– Уж о пении-то он, наверное, меньше всего беспокоился, – задумчиво покачал головой Крейг.
– Ладно, не важно, – вздохнул я.
– А Логан когда появился?
– Логан? Дэнни там был одним из самых крутых. Не самый главный, но почти, в одной обойме, так сказать. После случая с Джейкобсоном он мной сильно заинтересовался и однажды навестил. "Не спеши кусаться, сынок, – говорит, – я только поболтать". Кто ж ему поверит: любой разговор до тех пор кончался для меня разбитой мордой и потерей всего имущества. Я был готов в одну секунду отхватить ему нос и выплюнуть в лицо, но Логан повел себя очень дружелюбно. "Неплохо ты здесь устроился, купил или снимаешь?" Ты ведь знаешь, какие у него шуточки.
– Не особенно. По правде говоря, я с ним не очень-то знаком.
– Да, его мало кто близко знает. Ну, короче, прослышал, мол, что несладко мне тут живется, и готов помочь, если я не против. "Одно мое слово – и все от тебя отстанут. Никто и чихнуть не посмеет в твою сторону".
– Понятно. И что ему было надо?
– Вот именно. Сначала я подумал, что он голубой, смотри только Логану не проболтайся. Спросил, что ему от меня нужно, а он только подмигнул: "Всего лишь небольшая услуга, время от времени".
– Ага, береги задницу.
– "Насколько небольшая?" – спрашиваю. А он улыбается: "Мне сказали, ты порешил одного из людей Бена Джеймса. Неплохо, черт побери. Я решил, может, просто повезло, но тут ты взял и уделал Джейкобсона" – или как там его звали, этого придурка? – "сразу же, как только появился. Вот мне и пришло в голову, что паренек, должно быть, совсем не прост. Посмотришь на тебя – соплей перешибить можно, а поди ж ты. Впрочем, самые опасные тут – как раз такие. Короче, сынок, найдется у меня для тебя работенка".
– Мочить, – кивнул Крейг.
– "Специалист" – вот как он это назвал. "Буду, – говорит, – использовать тебя в случае неприятностей, в качестве последнего средства. И чтобы делал все, как скажу, ни секунды не размышляя. Тогда у тебя будет не жизнь, а малина. И не бойся, что буду гонять в хвост и в гриву: работать придется нечасто. Но уж если позову, то без дураков – иди и делай". Ну и что мне было ему ответить? Иди, мол, на хрен, я сам о себе позабочусь? Вот я и согласился – зачем наживать лишних врагов? И как видишь, работаю на него До сих пор.
– И кого ты там еще убрал для него?
Я рассказал. Гарри Гарднер и Эштон: один – конкурент Логана, другой – охранник. И то и другое равносильно самоубийству, ежу понятно. Никто не решился бы их пальцем тронуть, и Логан, чтобы не рисковать своими парнями, бросил на дело меня в обмен на несколько лет спокойной жизни. Я у него был вроде камикадзе. Он, должно быть, сам здорово удивился, что дело выгорело. То есть Гарднер еще куда ни шло, но через год, когда я убрал Эштона, каждый фараон только и ждал случая, чтобы меня пнуть. Доказать они ничего не могли, но все знали, что я это сделал. В общем, охота на старину Бриджеса пошла нешуточная. К счастью, Дэнни в том же году вышел и заставил Д. Б. нажать на все пружины, чтобы меня вытащить. Для этого потребовался целый год, куча адвокатов и не один чемодан денег, но в конце концов я оказался на воле.
– И тогда Логан устроил тебя на работу сюда?
– Само собой.
Крейг задумался. Щеки у него порозовели, и он перестал судорожно выпрямляться, сглатывая слюну. Эту историю я никогда еще никому не рассказывал – возможно, потому, что было просто некому. Может, рассказал бы еще Анджеле, будь она со мной. Интересно, как бы она отреагировала?
Наверное, засадила бы меня за решетку.
Логан прав: от Анджелы надо было избавиться, а то она предала бы и меня, и его. Но эти мысли облегчения не приносили. Думая о ней, я каждый раз чувствовал тупую боль в груди, хотя вспоминал ее все реже и реже. Она была по-прежнему в моей памяти, как ящики со старыми вещами на чердаке, но содержимое этих ящиков интересовало меня уже не так, как раньше.
Насчет Крейга Логан тоже не ошибся: он отвлекал меня от лишних переживаний, и я постепенно привык видеть его рядом. Мне даже нравилось делиться опытом, и я ощущал себя настоящим мудрецом – первый раз в жизни. Когда я был с Анджелой, мы могли говорить лишь о телепрограммах, еде или тропических рыбках, а во всем этом я понимал не больше, чем она, и при всем желании не мог блеснуть интеллектом. В последние десять лет мои интересы были целиком сосредоточены в области профессиональной, а поскольку секретность – один из ключевых элементов нашей работы, я ни разу не смог показать себя во всей красе.
Крейг сидел молча, обдумывая мою историю, а я вдруг понял, что забыл одну важную деталь. Вот ведь кретин! Наверное, за годы работы у Логана привык, что это само собой разумеется. Я вскочил и поднялся в спальню.
Вернувшись, я застал Крейга на прежнем месте. Он вздрогнул от неожиданности, когда я бросил ему на колени то, что принес. Пластиковая лента, видимо, лопнула или сползла, и сверток развалился – на пол посыпались пятидесятифунтовые купюры. Сто сорок девять штук.
– Совсем забыл – это все твое. Маловато, но у меня сейчас при себе больше нет. Не волнуйся, добавлю.
– За что? – Крейг удивленно смотрел на ворох бумажек. Видимо, за всеми событиями сегодняшнего дня он тоже упустил из виду эту немаловажную Деталь.
– Ты выполнил заказ, а за работу, положено платить.
15. Работа со свидетелями
– Ладно, ладно, к черту болтовню, ответь на простой вопрос: может он или нет?
Терпеть не могу, когда Логан называет мои тщательно продуманные ответы болтовней или бредом. Он спросил – я ответил. Иногда вопрос требует более сложного ответа, чем "да" или "нет". Но попробуйте сказать это Логану! "Нет, не требует" – вот что он скажет, а может, и без "не требует" обойдется.
– Простой вопрос! – повторил он, раздраженно морщась.
– Это не простой вопрос, Дэнни, а чертовски сложный... – попытался я возразить.
– "Может или нет?" Что тут такого сложного? Или может, или не может, вот и все. Ты возишься с ним бог знает сколько времени – так кому же еще знать, как не тебе!
– Не все так просто. Может-то он может, само собой, но я не знаю, насколько он готов и...
– Ну вот и отлично, это все, что я хотел знать.
– Но, Дэнни...
– Это все, что я хотел знать, – повторил он, и я понял, что тема закрыта. Логан помолчал, закрепляя эффект, и продолжил: – Есть тут одна работенка.
– Пошли лучше меня. Он пока со стабилизатором стреляет.
– Я тебя и посылаю. Думаешь, я тебя вызвал, чтобы поднять себе настроение? Клоун из тебя неважный. Крейга тоже возьмешь. Вечно ты дурака валяешь – еще не дослушал, а уже дергаешься.
– Понял.
– Вот это правильно. Коротко и ясно. Теперь слушай. Мы тратим время и деньги на этого молодца не просто так, а готовим его для дела, так же как готовили в свое время и тебя. Но как его использовать, если он вечно отсиживается в твоей берлоге? Поэтому – если, конечно, он того стоит – Д. Б. решил еще немного потратиться и разобраться с его проблемами. Понимаешь?
– Вот и славненько. Там есть семь пальчиков, которые на него показывают. Пальчики надо бы обломать.
– Завалить?
– Ну нет, зачем же, это нехорошо. Пусть перестанут показывать, вот и все.
Я задумчиво посмотрел в потолок. Логан ждал – он понимал, что мне надо это обмозговать.
Семь пальчиков принадлежали семи свидетелям по делу Крейга. На самом деле их, конечно, было больше семи – паб тогда ломился от посетителей, но большинство из них кое-что соображали, и когда Крейг выскочил из сортира с дымящимся стволом, не стали отвлекаться от своих дротиков и мишеней. Вы наверняка так же поступили бы на их месте. Но некоторые сдуру дали показания – надеялись, видно, покрасоваться в суде перед приятелями. Таким образом, как бы прочны ни были позиции обвинения, они целиком зависели от решимости этих кретинов свидетельствовать. Остальное, как выражаются судейские, – лишь косвенный материал.
– Д. Б. сказал, что делать? – спросил я.
– Нет, решишь все сам. Заткни их как хочешь, лишь бы до третьей мировой дело не дошло. Есть идеи?
– Детали надо обдумать, но в принципе ясно. Только мне понадобится помощь, одного Крейга мало.
– Я слушаю. Ищи и обрящешь. – Дэнни величественно взмахнул рукой.
– У нас есть адреса и телефоны всех семерых?
– Мы что, зря платим налоги? – усмехнулся Логан. Я понял, что у детишек легавых будет в этом году веселое Рождество.