Какую схему выбрать – трехактную или 12-частную? В недавно переведенной книге Дэвида Говарда и Эдварда Мабли «Как работают над сценарием в Южной Калифорнии», главном учебнике, по которому преподают кинодраматургию в Школе кинематографических искусств университета Южной Калифорнии в Лос-Анжелесе (самого престижного среди голливудских кинематографистов), авторы пишут следующее: «Некоторые сценаристы делят сценарий на пять актов, сценарии телесериалов иногда подразумевают деление на семь актов. В действительности, если актов больше трех – это лишь способ разбивки текста сценаристом, а не то, как историю переживает зритель. При грамотном и эффективном изложении истории основные события сюжета расположатся более или менее в тех же местах и в той же последовательности вне зависимости от того, на три, пять или семь актов ее формально разделить». Иными словами, как не дроби, суть структурирования сценария от этого не меняется.
Однако, структура короткометражного фильма, безусловно, отличается от структуры полного метра.
* * *
Короткометражный фильм так называется потому, что он короче полнометражного. Как я уже писал в начале этой главы, сейчас общемировой тренд движется в сторону 11–15 минутной продолжительности. Понятно, что вместить в такой размер все элементы трехактной структуры или все 12 частей «Путешествия Героя» почти нереально. Поэтому, как правило, структура сценария короткометражного фильма, главным образом, отличается тем, что второй акт сокращается. После завязки основного конфликта и первого поворотного пункта у нас нет времени на аттракционы с главным героем и приспешников главного антагониста. В современной короткометражному фильму все происходит гораздо быстрее. Это если говорить о «правильных» с точки зрения драматургии (сценарного мастерства) короткометражных фильмах. Лично мне нравятся именно такие. А какие не нравятся?
Я не люблю фильмы продолжительностью до трех минут, в которых есть время только на то, чтобы авторы могли что-то проэкспонировать, а зрители – быстренько удивиться. С одной стороны, это тоже тренд, ведь основная платформа просмотра короткометражных фильмов – Интернет, социальные сети, где нужно экономно использовать время, чтобы не зависать надолго. С другой стороны, такие фильмы продолжают древнейшую традицию «цирка уродов»: вот вам женщина с бородой, вот мужчина без рук и ног, вот сросшиеся близнецы, карлики-великаны и так далее – и ничем не отличаются от «живых картин», который Томас Эдисон показывал в кинетоскопе еще до появления кинематографа братьев Люмьер.
Такой тип короткометражек я называю «Зоопарк»: «Вот бегемот, вот – жирафа, а вот – крыса Чучундра». Можно ли вызвать любопытство таким фильмом? Можно, но проблема в том, что в Интернете и так можно найти все, что угодно, и надо очень-очень постараться, чтобы показать что-то, чего еще никогда не было. Во-вторых, удивление быстро проходит. Ну, посмотрели на «Чучундру», а дальше-то что? Авторы что-то нам показали, но что они хотели этим сказать?
Лично для меня любой формат – полнометражный фильм, сериал, короткометражный фильм или просто интернет-видео – ценен именно тем, что это не просто фиксация некого визуального образа, а произведение, в котором присутствует авторская позиция, затрагивается актуальная тема и есть хотя бы намек на некий авторский месседж. Сделать это за три минуты крайне сложно – хотя, вероятно, скорость современной жизни и информационного потока научит нас и этому. Но пока я рекомендовал бы начинающим фильммейкерам оттачивать свое мастерство на формате 11–15-минутных короткометражек, которые вмещают в себя все-таки нечто большее, чем просто одноактное экспонирование некоего удивительного явления. Случайно зафиксировать какой-то занимательный факт может, грубо говоря, «любой дурак» – непрофессиональный фильммейкер, оказавшийся в нужное время в нужном месте. От человека, который претендует на профессионализм, хотелось бы ожидать большего – чтобы его произведение отражало какую-то мысль, внутренний мир автора, его индивидуальность.
Другая крайность – когда начинающие фильммейкеры, студенты киношкол, снимают философские истории про ангелов и демонов или забавные комедийные скетчи. Мой коллега-преподаватель, режиссер-документалист Денис Клеблеев называет это «спрятаться в домике» – за ярко выраженным жанром или за «универсальной общечеловеческой притчей» студенты неосознанно прячут свое настоящее «я» – но зачем? Раз уж вы связались с кинематографом, не стесняйтесь, предъявляйте себя этому миру!
* * *
Хотите знать больше?
• Александр Молчанов. «Букварь сценариста». Я с большим уважением и интересом отношусь ко всему, что делает Александр Молчанов, слежу за его успехами и его сценарной онлайн-мастерской. Старюсь читать его книги, иногда цитирую своим студентам. Некоторые считают, что мы конкуренты. Я считаю, что мы коллеги. В нашей индустрии не так много хороших педагогов, которые способны системно, структурированно и увлеченно передавать свои знания. Александр – один из них. К сожалению, мы до сих пор (на момент написания этой книги) не знакомы.
• Дэвид Говард, Эдвард Мабли, Фрэнк Даниэль, «Как работают над сценарием в Южной Калифорнии». Самый правильный и практичный учебник; по которому учатся голливудские ремесленники, формирующие то, что называется Индустрией. Для сценаристов – с точки зрения алгоритма поэтапной работы над сценарием – он не очень удобно структурирован. Но, безусловно, это лучший учебник для редакторов и креативных продюсеров, который дает очень четкие ориентиры, что отслеживать в присылаемых рукописях, и на какие моменты указать сценаристам, если вдруг они о чем-то забыли.
• Блейк Снайдер «Спасите котика! И другие секреты сценарного мастерства». Некоторые критикуют Снайдера и даже считают проходимцем за поверхностность и надуманность каких-то подходов, за излишнюю формализацию. Мне у Снайдера нравится удобная классификация всех фильмов по типу сюжетов – разумеется, это не догма, любая классификация – это условное разделение, это всего лишь возможный ориентир, с которым можно соотнести свой замысел. Так же, как и приемы «Спасти котика», «Папа римский в бассейне» и прочие – это всего лишь повод задуматься сценаристу, как ему решить аналогичную проблему. Как говорится, «колхоз – дело добровольное», применять эти инструменты или нет, каждый решает сам. Кто-то гвозди молотком заколачивает, кто-то кулаком, а некоторые – мобильным телефоном. Результата можно добиться по-разному.
• Александр Митта «Кино между адом и раем». Безусловно, на момент появления этой книги это был абсолютный прорыв. Александр Наумович (у которого и я учился драматургии – и во ВГИКе, и потом дополнительно на его семинарах) был одним из первых, кто не только систематизировал свой личный опыт, но и был открытым для впитывания зарубежного опыта. Его книга вышла тогда, когда не было еще обилия литературы по драматургии, переведенной на русский язык. Теперь студентам доступны и оригиналы, которые легли в основу компиляции учебника Митты. Ну и теория драматургии не стоит на месте, появляются какие-то уточнения и новые приспособления. Но для первого погружения «Кино между адом и раем» очень подходит. А еще книга Александра Наумовича прекрасна его личными забавными иллюстрациями, которые для поколения визуалов объясняют многие теории «лучше тысячи слов».
• Джозеф Кэмпбелл «Тысячеликий герой» (другой вариант перевода «Герой с тысячью лиц»). Общеизвестно, что Джордж Лукас разрабатывал свои «Звездные войны» «с Кэмпбеллом на коленке». Это исследование базовых мифов разных народов и классических архетипов очень помогает вдохновиться на придумывание эпических саг и историй про странствия и приключения (фильмов категории «Путешествие за Золотым руном» по Снайдеру). В этой книге меньше ремесла, но правильная идеология. Она не о прикладных инструментах сценариста, но о «глубине копания».
• Кристофер Воглер. «Путешествие писателя. Мифологические структуры в литературе и кино». Воглер является продолжателем дела Кэмпбелла, развивает его теорию. Мне у Воглера очень нравится классификация персонажей по архетипам и драматургическим и психологическим функциям. Придумав своих персонажей, полезно свериться с Воглером, чтобы ответить себе на вопрос, нет ли в вашем сценарии лишних персонажей, не несущих полноценной драматургической нагрузки, или, наоборот, какие-то драматургические функции остались не персонифицированы воплощением в конкретных участников истории?
• Начинающим фильммейкерам, честно сказать, я не рекомендую читать Роберта Макки или Джона Труби. Не потому, что они не полезны или даже вредны (есть и такие точки зрения среди известных продюсеров). А потому, что я придерживаюсь теории «увеличения нагрузки по мере тренировки»: если вы начинающий спортсмен-силовик, то не стоит сразу делать подход к стокилограммовой штанге. Можно сорвать спину, отдавить ноги, покалечиться иным образом. Начинать надо с малого веса. Музыканты тоже неслучайно начинают свое обучение с гамм. Макки и Труби – это не гаммы и не малый вес. Если надорваться на старте, можно испортить себе удовольствие. Или получить такую кашу в голове, разгребать которую вашим продюсерам-заказчикам будет очень сложно. Есть риск так и не начать сотрудничество. Но это не отменяет необходимости продвинутым сценаристам в рамках углубленного погружения в профессию прочитать все доступные книги по драматургии.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: