Серебряный лис
— Нет, конечно же нет, скорее всего это у меня нервишки сдают.
— И как же ты получил доступ к VIP-бару? Ты совсем не похож на обычного VIP-клиента.
— Ох… А это разве VIP-бар? Это многое объясняет. Прекрасный вид на сцену. Никого постороннего рядом. Превосходный сервис…
— Всегда к вашим услугам, — вставил бармен.
— …Распить бутылку вина с Леной.
— Ну, это благодаря тому, что я здесь… Это не входит в vip-пакет, — она улыбнулась. — Но ты гораздо веселее, не такой, как эти обычные подонки.
— Да, это не моя обычная рутина… И подумать только…
— Хмм?
— Тебя, наверное, постоянно об этом спрашивают, и тебе это надоело, но ты не была бы против сделать со мной селфи?
— Конечно, нет. Я же должна отплатить тебе за эту бутылку вина за 112 долларов.
— Позволь мне всё сделать.
Щёлк.
— Супер.
— Ты вроде немного перебрал.
— Совсем чуть-чуть, я просто очень счастлив.
— Ты сегодня здесь один?
— Нет, я здесь со своим приятелем, Костей. Он должен вернуться с минуты на минуту. Он твой большой поклонник.
— Что? А ты разве — нет?
— Теперь — да!
Мы рассмеялись, и в этот момент я увидел, что к нашему столику, застыв на месте, приближается Костя.
— А твой друг случайно не носит… Что-то типа костюма?
— Да, вроде как, но… Ах, да, это он. Чего ты там стоишь, Костя?
Костя стоял как вкопанный, открыв рот. Его лицо было бледным, а руки дрожали.
— Ну же, иди к нам, — позвала Лена.
Он сделал несколько неуверенных шагов.
— Я слышала, что ты мой поклонник.
— Ты же Лена… — выдавил он.
— Да, я. Приятно познакомиться.
— Я тоже очень рад познакомиться и так нервничаю, и у меня был целый список того, что я собирался сказать, но я всё забыл и теперь слова просто бессвязно слетают с моих губ, и я сейчас заплачу от счастья…
— Артём только что рассказал мне всё о тебе.
— Я тааак нервничаю…
— Не стоит.
Они поговорили ещё пару минут, и наконец Лена поднялась.
— Мисс Димова, вас ждут на сцене, — раздался голос откуда-то из-за кулис.
— Кажется, мой выход. Перерывы в этой профессии небольшие и редкие. Спасибо тебе, Артём. Ты оказался классным парнем, и спасибо тебе за то, что относишься ко мне как к обычной девушке… И за то, что поделился бокалом своего чудесного вина. И ты, Костя. Было приятно познакомиться. Хоть встреча и была такой короткой, но очень приятной.
Она поправила волосы и посмотрела на меня.
— Как я выгляжу?
— Ты выглядишь прекрасно.
Она улыбнулась и, помахав нам на прощание, направилась к сцене.
Я проводил её взглядом и подозвал бармена.
— Хотел бы оплатить свой счёт, прежде чем мы туда пойдём.
— Ваш счёт уже оплачен. Вы мне ничего не должны.
— Но как…?
— Лена сунула мне свою карточку, пока вы отвернулись.
— А чаевые?
— С этим тоже всё в порядке. И даже слишком.
— (Ух ты…)
— Моя жизнь закончена, — простонал Костя, падая на барный стул. — Ничто и никогда не превзойдёт этого.
— Да всё с тобой будет в порядке, успокойся. Если я принесу ещё пива, тебе станет полегче?
— …Может быть.
Из динамиков снова полилась знакомая мелодия.
— И Лена снова на сцене…
— Да, чёрт возьми! Пойдём потанцуем и подцепим парочку девчонок. Ты в деле?
— После вас, сэнсэй.
Мы смешались с толпой, танцуя и наслаждаясь музыкой.
— Как насчёт этих? — спросил я, кивнув на двух девушек, стоящих неподалёку.
— Дерзай, чувак…
— Офигеть, как же здорово. ДАВАЙ, Лена!
Музыка гремела, толпа подпевала, и я чувствовал себя частью чего-то большого и прекрасного.
Я поднял телефон, чтобы сделать ещё одно фото, и в этот момент…
— Здесь всё идеально… Музыка… Атмосфера…
— …Даже этот аромат… — я вдохнул знакомый запах. — …Роз… Жасмина…
Я замер. Сердце пропустило удар.
— Нет… — прошептал я, оборачиваясь. — …Не может быть.
В танцующей толпе, в нескольких метрах от меня, я увидел её. Света.
Она была в красном платье, её вьющиеся волосы рассыпались по плечам. Она двигалась в такт музыке, и весь мир для меня перестал существовать.
Она подняла голову и встретилась со мной взглядом. Её глаза расширились. Наши взгляды пересеклись, и в этот момент всё вокруг потеряло значение. Музыка, толпа, Костя, Лена — всё исчезло. Осталась только она.
Она начала пробираться сквозь толпу ко мне. Я стоял, не в силах двинуться с места. Когда она подошла, она схватила меня за руку и прошептала на ухо:
— Ко мне домой… Сейчас же!
Я не сопротивлялся. Я не мог. Она вела меня через весь клуб к выходу. Я только успел заметить, как Костя что-то кричит мне вслед, но я уже ничего не слышал.
Мы выбежали на улицу. Холодный воздух ударил в лицо, но я не чувствовал ничего, кроме её руки в моей.
Мы сели в такси, и всю дорогу молчали. Я смотрел на неё, на её профиль, освещённый уличными фонарями, и не мог поверить, что это происходит наяву.
Мы вошли в её дом. Он был дорогим, роскошным, но я не обратил на это внимания. Дверь за нами закрылась, и мы остались вдвоём.
— Света… — начал я, но она прижала палец к моим губам.
— Тссс… — прошептала она, глядя мне в глаза. — После… А сейчас я хочу тебя.
Её руки скользнули по моей груди, её губы нашли мои.
Я знал, что должен спросить. Должен был требовать ответов. Два года. Два года неизвестности. Но её запах, её тепло, её присутствие лишили меня воли.
— Я так долго этого ждала… — прошептала она между поцелуями. — …Твои прикосновения, твои губы, твои…
(Этот аромат. Он потрясающий. Боже, я так скучал по ней.)
Я не стал останавливаться. Я хотел её. Хотел так, как не хотел никого и никогда.
Её платье упало на пол. Я подхватил её на руки и перенёс на диван.
— Ты совершенна.
— Заткнись и оттрахай меня уже, — прошептала она, и в её глазах горел огонь.
Всё происходило как в тумане. Я забыл обо всём. О боли, о предательстве, о годах одиночества. Осталась только она. Моя Света.
— Ты такой накаченный, — выдохнула она, когда я перевернул её.
— Ты достаёшь… Как раз туда, куда нужно… Потрясающе, — прошептала она.
В этот момент внизу раздался звук открывающейся двери.
— Света. Ты дома? — раздался мужской голос.
Света замерла.
— О, чёрт возьми! — прошипела она. — Мы должны остановиться, прямо сейчас.
— Не отвлекайся. Я нашёл запасные ключи, — голос приближался.
— Не обращай внимания, — прошептал я, покрывая поцелуями её шею. — Мне всё равно, кто это. Я ни за что не остановлюсь.
— Я не шучу, слезь с меня, — её голос был напряжённым.
— Без вариантов, блять, мы всё равно закончим!
Ключ поворачивается в замке.
— Слезь с… Чёрт… Я… — её тело выгнулось. — …Кончаю!
— Хах… А сейчас… Уходи… Пожалуйста… Он убьёт тебя… Мой муж.
— Что-что ты сказала? Муж?
— У тебя есть 12 секунд, прежде чем он войдёт в эту дверь. Прыгай в окно, сейчас же!
— Я сейчас буду, Мелвин, дорогой. Подожди секунду, — крикнула она в сторону двери.
— Не волнуйся, милая. Я сейчас поднимусь.
— Это же, блять, целых два этажа.
— Ничего страшного. Может быть, и сломаешь ногу, но встречи с ним ты не переживёшь, — она бросила мне мои вещи.
Подниматься по лестнице. — У нас гости? Я слышал чьи-то голоса.
— Это всего лишь телевизор.
— Моя одежда.
— Сейчас. Вот… И… Извини.
Я выпрыгнул в окно, приземлившись на кусты внизу. Ударило плечо, но, кажется, ничего не сломалось.
Сверху я услышал приглушённый голос.
— Привет, милый.
— Какого чёрта?
— Ты же голая.
— Ну и что. Как будто ты раньше не видел меня голой.
Я поднялся на ноги. (Мне лучше валить отсюда.)
Я пошёл прочь, чувствуя, как горечь и боль сменяются ледяной пустотой. (Почему я всегда теряю чувство собственного достоинства, когда вижу Свету? Бесцельно следуя каждой её команде. Может быть, я думал, что найду какие-то ответы. Она не похожа на ту потрясающую женщину, которой когда-то была.)
Я попытался достать телефон, чтобы позвонить Косте, но экран был разбит. (Чёрт.)
(По крайней мере, вся моя одежда на месте. Я должен идти домой, или обратно в Метроном, или… Я не знаю, что мне делать.)
Я шёл, не разбирая дороги, и вдруг заметил, что оказался у знакомой автобусной остановки.
(Автобусная остановка. Я должен пройти мимо автобусной остановки. Может быть, она здесь…)
Но там никого не было.
(Оу… Её здесь нет. Что я делаю? Неужели я пришёл сюда только ради неё? …Какая-то часть меня определённо хотела прийти сюда… Эта остановка — даже не по пути домой. Было бы здорово увидеть её снова.)
Я постоял ещё немного, глядя на пустую скамейку, и направился к мосту.
(Я постараюсь вернуться сюда завтра. Пора возвращаться домой. Мне действительно нужно очистить свои мысли. Всё обдумать. Это довольно забавно… Надеюсь увидеть её снова спустя годы, а потом я ухожу… Наверное, от самого прекрасного секса в своей жизни.)
Я шёл по мосту, когда вдруг заметил одинокую фигуру, стоящую на перилах.
(Вот чёрт. Там вроде кто-то есть. Постой… Это же…)
— Соня? — окликнул я, подходя ближе.
Она обернулась. В её глазах была пустота, такая же, как в тот вечер на остановке, но теперь она стала ещё глубже.
— Артём? — её голос был едва слышен.
— Остановись, пожалуйста.
— Нет, скажи мне, что это не то, что я думаю. Что происходит?
— Я просто наслаждаюсь последними приятными секундами, — она улыбнулась. — Надеюсь, ты составишь мне компанию?
— Пожалуйста, можешь спуститься оттуда… Чтобы мы могли нормально поговорить? Здесь, наверное, около 50 метров высоты, и эти туфли не предназначены для хождения по перилам.
— 62,5 метра, — поправила она. — И это прекрасные туфли. Моя подруга подарила их мне.
— Она, должно быть, очень переживает за тебя. Ты пьяна?
— Конечно… И я приняла таблетки. Кажется, это были снотворные. Я просто очень устала.
— Осторожнее… Пожалуйста, спускайся оттуда, Соня.
— Нет! — её голос сорвался на крик. — Разве ты не видишь? С этой стороны перил для меня ничего нет. А с той стороны…
— Я уверен, что по ту сторону тоже не будет ничего хорошего. По крайней мере, здесь у тебя есть я.
— Ты пытаешься убедить меня, что тебе действительно не всё равно? Всем плевать на меня! Я знакома с тобой всего 15 минут.
— Мне не плевать на тебя. По крайней мере, мне так кажется. Я думал о тебе сегодня утром. И по какой-то причине… Я как раз сегодня ходил на нашу автобусную остановку и искал тебя там.
Она замерла.
— Ты хороший парень, Артём. Я правда так думаю. И какая-то часть меня очень счастлива, что ты будешь последним, кого я вижу в этой жизни.
— …Пожалуйста.
— У тебя очень успокаивающий голос. И очень милая улыбка. Но я так устала от всего. Очень устала. И сейчас время для меня уснуть.
— Спокойной ночи, Артём.
— Нет!
Она отпустила перила.
(Вы наверняка тоже попадали в такие ситуации… Когда вы вынуждены действовать быстро и инстинктивно… Это похоже на: «как будто время остановилось»… И это действительно правда, хотя всё это происходит в один момент…)
Я рванул вперёд. Моя рука схватила её за запястье в тот самый миг, когда её тело уже начало падать.
— Поймал!
— Нет, — прошептала она, пытаясь вырваться.
— Зачем…
— Там внизу для тебя ничего нет. Я не отпущу. Но я не смогу тебя поднять, если ты мне не поможешь. Я помогу тебе! Хватай меня за руку, пожалуйста. Пожалуйста… Доверься мне.
Она смотрела на меня. В её глазах, сквозь пелену отчаяния, пробивался слабый свет надежды.
Её пальцы сжали мою руку. Я изо всех сил потянул её наверх, переваливая через перила. Мы рухнули на асфальт, и я прижал её к себе, не давая вырваться.
— Тебе вовсе не обязательно меня обнимать. Со мной всё в порядке, — прошептала она, дрожа.
— Я тебя никуда не отпущу. Даже не сопротивляйся!
— Я и не сопротивляюсь. Мне даже немного приятно.
Она уткнулась лицом мне в плечо. Её тело сотрясали беззвучные рыдания.
— Спасибо…
Я держал её, чувствуя, как её тепло возвращается, как пульс на её запястье становится ровнее. Я думал о Свете, о Кире, о том, как легко мы теряем друг друга и как трудно находим вновь.
Где-то вдалеке послышалась сирена скорой помощи. Я не знал, кто её вызвал. Может быть, я сам, на автомате, когда бежал к мосту. А может, это кто-то из прохожих.
Я держал Соню и смотрел на ночное небо. Оно было прекрасным. Таким же прекрасным, как и в тот вечер, когда я впервые заговорил с ней на пустой автобусной остановке.
— Всё будет хорошо, — прошептал я. — Я обещаю.
Глава 2: Новые горизонты
(Вздох.)
Она прекрасна. Волосы так красиво ложатся на её лицо… Это блестящее отражение в её голубых глазах… Лёгкий румянец на её щеках… Моё сердце замирает, когда она бросает взгляд в мою сторону.
(Вздох.)
(Возьми себя в руки, Артём. Ты следишь за ней уже несколько дней. Просто подойди к ней уже.)
…Оххх. Ну а как же…
(Ты слишком медлительный…
Но только посмотри на неё.)
К скамейке подошёл парень. Она улыбнулась ему.
(А теперь ты опоздал, чувак. Наверное, это её парень. Неудивительно, она ведь так сногсшибательна. А я… Всего лишь я.)
— Привет.
Я вздрогнул от неожиданности.
— Ох…
Она стояла прямо передо мной, а парень, с которым она разговаривала, ушёл.
— Ты ведь новенький, верно?
— Да.
— Мне кажется, тебе пришлась по душе эта скамейка. Я видела тебя здесь и вчера после уроков. И позавчера тоже.
— Отсюда просто прекрасный вид.
— Эм… Как скажешь.
(Ну же, мозг. Не закрывайся от меня сейчас. Выдай мне что-нибудь приличное. Ладно, была не была. Всё или ничего.)
— Ну, с тобой вид стал намного прекраснее.
— Ох. А ты, оказывается, очаровашка.
— Просто говорю правду. Тормозни меня, если я буду слишком настойчив.
— Думаю, тебе не стоит переживать об этом. Нравится в нашей школе?
— Да. Но я ещё особо не обзавёлся друзьями, так что судить об этом, наверное, слишком рано.
— Понятно… Меня Надя зовут.
— Артём.
— У тебя появился первый друг. Теперь всё пойдёт хорошо.
— Через несколько дней у меня ещё и красивая девушка будет. Я уже рад, что переехал сюда.
Смеётся. — Прямо за углом есть свадебная часовня, почему бы нам не устроить это прямо сейчас?
— Кому нужны эти свадебные часовни? Я и здесь все церемонии провести могу.
— О да, будь добр.
Откашливается. — Ты, Артём, берёшь ли ты Надю в законные жёны и бла-бла-бла быть верным мужем? Ну, конечно же! А ты, Надя, берёшь ли ты парня по имени Артём в как бы мужья и будешь верной бла-бла-бла?
— О да, тысячу раз да!
— Объявляю вас мужем и женой. Дело сделано.
— Ты забыл самую важную часть.
— Поцелуй, конечно же, как же я мог забыть.
— Эээу… Нееееет. Кольцо! Желательно с бриллиантом.
— О… Подожди секундочку. Я как раз сегодня утром нашёл кое-что в коробке из-под хлопьев, — я изобразил, что достаю что-то из кармана и надеваю ей на палец невидимое кольцо. — Вот.
— Замечательно. Слишком большое… Или не на том пальце…
— Что? …Ты всё время смотришь на меня… У меня что-то на подбородке?
— Ты просто очень красивая.
— Кажется, я вышла замуж за льстеца.
— Хммм. Теперь ты смотришь. Что-то застряло у меня в зубах?
— Нет, но есть кое-что… На твоей… Брови. Дай-ка я гляну. Закрой глаза.
Я послушно закрыл глаза. Её пальцы коснулись моего лба, а затем… я почувствовал на своих губах мягкое, тёплое прикосновение. Это был самый неожиданный и самый сладкий поцелуй в моей жизни.
— Властью, данной мне, я объявляю вас мужем и женой, — прошептала она, отстраняясь.
— Мне… Мне пора идти.
— До скорого, муж мой.
— Вау… В смысле, увидимся…
Она ушла, а я остался сидеть на скамейке, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.
— Что бы это ни было, но я тоже хочу так, научи меня, — раздался голос Кости, который, оказывается, всё это время стоял за деревом. — Я буду твоим верным учеником, Шидоши Танака. Пожалуйста. Научи меня… Дим Мак.
Я рассмеялся.
— В смысле, я втянул тебя во всё это, но и ты не промах. Молодец, не растерялся, чувак.
— Конечно же. Спасибо большое и… Низкий поклон тебе.
— Это всё из-за сисек, да? В прошлом году сисек вообще не было. А теперь на тебе… Бум… И сиськи повсюду. Не так уж и плохо, по две на каждую.
— Кстати, меня зовут Костя.
— Артём. Похоже, теперь ты мой второй друг.
— Но я не собираюсь с тобой целоваться. О, зацени это. У меня есть своя маленькая хитрость. Говорю тебе, усики будут хитом сезона. Видишь? Дай мне месяц, и девчонки будут просто кишеть вокруг.
— Чувак, ты где-то летаешь… — он хлопнул меня по плечу. — …Первый поцелуй, да?
Я медленно возвращался в реальность из воспоминаний, сидя на больничной скамейке. (Похоже, я только что вспомнил свою первую встречу с Надей. И с Костей.)
Дверь палаты открылась, и оттуда вышла женщина в белом халате.
— Прошу прощения. Артём?
— Да, это я.
— Меня зовут Полина, и я лечащий врач Сони. Она спрашивала о вас. Но могу я поговорить с вами, прежде чем вы войдёте?
— Конечно. С ней всё в порядке? Это из-за таблеток, да?
— К сожалению, из-за врачебной тайны я могу поделиться очень небольшим количеством конкретной информации. Но что я могу сказать с уверенностью, так это то, что, насколько мы можем судить, физически она на 100% здорова. Мы не идентифицировали никаких таблеток, о которых вы упомянули, и все анализы крови показали отрицательные результаты на какие-либо вещества.
— По крайней мере, хоть какая-то хорошая новость.
— Однако я чувствую, что должна упомянуть, что это не первый раз, когда её сюда привозят. Я очень неохотно выписываю её из больницы, но поскольку никаких физических травм нет, мы мало чем сможем помочь.
— Что? Вы не можете вот так просто выписать её! Она же прыгнула…
— Боюсь, я мало что могу сделать. Пока она утверждает, что с ней всё в порядке и она больше не повторит того, что сделала, мы не можем удерживать её против воли. Самое большее, что мы можем сделать — это продержать её до вечера, чтобы проверить на наличие побочных эффектов. Но после мы должны будем выписать её.
— Я пытаюсь сказать, что ей сейчас нужна поддержка, кто-то очень близкий.
— Что насчёт её семьи? И ещё она упоминала подругу.
— Она сообщила мне, что ни в коем случае не хочет их впутывать, и поэтому, по закону, я не имею права вступать с ними в контакт.
— Как вы думаете, исходя из вашего профессионального опыта, она может повторить что-то подобное снова?
— Я ничего не могу сказать с уверенностью, ни как человек, ни как врач. Только время покажет.
— Хорошо, большое вам спасибо за информацию. А сейчас я хотел бы повидаться с ней.
— Конечно. И удачи вам.
Я вошёл в палату. (Входя в эту комнату, чувствуешь себя даже хуже, чем когда мы были на мосту. Я думаю, что будет не совсем разумно говорить о том, что произошло. Если только она сама этого не захочет.)
На кровати сидела Соня, одетая в больничную пижаму. Она выглядела… нормально. Слишком нормально.
— Но… — она говорила с кем-то по телефону. — Ну, я…
— Не будь уд…
— …И если ты ещё раз сделаешь что-нибудь подобное, я сама тебя убью, мать твою! — донёсся из динамика женский голос.
— Можешь повторить это ещё громче? Не думаю, что глухой парень на другом конце города это слышал. И тебе не обязательно приходить сюда. Со мной всё в порядке… Слава богу.
— Центральная городская больница…
— Тогда до скорого.
Она положила трубку.
— Родители, да? — спросил я, подходя ближе.
— Вообще-то подруга, — она вздохнула. — Но я всё же могу её понять. После того, что я вчера выкинула.
— Должен сказать, теперь ты выглядишь намного лучше.
— Должно быть, это из-за этого потрясающего наряда, да? Я такая говорю… «А у вас есть такой же, но чёрный»? А она просто глупо на меня посмотрела.
(Она как-то странно себя ведёт. Теперь она совершенно другой человек. Совершенно не обращая внимания на тот факт, что она сейчас должна была быть… Уже мертва. И опять же… Я не могу точно сказать, что это… Но что-то в ней есть.)
— Всё ещё теряешься в разговорах, да? — спросила она.
— Ещё как плохо.
(Очень неловко. Что ты скажешь тому, с кем только что познакомился? И ещё спас жизнь, против её собственной воли.)
— Как ты себя чувствуешь? — спросил я, решив начать с самого простого.
— Я такая голодная.
— Это не совсем то, что я имел в виду.
— Я поняла, что ты имел в виду. Просто ненавижу говорить об этом.
— Конечно, я всё понимаю. Но может, ты захочешь немного поговорить об этом? По крайней мере, со своей подругой… Когда она приедет сюда.
— Она всё равно будет меня сверлить. С таким же успехом можно просто наслаждаться тишиной до её прихода.
Я не стал настаивать.
— Могу я спросить, почему ты это сделал? — внезапно спросила она.
— Ты имеешь в виду, остановил тебя?
— Да.
— Это произошло инстинктивно. Я бы сделал это независимо от того, кто был бы на перилах. Но… Меня вообще там не должно было быть. Я был на вечеринке с Костей. Это мой друг. А по дороге домой я зашёл на автобусную остановку, где встретил тебя вчера. Я… Искал тебя. Потому что, если быть до конца честным, автобусная остановка мне даже не по пути домой.
— Было очевидно, что у меня… Были какие-то проблемы… Да?
— Я кое-что заподозрил. Но это не та причина, по которой я туда пошёл. Я думаю, что пошёл туда потому что… Мне нужно было с кем-то поговорить. И, повинуясь какому-то инстинкту, я попытался найти тебя. Что у меня и получилось, в конце концов.
— Что ж, оказалось, что от меня была какая-то польза…
— Ну, по крайней мере, я забыл обо всех своих проблемах, так что я бы сказал, что ты неплохо справилась.
— Хотела бы дать тебе совет… Держись от меня подальше. Потому что я сломлена настолько, насколько это возможно.
— Сломлена — это всего лишь слова. Это как… Разбить вазу и как-нибудь склеить её обратно.
— Но сначала тебе всё-таки нужно будет склеить её обратно, правда?
— Да. Но если тебе удастся это сделать, у этой вазы уже будет совершенно другой вид. А также замечательная история, стоящая за этим.
— Если бы я впустила тебя в свою голову, ты бы прыгнул вместе со мной.
— Не могу себе представить, что ты сейчас чувствуешь, — сказал я после долгой паузы. — Но то, что я сказал вчера на мосту, всё ещё остаётся в силе. Я хочу помочь тебе всем, чем смогу.
Она промолчала, и я решил задать вопрос, который давно вертелся у меня на языке.
— Твоя подруга заскочит попозже?
— Да. Мы переехали сюда вместе несколько недель назад. Мы вроде как искали место, где можно остановиться. Но несколько дней назад она отправилась домой, чтобы кое-что там решить, и сейчас уже возвращается. Я… Мы… На самом деле ничего не спланировали, перед тем как ехать сюда.
— Ты как-нибудь контактируешь со своей семьёй?
— Я с ними не разговариваю.
— Ты с ними не очень ладишь, да?
— Нет, вовсе нет. Это самая лучшая семья, о которой только можно мечтать.
— Но ты с ними не разговариваешь?
— Они хотят помочь, но… Не всё так-то просто.