…………………
Разобрал …
Решил разобрать домашнюю аптечку. Решил и разобрал. Оскудела она сразу почти наполовину. Десятка два просроченных наименования различных лекарственных форм, от таблеток и микстур до свечей и ампул, оказались в мусорном ведре. Вышел их срок годности. Своё они отслужили. Ну и славно!
Порядок в аптечке навёл. Набросал в уме теперь уже недостающий список необходимых дома медикаментов. Сижу на кухне, пью чай.
Пью чай, а он не пьётся. Что-то грустно мне стало после моей уборки. Замечаю, что уже минут двадцать как уставился в не накрытое крышкой пластмассовое, мусорное ведро. Взгляд сфокусировался на мелком – на буквах и цифрах – главное – цифрах. «Парацетамол. Годен до 2012». «Називин Годен до 2014». «Но-шпа Годен до 2015». «Диклофенак Срок годности 3 года. Изготовлено в 2013». Йод вообще старожил – годен до 1995. Простоял тайком спокойненько в дальнем уголке больше двух десятков лет.
От чего же не льётся мне чай в рот как прежде сладкой и бодрящей, горячей влагой? Почему остыл он и как будто даже горчит? В чём причина, что застыл я и остекленел взгляд мой, а внутри всё как-то сжалось и запасмурнилось? Уж не жалко ли мне стало вдруг выброшенных лекарств и иже с ними, затраченных на них денег? Нет. Смешно это. Ведь если лекарства не расходовались, то значит обходили болезни меня и всех домашних моих – и жар и сопли, и кишечные колики, и прострелы в пояснице, и стёсанные коленки с порезанными пальцами – всё это может и было, но лишь малость, только лишь на пару раз развинтить крышку пузырька или переломить стеклянную шею одной ампулы. Так чего жалеть тогда?
А жалость, сволочь, всё-таки присутствует. От неё-то и упала густая тень на мою голову. Взгрустнулось. А жаль мне лишь одно стало в эти затянувшиеся, нежданные минуты, что не пригодятся эти лекарства уже мне ни в 2012-м, ни в 2013-м, ни в 2015-м и в 2016-м мне уже они не пригодятся, а тем более – в 1995-м. Где они – те цифры не ведущего жалости , никого не ждущего времени? Где те годы моей жизни? Видать тоже просрочились, как и эти лекарства.
..........
Ставлю по новой чайник на газ. Мусорное ведро плотно закрыто крышкой.
…………………
Лишний на дороге
" Ну что ты так шарахаешься, дружище? Дорожка ведь слишком широкая даже для нас двоих, а ты шарахаешься. Прямо – в не кошенную траву, лопухи да репейник. Прямо – в не успевшие ещё высохнуть после ночного ливня, лужи. Что ж ты, брат, с сухого – в расхлябь самую, со свободного пространства – в колючки тесные?
А кому я в общем-то задал вопрос этот? Ты же мне уже не ответишь. Я ведь уже пробежал мимо тебя. А ты мне вроде как освободил дорогу. Зачем? Что заставило тебя?
Завидел меня метрах, наверно, в двадцати от себя и ломанулся с сухого асфальта. Неужто тебя смутила девственная белизна моей футболки? А может – дороговизна моих новёхоньких стильных кроссовок? А ты в лохмотьях весь в старых и грязных. Замусоленный и не бритый. Эх, человек ты мой родной, ничего-то они не значат эти новые, белоснежные, стильные! Так же, как и рожа моя по моде не скоблённая тоже ничего не значит. А чем моя щетина лучше твоей – вынужденной?
А вот, что действительно что-то да значит! Да даже не что-то, а самое, что ни на есть оно важное! Вот здесь оно, под этой тонкой тканью на груди моей! А здесь у меня как раз те самые старые, грязные лохмотья. Настоящие! И они похуже твоих обносков будут. Здесь мылом уже не выстираешь и утюгом уже не изгладишь. Здесь целая внутренняя битва, впрочем, как и у каждого, и битва эта – моя – почти мной проиграна, – так мне всё чаще кажется. Так что, случайный мой незнакомец, – кто из нас лишний на этой дороге? "
…………………
Сколько сам не смейся или сколько других не смеши, а она всё-таки незаметно подкрадётся и выльет из лейки времени на голову твою серебряную воду. Как напоминание. Как первое прикосновение вечности. Но всё равно лучше встретить её горизонтальной растянутостью губ чем приспущенными – как флаги при трауре – углами рта. Пусть забирает смеющимся и радостным! Глядишь, может когда и подавится.
………………..
Одни вскричали восторженно: «Это – прекрасно! «
Завыли отчаянно другие: «Нет! Ужасно – всё это!»
И вновь БЛАГОРАЗУМИЮ досталась роль никому не нужной, старой шлюхи, стоящей на обочине. А вместе с ним и ИСТИНЕ затрёпанный и банальный сценарий определил тоже самое позорное место. Липкий шёпот тут же залил до краёв ушные раковины наисвежайшими сплетнями, а неистовый крик спорящих забрызгал и обжёг посиневшие от гнева лица кипятком едкой слюны. Свалка. Битва. Пожар. «Пленных не брать!»
И опять чья-то величественная рука в этот миг (как и в миллиарды прошлые) пририсовала к дороге жизни ещё одну полосу. Иначе спорящим не разойтись и не разъехаться. Иначе движение остановится. Пробка.
Но хватит ли у той руки ещё краски – для следующего мгновения?
…………………
Долго скитающийся в чужих, дальних краях, никогда не напьётся вдоволь по дороге домой. Только там и сможет он утолить жажду свою. Дома. Если, конечно, доберётся. И если он всё ещё будет цел. Дом его.
…………………
Молитва не совсем честна, если на кухне осталась невымытой хоть одна тарелка.
…………………
Чердачная радость – гонять голубей,
Без мысли, что это есть счастье.
Тропами гор гнать верных коней,
Успеть бы наверх до ненастья.
…………………
Не влюбляйтесь никогда в гаснущие звёзды,
Так как нет страшнее слов – "никогда" и "поздно".
Обойти ж словА не выйдет тайными путями,
Тем, кто обвенчает судьбу свою с углями.
…………………
Ну что, копилочка полнеет?
Монетки серебром летят
Но вот беда – богатство это не согреет,
Когда по осени начнёшь считать цыплят.
"Как много!" – радость не приносит
У бухучёта жизни совсем другой подсчёт
"Поменьше бы!" – душа у Бога просит,
Прекрасно понимая, что крик её не в счёт.
На дно копилки россыпью
Прожитых дней минуты,
Протопав бодрой поступью,
Закончили свои маршруты.