Второе имя

— А сейчас Единая власть у кого? — спросила Эля. — У Мистралии?

— Ох, если бы это было так, — мягко улыбнулась Иллара. — Единая власть была утрачена во время той самой войны. Раньше весь континент и прилегающая к нему Эфемераль были единым государством — Аранторой.

Нокс приземлился на руку Хэйдану и дважды каркнул. Видимо, это был какой-то знак, потому что командир сразу произнёс:

— Впереди подходящее место для привала. Чуть-чуть осталось.

— У Аранторы был единый правитель, и все королевства были регионами под его властью, — продолжила Иллара. — Это было мирное и спокойное время. Но, как показывает история, затяжной мир стирает из памяти все кошмары войн, и пресыщенный благополучием разум начинает хотеть ещё большего, не замечая, что даёт начало новым разрушениям. Один из регионов захотел получить Единую власть себе и развязал войну между регионами. Но она оказалась такой затяжной и выматывающей, что сил осталось только на то, чтобы восстановить хотя бы свои земли. Так кончилась Единая власть, и появились пять отдельных государств, которые ещё столетия зализывали раны.

Отряд вышел на небольшое лесное плато. Слева из земли торчали высокие камни, создавая широкий навес, который хорошо спасал бы от солнца, если бы оно когда-нибудь пробилось сюда сквозь листву.

Найвин уже собирала кострище, а на поясе у неё болталось несколько тушек грызунов с пушистыми хвостами.

— Мы будем есть белок? — жалобно протянула Эля, а Арина уже вытаскивала Софу из шлейки на прогулку.

— Да, — Найвин опустила руки, и ветки со звонким хрустом упали на землю рядом с кострищем. — А если зайти за тот камень, там растёт большой куст с ягодами синявки. Очень сладкая, но будете ходить с синими губами несколько часов.

— Рискнём? — Арина повернулась к подруге.

— Пошли хотя бы на зуб попробуем. После белок. На десерт.

Синявка оказалась действительно потрясающе вкусной, и девчонки не остановились, пока не оборвали весь куст. Когда кончился привал, они продолжили путь не только с синими губами, но и с синими пальцами, а также с синими пятнами на футболках, в которые они набрали ягод в дорогу. Это немедленно стало причиной для града шуток и беззлобного смеха.

— Я ни о чём не жалею, — заявила Эля, слизывая остатки синего сока с пальцев. — Я бы сделала это снова. Просто божественный вкус. Стойте.

Она вдруг резко остановилась и растерянно закрутила головой.

— В чём дело? — Хэйдан подошёл к ней и тоже оглядел лес.

Эля не ответила. Она молча прошла по тропе вперёд, потом назад и только после этого повернулась к командиру.

— Мы уходим от источника. Он как будто остаётся в той стороне. А тропа уходит туда. — Она указала руками направления.

— Ты предлагаешь идти прямо через лес? — Кай подошёл ближе и недоверчиво прищурился. — Ты хоть представляешь, что это за лес и как через него продираться?

— Понятия не имею, что это за лес, — Элю задел его тон, и ответ вышел грубее, чем она хотела. — Но я понимаю, что источник там. Если пойдём по тропе, мы отклонимся.

— Отклонимся от чего? От ощущения, которое ты сама до конца не понимаешь?

— Я понимаю достаточно! — она повысила голос.

— Тропа однозначно ведёт к деревне, — Хэйдан вклинился между ними спокойным, как скала, голосом. — Источник находится в столице, поэтому логично, что мы отклонились от курса по твоим ощущениям. Но сначала нам всё же придётся выйти к деревне. Нужна еда, новая одежда и спокойный ночлег, чтобы разработать дальнейший план. Пока идём к деревне.

Договаривая, он уже шагал дальше по тропе и махнул рукой остальным. Все стали возвращаться в строй. Кай пошёл позади Эли. Когда Хэйдан отдалился на достаточное расстояние, она бросила через плечо:

— Раз такой умный, то веди сам к источнику. Ах да, подожди, это же не ты наследница с родовой магией?

— О, кто-то уже принял, что она наследница? — Кай ухмыльнулся и ответил её же тоном. — Вчера кричала, что не хочешь быть правителем, а сегодня уже маленькая принцесса?

— Я и не хочу. Как будто у меня выбор есть.

— Ну почему, есть ещё один вариант, — его ленивый голос раздавался прямо у неё за спиной, никто бы и не услышал, кроме Эли. — Роди нам наследника и сваливай на все четыре стороны.

Эля резко развернулась. Кай тоже остановился и смотрел на неё с самым невозмутимым видом.

— А ещё тебе чего? — выпалила она, и голос зазвенел от возмущения. Потом огляделась и продолжила тише. — Может, его ещё и родить от тебя?

— Предлагаешь? — спросил он почти шёпотом, и уголок его губ дрогнул в намёке на улыбку.

Элино лицо вспыхнуло, жар пробежал волной по всему телу. Такая наглость выбила из головы все слова. Она открыла рот, чтобы сказать хоть что-то, но не нашлась и просто зашагала дальше, чувствуя, как горят щёки.

— Мудак, — долетел до Кая тихий, сдавленный шёпот.

— Маленькая принцесса, — с улыбкой отозвался он.

Они шли ещё несколько часов. Темнело, и лес постепенно менялся: деревья становились плотнее, но под ногами всё чаще попадался камень, а воздух наполнялся солёным привкусом — близость моря ощущалась всё острее. Тропа сузилась настолько, что приходилось сначала всматриваться, куда ставить ногу. Постепенно стала появляться каменная кладка, вросшая в землю, но настолько разрушенная, что невозможно сначала было определить то ли это остатки древней стены, то ли просто ограждения. И чем дальше они проходили, тем больше становилось понятно, что они углубляются в территорию древнего строения. Стены стали выше и ровнее и вот они уже шли по узкому проходу, но всё ещё под открытым небом. Проход становился уже, местами приходилось протискиваться боком, чувствуя плечами холодный камень. Пол начал резко уходить вверх, заставляя сердце биться чаще не столько от усилия, сколько от смутной тревоги из-за давящих стен. В конце короткого коридора чернел проём, из-за отсутствия освещения казавшийся непроглядной, густой темнотой, какой не встретишь даже в самую глухую ночь.

Эля видела, как в этой темноте по очереди растворился сначала Хэйдан, потом Иллара, потом Арина и вот уже она сама поднимала ногу, чтобы перешагнуть через порог и увидеть как её мир в очередной раз перевернулся.

Стояли сумерки, но не тревожные, сгущающиеся, а прозрачные, как акварель, когда день уже угас, а ночь ещё не вступила в свои права. Ближе к горизонту поднимались две луны: одна огромная, непривычно близкая, полная, разливающая серебристо-жемчужное сияние, а вторая как младшая сестра, которая пока только учится у старшей сиянию, ещё полумесяц. Они освещали всё вокруг мягко, но отчётливо, словно мир был залит расплавленным серебром.

Отряд стоял на территории какого-то комплекса каменных строений. Казалось, он вырастал прямо из воды и земли не было видно совсем. Бесконечная паутина мостов соединяла башни и переходы, переплетаясь в причудливый лабиринт, нависший над бушующей стихией. Море внизу неистовствовало, билось в каменные опоры с такой яростью, что волны, не успев родиться, взбивались в белоснежную пену и взметали вверх мириадами серебряных брызг.

Пены было так много, что она накапливалась между мостами пышными сугробами, просто не успевая таять. Невесомая, но плотная, она клубилась внизу, как настоящие облака, застывшие в своём вечном движении. Перед отрядом простиралось облачное море, словно они вдруг оказались на небесах, среди призрачной архитектуры, парящей между водой и воздухом. И лишь там, где могучие волны не встречали преград из мостов и строений, можно было увидеть бескрайний океан, в тёмной ряби которого дрожало отражение лун. Небо над океаном было растянутым тёмно-синим бархатом, густым и бесконечным, который расшили тысячами бриллиантов. Звёзды сияли так ярко, так близко, что, казалось, протяни руку и соберёшь целую горсть этого небесного света.

Эля набрала полные легкие этого чистого бодрящего воздуха и выдохнула. Впервые за это бесконечное, мучительное путешествие её сердце замирало не от страха, а от благоговейного трепета перед красотой.

— Значит, Эфемераль, — констатировал Хэйдан.

— Зато мы нашли цивилизацию, — сказал Тайрон. — В которой можно купить нормальную еду и помыться.

Всё ещё восторженно вглядываясь в облачную пену, Арина прошептала:

— Я даже не знаю, что круче: этот вид или обещание еды и ванны.

Эля не громко хохотнула. Смех вышел слишком коротким и скорее нервным, но Кай почему-то поймал этот звук и всмотрелся в её лицо.

— Двигаем, — скомандовал Хэйдан. — Ищем ночлег и разбираемся, что делать дальше.