– Этого не может быть! Это невозможно! Ты должен был сдохнуть! Кто же ты такой?
Лена, наконец-то, прорвалась через живую ограду, подбежала к Коле, схватила его за руку и, не дожидаясь ответа шамана, потащила прочь.
– Пойдем отсюда.
– Нет, я не уйду, пока не узнаю, что здесь происходит, – заартачился Коля.
Внезапно костер вспыхнул сильнее, затрещал, зашипел, во все стороны полетели искры. Азиаты все как один упали на колени и что-то забормотали.
– Вот оно. Началось! – Неожиданно с радостью и трепетом в голосе произнес шаман.
Коля бросил взгляд на костер и увидел там силуэт.
– О, Боже! Они сжигают там человека! – понял он.
Вначале ему показалось, что в середине костра к огромному бревну привязан человек, стоящий в полный рост. В голове промелькнули образы ведьм, сожженных на кострах, из фильмов, которые он когда-то смотрел.
Но силуэт не был похож на человеческий. У него были руки и ноги, но это явно был не человек. Подойдя чуть ближе, Коля еще внимательнее стал всматриваться в пламя костра и с ужасом увидел, что существо ни к чему не привязано. Оно было живым. Оно стояло в самом сердце костра, внутри пламени, которое, по-видимому, не причиняло ему никакой боли. Странное существо только время от времени поворачивало голову то вправо, то влево озираясь вокруг.
– Уговорила. Уходим отсюда, – насколько мог, спокойно произнес Коля, схватил Лену за руку и побежал вместе с ней к берегу.
Азиаты не пытались их остановить, они были словно в трансе. Они все задрали головы вверх и, улыбаясь, бормотали какие-то несвязные слова. Коля и Лена бежали, не оглядываясь. Они уже почти добежали до пристани, как вдруг за спиной раздался жуткий рев, который не мог принадлежать ни одному из известных им животных. Коля почувствовал непреодолимое желание посмотреть, что это. Он замедлил шаг и резко обернулся. Лена, вцепившаяся в его руку, при этом чуть не упала.
– Чего ты встал? Побежали! – крикнула Лена.
– Подожди. Врага надо знать в лицо, – процедил сквозь зубы Коля.
«Господи! Опять начались эти военные штучки», – подумала Лена.
Они остановились и стали вглядываться в горящий поодаль костер. Внутри костра по-прежнему стояло это существо. Оно вытянуло правую руку из огня. Она была черная, как смола, c длинными, тонкими, когтистыми пальцами. Через пару секунд существо с еще более жутким воплем, чем в первый раз, резко втянуло ее обратно в костер. Коле показалось, что нахождение вне огня доставляет этому существу невероятную боль.
– Ну что? Насмотрелся на своего врага? Бежим, – дрожащим голосом произнесла Лена.
И они побежали. Бежали до реки без единой остановки. Бежали так быстро, как только могли. Когда они, наконец, добежали до берега, Лена рухнула на траву и стала жадно хватать воздух ртом. Коля стоял, смотрел на другой берег, на котором виднелись огоньки домов, и думал, что делать дальше. Его мысли прервались всхлипыванием Лены. Он посмотрел в ее полные слез глаза. Лена плакала все сильнее. Коля, ни слова не говоря, сел рядом с ней и обнял ее за плечи. Он понял, что в таком состоянии она никуда идти не может и надо дать ей время, чтобы успокоиться. С каждой минутой Ленин плач становился все тише, а всхлипывания все реже. Когда Лена немного успокоилась, Коля сказал:
– Все будет хорошо, мы выберемся. Нам нужно только переплыть на тот берег. – И Коля показал рукой в сторону мигающих огней многоэтажек, которые виднелись на другой стороне реки.
– Ты говоришь это так, как будто это очень просто. До другого берега метров пятьдесят, не меньше. Я столько не проплыву.
– Конечно, проплывешь. Я же буду с тобой. Давай. Буквально пара минут, и все будет кончено.
Они встали и подошли к воде. Лена посмотрела на воду, но из-за того, что вода была очень темной, она не увидела там ничего, кроме своего отражения.
Лена огляделась по сторонам. Вокруг не было ничего, на чем они могли бы перебраться на другой берег. Она понимала, что единственный выход, это перебираться на тот берег вплавь.
Коля полез в воду первый. Там оказалось довольно мелко, вода доставала ему только до пояса.
– Давай, Лен. Теперь ты.
Коля помог ей спуститься. Несмотря на то, что на улице было жарко, вода Лене показалась очень холодной. Даже в кедах она чувствовала, какое рыхлое и вязкое здесь дно. Словно земля разверзается, чтобы поглотить их на радость безумным татарам-оккультистам.
– Поплыли. Если не будем двигаться в такой ледяной воде, нам скоро ноги сведет, – резонно заметил Коля.
Они плыли практически наравне. Лена держалась совсем чуть-чуть позади. Они плыли не спеша, брассом. Конечно, Коля мог бы плыть в два, а то и в три раза быстрее, но он специально плыл медленно, потому что Лена была не очень хорошей пловчихой. Пока они плыли, Лена время от времени касалась ногами дна, чтобы понять, насколько на данном участке глубоко. В одну из таких проверок Лена не смогла нащупать дно, и от этого ей стало еще страшнее. Да, дно здесь вязкое и противное наощупь, но, по крайней мере, если бы она устала плыть, то хотя бы на цыпочки смогла бы встать, чтобы передохнуть. А теперь она даже не знала, что там внизу, какая глубина у этой бездны. От этих мыслей она запаниковала и захлебнулась. Она стала лихорадочно дергать руками и ногами и от этого глотать еще больше воды. Коля молниеносно подплыл к ней, схватив ее обеими руками под мышки:
– Успокойся, Лен! Дыши. Дыши.
Пока он держал Лену, он продолжал плыть на спине. В объятиях Коли Лена довольно быстро смогла совладать со своим страхом. Вскоре она снова могла плыть без его помощи. Минуту они плыли нормально, но вдруг Коля резко погрузился под воду, как будто какая-то неведомая сила затащила его туда. Лена нырнула за ним. В этой черной, как смола, воде она ничего не могла разглядеть, поэтому ориентировалась на ощупь. Она была под водой, пока не начала задыхаться от нехватки воздуха. За это время она так и не смогла нащупать Колю. Она вынырнула, набрала воздуха и снова нырнула. Опять ничего. Она ныряла вновь и вновь. Она бы ныряла, пока сама не утонула, но тут Коля вынырнул в метре от нее.
– Плыви! Плыви назад сейчас же! – крикнул он.
– Но как же…
– Я плыву прямо за тобой. Давай!
Лена не сдвинулась с места. Она, оцепенев, смотрела на Колю. Коля пытался плыть, но оставался на месте. Как будто он зацепился за что-то ногами или… кто-то держал его за ноги. Лена подплыла к нему, одной рукой схватила его за руку, а свободной рукой и ногами пыталась плыть. Она тянула его что было сил. И тут, буквально в один момент, то, что держало его за ноги, вдруг отпустило. Они немедленно рванули назад, к берегу. Практически у самого берега Лена замедлилась и захотела нащупать дно.
– Не делай этого! Не касайся дна! – заорал Коля.
Лена удивилась, но послушалась его и, собрав оставшиеся силы, рванула еще быстрее к берегу. Доплыв и стараясь не касаться дна, она вылезла на берег. Вслед за ней вылез Коля. Ботинок на нем не оказалось, джинсы были разодраны, в некоторых местах из ног сочилась кровь.
– Что это было? За что ты там зацепился? – спросила Лена.
– Наверное, это была какая-нибудь коряга, но я готов поклясться, что я почувствовал руки, схватившие меня. Много ледяных рук с острыми, как лезвия когтями. Они хватали меня.
– Давай я сниму свою рубашку. Разорвем ее и перевяжем тебе раны.
– Да, давай. Но идею переплыть на другой берег придется откинуть.
– Что ты предлагаешь тогда? – спросила она, помогая Коле подняться.
– Есть у меня одна безумная идея, но в такой ситуации может и сработать, – задумчиво произнес он, прищуривая глаза и смотря куда-то в даль.
– Что за идея? – недоверчиво спросила Лена.
– Я где-то читал, что в храме Казанской Божией Матери есть подземный ход, который ведет на другой берег Москвы-реки до Николо-Перервенской обители. Мы сейчас пойдем в храм, благо он от нас в трех минутах ходьбы, и отыщем этот ход.
– Ты шутишь, да? Мы сейчас пойдем искать ход, о котором ты прочитал в желтой газетенке?
– Ты сама знаешь, я никогда особо не верил в подобные сказки, но в нашей ситуации я готов поверить во что угодно, тем более других вариантов я пока не вижу.
– Ладно, пошли, – согласилась Лена.
Глава 4.
Еще одна попытка
Они шли не спеша. У обоих почти не осталось сил. Лене хотелось очнуться от этого кошмара, по взмаху волшебной палочки очутиться дома, принять ванну, поесть, выпить и навсегда стереть из памяти события этого дня.