Сулейман как-то растерянно кинул взгляд на паренька, не заметив сарказма в его словах, потом развернул сверток. В руках мелькнули денежные купюры.
– Это то, что он тебе должен, плюс десятка сверху. Вопрос улажен?
– Э, тут правильно вроде, – Сулейман уважительно посмотрел на Жеку – Брат его что ли?
– Это вы все друг другу тут братья, уважаемый, а я его друг.
– Друг! – Сулейман, казалось, смакует это слово. – Хорошо, друг. Замяли. Расходимся.
Бородатые нохчо, непрерывно что-то обсуждая, оседлали свои мерсы и отправились восвояси.
Жека также молча пошел к своей машине. Влад догнал его, остановил, затряс руку. Женек что-то сказал ему, хлопнул по плечу, подошел к водительской двери и взглянул на Руслана.
– Едешь?
– Да!
Он приземлился на пассажирское, и Женька лихо стартанул. С минуту они молчали, потом Руслан не выдержал.
– Откуда деньги? Ты ж неделю назад без копейки сидел!
– Комп продал, – коротко бросил друг.
– Ты ж на него три года копил! Ну что бы они сделали нам, не убили б ведь?
– Покалечить точно могли. Они ж как звери, для них это так – покуражиться. А комп – дело наживное. Отдаст мне все потихоньку. Дружба важнее.
За это Руслан и любил его – при всей этой глупой браваде и «понтах» в душе у Женька сидел твердый металлический стержень, который не давал его «действиям» расходиться со «словами».
Руслан поднес телефон к уху. Все те же прерывистые гудки. Это уже не совпадение. Проклятый телефон так же отказался звонить полицейским, спасателям и врачам. Шкала «сети» была на одном делении, значит аппарат все-таки ловил слабый сигнал, но ничего кроме ровных повторяющихся гудков он так и не услышал.
Парень занервничал. Что-то было не так.
Почувствовал, что начинает замерзать. Нужно было согреться. Спрятав телефон в карман, Руслан двинулся в первом попавшемся направлении. Он явно был далеко от дороги и явно попал на эту полянку не самостоятельно, а значит, должны были остаться какие-то следы тех, кто его сюда перенес. Но их не было. Снег был чистый, глубокий, не смятый. Он посмотрел вверх. Сквозь сплетение ветвей было видно ночное облачное небо. Сколько ему еще идти? Как попасть к людям?
На ходу он попробовал перезагрузить аппарат и снова позвонить близким. Никакой разницы. Решив не тратить заряд батареи, парень оставил эти попытки.
Руслан не знал сколько он брел через лес. Иногда ему казалось, что прошло уже несколько часов, но окружающее его пространство не менялось, а часы так и показывали четыре круглые цифры – 00:00. Он словно попал в царство вечного сна и тишины. Никаких звуков вокруг – только скрип подошв и его дыхание. Так не бывает. Даже если по какой-то причине он оказался далеко от места аварии и человеческое жилье не близко, должны же быть звери или птицы. Эта тишина так пугала его, что он несколько раз останавливался и громко кричал, подняв голову к небу: «Аууууууу…». Но даже эхо отсутствовало. Воздух, казалось, топил в себе любые звуки, съедал их, не давая пробить завесу безмолвия.
Наконец лес начал редеть. Высокие, тесно сплетенные между собой стволы деревьев уступили место редким кустарникам. Но вот между ними мелькнул просвет. Руслан ускорил шаг, потом побежал. Ветки хватали его за одежду, тормозили, но он упрямо продирался сквозь них. Раздвинув руками очередное переплетение ветвей, он буквально вывалился из леса, оказавшись на обочине дороги. Обычной автомобильной дороги! Серый потрескавшийся асфальт, белая, стершаяся во многих местах разделительная полоса, еле заметные линии, обозначающие границы обочин.
Парень тяжело плюхнулся на колени, прямо в снег и несколько секунд так и сидел, переводя дыхание. Он был спасен. Видок у него, конечно, был тот еще, но, если попытаться тормозить все проезжающие машины подряд, кто-нибудь да остановится. Деньги у него есть, а значит до ближайшего населенного пункта он доедет в комфорте и спокойствии, а уже там разберется, что делать дальше.
«Только вот в какую сторону повернуть? Налево или направо?.. Да не все ли равно!»
Он еще раз достал телефон. Сеть продолжала висеть на уровне одной «палки», да и та начала подозрительно мигать. Попробовал набрать полицейским – результат был тот же.
«Ну и фиг с ним!»
Повернувшись налево, он побрел вдоль обочины, поплотнее запахнув куртку. Решив скоротать время, он начал мысленно считать. Сначала до тысячи, потом до двух, потом до трех. Остановился. Ни одного автомобиля. Дорога, стертая разметка, редкие фонарные столбы с неработающими фонарями. Луна вышла из-за облаков, осветив все вокруг мертвенным светом. Стало еще холоднее. Руслан присел на снег, обхватил голову руками. Что происходит? Почему не работает телефон? Где все люди? Где он наконец?
Луна светила все ярче, заливая серебристым сиянием белый снег. Что делать? Куда идти?
Его стала одолевать дремота. Веки налились свинцом. Холод, мучивший его, куда-то пропал. Наоборот, ему стало тепло. Он где-то читал, что человек, который умирает от переохлаждения, вовсе не чувствует холода в последние минуты жизни. Надо бы подняться и попробовать идти дальше, да только куда и зачем? Он закрыл глаза. Нет сил бороться, нет сил цепляться за жизнь.
– Эй! Вставай! Это не поможет!
Голос! Обыкновенный человеческий голос!
Парень резко открыл глаза. Прямо перед ним, залитая лунным светом, стояла невысокая человеческая фигурка. Как она подкралась так неслышно? Или он все-таки заснул?
Юноша поднял голову. Молодая девушка. Несмотря на мороз, без шапки, светлые волосы разметались по плечам. На ней яркая куртка, явно не по погоде, скорее осенняя, чем зимняя. Тяжелые туристические ботинки. Девушка протягивала ему руку.
– Вставай, говорю. Нечего тут сидеть. Все равно один не дойдешь. Я провожу. Пошли!
Сглотнув, Руслан начал подниматься на ноги, не сводя глаз с незнакомки. Что-то в ней насторожило его. Да и вообще ее появление здесь, на пустынной дороге, по которой за продолжительный отрезок времени не проехало ни одной машины, казалось странным и таинственным.
Девушка смотрела на него ровным, спокойным взглядом. Худенькая, невысокая. Глаза какие-то непонятные, не то серые, не то голубые. Сложно понять, слишком мало света. Руки она спрятала в карманы. Яркая туристическая куртка была измазана чем-то, как будто девчонка каталась в ней по земле. Несмотря на морозный воздух, от нее пахло чем-то странным – протухшим, затхлым. Как будто он неожиданно попал на болото. Ботинки были явно ей чуть велики и тоже не блистали чистотой – такое ощущение, что в них целый день ходили то ли по лесу, то ли по стройке – подошва и мыски были испачканы землей и глиной, так же как куртка.
Тут до него дошло – похоже, девчонка-то обыкновенная бродяжка. Говоря юридическим языком – без определенного места жительства. Но что она делает здесь одна? Может рядом ошиваются ее не совсем «чистые и свежие» друзья? Денег у него, конечно, немного, да и телефон не из дорогих, но таким вот субъектам много и не надо, а он сейчас легкая добыча. Прибьют, в лес кинут и ищи-свищи.
Он выпрямился, чуть сместился назад и, не отрывая взгляда от девушки, слегка повернул голову. Никого. Только темная стена леса.
– Да-да, я одна и там ни души. Не волнуйся, – девушка говорила с ним спокойно и без эмоций, все также стоя перед ним, засунув руки в карманы.
Казалось, ее ничуть не волновала ситуация, в которой они встретились.
– Ты… ты – местная? – спросил наконец Руслан.
– Да, можно так сказать. Теперь местная.
– Что значит «теперь»?
– Мы так и будем здесь стоять? Пошли, отведу тебя.
– Куда?
– Туда, куда тебе положено.
– Подожди! Стой! Что значит «положено»? Ты из полиции что ли? Не похоже.
Она переступила с ноги на ногу, поежилась, чуть повернула голову в сторону.
– Видишь эту дорогу?
– Конечно вижу!
– А почему идешь по обочине?