому сейчас совести ради нужно было кормить даму правильно. Лиам поднялся.
— Подожди секунду. Никаких мышей сегодня. Мы идем на повышение квалификации.
Айси проводила его взглядом, полным аристократического сомнения. Когда он вернулся с пачкой замороженных суточных цыплят (специальный заказ экспресс-доставкой, которую он оформил утром, едва прочитав почту), птица спустилась со спинки дивана прямо на пол рядом с миской.
Она ела изящно, но быстро. Хруст мелких костей разносился по комнате. Лиам наблюдал за ней, сидя на краю дивана. Закончив трапезу и умывшись, Айси перелетела обратно к нему, приземлившись на мягкую подушку рядом. Близко, но не касаясь.
Мужчина откинулся на спинку, вытягивая ноги. Присутствие живого тепла справа действовало гипнотически. Он начал говорить вслух — то, чего никогда не делал раньше. Просто поток сознания, заполняющий тишину.
— Сегодня день обещает быть продуктивным. Если Ричард прав насчет тех двух узлов, мы возьмем этого ублюдка до конца недели. Осталось только понять, как он протаскивает туда оборудование...
Внезапно он осекся.
Айси смотрела на него. Её голова была повернута ровно на сто восемьдесят градусов. Огромные, невозможно-синие глаза смотрели прямо в душу, не мигая. В этом взгляде читалась такая глубокая, профессорская укоризна, что Лиаму стало стыдно, будто его поймали на списывании экзамена.
— Да-да, — усмехнулся он, поднимая руки в сдающемся жесте. — Понял. Никаких разговоров о работе в присутствии столь... утонченной компании. Приношу свои глубочайшие извинения, леди.
Птица моргнула один раз — медленно, торжественно — и прижалась боком к его бедру. Тема работы была официально закрыта.
Мысли Лиама, избавившись от груза аналитических схем, тут же нашли новую лазейку. Они скользнули к другому образу. Адель.
Сегодня они будут работать вместе. Официально. Весь день в замкнутом пространстве фургонов и коллекторов.
Ему нужно быть вежливым. Профессиональным. Не скалить зубы каждый раз, когда она будет смотреть на кого либо или дышать слишком громко. Это будет сложно. Почти невыносимо. Но глядя на белоснежную птицу, доверчиво греющуюся в тепле его квартиры, Лиам понимал одну простую вещь.
Если уж он способен заботиться об этой ледяной фурии, которая может выклевать ему глаз одним движением, то потерпеть присутствие своей пары он точно сможет.
8.1Сова ушла так же, как и появилась. Лиам не засекал время — его внутренние часы снова давали сбой в присутствии Айси, словно само время замедляло ход, чтобы подольше погреться в её присутствии. Он почти задремал прямо на диване, окутанный запахом морозной свежести и хищного пуха, проваливаясь в ту редкую стадию покоя, когда даже лев внутри мурлыкал от счастья.
Резкий звук со стороны балкона вырвал его из дремоты. Громкое, требовательное «Ух-гу!».
Лиам открыл глаза. Солнце сместилось по небу, залив гостиную уже ярким дневным светом. Айси сидела на перилах снаружи, расправляя крылья перед полетом. Она явно прощалась или просто констатировала факт своего ухода.
Оборотень медленно поднялся с дивана, чувствуя странную ломоту во всем теле — приятную усталость после глубокого сна. Он подошел к балконной двери, открывая сдвижную панель полностью. Холодный воздух ударил в лицо.
— Я... меня не будет вечером, — произнес он вслух, обращаясь к птице. Слова прозвучали нелепо даже для него самого. Словно школьник, оправдывающийся перед родителями за позднее возвращение. «Я предупреждаю тебя, птица. Не скучай».
Айси замерла, уже готовясь оттолкнуться лапами от камня. Её голова повернулась. Огромные синие глаза уставились на него, и в её радужке мелькнула искра чистого ехидства. Птица чуть склонила голову набок, что можно было трактовать только как: «Надо же, какие мы вежливые стали. Того и гляди, тапочки приносить начнешь».
Взмах крыльев — мощный, поднявший вихрь сухих листьев с пола балкона — и она растворилась в синеве неба над городом.
Лиам еще несколько секунд стоял, глядя в пустоту, прежде чем прикрыть дверь. Но закрывать замок он не стал. Балкон остался открытым настежь, лишь тонкая тюлевая штора колыхалась от сквозняка.
Переведя взгляд внутрь квартиры, Лиам посмотрел на наручные часы-хронометр. 15:40. У него есть ровно час и двадцать минут до встречи с Ричардом.
Процесс сборов был отработан годами до автоматизма, но сегодня казался иным. Более... домашним. Квартира больше не ощущалась стерильным командным пунктом; здесь пахло жизнью, незадачливой готовкой и совой.
Он прошел в спальню, которая служила одновременно гардеробной и арсеналом. Форма Службы Расследования Нестандартных Преступлений (СРНП) висела готовой. Плотная черная ткань с серебряными вставками на плечах — достаточно прочная, чтобы выдержать трансформацию без разрывов, но гибкая для боя.
Лиам оделся быстро. Футболка-база, тактические штаны, высокие ботинки со стальной стелькой. Никаких знаков различия на повседневной куртке — статус Альфы говорил сам за себя лучше любых нашивок.
Вооружение заняло свои места привычно и весомо:
Основной пистолет: Крупнокалиберный табельный «Громобой», заряженный серебросодержащими пулями. Лег в кобуру на поясе справа.
Дополнительный модуль: Под стволом пистолета щелкнул крепеж электрошокового картриджа системы «ЭМИ-Корунд». Вольфрамовые иглы с жидким электролитом. Для тех случаев, когда нужно свалить взбешенного медведя одним выстрелом.
Коммуникатор: Защищенный браслет-тактик лег на левое запястье. Гравитация связи, шифрование Инквизиции, прямая линия с штабом.
Телефон: Обычный гражданский смартфон. Лиам бросил его на кухонный стол. После вчерашнего бега в звериной форме идея брать хрупкое стекло с собой показалась идиотской.
Проверив уровень заряда батареи коммуникатора и наличие жетона следователя в нагрудном кармане, Лиам остановился посреди гостиной.
Квартира окружала его тишиной. Но это была другая тишина. Не гулкая пустота одиночества, а ожидание. Ожидание возвращения. Странно, как присутствие одного существа способно превратить бетонную коробку в логово.
Он сделал шаг к балкону. Еще раз проверил ручку замка. Дверь была открыта. Щелчок язычка не произведен. Вдруг... вдруг она решит заглянуть днем? Проверить, не разгромил ли он её импровизированную лежанку на вытяжке. Эта мысль заставила губы оборотня дрогнуть в подобии улыбки. Он вел себя как одержимый.
Поправив воротник куртки, Лиам вышел из квартиры, активировав систему безопасности легким касанием панели у двери. Замок мягко вошел в паз.
Спускаясь на лифте в подземный гараж, он чувствовал непривычную легкость. Даже утренняя тяжесть ответственности за дело «Декоратора» казалась сейчас более терпимой. Как будто часть груза забрала с собой белая птица.
Черный внедорожник Ричарда ждал его на своем обычном месте. Двигатель тихо урчал.
Лиам подошел к пассажирской двери, но прежде чем сесть, он обернулся. Посмотрел вверх, на фасад своего дома, на седьмой этаж. На открытую балконную дверь, которая отсюда выглядела просто темным провалом в стекле.
Ричард опустил тонированное стекло со своей стороны.
— Не боишься что птичку украдут? — пробасил медведь, выпуская облачко сигаретного дыма.
Лиам ничего не ответил. Только молча сел в машину, захлопнув дверь.
8.2Тяжелая дверь внедорожника закрылась с глухим, солидным хлопком, отрезая Лиама от уличного шума. Ричард дождался, пока напарник пристегнет ремень — этот ритуал медведь соблюдал неукоснительно даже на пустой подземной парковке — и лишь затем плавно тронул машину с места.
Черный джип вырулил на городскую магистраль. В салоне пахло старой кожей сидений, оружейной смазкой и легким, едва уловимым ароматом дешевого табака, который Ричарду таскал кто-то из его волков-оперативников вопреки всем запретам Инквизиции.
Медведь вел машину одной рукой, уверенно держа руль огромными пальцами. Вторую он расслабленно положил на подлокотник, периодически постукивая по ней в такт какой-то своей внутренней мелодии. Краем глаза он внимательно наблюдал за отражением друга в лобовом стекле.
— Тихий ты сегодня, — пророкотал Ричард, не отрывая взгляда от дороги. — Обычно после ночи беготни по крышам ты либо пытаешься отгрызть мне голову, либо молчишь так злобно, что стекла трещат. А сейчас... почти умиротворенный. Как там твоя ледяная фурия?
Лиам, смотревший невидящим взглядом на проносящиеся мимо небоскребы Центра, медленно моргнул. Напряжение, которое обычно скручивало его плечи стальным обручем, сегодня отсутствовало. Он чуть повернул голову к другу.
— С ней всё хорошо, — ровно ответил он. Голос был спокойным, лишенным привычных рычащих ноток.
Ричард хмыкнул, выпуская струйку дыма в вентиляцию.
— Нат в курсе? Зря ты её не запер. Всё-таки редкий экземпляр. За такую птичку коллекционеры могут и войну кланов устроить.
Лиам фыркнул, уголки его губ дернулись вверх в подобии усмешки.
— В курсе. Такую не запрешь, Ричи. Она скорее саму клетку заставит исчезнуть. Если Айси захочет уйти — она уйдет. Я просто оставляю ей возможность вернуться без разрушений.
Медведь согласно кивнул, глубоко затягиваясь. Больше они эту тему не поднимали. Разговор переключился на рабочие рельсы, становясь сухим и жестким, как протокол задержания. Он уже вел машину одной рукой, второй удерживая планшет, на который транслировались данные со спутника.
— Южный сектор два и четыре — пустышка, — докладывал Ричард, управляя машиной с ленивой грацией хищника. — Мои ребята прошлись тепловизорами. Никаких аномалий, только старые трубы греют землю. Но вот шестой узел... Тепловой след уходит в старую ветку метрополитена. Но датчик электромагнитного фона показывает абсолютный ноль. Там вакуум. Экранирование. Такую штуку ставят либо на военные бункеры, либо на сервера Банка Кланов.
— Или на устройство для массового изъятия ядер, — добавил Лиам, активируя свой коммуникатор и выводя карту сектора на голографический дисплей между сиденьями. — Он использует городскую канализацию просто как транспортную артерию. Само логово глубже.
— Значит, люди в костюмах химзащиты? — уточнил Ричард, сворачивая на эстакаду, ведущую к заброшенным промзонам Южного порта.
— Обязательно. И берем детекторы движения старого образца. Магнитные помехи нам ни к чему.
Диалог тек профессионально, четко, без лишних эмоций. Два оборотня делали свою работу. Город вокруг сменялся: глянцевый фасад делового центра остался позади, уступив место серым бетонным лабиринтам старых складов и ржавых ангаров.
Внедорожник сбавил скорость, сворачивая с разбитого асфальта на укатанную грунтовую площадку у подножия огромного элеватора. Место сбора было выбрано грамотно — мертвая зона для дронов наблюдения, прикрытая со всех сторон ветхими строениями.
Ричард заглушил двигатель.
— Приехали.
Лиам отстегнул ремень и вышел из машины. Холодный ветер с реки тут же взъерошил волосы и принес запах соли и мазута.
На площадке уже стояло несколько служебных машин Департамента полиции оборотней и один невзрачный микроавтобус службы безопасности Церкви. Среди группы вооруженных людей в черной форме и нескольких волков из отряда поддержки Лиам сразу заметил её.
Адель стояла чуть в стороне от основной группы, рядом с Натаниелем. На ней была стандартная полевая куртка, из-под ворота виднелся край тяжелого свинцового белья — защита от случайных магических вспышек, но выглядела она так, словно вышла на прогулку в парк, а не лезть в канализацию. Волосы собраны в идеальный пучок, спина прямая. Она слушала Ната, который что-то тихо ей объяснял, указывая на схему канализации в планшете.
Лев внутри Лиама, до этого момента мирно дремавший, заворочался. Шерсть под человеческой кожей зудела. Запах снега из приоткрытого окна ударил по рецепторам сильнее, чем смог портовых районов. Зверь хотел подойти ближе, втянуть носом воздух, убедиться, что это действительно она, а не игра воображения.
Лиам сделал глубокий вдох через нос, чувствуя, как легкие наполняются холодом. Он сжал пальцы в кулак и разжал, контролируя кровоток.
«Спокойно», — мысленно приказал он себе, делая шаг вперед навстречу группе. — «Ты обещал. Сегодня ты будешь профессионалом. Только работа».
Его желтые глаза сузились, фокусируясь на фигуре Адель.
8.3Внедорожник замер. Ричард заглушил двигатель, и наступившая тишина показалась Лиаму оглушительной после урчания мотора.
— Ну что, котенок? — хмыкнул медведь, выбираясь с водительского места и разминая затекшую шею так, что захрустели позвонки. — Готов принять свою судьбу?
Лиам не удостоил его ответом. Он просто вышел из машины, хлопнув дверью чуть сильнее необходимого. Холодный ветер портового района ударил в лицо, принося запах соли, ржавчины и чего-то сладковато-гнилого от воды залива. Лев внутри встрепенулся, чуя открытое пространство и стаю волков неподалеку.