Шарлин. Чудеса алхимии-2
- Как ты узнала?
- Думаешь, Уинслоу постеснялся сам мне об этом сказать? Кто я для него, жена, не сумевшая родить сына, - возле губ мамы обозначились горестные морщинки.
- Мне это знакомо. Хенрай не обрадовался Дженне и сослал меня сюда, больную с крохой на руках. Вернее, ту Шарлин. Не представляю, как переносить подобное унижение каждый год.
- Привыкла, - пожала мама плечами.
- И ты думаешь, он хочет прижить сына от молодки? Но бастарды не могут претендовать на деньги и имущество.
- Твоё письмо стало спасением для меня и Эви, - матушка смахнула слезинку, - иначе меня бы ждал монастырь, а твою сестру - скорое замужество. Уинслоу побоялся перечить Хенраю, когда увидел приглашение погостить в Леннарвилле. Он не знал, что творится в вашей семье, но полагал, что без разрешения мужа, ты не посмеешь звать меня и Эви.
- Так и было, - подтвердила я, - Хенрай на тот момент был в поместье, и мне пришлось добиваться его согласия.
- Удивительно, как повторилась наша судьба. Только тебе повезло, ты стала свободной.
Подняла удивлённый взгляд на маму.
- Шарлин, не смотри на меня так, Хенрай был мерзавцем, я это поняла, как только он переступил порог нашего дома. Сколько плакала, молила отца, чтобы не отдавал тебя ему. Боялась, что ты повторишь мою судьбу.
- Сейчас всё хорошо, - я протянула маме платок, - Тайлер замечательный, и как закончится траур, мы поженимся.
- Мне твой лекарь нравится, - улыбнулась мама, - он добрый и отзывчивый, и по-настоящему любит тебя. Иногда кажется, что ты строишь какой-то новый мир начиная с поместья. Здесь спокойно и тихо, никто не унижает, не грубит мне. А ваша лечебница? Девочки-травницы, как они счастливы, ведь им выпал шанс получить образование и хорошую работу.
- Да, - вздохнула я, - и это дополнительные траты, после всего, что случилось, мне было страшно за них, вдруг пришлось бы отправить девушек домой.
- Всё налаживается, - похлопала мама меня по плечу, - и дальше будет только лучше, я в тебя верю.
- Ты расстроена из-за отца? Боишься его?
- Не знаю, скорее… устала от его равнодушия и вечного брюзжания.
- Угроза отправить тебя в монастырь… Мне всё это не нравится, брачный контракт, он у тебя с собой?
Матушка покачала головой.
- Ничего, для того, чтобы сослать тебя нужен весомый повод, а мы его отцу не дадим. Ты работаешь в лечебнице, документы на вас с Эви оформлены, как положено. Что за нравы, - возмущалась я, - чуть мужу не угодила, сослать в монастырь, как будто сломанную игрушку в чулан засунуть.
- А кто мы для мужчин? - с горечью ответила мама. - И есть игрушки, подневольные люди, служанки, что должны ублажать своих господ.
- В который раз убеждаюсь, как мне повезло попасть в Леннардвилль. Я даже благодарна Хенраю за эту ссылку.
- Повезло, - эхом отозвалась мама, - иначе сидела бы запертой в шикарном особняке, рожала детей, если бы не умерла раньше.
- Так и вышло. Сама не знаю, как мне удалось попасть сюда, но Шарлин не стало, потому что мужу было всё равно до неё самой, до дочери. Я бы хотела помочь тем, кто страдает от своих супругов. Но как? Моя жизнь лишь песчинка на фоне истории целой страны.
- Иногда песчинка может спровоцировать лавину, дорогая, - улыбнулась мама, - если твоя душа проделала невозможный путь до чужого мира, быть может, тебе и суждено стать той, кто изменит историю. Не как мужчины, с помощью оружия и восстаний, конечно, нет, а так, как может только женщина, мягко и незаметно.
***
Утро рассыпало бриллианты росы по лугам, выгнало птиц из их гнёзд, раскрасило небо лазурью. Эйвис не спеша бежала по дороге, Эмин, как всегда, сидел на козлах.
- Герцогиня прибыла ещё вчера, - Тайлер, одетый в праздничный костюм, выглядел озабоченным, - всё ли готово?
- Мы хорошо потрудились, милый, не о чем переживать.
- Милорд Баррингтон пригласил газетчиков из Эрленда, - нам нельзя ударить лицом в грязь.
- Додсон и чета Бутби уже заехали, им есть, что поведать о нашем курорте. Ты же сам лечил Терранса, знаешь, как он доволен.
- У него была застарелая грыжа, пришлось вправлять, теперь господин Бутби вынужден ходить в корсете и поминутно жалуется, что тот ему мешает.
- Но он избавился от боли, что давно изводила его. И ты замечательный лекарь.
- Мало кто берётся вручную вправлять грыжу, это сложный и небезопасный процесс. Мне повезло учиться у лучших докторов.
- Трактат поднимет твою репутацию на новый уровень.
- Если Клоуз прежде не разрушит её в пух и прах.
- Он нацелен на меня и лечебницу, в газете нет ни единого слова о тебе.
- Поверь, архонт-лекарь мелочный и злопамятный, он ещё пройдётся по всем нам.
- Мало кто решится отзываться плохо о лечебнице, которую курирует герцог.
- Всегда можно действовать исподтишка, - нахмурился Тайлер, - Клоуз начнёт очернять наши имена. Я хочу, чтобы ты была готова к такому повороту событий.
- Мы справимся, - улыбнулась в ответ.
Копыта Эйвис застучали по доскам моста, и я отвлеклась от беседы, наблюдая за слугами, что как муравьи сновали вокруг зданий, готовя всё к торжественному открытию.
Стол решили накрыть в большой обеденной зале, что расположилась на первом этаже гостиницы, а в беседках будут стоять вазы с фруктами и напитки, где гости, гуляя, смогут перекусить. Гезель и лекарь были одеты в белую униформу, девушки-травницы в одинаковые платья, приглушённо-зеленого цвета. Они помогали нам с Фиби в кабинете красоты и персоналу во время процедур, и мы решили, что им своеобразная униформа тоже будет не лишней.
Перед зданием гостиницы стояла карета Эйлберта.
- Готова, милая? - улыбнулся Тайлер.
- Сама не знаю, но чувствую, всё пройдёт отлично.
Глава 4
Над рекой возле раскидистых ив ещё плавали клочья жемчужного тумана, белёсая пелена очистила берег, открыв нашему взору полюбившуюся мне панораму: три белоснежных здания, точно лебеди, возвышались над бирюзовой гладью воды.
Как непривычно видеть чистую реку. В нашем времени большинство источников так загажены, что превращаются в грязно-бурые потоки, несущие с собой тонны мусора, а здесь река сверкала на солнце прозрачными водами, видно было, как плещется рыба, длинные водоросли, словно волосы русалок, стелились по дну, подхваченные течением. Возле берега кормились утки, выискивая среди камышей и рогоза пропитание.
Эмин, зная, что я всегда не прочь полюбоваться видом курорта, придержал Эйвис. Центральным в композиции был лечебный корпус, с широкими, открытыми террасами, ждущий своих пациентов. По бокам от него уютно расположились гостиница с балконами и большими окнами в пол, из которых открывался чудесный вид на реку и лес, а с другой стороны от лечебницы стояло небольшое аккуратное общежитие; там же мы отвели кабинет для бедняков, аристократы, даже пожертвовав деньги на лечение простолюдинов, не захотят делить с ними одно помещение.
«Вилла вива Дженна» стояла на излучине реки, невдалеке от корпусов береговая линия мягко уходила к опушке спускавшегося к воде леса. Облагороженная дикая природа преобразилась, превратившись в очаровательный парк. Вековые деревья не вырубили, лишь очистили территорию от густого подлеска и высохших, гнилых стволов. Под хвойными кронами было прохладно, чудесно пахло свежестью, грибами и немного прелой листвой. Под сенью мохнатых лап укрылись изысканные белоснежные беседки, украшенные казавшимся невесомым деревянным «кружевом», между ними змеились тропинки, посыпанные крупным речным песком, придавая особый шарм пространству парка.
- Милая, пора, - мягко напомнил мне Тайлер, тронув за руку.
- Да, да. Эмин, трогай. Знаешь, никогда не устану любоваться этим видом, - улыбнулась я жениху.
- Понимаю, место действительно вышло волшебным. И название ты придумала отличное, так и кажется, что здесь, где-то между сосен, спрятался сказочный источник с живой водой.
Нас заметили, возле гостиницы оживился народ. Мы подъехали ближе, и я увидела герцогиню Эдвину, которая неспешно прогуливалась со своим сыном под ручку.
- Миледи Шарлин! - помахала она мне. - Как тут чудесно! Примите мои поздравления, ваша с Эйлбертом идея великолепна.
- Благодарю, Ваша Светлость, с приездом. Вам понравился номер?
- Да, спасибо, он замечательный, - улыбнулась герцогиня, - и зовите меня просто, миледи Эдвина, мой сын поделился, что дозволил обращаться к нему «милорд», не хочу от него отставать.
- Благодарю, миледи, - присела я в книксене, это было очень по-дружески со стороны герцогини.
- Эйлберт рассказал, что вы приурочили открытие курорта к моему приезду, это приятно. И мне не терпится поучаствовать в торжестве.
- Праздник запланирован ближе к обеду, а пока, прошу меня простить, необходимо заняться последними приготовлениями.
- Не задерживаем вас, - кивнула герцогиня, - я как раз хотела прогуляться в лесу. Проводишь меня, сынок?
- Конечно, матушка.
Эйлберт склонил голову и повёл миледи Эдвину к одной из беседок.
- Они удивительно милы, - заметила я Тайлеру.
- Как лекарь, могу тебе сказать, так бывает, когда спасаешь людям жизнь, - хитро улыбнулся любимый.
Матушка, Эви и Фиби блестяще со всем справились, мне даже делать ничего не пришлось, разве что проследить, чтобы весь персонал надел новую униформу.
На кухне парили кастрюли, шкворчали сковороды, стояли вазы с фруктами, на льду в кладовой охлаждались напитки, мама придирчиво дегустировала блюда, о чём-то тихо переговариваясь с поваром. Я не стала мешать, отправившись в общежитие. Оно было небольшим, но делилось на женскую и мужскую половины: в первой жили Трина и Рози, девушки-ученицы и горничные, а во второй - доктор Бенет Вуд, друг и «однокашник» Тайлера, заразившийся нашими идеями о создании более щадящих мер лечения и лекарств из природных компонентов. С ним по соседству проживали рецептариус Джером Торнтон, гезель Натан Вэнс и сторож, выполняющий также обязанности конюха. Остальной персонал был из Леннардвилля.
- Миледи! - первой меня заметила Рози, подбежала, покрутившись передо мной в новом платье, подвязанном на талии аккуратным, ажурным фартучком. - Вам нравится?
Белокурой, голубоглазой девушке униформа очень шла, впрочем, как и её товарке Трине, сероглазой шатенке.
- Обе чудо как хороши, - улыбнулась я девушкам, и те зарделись от похвалы.
- А вы нас и правда представите герцогам? - с замиранием сердца спросила Рози.
- Конечно, как и весь персонал. Разве не вы помогаете на процедурах?
- Подумать только, - ахнула Трина.
- А мы с Фиби учимся делать лосьоны, - похвасталась Рози.
- Знаю, - кивнула в ответ, - и довольна результатами.
«Филиал» лаборатории пришлось оборудовать и в лечебнице, чтобы не мотаться постоянно в поместье или к мастеру Фарлею.
- Я не вижу Фиби, куда она запропастилась? - моя помощница должна быть с девушками.
- Её Светлость хочет попробовать все процедуры в нашем кабинете красоты, наставница сказала, что надо заранее всё подготовить.
Девушки упорно величали Фиби наставницей, а своего учителя, Джерома, мастером.
- Тогда разыщите Эви и узнайте, может, нужна помощь в обеденном зале.
Рози и Трина упорхнули, как мотыльки, в сторону гостиницы.
Мне нравилась эта суета, хлопоты вокруг, видеть, как наши постояльцы неспешно прогуливаются возле зданий и в парке. Я задержалась неподалёку от общежития, любуясь милой пасторалью, когда меня робко из-за угла окликнула женщина, судя по одежде, из здешних крестьян. Она неловко прижимала одну руку к телу, предплечье было перевязано побуревшей от крови тряпкой.
- Что с вами произошло? - я открыла кабинет с торца общежития, завела крестьянку внутрь и усадила перед собой, осторожно снимая начавшую присыхать ткань.
- Простите, миледи, - смущённо забормотала женщина, - серпом я, дура неуклюжая, сама себе руку изрезала.
Рана была дугообразной, неровной по краям, у кисти более глубокой. Стоило убрать тряпку, снова открылось кровотечение, порез быстро заполнялся тёмной кровью.
- Сидите здесь, - мне нужна была помощь лекаря, а вокруг, как назло, никого, - я скоро приду.
Дала крестьянке кусок чистой ткани, чтобы накрыть порез, а сама побежала на мужскую половину, отыскала там Натана.
- Скорее, найди мне кого-нибудь из лекарей и Фиби.
Не задавая лишних вопросов, гезель убежал к лечебнице, я же вернулась, наложила жгут выше пореза:
- А сейчас придётся потерпеть, будет больно, но рану нужно промыть от грязи, иначе она воспалится.
Вооружившись чистой тканью и крепким отваром коры дуба, приступила к делу. Женщина стиснула зубы, однако даже не ойкнула, хотя я понимала, сейчас ей очень больно. Кусочки грязи и обрезки травы пришлось доставать пинцетом. Крестьянка побледнела, и я боялась, что она упадёт в обморок. Она потеряла много крови, пока добралась сюда.
- Миледи, - в дверях показался Беннет Вуд, - что произошло?
- Надо наложить швы, - я отодвинулась, показывая лекарю рану.
- Сейчас, - он скинул сюртук, в котором ходил в нерабочее время, оставшись в рубашке, тщательно вымыл руки и взял из шкафчика всё необходимое: иглу, вощёную льняную нить, которую тут же сунул в баночку с винным спиртом.
Женщина в страхе воззрилась на врача.
- Как вас зовут? - спросила я.
- Дафна, миледи, - губы крестьянки задрожали.
- Вы очень смелая, даже не пикнули, когда вам промывали рану, теперь же надо ещё немного потерпеть. Если порез не зашить, он будет ещё долго кровить, попадёт грязь, рука загноится, да и зачем такой красивой женщине безобразный шрам.
Дафна несмело улыбнулась:
- Скажете тоже, миледи, красивая, - похвала подействовала, - я потерплю.
Беннет, ловко орудуя инструментом, быстро зашил рану, а я думала, что нам просто необходимо создать какое-то обезболивающее средство. Надо бы посидеть за справочниками рецептариусов, там, должно быть хоть что-то похожее.
- Готово, - улыбнулся доктор Вуд, - а вы просто молодец, Дафна.
Я наложила повязку с мазью из еловой живицы, перебинтовала руку:
- Сейчас нужно немного полежать, пришлю кого-нибудь, вам принесут отвар крапивы.
Мы устроили женщину на кушетке, подложив под ноги подушку, для притока крови к сердцу и мозгу, укрыли её одеялами, в этот момент подоспела и Фиби.
- Шарлин, прости, герцогиня задержала меня, - она бросила взгляд на пациентку, - что-то серьёзное?
- Господин Вуд уже справился, зашил рану на руке, теперь Дафне нужен отвар крапивы, можно добавить туда мёда, только следи, чтобы она пила мелкими глотками, по ложке каждые несколько минут, пока губы не станут нормального цвета.
- Всё сделаю, дайте мне немного времени.
Вернулась Фиби с Рози, занялась опешившей от такого ухода Дафной, а я поспешила к гостинице, народ уже начал собираться на торжественное открытие.
- Шарлин, - встретила меня по дороге Тайлер, - я потерял тебя.
- У нас неожиданно появилась пациентка, идём, не хочу заставлять наших гостей ждать.
Перед корпусом гостиницы натянули символическую красную ленту, хотя здесь так было не принято. Перед крыльцом собрались все наши постояльцы и персонал, возле Эйлберта маячил репортёр из газеты.
Я встала перед лентой, держа ножницы в руках:
- Миледи, милорды, господа, рада приветствовать вас на «Вилле Вива Дженна». Это не просто лечебный курорт, а, не побоюсь этого слова, новое направление в медицине. Каждый из вас давно знаком с моими методами и лекарствами, и мы с Его Светлостью, герцогом Баррингтоном и миледи Женевьевой Чандлер, которая, увы, покинула нас, решили, что о новых методах должны не только слышать, но и испробовать на себе. Я хочу поблагодарить Её Светлость, миледи Эдвину, за то, что она оказала нам честь открыть официально наш курорт. Прошу, Ваша Светлость, - протянула ей ножницы и пояснила, - перережьте эту ленту, что станет символом начала новой страницы в истории медицины Валандии.
Репортёр, высунув кончик языка, спешно строчил за мной, а потом начал пробираться ближе к герцогине, боясь упустить самое интересное. Миледи Эдвина, улыбнувшись, подошла к ленте, мы взялись за неё с двух сторон, и шёлк тихо разошёлся под острыми половинками ножниц. Отовсюду раздались аплодисменты, затея с лентой пришлась по нраву. Служанки обносили гостей игристым.
- Мои поздравления, миледи! - сказал с улыбкой герцог, держа в руке бокал на тонкой ножке. - И, перефразируя название нашего курорта, хочу поднять тост. Виват, «Вилла вива Дженна»!
Глава 5
Река тихо шумела за окном, неся свои воды дальше к Эрленду, свеча догорала на столе, её огонёк трепетал под порывами прохладного ветерка.
- Может прикрыть створки? - спросил Тайлер, поправив покрывало на моих плечах.
- Нет, мне нравится свежесть, песни лягушек в заводях, - я смотрела в лицо любимого, пытаясь навсегда запомнить это мгновенье, – слишком мало у нас выпадало минут на счастье.
Эви и мама после праздника, который закончился за полночь, уехали с Эмином в поместье, мы же с Тайлером воспользовались тем, что гости, как и персонал, уставшие, разошлись по своим кроватям, заняли роскошный номер в гостинице.
- Как мне надоел твой траур, - Тайлер убрал с моего лица прядку волос, - хочу просыпаться с тобой каждый день, а не убегать из постели среди ночи, будто вор.
- Осталось немного потерпеть, - погладила я его по щеке, - ты знаешь, мне плевать на мнение других, но репутация в нашем деле значит очень много.
- Знаю, потому и не украл тебя до сих пор из дома, - рассмеялся мой жених, - как было принято раньше.
- Да? Не слышала об этом.
- Я ведь сам покупал тебе книги по истории.
- До древней ещё не добралась, - вздохнула в ответ.
- Когда ещё на этих землях была единая Империя, существовал обычай: жених перед сватовством должен был выплатить родителям определённую сумму, в зависимости от талантов и рода невесты, или привести скот. Но случалось, что юные девицы влюблялись в бедняков, которым, кроме своей души, и предложить взамен нечего. Тогда какая-то хитрая парочка и придумала выход из ситуации. Невесту якобы похищали, а потом жених с повинной ехал к её родне.
- И что дальше?
- Всё зависело от отцов, могли и убить, однако чаще, скрипя зубами, отдавали дочерей замуж.
- Как исчезла Империя? И как она называлась? Почему в книгах об этом не пишут?
- Историю Империи старательно уничтожали в течение веков. Когда-то все земли от северных морей до южных занимала огромная страна. Власть её правителя казалась безграничной, и сравниться с ней могло лишь влияние богов, вернее, их служителей. Верховные жрецы не подчинялись императору, оставаясь, по сути, государством в государстве. Поначалу страна процветала, не было разрушительных войн, да и кто рискнёт связываться с императором, под дланью которого тысячи и тысячи солдат. А потом между Верховным жрецом и правителем произошла стычка, никто теперь уж не знает, что послужило началом вражды. В одном из городов разразилась бойня между воинами императора и жрецами, которые, к слову, также умели отлично владеть мечом.
Две армии, равные по силе, рвали и терзали друг друга, землю и народ. Солдаты гибли, императору понадобились новые силы, он собирал ополчение из крестьян и ремесленников, только и жрецы не отставали, к ним тоже шли люди.
В конце концов, истерзанный пожарами, разрушения и насилием со стороны обоих враждующих лагерей, простой народ поднял невиданный ни до, ни после бунт. Воевать в открытую люди не могли, но прекратились поставки продовольствия, крестьяне массово уходили в леса и оттуда вырезали всех, до кого могли дотянуться, солдат императора и жрецов, взявшихся за оружие.
Армии были обескровлены, многие гибли от ран, голода и болезней, кто-то просто сбегал, не желая умирать из-за чужой спеси. Война захлебнулась в трупах, пашни превращались в болота, потому что земля не могла впитать пролитую на ней кровь, многие города лежали в руинах.
Императора и его семью вырезали его же воины, так же, как и жреческую верхушку. Храмы сровняли с землёй, все до единого, та же участь ждала дворцы. Империя долго умирала в агонии. Аристократию добивали в мелких стычках, появились те, кто провозгласили себя новыми герцогами, баронами, графами. Те, кто был наглей и напористей. Кстати, цвет нашей аристократии и ведёт начало с тех смутных времён. Империя распалась на мелкие герцогства, но потом, земли покрупнее, точно капли ртути, начали поглощать владения поменьше. Постепенно появились новые страны, новые правители, новые лорды. Но память о великой войне была жива, и чтобы избежать повторения прошлых ошибок, уничтожили все книги, свитки, древние пергаменты, сами имена правителей и их богов были забыты.
- Страшный конец великой страны.
- Так было всегда, - пожал плечами Тайлер, - может, когда-то не станет и Валандии.
- И что же было с религией? Ведь верят люди во Всевышнего.
- Ты никогда не задумывалась, почему у него нет имени? И церковь больше занимается тем, что ведёт учёт живых и мёртвых, выдаёт документы людям, проводит брачные церемонии и крещение. У наших нынешних храмов нет власти. Никакой. Вера во Всевышнего пришла к нам вместе со жрецами, откуда-то с востока. Люди не могут без религии, не то за свои грехи придётся отвечать самим, - ухмыльнулся Тайлер, - но всё же наши короли сошлись в едином мнении: у бога больше не будет имени. Безымянным, он будто становится безликим, что ли.
- Интересное решение, а ведь, правда, человек без имени словно и не существует вовсе.
Окна нашей спальни были с торца гостиницы, выходя на реку и парк, краем глаза я заметила между деревьями мелькнувший огонёк.
- Тайлер, - прервала я его, - там кто-то есть.
- Сторож, наверное, только он ещё может не спать в такой час.
Я поднялась, закутавшись в покрывало, подошла к балкону, чтобы оставаться в тени, пригляделась. Вот мелькнул ещё огонёк, потом другой.
- Там не один человек, и сильно сомневаюсь, что это новые постояльцы.
Тайлер уже был на ногах, натягивая штаны и рубашку:
- Останься здесь, Шарлин, я разбужу сторожа.
- И не подумаю, - быстро надела платье и поспешила вслед за мужчиной, благо света из окна хватало, чтобы не убиться на ступенях.
Мы выскользнули на улицу, стараясь держаться в тени.
- Это за дальними беседками, - сказал Тайлер, - тихонько подкрадусь, посмотрю, что там.
- Будь осторожен, я пока сбегаю за остальными.
Кендал, точно заправский разведчик, крался от куста к кусту, от дерева к дереву, сливаясь с ночной тьмой. Я задворками бежала к общежитию, избегая открытых пространств, моё светлое платье сразу заметят. В здании было темно, запнувшись о стул, стоящий в коридоре, чуть не упала, на шум выскочил заспанный сторож.
- Биф, почему ты здесь? – пламя от свечи резануло по глазам.
- Так обход я сделал.
- По-моему, у нас гости, и не поручусь, что с добрыми намерениями.
Мужчина всполошился, исчез в комнате, через секунду появившись уже одетым и с охотничьим ружьём наперевес.
- Пошли будить остальных.
- Миледи, а вдруг тревога ложная?
- Тогда ляжем спать дальше. Не хочу проверять эти догадки на наших шкурах.
Мужчины повскакивали с кроватей, ринулись к хозпостройкам за топорами и вилами, я же поспешила в женское крыло, разбудила всех там.
- Всевышний, помоги, Шарлин, что случилось? – сонная Фиби села на кровати.
- Вставайте, возможно, на нас собираются напасть.
Я надеялась, что сейчас просто накручиваю себя, однако нормальные люди не бродят по лесу глубокой ночью.
Рози и Трина испуганно смотрели на меня.
- Быстро одевайтесь и в лечебницу, туда попасть сложнее. Дафна ещё здесь?
- Да, - кивнула Фиби, уже застёгивающая платье, - я решила оставить её на ночь.
- Берите с собой, так безопасней.
- А ты? – схватила меня за руку Фиби.
- Тайлер пошёл проверить, кто к нам пожаловал, я к нему, встретимся у лечебницы.
На пороге общежития меня ждали Биф, Джером, Натан и Беннет.
- Идите за мной, - махнула им, - дождёмся Тайлера.
Мы прокрались к лечебному корпусу, и я заметила, как из кустов вынырнул мой жених, чуть высунувшись из-за угла, отчаянно замахала ему, мужчина поспешил к нам.
- Дело плохо, там около десяти человек, все вооружены, у двоих ружья, остальные с тесаками.
- Они точно к нам? – спросил Биф.
- Это наёмники, - мрачно отозвался Тайлер, - кто-то заплатил им за поджог курорта, и смерть Шарлин, мне удалось подслушать.
- Ну мы так просто не сдадимся, идёмте в лечебницу.
- Что ты задумала? У нас есть карета герцога, женщин мы сможем вывезти, - возразил Тайлер.
- И дать им сжечь мою лечебницу? Не дождутся! Я знаю, что делать. Фиби, - девушки тоже присоединились к нам, - беги в гостиницу, буди всех, веди сюда, только тихо. Тайлер, далеко разбойники?