"Подворовывание колбасы и мясинок со стола, несколько разбитых елочных игрушек, многодневные загулы – я знал, что это не может продолжаться вечно. Видимо, побег от хозяев стал последней каплей".
– Я… я что уже мертв? – отчаянно промяучил Африкан.
– Нет, просто ты очень глупый кот.
Больше ничего не придавливало Африкана, а вместо снежной пелены перед его глазами теперь оказалась грациозная гладкошёрстная кошка лесного окраса, элегантно умывавшая и без того чистую мордочку.
Ни то от удивления, ни то от смеси горечи унижения с негодованием Африкан, как следует распушив хвост, демонстративно зашипел. Впервые он делал это настолько звучно, что с непривычки даже сам струхнул.
Кошка несколько секунд оценивающе смотрела на эту показную агрессию, а затем без всякого стеснения, как бы между прочим спросила:
– Домашний?
– Я… – растерялся от неожиданного вопроса Африкан. – Нет… Я охотился тут уже… Я… Ну… В общем… ДА.
Африкан печально опустил уши.
– Бедный пушок, – сочувственно промурлыкала кошка.
– Я Африкан, – пытаясь спасти остатки достоинства, представился кот.
– Вот имечко у тебя устрашающее. Меня Котти зовут. Ты заблудился?
– Милое имя, – промяукал Африкан. Он уже не думал ни о доме, ни о хозяевах. Всё его котье естество было увлечено завораживающими переплетениями линий и пятен на глянцевом мехе миловидной Котти. Он невольно замурчал…
Следующие часы оказались лучшими в жизни Африкана. Такого он не испытывал ещё никогда. Впервые с ним случилась настоящая котья любовь.
К своему обычному состоянию Африкан вернулся, уже когда они сидели вдвоем на окраине леса, наблюдая за тем, как дотлевают угли в хозяйском мангале – отъезд приближался неотвратимо быстро.
– Почему ты не хочешь идти со мной? – жалобно мяучил Африкан. – ведь нам так хорошо вместе. Хозяева обрадуются новому питомцу, я тебе гарантирую.
– Пойми, я не домашний питомец и жить с людьми не хочу. Я пока не готова оставить эти просторы и обречь себя на заточение в квартире.
– Мои хозяева не такие, – продолжал уговоры Африкан, – они будут регулярно выпускать тебя на улицу – гуляй и охоться, сколько тебе захочется.
– Нет, это всё не то…
– Африкааааан, Африкааааааан! – окликал хозяин пропавшего кота.
– Вот, тебя зовут твои люди, а меня мой лес.
– Выходит, мы больше не увидимся? – печально спросил Африкан.
– Ага, размечтался, такого пушистика я делить ни с кем не намеренна, так что разыщу твоё кошачье убежище в ближайшее время.
– Мрррррррррр, – довольно замурчал влюблённый кот.
– Африкааааан, Африкааааааан! – доносился теперь голос хозяйки.
– Собираться им осталось недолго, – деловито сказала Котти, – поэтому расскажу тебе кое-что напоследок.
– Мррррррррррр, – не переставая мурчать, Африкан подсел ещё ближе к Котти.
– Видишь те звёзды, мурлыка?
– Мррррррррррр.
– Когда коты любят друг друга очень сильно, то между ними происходит вспышка и на мгновение они оказываются высоко-высоко. (Ведь коты не настолько глупы, чтобы так ярко светиться на земле, иначе гнусные человеки давно бы забрали их на опыты.) И вот, когда они возвращаются, свет от этой вспышки ещё долго доходит до земли, и на небе загорается звезда их кошачьей любви.
– И наша звезда теперь тоже там есть.
– Конечно. Вон та, третья справа от ковша Большой Медведицы, ещё вчера её там не было.
– А как же падающие звёзды?
– Это не наши, а всяких там собак и мышей. У них всё не так, как у котов.
– Африкааааан, Африкааааааан, Африкааааан! – уже в два голоса звали потерянного кота хозяева.
– Ну что, пушистик, беги, а то без тебя уедут. Они вон уже машину завели.
– Я, да, уже иду, ты только приходи поскорее, я буду смотреть на нашу звёздочку и ждать. И ещё… ты –… моя кошка на всю жизнь.
– Мрррррррррр, – замурчала от умиления Котти. – А комплементы тебе даются лучше, чем охота.
– Мау-ау. И ещё, я попытаюсь вытолкнуть еды из пакета в багажнике. Я Мыше сыр обещал, ты ему передай, а то он там на своих снежках совсем зачахнет.
– И откуда только такие заботливые коты берутся?
– Перестань издеваться. Всё. Люблю и жду.
И под очередные оклики хозяев Африкан, выпрыгивая из глубокого снега, помчался вниз к машине.
Вслед ему раздалось протяжное тоскливое "Мауууууууууууууу", на что он, еле сдерживая боль в маленьком котьем сердечке, ответил не менее трогательным криком.
Хозяева, услышав знакомый голос, решили, что их любимый котик, заблудившись, зовёт их, и принялись ещё неистовее скандировать его имя. На радостях, что Африкан всё-таки вернулся, они совсем не заметили, как он, усердно усаживаясь в багажнике, вывалил в снег добрую половину продуктов, чем обеспечил новогодний ужин своим лесным знакомым и убедил Мышу в честности и добропорядочности кошачьего рода.