Хел кивнул в знак понимания. Сердце его колотилось, как безумное. Это настоящая жизнь? Не удивительно, что мама предпочитала держать его в вате. Девушка обхватила его одной рукой за талию и толкнула наружу спиной вперёд. В воздухе она сразу расставила руки и ноги «звездой», но падение происходило стремительно. Хельмут предпочёл, падая, закрыть глаза. Всё одно погибать…
Его тело тряхнуло, когда девушка вцепилась в него обеими руками.
– Кретин! – срывая голос, проорала она в ухо. – Держи меня за пояс!
Это не Хел судорожно обхватил тоненькое тело, а его инстинкты. Сам парень не мог ни двигаться, ни дышать, ни говорить.
– Держись, сейчас рванёт! – снова кричала Чери. Она нажала кнопку раскрытия парашюта. Ткань стремительно высвободилась у неё над головой, и хотя она была просто однотонного цвета, ничего интересного, на этом явлении Хел понял весь смысл чуда воскрешения Иисуса Христа. Губы мисс Чери коснулись его уха, и ей всё равно приходилось кричать.
– Ноги подогни, когда у земли будем, а то сломаешь! И на бок сразу падай, катись!
Конечно, он не смог скрыть от неё своего вопиющего, абсолютного непрофессионализма. Хел даже не успел огорчиться по этому поводу – земля неожиданно оказалась от них на расстоянии трехэтажного дома, будто с крыши родительского особняка на парк Эрмитаж смотрел. Хел в ужасе заорал. Чери ударила его по плечу.
– Ноги! – напомнила криком в самое ухо. Земля ударила с силой первобытных богов, правая лодыжка Хела хрустнула и подвернулась, парень завалился на бок, увлекая за собой Чери и купол парашюта.
Некоторое время он пребывал в почти бессознательном состоянии, едва слыша резкие отрывистые слова – девушка искала выход из спеленавшей их ткани. Выбравшись на свободу, мисс Чери безжалостно дёрнула часть парашюта, на которой валялась жертва первого в жизни прыжка. Террорист-неудачник скатился на траву и застонал. Чери склонилась над ним.
– Как у тебя дела, недоразумение?
– У меня нет ног, – парень осторожно открыл один глаз, подумал. – И рук. Ещё я сломал шею.
– Theos mou! – Чери зарычала. Теперь ей предстоит нянчиться с этим младенцем, счастье какое.
– Все твои руки и ноги при тебе, это всего лишь последствия эмоционального шока. Первый раз прыгал?
– Ага, – глаз парень снова закрыл, но скулы его порозовели. Он явно боялся насмешек со стороны Чери, столь явно, что девушка предпочла разочаровать его. Тот, кто считает, что детство среди братьев укрепляет иммунитет и затачивает острословие, не рос в обществе трёх сестёр. Старших.
– Хорош, поднимайся, задницу простудишь, – Чери протянула руку лежащему, но обошлась без лекции на тему, как влияет температура земли на функции репродуктивной системы. Какое ей дело до его будущих детей?
Блондинчик, охая, собрал в кучку руки и ноги, кое-как начал вставать, держась за Чери. С громким шипением выпустил воздух сквозь зубы. Заковыристо выругался по-французски.
– Я ногу сломал, – спокойно сообщил он.
Чери только всплеснула руками. Встав на колени на землю, она ощупала лодыжку парня сквозь штанину рабочего комбинезона. Хел угрожающе покачивался над ней.
– Не вздумай упасть на меня, – зловеще предостерегла его девушка. – Если меня не будет, ты сразу станешь добычей диких зверей.
Парень панически заозирался.
– Где они? Где?
Чери почувствовала себя отомщённой.
– Ты наврала мне! – парень с негодованием уставился на её улыбку.
– Самую малость. Здесь горы, в горах водятся медведи и прочий рогатый скот. А перелома у тебя нет. Есть небольшой вывих. Завтра сможешь идти, а идти нам придётся далеко. Я так понимаю, что опыта выживания в горах у тебя тоже нет?
– Весь мой опыт заключается в прогулках по берегам Женевского озера, – буркнул Хел, отважно встречая её укоряющий взгляд. – И перестань, пожалуйста, говорить мне «ты». Меня зовут Хельмут.
– Хельмут, Хельмут, крошка Хел…
Парень ласково заулыбался.
– Да ты сама крошка. Может быть, даже моложе меня.
Чери отряхнула руки.
– Об этом мы поговорим в другой раз. А сейчас оценим наше положение. Судя по видам и типу роста деревьев, а также по влажности почвы, – она несколько раз топнула по зелёной траве, та промялась в ямку, – мы приземлились совсем близко от воды. Это должно быть озеро Преспа, Микри-Преспа. Да, – ловким движением Чери прихлопнула на своей руке комара. Хельмут смотрел на неё во все глаза. И это избалованная двадцатилетняя девчонка, дочка богатого папаши?
Чери рассеянно огляделась.
– Ночевать будем здесь. Если бы не топорное приземление одного из нас – не будем показывать пальцем, мы попробовали бы уже сегодня добраться до любой горной деревеньки. Но не судьба. Садись, от тебя сегодня пользы мало, а я попытаюсь соорудить палатку из парашюта.
Желудок Хельмута громко заурчал. Чери уставилась на него.
– Я со вчерашнего дня не ел, – парень предпринял попытку оправдаться. Чери засунула руки в свой пояс.
– С едой у нас совсем плохо – три плитки шоколада и половина багета. Я приехала в аэропорт сразу после окончания сессии, была голодна и грызла его по пути. Думала пообедать в Афинах. И ещё есть полулитровая бутылка с холодным чаем.
Она протянула Хелу слегка зачерствевший хлеб, помолчала, глядя, как парень жадно рвёт его на куски зубами.
– Если завтра не встретим жилья, придётся идти за водой к озеру.
– А какой сессии? – с набитым ртом пробубнил парень. – Ты, что, студентка, учишься в Цюрихе?
Девушке отвечать не хотелось, однако воспитание мешало промолчать. Она вздохнула.
– Я эколог, работаю в специальном комитете ООН. В Цюрихе проходила выездная сессия.
Хельмут Гедлер воззрился на неё с искренним уважением. И изумлением.
– Вишенка, кто же тебя до срока выпустил из-за школьной скамьи?
В ответ он получил ледяной, высокомерный взгляд.
– Мне двадцать четыре года, мистер, у меня степень магистра по экологии и природопользованию. А если ты, нетопырь кривоногий, ещё раз назовёшь меня Вишенкой, я сброшу тебя со скалы. Запомни: меня зовут Черил. Че-рил. Алессандрос.
Хел поднял руки, признавая своё поражение.
– Мисс Черил, не убивай до конца. Я – Гедлер, Хельмут Гедлер.
– Мне это не интересно, – высокомерно отвернулась девушка. – Доведу тебя до Заградца и брошу там, как испорченный груз.
– Стерва.
– Кретин, – не осталась в долгу Черил. Села рядом с Хельмутом на парашютную ткань. – А теперь давай спать. Выходим с рассветом.
Глава 9