Синдром отличника

Глава десятая. По имени

Дверь отделения открылась с тяжелым скрипом пружины, слишком громким для четырех утра.

За стойкой сидел дежурный, молодой, в мятой форме, с кружкой остывшего чая под рукой. На столе перед ним лежала раскрытая книга происшествий, а рядом, криво, стояла фотография в рамке: он же, но лет на десять младше, в военной форме, обнимает пожилую женщину.

Женщина шагнула к стойке, открыла рот, чтобы назвать себя.

— Ирина Сергеевна, слушаю вас.

Слова застряли в горле. Она не произнесла свое имя. Не показала документов.

— Откуда вы знаете, как меня зовут?

Дежурный моргнул, отставил кружку.

— Так вы же с нами разговаривали час назад, — сказал он, и в его голосе не было ни капли лукавства, только обычная легкая усталость ночной смены. — Звонили с городского, сказали, что заедете. Разве нет?

Она никому не звонила. Она вообще не брала в руки городской телефон, у них дома его нет уже лет пять, они отказались от проводной линии, когда переехали. Может, дежурный путает ее с кем-то другим, ошибся сменой, перепутал фамилии в журнале, такое бывает под утро после суток на ногах.

— Покажите журнал, — попросила она.

Он развернул книгу происшествий к ней, ткнул пальцем в строку. Время: 02:47. Фамилия: Ковалева И. С. Тема обращения: «сообщить о пропаже документов».

Почерк в графе был не его. Убористый, острый, с вывернутыми петлями на «в».

Ирина отступила от стойки на шаг, зацепилась каблуком о резиновый коврик у входа.

— Кто это записывал?

— Я записывал, — дежурный пожал плечами, глянул на строчку так, как будто впервые ее видел. — Голос был мужской. Представился вашим мужем, сказал, что вы сейчас за рулем и подъедете следом.

За окном отделения, на пустой парковке, одиноко горел единственный фонарь. Вокруг него кружила ночная бабочка, мотылек, врезаясь в стекло плафона снова и снова, с одинаковым равномерным стуком.

— Мне нужна помощь, — сказала Ирина. Голос вышел тише, чем она хотела. — Моему сыну грозит опасность. Есть список, есть человек, который называет себя врачом, он...

Она замолчала, слушая собственный голос. Слова звучали как бред, с которым обычно отправляют на осмотр в совсем другое ведомство.

Дежурный смотрел на нее цепко, без ухмылки, но с тем усталым снисхождением, с каким отгораживаются от чужого помешательства.

— Давайте я запишу заявление, — сказал он, придвигая чистый бланк. — А вы пока присядьте, отдышитесь. Хотите воды?

Она хотела закричать, что вода ей не нужна, что прямо сейчас нужно подняться на ноги, объявить тревогу, прочесать этот чертов поселок и найти Соколова, который пропал двенадцать лет назад. Вместо этого только кивнула и опустилась на ледяной пластиковый стул.

На бланке в его руках, под шапкой отделения, в самом низу страницы, был мелкий типографский номер бланка. Она смотрела на этот номер, вместо того чтобы говорить, и цифры расплывались перед глазами, пока не превратились в бессмысленный узор.

Телефон в кармане куртки завибрировал один раз.

Она не стала доставать его при дежурном.

Глава одиннадцатая. Ничего не подписывайте

Туалет в отделении пах хлоркой и сырой штукатуркой, а лампа под потолком жужжала неровно, то громче, то тише, будто дребезжал сам плафон.

Ирина заперла защелку, прислонилась спиной к двери и только тогда достала телефон.

«Правильный выбор. Теперь идите домой и ничего не подписывайте»

Буквы на экране не двигались, но она перечитала фразу три раза, словно от этого могло измениться содержание.

Кран над раковиной подтекал, ровно раз в несколько секунд роняя каплю в белую эмаль с металлическим звоном.

Капля упала снова. Один раз, второй.

Она посчитала капли и сбилась на пятой, потому что рука уже набирала ответ.

«Это вы все подстроили. Звонок в 02:47»

Ответ пришел почти сразу.

«Не все. Только то, что должно было привести вас туда, где вы бы поверили дежурному больше, чем себе»

Ирина села на закрытую крышку унитаза, хотя не собиралась садиться, ноги сами подогнулись.

«Зачем?»

«Чтобы вы не тратили три дня на людей, которые вам не помогут. Помочь может только один человек. Вы уже с ним разговаривали»

Она вспомнила паутину в углу подвала, нетронутую, и родинку над бровью в свете фонаря снизу.

«Соколов»

«Соколов не помощь. Соколов — часть проблемы»

Ирина смотрела на этот ответ дольше остальных. Слово «часть» настораживало. Складывалось впечатление, что автор хотел в него вложить что-то важное для него самого.

«Тогда кто вы?»

Пауза длилась дольше предыдущих. Кран уронил еще три капли, прежде чем экран засветился снова.

«Тот, кто остался в мальчике настоящим. Дима — не имя чипа. Дима — мое имя, если это вам о чем-то говорит»

Дверь туалета дернули снаружи, кто-то попробовал войти, не постучав. Женщина вздрогнула так, что телефон едва не выскользнул из руки во второй раз за эту ночь.

— Занято, — сказала она, и собственная речь прозвучала чуждо, словно со стороны.

Шаги за дверью удалились. Обычные шаги, не размеренные, не те.

Она вышла к дежурному через пять минут, сказала, что напишет заявление позже, когда соберется с мыслями. Он не настаивал, только протянул визитку с номером отделения и посоветовал не садиться за руль уставшей.

Ирина ехала домой на рассвете, когда небо над многоэтажками начало сереть, еще не светлея по-настоящему, и во дворе, у своего подъезда, увидела мужа. Он стоял без куртки, в домашних тапочках, на холодном асфальте, глядя на приближающиеся фары так, будто ждал их всю ночь.

Глава двенадцатая. Пустая кровать

— Где Дима? — спросил муж.

Ирина заглушила мотор, вышла из машины, не закрыв дверь.

— Дома. Спит.

— Нет. — Муж покачал головой, коротко, один раз. — Я проверил его комнату час назад, когда не нашел тебя. Кровать пустая. Окно приоткрыто.

Холод асфальта прошел сквозь тонкие подошвы ее тапочек, точно она стояла босиком.

Они молча поднялись в квартиру. В лифте муж все смотрел на нее сбоку, ждал объяснений, которых она пока не могла собрать в связную фразу.

Комната Димы встретила их приоткрытой форточкой и сквозняком, шевелящим лист на столе, придавленный степлером.

Кровать была застелена так, как ее застилают утром, а не так, как оставляют вставая посреди ночи, ровно, без единой складки.

Муж уже набирал номер сына. В комнате, на тумбочке, завибрировал телефон Димы, знакомой мелодией, заскользив по деревянной поверхности от вибрации.

Ирина взяла аппарат в руки, разблокировала его отпечатком, который сохранился с прошлого года, когда сын давал ей код для оплаты школьной формы.

В переписке ничего нового не было. Последнее сообщение отправлено ей самой, несколько часов назад, из подвала дома в Заречном: «Вы забыли папку».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.