Пылающие узы
– Внезапное кровотечение только от давления? – Я нахмурила брови. – Нацуми сказала, что это может привести к долговременным повреждениям.
– Когда используется в качестве пытки – да. Не сомневаюсь, что у Виктора есть подобный опыт. Но ему придется сохранить тебя в целости. – Родригез мягко дотронулся до моего плеча. – Мы почти у башни. Тебе нужно не пускать их до Трибунала. Справишься?
– Думаю, зависит от того, будут они меня пытать или нет, – горько ответила я. – Сколько ждать до Трибунала?
Родригез колебался.
– Насколько я понял, лорд Мортис сейчас не в Вейлмаре, и Дои Орфос занимается какими-то семейными вопросами. Но я уверен, они захотят все решить до начала учебного года.
Я застонала.
– Все летние каникулы? Серьезно? Два месяца ожидания?
Два месяца лжи и блефа.
– В конце концов дракону придется появиться. – Он провел рукой по волосам. – Ты пыталась умолять?
– Я умоляла. Поверьте, умоляла. – А теперь Никсариса нет. Я не слышу его в своей голове. Это означает, что я не могу снова его позвать?
– В лучшем случае они решат, что тебе надо продолжать обучение в Кровавом крыле и совершенствовать свои навыки наездницы. На тебя могут давить, чтобы заставить повторить, что ты уже сделала, и разбудить другого дракона.
– Нет уж, спасибо, – машинально ответила я. Я могла представить, каково это будет – лгать уже о двух драконах.
– Хорошо. Я бы не стал этого делать. По крайней мере, пока ты не установишь жесткий контроль над Никсарисом.
Его обеспокоенное выражение лица говорило о том, насколько он на самом деле взволнован.
– Это была случайность, – напомнила я ему. Я подумала о том, что он только что сказал. – А в худшем случае?
– Они решат уничтожить тебя. Вас обоих.
Я уставилась на него.
– Что?
Лицо Родригеза было каменным.
– Безумие. Они только что вернули дракона. Зачем его уничтожать? – ошеломленно спросила я.
– Чтобы все королевство не впало в междоусобицу и гражданскую войну, в результате которой погибнет бесчисленное множество людей, особенно грязнорожденных? Я бы сказал, что это довольно веская причина, – ответил Родригез с обескураживающим хладнокровием.
– Или они могут просто согласиться… чтобы все осталось как есть.
Губы Родригеза дрогнули.
– То есть позволить драконам быть драконами?
Я кивнула.
– Вспомните, где находитесь, мисс Пендрагон, – сказал он не без раздражения. – В центре львиного логова.
– Вы имеете в виду логово вампиров, – пробормотала я. – Что гораздо хуже.
Он жестом указал вперед.
– Кстати о высокородных: кое-кто ждет тебя.
Я повернулась туда, куда он указывал, и нахмурилась.
Блейк прислонился к стене рядом с входом в башню Дома Драхарроу.
– Дурацкая вампирская скорость, – пробормотала я себе под нос. Он опередил нас, значит, должен был пойти другим путем.
– Я провожу ее остаток пути, – сказал Блейк, шагнув вперед. Родригез кивнул.
– Виктора нет?
Блейк отрицательно покачал головой.
– Но он вернется.
– Конечно.
Родригез присвистнул.
– Что ж, удачи, мисс Пендрагон. Спокойной ночи.
– Я провожу тебя в твою комнату, – сказал Блейк, когда Родригез ушел. Прежде чем я успела ответить, он повернулся, и мне пришлось пойти за ним.
Вампирская скорость… и очень длинные ноги. Я ускорила шаг.
Я не хотела там находиться, но все же не могла не почувствовать укол любопытства, когда мы вошли в привилегированное помещение Дома Драхарроу. С наступлением осени это место должно было стать моим новым домом. До событий этого вечера я даже ждала переезда в башню.
Но все изменилось за одну ночь. Я была не просто ученицей или консортом Блейка. Я снова стала его пленницей.
Я была в башне всего раз, в начале первого года обучения, когда меня ранила Виша. Блейк привел меня к целителю.
Теперь я более внимательно огляделась вокруг, обратила внимание на величественную каменную арку в виде свернувшихся драконов, которая вела в башню. Глаза драконов сверкали рубинами, напомнившими мне жестокие красные глаза Виктора Драхарроу.
Блейк повел меня в большой зал, который, как я поняла, был общей комнатой Драхарроу. Неудивительно, что вместо глубокого синего и мягкого серого цветов, к которым я привыкла в башне первокурсников, здесь преобладали красный и черный. Над нами висели люстры из кованого железа. Стены были обшиты панелями из темного дерева и украшены древним оружием и гербами.
Несомненно – реликвии сражений во славу Дома Драхарроу.
Комната была немного мрачноватой, но со временем она могла бы стать для меня уютной. Сейчас тут было пусто, но в массивном каменном очаге пылал огонь, несмотря на то что на дворе было почти лето. Удобные кресла, диваны и шезлонги, обитые мягким красным бархатом, были расставлены так, чтобы можно было учиться и разговаривать, не мешая друг другу.
С потолка свисали знамена насыщенного малинового и черного цветов, на которых гордо красовались изображения красных драконов или девиз дома Sanguine Vinciti.
Связанные кровью. Мои губы искривились. Казалось, эти слова насмехались надо мной сейчас как никогда.
По кругу общей комнаты стояли пустые стулья. Некоторые из них были даже перевернуты. Книги и другие вещи были разбросаны по диванам и столам. Комнату явно покидали в спешке, когда все торопились во двор. Большинство студентов, должно быть, сейчас собирали вещи. Завтра утром они возвращаются домой на лето.
Блейк повел меня к лестнице. Он лишь ненадолго притормозил, чтобы рявкнуть на нескольких студентов, которые выскользнули из своих комнат и с любопытством глазели на нас с одного из балконов.
По команде Главы Дома они быстро исчезли и оставили после себя давящую тишину. Блейк двигался уверенным шагом, его спина была прямой и твердой. Я шла следом, не в силах смотреть на него без очередного прилива гнева.
Мы вышли на лестничную площадку, и я заметила приоткрытую дверь, из которой выглядывали три лица. Блейку даже не пришлось открывать рот. Одного его взгляда хватило, чтобы студенты с паническим визгом разбежались в разные стороны.
Дверь захлопнулась, и мы снова остались одни.
Челюсть Блейка сжалась. Он не оглядывался и не произнес ни слова, пока мы поднимались по очередной витой лестнице.
Я наблюдала за тем, как он ведет рукой по каменным перилам, вырезанным в виде хвоста дракона, с рубинами, вкрапленными в каменную чешую. В каком-то смысле я очень хорошо знала эту руку, эти пальцы. Но с той частью нас было покончено.
Наконец Блейк остановился перед дверью. Он открыл ее и отступил в сторону, чтобы пропустить меня вперед.
В скромном по размерам камине горел небольшой огонь. Комната оказалась неожиданно просторной, с большой кроватью с балдахином из мягкой красной ткани с рисунком в виде чешуи дракона.
Высокие арочные окна с двух сторон комнаты открывали вид на затемненную территорию школы и море за скалами.
Я взглянула на Блейка, изогнув бровь.
– Итак, вот моя клетка.
Губы Блейка искривились в легкой улыбке. Он снова посмотрел на меня, в его взгляде было что-то неопределенное.
– Эта комната с самого начала была твоей. Ты просто заняла ее раньше, чем ожидалось. – Он кивнул в сторону окон и жестом указал на деревянный стол, на котором уже лежали пергамент и перья, а затем на полки, уставленные книгами. – Я все приготовил и жду тебя.
Комната была элегантной. Даже красивой. Ковер под ногами был мягким и плюшевым. Черный, с узором из золотых, серебряных и красных драконов. В углу я увидела шкаф, несомненно уже заполненный одеждой моего размера, в цветах Дома Драхарроу.
Я должна быть благодарна, что это не подземелье. Но какой бы элегантной она ни была, она все равно напоминала клетку.
Блейк жестом указал на одну из стен, где не было окна.
– Моя комната рядом с твоей.
Мои губы искривились. Его и ее. Как мило.
– Замечательно, – отозвалась я, мой голос при этом явно давал понять, что это не так.
Блейк нахмурился.
– Вон за той дверью – отдельная ванная, – указал он. – Зимой окна пропускают много света. У тебя будет хороший вид.
– Все? – Я смотрела, как меняется его лицо. – Мы закончили?
Он, без сомнения, по-прежнему был безумно привлекателен. Легкая тень светлой щетины вдоль углов его челюсти. Его серые глаза, от которых когда-то у меня перехватывало дыхание. Теперь он смотрел на меня с такой силой, которая, казалось, должна была привлечь меня. Но неважно, как он выглядел. Он доказал, что он то самое чудовище, о котором я знала с самого начала. Связь между нами, которую я постепенно начала принимать, теперь была разорвана. Он отнял у меня то, что уже никогда не вернуть. Не только кровь. Доверие.
Блейк откашлялся.
– Медра, я…
– Не надо. – Я прервала его холодным и непреклонным голосом. – И я уже просила не называть меня так. Мы не друзья.
Его лицо помрачнело.
– Ты все еще мой консорт.
Возможно, пока это так. Но узы можно разрушить.
– Можешь называть меня как хочешь. Но это бессмысленно. После того, что ты сделал сегодня, ты для меня никто. – Я шагнула к кровати и положила руку на одну из стоек. – Я хочу, чтобы ты ушел. Сейчас же.
На его лице мелькнула обида, затем гнев, но потом оно стало бесстрастным.
Я поняла. Я тоже не так представляла себе эту ночь. Нам обоим пришлось разочароваться. В этом был виноват лишь один человек. И я смотрела на него.
Кивнув, он повернулся к двери. Я уже было вздохнула с облегчением.
Но Блейк остановился.
– Мы поговорим об этом завтра.
Затем он захлопнул за собой дверь.
Я стиснула зубы. Этот придурок не мог допустить, чтобы последнее слово осталось за мной.
Я услышала, как ключ поворачивается в замке, и едва не рассмеялась. Что ж, я осталась одна, как и хотела. Одна в месте, которое должно было стать моим домом, но где я была пленницей.
Глава 2
Медра
На следующий день, когда я сидела в кресле у окна и читала, я услышала, как в замке повернулся ключ.
Я ждала, что это будет Блейк, но вместо него вошел Виктор Драхарроу.
– У грязнорожденных принято стучать, – не удержалась я от замечания, отложила книгу и встала.
Он не обратил на это внимания.
Его присутствие заполняло все пространство, пока он направлялся ко мне. Холодный. Угнетающий. Он прожил дольше, чем кто-либо в королевстве. И все же в этом человеке не было ничего по-настоящему живого. Он источал смерть.
Его пристальный взгляд остановился на мне, и я почувствовала, как дрожь пробежала по спине.
– Блейк знает, что вы здесь?
Губы Виктора изогнулись в легкой усмешке.
Он прищурил глаза, и прежде, чем я успела подготовиться, на мой разум обрушилась волна силы. Мои колени подогнулись, и я постаралась за что-нибудь ухватиться, но было бесполезно. Я упала на пол, не в силах удержаться на ногах. Боль пульсировала в висках.
Я стиснула зубы. Единственное, что удерживало меня в сознании, – выражение разочарования на лице Виктора, когда он смотрел на меня, лежащую на полу. «Ничего не выйдет», – с торжеством думала я.
Немного придя в себя, я воздвигла еще одну стену защиты. Когда-то они были толщиной с бумагу. Теперь же они были из кирпича и извести. Я заделала все щели. Я все еще не до конца понимала, как у меня это получается, но я была полна решимости не пустить его внутрь.
Раздражение Виктора усилилось.
– Маленькая грязнорожденная сучка не должна быть в состоянии противостоять своему высокородному хозяину.
– И все же посмотрите, как я это делаю, – сладко произнесла я.
Он вытянул руку, и не успела я пошевелиться, как моя голова дернулась в сторону, когда он сильно ударил меня. Щека запульсировала. Я почувствовала на губах привкус меди.
– Так кто же я? – сердито спросила я. – Грязнорожденная сучка или наездница драконов, которая вам нужна? Либо вы цените меня, либо я ничего не стою. Так что же?
Виктор наклонился, его голос понизился до шепота.
– Ты хочешь, чтобы тебя пытали, девочка? Потому что, уверяю тебя, я более чем способен. Ты консорт только на словах. Ты не часть этой семьи и никогда не будешь. Уверяю тебя, я ничего не буду скрывать.
Пульс участился, но я заставила себя выдержать его взгляд. Мысли путались.
– Почему бы сначала просто не спросить меня? Возможно, вам не придется пробиваться в мой разум или разрушать мое тело.
– Нет, но я бы с удовольствием это сделал, – пробормотал он, окидывая меня взглядом. Мне потребовались все силы, чтобы не вздрогнуть.
Он выпрямился, расправив плечи. Я вдруг заметила, что он ниже Блейка. И все же это никак не уменьшало его присутствия. Он был самым страшным человеком, которого я когда-либо встречала. А учитывая моего деда, это говорило о многом.
– Отлично. Давай попробуем по-твоему. Расскажи мне, как тебе удалось пробудить дракона?
Я сделала глубокий вдох. Моя ложь должна была быть безупречной. Убедительной. Этот человек не был дураком.
– Это произошло случайно. Я этого не хотела.
Его глаза сузились.
– Говори конкретнее. Ты наверняка можешь что-нибудь вспомнить.
Я покачала головой.
– Вы помните, когда вокруг школы начались подземные толчки? – Я вспомнила, что он жил в другом месте. – Пожалуйста, просто спросите директора. Он вам все об этом расскажет. Думаю, именно тогда все и началось. Несколько месяцев назад. Не так давно. С тех пор Никсарис начал пробуждаться. Но, – не преминула добавить я, – Никсарис считает, что это я пробудила его. Он поблагодарил меня за это.
– Ты говорила с драконом? – потребовал ответа Виктор.
Я кивнула.
– Мысленно. Да.
Он долго и пристально смотрел на меня.
– Пока я приму этот жалкий ответ. Но этого очень мало. Ты досконально проанализируешь каждую деталь, произошедшую до первого землетрясения, и расскажешь мне больше. Я узнаю, как это произошло. Ответ кроется в твоем сознании, и я его получу. Вольно или невольно.
Я кивнула. Что еще я могла сделать?
– Я постараюсь вспомнить побольше.
– Почему пробудился дракон Дома Авари? Почему Никсарис, а не Вораго?
Я облизала губы, ощущая вкус крови.
– Хороший вопрос, – осторожно сказала я. – Я тоже задавалась им.
– Мне говорили, что однажды ты забралась на это существо верхом. – Губы Виктора скривились от отвращения. – Тогда мисс Пансера держала тебя под своим контролем.
– Да, – призналась я. – Она использовала на мне трэлл-принуждение.
Виктор нахмурился.
– И все же внезапно ты перестала быть такой восприимчивой. Странно.
– Директор и преподаватели… – Я старалась быть осторожной, чтобы случайно не упомянуть Родригеза, но понимала, что Виктор все равно узнает. – Они все согласились, что было бы разумно обучать меня трэлл-защите. Как наездников древности.
Лицо Виктора вспыхнуло.
– Дураки. Надо было посоветоваться со мной. Никто не должен уметь блокировать меня.
Я ничего не ответила, но от этих слов по мне пробежало тепло, как будто это была похвала. Значит, не многие могли блокировать Виктора? Он не привык, чтобы ему перечили. Уже не в первый раз я почувствовала прилив благодарности за то, что с ним не посоветовались до того, как директор Ким принял решение.
– Ты касалась черного каменного дракона. Ты оседлала его. – Я почувствовала, как зарделись мои щеки. В том, что Реган заставила меня сделать в тот день, не было абсолютно ничего эротичного, и все же от того, как Виктор произнес эти слова, у меня внутри все перевернулось.
– Возможно, только это и было необходимо, – размышлял он. – Соприкосновение наездника и камня. Так глупо. И так просто.
Конечно, это, а еще несколько капель моей крови и заклинание. Я не была так уж уверена, что Виктор прав насчет того, что ключевым во всем этом было мое прикосновение. В конце концов, я забралась на Никсариса задолго до проведения ритуала. Но пусть думает что хочет.
Красные глаза Виктора затуманились, пока он изучал мое лицо.
– А теперь давай перейдем к делу. И не думай, что я не узнаю, если ты солжешь, девочка. Ты можешь его контролировать? То существо, которое ты пробудила из камня?
Я медленно поднялась на ноги, выпрямилась и вызывающе вздернула подбородок.
– Да. Никсарис вернется ко мне, когда я позову. Он в моей власти.
Глаза Виктора сузились.
– Ты думаешь, что можешь управлять драконом? Ребенок, который не имеет представления о реальной силе? – Он наклонился ближе, и я вспомнила о крови на своей губе. – Ты действительно думаешь, что я поверю в такую наглую ложь?
Мое сердце бешено колотилось, но я стояла на своем.
– Это правда, лорд Драхарроу. Если вы хотите, чтобы Никсарис был под вашим контролем, тогда я вам нужна. Возможно, я еще не полностью контролирую его… – Это прозвучало как признание. – Но со временем я начну. – Мой пульс учащался с каждым словом. – Но если вы будете давить на меня слишком сильно, он это почувствует. Вы готовы рискнуть и потерять нас обоих?
Он грубо схватил меня за подбородок и притянул мое лицо к своему.
– Позволь мне выразиться яснее. – Его голос понизился до шепота, от которого по мне пробежали мурашки. – Если ты не выполнишь то, что только что обещала, если ты опозоришь этот дом… Я позабочусь о том, чтобы твои страдания были бесконечными. Мы поняли друг друга?
От страха у меня перехватило горло, но моя решимость окрепла. Этот человек блефовал так же сильно, как и я. Я была ему нужна.
Я высвободилась из его хватки и отступила назад.
– Уберите от меня руки. Никсарис вернется только ко мне. Только я могу заставить его повиноваться. – Я прищурилась. – Если вы не можете с этим смириться, тогда убейте меня сейчас, лорд Драхарроу, и смотрите, как ваш дракон навсегда исчезает в облаках.
Ноздри Виктора раздулись. Он шагнул вперед и сильно толкнул меня. Ахнув, я упала обратно в кресло, в котором сидела, когда он вошел.
– Если вы планируете пытать меня, то не забывайте, что мой дракон узнает об этом, когда вернется, – смело сказала я.
Я сильно сомневалась, что Никсарису будет не все равно. Что он там сказал? Ах да. Что он сжег бы нас с Блейком, если бы я не была тем, кто пробудил его. Черный дракон не казался особенно милосердным.
– Я не побоюсь вытянуть из тебя правду, девочка, – прорычал Виктор. – Если мне придется…
– Дядя, вот ты где. Я искал тебя.
Блейк стоял в дверях, тяжело дыша. Его взгляд тут же переметнулся на меня. Я чувствовала, как он изучает мое растрепанное состояние, кровь на моих губах.
Виктор выпрямился и опустил руки.
– Ты мешаешь, Блейк.
Блейк не пошевелился, но я увидела, как он сжал челюсти.
– Извини. Я думал, ты хотел поговорить со мной. Вот я здесь.
На мгновение я затаила дыхание. Было ли слишком надеяться, что мои угрозы дошли до Виктора?
Виктор посмотрел на меня сверху вниз, усмехнулся и направился к двери.
Когда его дядя переступил порог, Блейк бросил на меня быстрый взгляд, но ничего не сказал, просто закрыл за собой дверь.
Ключ повернулся в замке, и я снова осталась одна.
Глава 3
Блейк
Я не шевелился, пока Виктор расхаживал по роскошному залу в Черной Крепости. Тяжелые шторы были задернуты – они приглушали солнечный свет и придавали комнате гнетущий вид.
Виктор расхаживал широкими шагами взад и вперед по ковру перед камином, крепко сцепив руки за спиной.
Он был зол. Не нужно было быть гением, чтобы понять это.
– Она мне сопротивлялась, – начал Виктор без предисловий. – Ты хоть понимаешь, какая это редкость?
Я пожал плечами.
– Она упрямая, но не особенная. Я не сомневаюсь, что ты сумеешь пробиться в нее в конце концов, дядя.
Виктор замер на полушаге и повернулся ко мне с ледяным взглядом.
– Кто дал ей разрешение изучать трэлл-защиту?
– Меня не посвящали в подробности встречи, на которой решался этот вопрос, – медленно произнес я. – Но я бы предположил, что в этом замешан директор Ким.
Виктор заскрежетал зубами.
– Глупец, любитель грязнорожденных. Он вообще собирался посоветоваться со мной?
Я сильно сомневался, что Ким питал чрезмерную любовь к грязнорожденным. Или к Пендрагон. Но я ничего не сказал.
Лишь слегка наклонил голову.
– Все наездники древности обучались трэлл-защите, разве нет? Возможно, они просто основывали свое решение на этом прецеденте? – Я знал об этом только потому, что мне рассказал Родригез. – В конце концов, Пендрагон действительно чуть не умерла в свой первый день из-за того, какой восприимчивой она была.
Губы Виктора скривились в усмешке.
– Ничего этого бы не произошло, если бы ты держал своих женщин в узде. Не читай мне лекций об истории, свидетелем которой я был, мальчик. Эти наездники были преданы своим домам. Они знали цену непослушания. А эта знает?
Моя челюсть напряглась.
– Уроки трэлл-защиты не сделают ее неприкасаемой. Она просто девчонка, которая играет с огнем.
Глаза моего дяди сузились.
– Девчонка, которая пробудила дракона, Блейк. Не стоит ее недооценивать.
Казалось, что сам он именно этим и занимался, но я придержал язык.
– С ней нужно обращаться по-особому, – сказал мой дядя словно самому себе. Он взглянул на меня. – Я хочу выбить из нее ответы. Я никогда не встречал грязнорожденного, которого нельзя было бы сломить надлежащим… убеждением. Я мог бы с болью вытягивать правду из ее уст до тех пор, пока в ней не осталось бы ничего, кроме покорности. Но…
Я немного подождал.
– Но что? – наконец осторожно спросил я.
Его губы сжались в тонкую линию.
– Она утверждает, что дракон об этом узнает.
– Ах, вот как. Это… – Я поискал подходящее слово. – Неудачно. И ты ей веришь?
– Я не знаю, чему верить. Вполне возможно, что она может общаться с ним. Сомневаться не приходится. Нам нужен этот дракон. Она – наша единственная связь с ним на данный момент. Авари будут пытаться помешать нам на каждом шагу. Нам нужно, чтобы она была послушной. Нам нужна ее уступчивость.
Я решил не упоминать, что с этим могут возникнуть осложнения. Виктор посмотрел на меня.
– Я хочу знать об этой девушке все, Блейк. Что она знает, что скрывает и, что еще важнее, на что она способна. Она многое скрывала от нас. С самого начала. Она появилась ниоткуда. Пришло время нам выяснить, кто она на самом деле. Ты будешь регулярно отчитываться передо мной. Я ожидаю прогресса.
Я попытался придать себе уверенный вид.
– Конечно.
– А пока что мы будем действовать осторожно.
Я понял, что это значит. При необходимости он прибегнет к пыткам.
– Ты скучаешь по Реган?
Этот вопрос застал меня врасплох.
– Может, немного. Но она не слушалась.
Резкий смех вырвался из горла моего дяди.
– Вот ирония судьбы. Ты изгоняешь одного консорта за непослушание и в то же время соединяешься с другим, который бросает нам вызов на каждом шагу.
Мои губы изогнулись в невеселой ухмылке.
– Она не будет долго нам сопротивляться. Я могу сломить Пендрагон, дядя. Скоро она будет предана Дому Драхарроу. Подожди и увидишь.
Виктор изучал меня.
– Если ты не сможешь, я разберусь с ней сам. И это будет некрасиво. Обещаю, результат тебе не понравится.
– Я понимаю.
– А пока держи ее податливой. Девушка, кажется, думает, что она тебе небезразлична. Не позволяй этому измениться. Грязнорожденные – рабы своих эмоций. В этом их главная слабость. Используй это против нее.
Я кивнул.
– Мудрое предложение.
Виктор нахмурился.
– Она была на балу Ледяного огня с Кейджем Танакой.
Я вздрогнул. Я и не думал, что он знал об этом.
– Да. Наверное, потому, что я ее не пригласил. Танака увидел возможность и пригласил ее. Она согласилась. – Я пожал плечами и постарался принять беспечный вид. – А это действительно имеет значение?
– Наличие Кейджа в качестве соперника пошло тебе на пользу. Мы, Драхарроу, процветаем благодаря конкуренции. Но теперь ты, возможно, позволил этому щенку думать, что ему многое сойдет с рук. Если он задумает увести твоего консорта из-под твоего носа…
– Он этого не сделает, – перебил я. Мои руки сжались в кулаки. Мысль о том, что Кейдж Танака заманивает Пендрагон. В свой дом. В свою постель. – Теперь мы связаны кровными узами. Он будет мертв прежде, чем это произойдет.
И все же от меня не ускользнуло, что я, похоже, нуждался в Пендрагон больше, чем она во мне. Хотя если бы она знала, что мой дядя запланировал для нее, возможно, она с большей готовностью приняла бы мою защиту.
– Она нужна тебе для кормления. А зачем ей нужен ты? – спросил мой дядя, как всегда проницательный.
– Я напомню ей, где ее место. Она забыла об этом. Она забыла, в чьих руках здесь истинная власть, и так будет всегда, – прорычал я. – Кейдж будет держаться от нее подальше. Я позабочусь об этом.