– Да, что-то пить захотелось. А вы не отвлекайтесь, вы там заводите свой драндулет, то есть, ремонтируете свою лодку под окнами мимо проходящих поездов? Ну вот и занимайтесь дальше, чем занимаетесь. – Огрызнулась злая Соня, которой всё-таки удалось зачерпнуть воды.
– Да я просто помочь хотел, – примирительно сказал здоровяк.
– Себе помогите сначала, – вот и всё, что услышал он в ответ.
Мужчина оценивающе посмотрел на Соню, но ничего не ответил.
Наконец, всё было готово. Девушки уселись в круг, и Соня заговорила:
– Дорогой Дух Города, здравствуй! Это тебе, – пододвинула она миску к стене моста. – Пожалуйста, угощайся. Мы пришли попросить тебя помочь нам. Сделать так, чтобы мы больше не работали вместе с нашим начальником никогда в этой жизни. Чтобы ноги его не было больше в нашем офисе! Спасибо!
– … и? – Спросила Алина, глядя на свечку и на миску. – Надо чего-то подождать? Можно идти?
– Да ну тебя. Так, надо взять немного этой жидкости. «Для связи с целью желания»… напоить его этим?
– Ты что? —Алина с опаской взглянула на Москву-реку. – Убить его решила? Нельзя просто побрызгать его этим? Скажем, что это пробник нового парфюма любимому начальству в честь вторника.
Алина и Соня переговаривались как ни в чём не бывало, в то время как Женя опять не могла вымолвить ни слова. Чувство чего-то неправильного переполняло её, словно они совершили какую-то ошибку. Ей захотелось взять эту миску, выкинуть в реку, убрать свечку и крикнуть, что они отменяют своё желание. Но свечка догорела и Женя поняла, что поздно.
*
Следующим утром по тротуару бодро шагал высокий мужчина, насвистывая себе под нос. Солнце бликовало в его очках, но ему это не мешало. Казалось, он вообще не смотрел по сторонам, погруженный в свои мысли.
«Да, и зря я на девушек вчера накричал. Того и гляди, поувольняются все. Надо сегодня с ними помягче, может, извиниться. А Жене о повышении пора сказать».
Таких случаев было немало, но всерьёз он никогда не старался кого-то принизить или обидеть, но свойственная прямолинейность и характер давали о себе знать.
Остановившись на светофоре, он услышал странную возню позади. Повернувшись, он успел увидеть, как в него выплескивают жидкость и бутылки, а бутылка в руках у его подчиненных девушек. Все эти мысли быстро пронеслись в голове, пока тело инстинктивно хотело уклониться, – сделав шаг назад, на дорогу, он оступился с тротуара и упал прямо под летящий на него автомобиль.
Следующим таким же солнечным утром, на этом переходе можно было заметить много людей в чёрной одежде, как и во дворе офиса, который был в двух минутах ходьбы.
– Никогда бы не подумала… вот это шок.
– Я вообще не ожидала.
– Под машину попал, надо же.
Весь двор и весь офис стрекотал от этих перешептываний. Только три девушки не участвовали в обсуждениях, те самые, которые работали с ним ближе всего – бледные, грустные, глаза на мокром месте. Сегодня должны были состояться похороны.
– Я не хотела так, – Алина невидяще смотрела на кабинет своего нелюбимого начальника, – я должна была бы стоять сейчас здесь и сдавать отчёт.
– Кто же знал, – Женя положила руку ей на плечо в знаке поддержки. Про себя она думала, как можно было делать это на переходе? Зачем Соня крикнула, давай сейчас, давай сейчас? Подождать нельзя было, что ли?
Соня же молча стояла рядом. Надо было собираться и идти на похороны, но как ей смотреть в гроб? Кого она там увидит? Человека, которого они убили? Соня вздрогнула на этой мысли и замотала головой. Он сам шагнул на дорогу, его никто не толкал, а воду на него вообще Алина вылила!
В коридоре послышались шаги – к ним быстро приближалась секретарь уже мёртвого начальника.
– Похороны отменяются. – Нервно произнесла она и пробежала дальше по коридору.
– Почему?
– Говорят, тело из морга исчезло.
Вечером Жене хотелось просто спать, но перед тем – хорошенько отмыться. Она залезла в ванную и включила воду. Из душа пахнуло затхлостью и полилась зеленовато-болотная вода. Завизжав, она выскочила из ванной. Позже решила, что ей показалось от стресса, и пошла спать.
На следующий день все трое соучастниц сидели за столиком кафе на обеде.
– Я думаю, он просто сам шагнул и всё. Духи города, вся эта ерунда, на самом деле такая выдумка. Никто из нас всерьёз в это не верил, – сказала Соня. – Да и вообще, – она повернулась к Алине, – ты не могла другой момент подобрать?
– Что-о-о? – остолбенев от такой наглости, воскликнула Алина, – да ты мне сама кричала: «давай сейчас, давай сейчас!» Я думала, сейчас сама бутылку выхватишь!
– А у тебя своей головы нет, оценить ситуацию? Мало ли, что я крикнула, мы на переходе стояли!
Женя молча смотрела на этих двоих и зачерпнула себе ложку супа. Тут же она поперхнулась и её замутило от привкуса болота в её горле. Алина пару раз хлопнула её по спине.
– Нормально?
– Попробуй свою еду, ¬– прохрипела Женя.
– Сейчас, – она взяла в руки стакан, чтобы сначала глотнуть воды, но в следующий же момент закашлялась и сама.
С этого дня девушки не могли спокойно пить и есть. Во всей еде, где была жидкость, им чудился привкус грязной речной воды с кислинкой яблочного сока. Они не могли спокойно мыться, потому что даже на работе, когда они мыли руки, из крана текла грязная вода с запахом затхлости.
Так больше не могло продолжаться. Они решили вернуться туда, где всё и началось – отправиться под мост.
*
Во второй раз девушки выбрали не романтичное время закатного солнца, а тёмную ночь, и двигались к мосту, словно преступницы. Опять же шли пешком, в полном молчании.
Когда они добрались до моста, вокруг никого не было, никаких прохожих, ни одной парочки, только они трое и катер под мостом.
– Странно, – проговорила Соня, – разве его ещё не починили? Что, так и бросили тут?
– Вы были абсолютно правы! Надо было сначала помочь себе самому, а я, видите ли, на трёх дам отвлёкся! – Со стороны воды донёсся мужской голос, но никого не было видно. – Редкое удовольствие принимать у себя гостей, и я обрадовался, когда вы пришли. Я никогда не против помочь! Особенно, если вы сами помогаете городу. Не мусорите, следите за газонами, убираете за своей собакой на тротуарах, не оставляете воду включённой просто так. Но вот убийство …, – на этих словах вода Москвы-реки забурчала, катер закачался на больших волнах, а из воды поднялись три водяных щупальца, которые обвили девушек и подняли над рекой.
Несмотря на темноту, внизу сквозь толщу воды странным образом чётко проглядывалось лицо здоровяка с катера. – Зря вы так со своим начальником. Он всегда выкидывал мусор в урны. Сортировал отходы. Ходил волонтёром на уборку леса по выходным. За что же вы его так?
– Пожалуйста, отпустите, – заплакала Алина. – Мы не хотели, чтобы так вышло!
– А вы также были абсолютно правы! Как вы сказали? «Фу-у-у, какой ржавый?» Не поможете ли мне обработать ржавчину? – и на этих словах щупальца резко опустились в воду, утянув девушек на дно реки.
«Но я же ничего не сделала. Я не виновата» – хотела крикнуть Женя, но не смогла – в лёгкие попала вода.
– Да, ты ничего не сделала. А могла бы их остановить, – услышала Женя последнее перед тем, как потерять сознание.
Воздух у всех троих закончился очень быстро. Молодые женщины задергались в конвульсии, а потом полностью замерли с остекленевшими глазами. Затем их тела начали немного изменяться, на ногах появились чешуйки, а кожа стала зеленоватой, и уже мёртвые девушки снова зашевелились.
– Ну что ж, теперь вы готовы. Приветствую вас в Подводной Городской канцелярии! Мы следим за загрязнением воды и планируем действия по очистке, ну и по мелочам – слушаем желания горожан, кое-какие исполняем. Вот как ваше, например. Не работать с начальником никогда в жизни! Отличное желание! Нам как раз нужны были новые кадры.