Аура: Девочка демон
— Слышишь, я тебя здесь не оставлю.
— Да ты ему ничего не сделаешь!
Она оттолкнулась от дерева и встретила следующий удар. Зелёный свет вспыхнул в её левом глазу. На мгновение клинок стал ярче, оттеснил чёрную руку, но затем свечение оборвалось. Девушка согнулась, словно её ударили изнутри.
Опустошённый шагнул к ней.
Юджин побежал.
Он не успел решить, что будет делать. Не придумал ни удара, ни способа увернуться. Увидел, как она пытается поднять меч, и выставил руки, закрывая её собой.
Когти опустились прямо на него.
Белый свет заполнил прогалину.
Юджин не увидел, откуда он появился. Лишь почувствовал резкую боль под рёбрами, а затем толчок, от которого его самого качнуло назад. На одно мгновение стали видны все ветки, каждая капля на хвое, лицо девушки с приоткрытым от удивления ртом.
Опустошённого отбросило.
Он врезался в дерево, содрал со ствола кору и упал на одно колено. Из его груди вырвался протяжный скрежет. Чёрные клочья расползались по земле и торопливо стягивались к нему обратно.
Белый свет погас.
Юджин остался с вытянутыми руками. Его трясло. Он смотрел на свои ладони и никак не мог понять, почему они целы.
Девушка первой пришла в себя. Шагнула вперёд, подняв клинок.
Опустошённый отпрянул, развернулся и скрылся между деревьями. Несколько секунд слышался хруст веток, потом и он затих.
— Не беги за ним, — сказала девушка.
Юджин коротко, почти беззвучно усмехнулся. Бежать он сейчас не смог бы ни за кем.
Она ещё немного стояла, прислушиваясь к лесу. Потом медленно опустила оружие.
— Так, а ну-ка покажи свои руки, покажи.
— Что?
— Руки. Он тебя задел?
Юджин перевернул ладони. На одной алела царапина от ветки. Он не помнил, когда получил её.
Девушка посмотрела, осторожно оттянула рукав его куртки.
— Кажется, нет, — сказала она. — А стоять можешь?
— Пока стою.
— Хорошо. Только не передумай по дороге.
Она попыталась улыбнуться, но губы дрогнули. Ей самой приходилось тяжело дышать.
Юджин посмотрел на тела.
— Они…
Девушка проследила за его взглядом.
— Увы, я пришла слишком поздно.
Он сделал полшага к лежащему человеку.
— Может, проверить…
— Я проверяла.
Он остановился. Ему хотелось возразить, заставить её проверить ещё раз, потому что уходить отсюда и оставлять людей на земле было неправильно. Но одного взгляда хватало, чтобы понять то, что она уже сказала.
Девушка не торопила. Дождалась, пока он повернётся, и указала клинком на узкий проход между соснами.
— Нужно уходить. Он ранен, но жив. И может вернуться.
Юджин кивнул.
— Как тебя зовут?
— Аяно Хлорисса. А тебя?
— Юджин Ехиро.
— Так, Юджин, иди за мной. Только смотри под ноги. Здесь скользко.
Он двинулся следом. На краю прогалины всё-таки оглянулся.
Тела оставались там же. С раскрытой ладони падала вода.
Они шли по узкой тропе вдоль неглубокой ложбины. Аяно держала меч опущенным, но не убирала его. На поворотах останавливалась, слушала, затем коротко показывала Юджину, что можно идти дальше.
Первые несколько минут он молчал. После вспышки перед глазами ещё плавало бледное пятно; стоило посмотреть на тёмный ствол, как оно проступало снова. Колени дрожали, и он старался ступать осторожно, чтобы Аяно не заметила.
Конечно, она заметила.
— Слушай, давай помедленнее, — сказала она, будто это ей самой было нужно. Юджин посмотрел на неё.
— Он тебя ранил?
— Лишь плечо задел. Немного.
— Покажи.
Аяно удивлённо обернулась.
— А ты что, умеешь лечить?
— Нет. Но перевязать могу.
— Там царапина. Правда. Вот до твоих рук он почти добрался.
Она сбавила шаг ещё немного.
— Ты знал, что сможешь его оттолкнуть?
Юджин покачал головой.
— Хоть догадывался?
— Нет.
Аяно остановилась и посмотрела ему в лицо.
— Погоди, то есть ты просто выбежал?
Он отвёл взгляд.
— Ну, получается, да.
Она раскрыла рот, затем закрыла. Покосилась назад, на оставшееся за деревьями открытое поле.
— Ну ты и… — Аяно выдохнула. — В общем, спасибо. Но больше так не делай, ладно?
— А как надо было?
— Лучше бы я сама справилась.
Она сказала это сердито, однако сердитость была направлена не на него. Юджин заметил, как крепко она сжимает рукоять.
— Ты долго там была?
— Достаточно. Услышала крики, прибежала. Думала, успею.
Её пальцы на рукояти разжались. Она поправила хват и пошла дальше.
Тропа начала подниматься. Между соснами стало светлее: за лесом оставалась узкая полоса ещё не погасшего неба. Юджин узнал высокую берёзу, расколотую давней молнией. Отсюда до окраины было не так далеко.
Аяно задержалась возле берёзы и погасила свечение клинка. Юджин впервые увидел её при более ровном свете. Светлая повязка была потёрта по краям; завязка уходила под зелёные волосы. Возле открытого глаза прилипла маленькая хвоинка.
— У тебя тут… — Он указал на собственную щёку.
— Где?
Аяно провела рукой не с той стороны. Юджин показал снова, и она наконец стряхнула хвоинку. Рис 9.
Рис 9. Необычная встреча.
— Спасибо. А то так и ходила бы, красавица лесная.
Он неожиданно для себя усмехнулся.
Аяно заметила, но ничего не сказала. Лишь поправила одежду и посмотрела на него внимательнее.
— Ты вообще откуда взялся? Гулял?
— Искал кое-кого.
— В лесу? Сейчас?
— Она ушла в эту сторону. Я подумал…
Он не договорил.
— Знакомая?
— Аура.
— А-а. Тогда понятненько. — Аяно шагнула через корень. — Хотя всё равно не очень.
— А сколько тебе лет? — спросил Юджин сразу.
— 7 000 годиков.
— Сколько-сколько?
Аяно сразу засмеялась.
— До 20 000 лет Аура является малышкой; после, от 20 000 до 30 000, Аура — подросток; с 30 000 до 40 000 — юношеский возраст и так далее.
— Так ты, получается, совсем кроха?
— Ага, но зато такая, что могу дать люлей любой бяке.
Юджин слегка улыбнулся.
— Вас тут предупреждали об Опустошённых?
— Предупреждали.
Она посмотрела на него через плечо.
— Я понял, — сказал Юджин. — Глупо.
— Я ещё ничего не сказала.
— У тебя на лице написано.
Аяно не удержалась от короткого смешка. Рис 10.
Рис 10. Искренняя милота. Фон атмосферы: insomnia suffershade
Под ногами закончилась рыхлая хвоя. Дальше шла старая, заросшая по краям дорога; в колеях стояла дождевая вода. Аяно оглядела её в обе стороны и только после этого убрала меч.
— Здесь легче заметить, если кто-то идёт, — объяснила она. — В чащу пока не полезем.
Юджин кивнул и прислонился плечом к стволу. Голова понемногу переставала кружиться.
— Ты Зелёная Аура?
Аяно посмотрела на собственные волосы.
— Ммм, надеюсь. Иначе придётся всё заново выяснять.
— Керин вчера рассказывала. Я пока путаюсь.
— Керин Уно?
— Да.
Аяно подняла бровь.
— Ничего себе у тебя знакомства.
— Да я и сам не выбирал. Она меня спасла.
Улыбка исчезла с её лица.
— Тоже от Опустошённого?
Юджин кивнул. Посмотрел на свои кроссовки, на прилипший к подошве лист. Ему всё ещё казалось, что нужно что-то сделать с оставшимися на поле людьми. Не просто идти и разговаривать.
Аяно заметила, куда он смотрит.
— Я сообщу нашим, — сказала она. — Про тех, кого мы оставили, тоже. Их найдут.
Он хотел спросить, когда именно. Вместо этого произнёс:
— Сегодня хоронили моих друзей.
Аяно замолчала.
На дороге с тихим всплеском лопнул пузырь в луже. С веток продолжала падать вода.
— И я вот… — Юджин отлепил лист от подошвы другой ногой. — Стоял там. Смотрел. Потом дома сидел. Теперь здесь стою.
Он не знал, зачем говорит об этом незнакомой девушке. Слова выходили сами, неровно, без начала, которое могло бы что-то объяснить.
— Они погибли, а я всё время куда-то хожу. Куртку меняю. Дверь запираю.
Аяно присела на край поваленного ствола, оставляя ему место. Юджин не сел. Ему было проще оставаться на ногах.
— Что случилось? — спросила она тихо. — Если хочешь рассказать.
— На базу ударили ракетами. Ночью.
Он остановился. В ушах снова возник тот далёкий звон, который не удавалось заглушить ни водой, ни телевизором.
— Сначала я даже не понял, что происходит. Все бежали. Кто-то орал, чтобы ложились… А потом появились красные нити.
Пальцы сами нашли в кармане зажигалку.
— Они проходили сквозь людей. Просто… — Юджин провёл рукой поперёк, не закончив движения. — Я видел, как погибли мои друзья. Стоял рядом. И даже ничего не сделал.
Аяно хотела что-то сказать, но он продолжил:
— Потом погибла Аура. В саду. Опустошённый перерезал ей горло. Керин пришла, а её уже…
Он вытащил зажигалку. Колёсико оказалось под большим пальцем. Юджин щёлкнул им, но огня не появилось.
— Друг дал. Я всё забывал вернуть.
Аяно посмотрела на синий пластик и снова на него.
— Но её можно оставить у тебя, — сказала она.
— Знаю.
Он сжал губы. Потом повторил:
— Знаю.
И всё-таки убрал зажигалку бережнее, чем доставал.
Аяно поднялась со ствола.
— Дальше не обязательно рассказывать. Можно просто пройтись. Или постоять ещё, если хочешь.
Юджин кивнул. Он ждал, что она скажет что-нибудь о времени, которое всё исправляет. О том, что друзья наверняка хотели бы видеть его счастливым. Но Аяно молчала и смотрела на дорогу, давая ему возможность не следить за собственным лицом.
— Спасибо, — сказал он наконец.
Она только кивнула в ответ.
Они снова пошли. Аяно держалась слева от него, время от времени поворачивая голову к лесу. В её движениях была привычная осторожность: прежде чем посмотреть вправо, ей приходилось поворачиваться чуть сильнее.
Юджин заметил это и постарался не разглядывать повязку.
Не получилось.
— Можешь спросить, — сказала Аяно.
— Я не думал спрашивать…
— Все смотрят. Ничего.
Она коснулась края повязки, проверяя, не сбилась ли та во время боя.
— Это случилось давно. Один из Тринадцати Предвестников Опустошённых.
— Тринадцати кого?
— Предвестников. Очень сильных. Если услышишь это слово от воительниц, лучше сразу уходи туда, куда они скажут.
Юджин вспомнил существо на прогалине.
— Сильнее того?
— Намного.
Он посмотрел на неё с недоверием. Аяно заметила.
— Да, я понимаю, как это звучит после того, что ты только что видел.
— Я не это…
— Это. И вопрос нормальный.
Она помолчала, перешагивая через лужу.
— Тогда у меня было гораздо больше силы. Она очень быстро выросла. Я даже не успела привыкнуть. Утром пробуешь то, что вчера не получалось, а оно выходит. Потом ещё что-нибудь. Я думала, дальше так и будет.
В её голосе появилась неловкость. Она поправила ремень, хотя поправлять было нечего.
— Наши почти ничего не увидели. Всё произошло слишком быстро. Получила силу, решила, что теперь многое могу… и встретила его.
— Но ты остановила Предвестника?
— На тот раз — да. Удалось помешать ему. Он вытягивал энергию из Красных Аур. Мне нужно было подобраться достаточно близко, чтобы разорвать это. Я рискнула.
Она не стала описывать, как именно. Юджин посмотрел на повязку и понял достаточно.
— И ты в итоге потеряла глаз.
Аяно кивнула.
— После этого прежняя сила перестала мне подчиняться.
Юджин некоторое время шёл молча, пытаясь связать одно с другим.
— У вас магия… в глазах?
— Через них можно её использовать. Ты видел, как мой светился в бою?
— Видел.
— Это активация. Ауры часто так делают. У некоторых ещё рисунок меняется. Только у всех по-разному, тут одним объяснением не обойдёшься.
Она подняла руку и пошевелила пальцами.
— Маги умеют направлять силу и так. Через руки, например. У них больше способов. А я воительница. У меня почти всё держалось на глазах. Для боя, для клинка… Я привыкла именно к этому.
— Значит, если Аура теряет глаз, то…
— Нет, не обязательно. — Аяно покачала головой. — Есть те, кто после такого ранения остаются сильными. Со мной вышло иначе. Почему настолько плохо — я и сама до конца не понимаю.
Она подставила ладонь под капли, стекавшие с ветки, и растёрла холодную воду между пальцами.
— Я ведь помню, как всё делала. Встаю так же, направляю силу так же. Кажется, сейчас получится. Иногда даже начинается… А потом всё обрывается. Как сегодня.
— Тебе больно?
Аяно пожала плечом. Тут же поморщилась: задетая когтями кожа отозвалась на движение.
— Бывает.
— Ты говоришь «немного», «бывает»… А сама еле стояла.
Она посмотрела на него.
— А ты руки под когти подставляешь. Так что давай, пирожок, пока без лишних лекций друг другу?
Юджин слабо усмехнулся.
— Ладно. Справедливо.
За деревьями послышалась ворона. Аяно остановилась на секунду, прислушалась, затем продолжила путь.
— Эй, вообще-то я не всегда так плохо сражаюсь, — сказала она после паузы. — Просто сегодня слишком долго тянула. Надо было отходить раньше.
— А там были люди.
Она не ответила.
Юджин больше не спрашивал.
Некоторое время они шли молча. Дорога стала ровнее, и Аяно убрала с лица мокрую прядь. Юджин заметил, что без напряжения боя она выглядит ещё моложе. Особенно когда пытается переступить лужу одним шагом, не достаёт и сердито смотрит на промокший носок ботинка.
— Отлично, — пробормотала она. — Как раз этого и не хватало.
— И давно ты воительница?
— У нас я самая молодая.
— Наверное, тебе всё время говорят не лезть в опасность.
— Представь, всё время. Иногда по делу. — Она покосилась на него. — Это не значит, что мне нравится это слушать.
— А кто тебя учил?
— Мама.
Аяно сказала это сразу, без запинки. И даже немного улыбнулась.
— Она раньше тоже была воительницей. Потом ушла со службы, но тренироваться не перестала. Говорила, если долго ничего не делать, руки начинают забывать раньше головы.
Юджин слушал. Впервые за весь разговор Аяно смотрела не на лес и не на него, а куда-то перед собой.
— У неё была старая площадка. Далеко от земель Зелёных Аур. Она ещё молодой туда ходила. Там камни вместо мишеней, кривой забор… И одна доска всё время падала. Мама её прибивала, доска опять падала. Я спрашивала, почему нельзя взять новую. А она говорила: «Эта ещё хорошая».
Аяно усмехнулась.
— Упрямая была.
Она несколько шагов молчала.
— Другие, когда я путалась, чаще всего говорили: «Пока рано. Подрастёшь». Мама оставалась со мной и объясняла снова. Даже когда я злилась и бросала всё на землю. Она одна тогда верила, что у меня получится.
— Ты была совсем маленькая?
— Угу. Меч держала двумя руками и всё равно опускала. Мама делала вид, что не замечает, как я отдыхаю между попытками.
Аяно опустила взгляд на свою ладонь.
— В тот день мы тоже туда пришли. Я ещё обиделась на неё: она заставила повторять одно и то же. Я хотела что-нибудь новое, красивое. А она — шаг в сторону, ещё шаг, не стой перед ударом…
Её голос замедлился.
— Потом у площадки стало тихо. Я не сразу поняла. Просто мама перестала меня поправлять и посмотрела мне за спину. Там были Опустошённые. Несколько.
Юджин остановился вместе с ней.
— Она подвинула меня к выходу. Очень спокойно. Даже не толкнула, просто поставила за себя. И сказала, чтобы я бежала. Что она их задержит, а я должна… Рис 11.
Рис 11. Печальное воспоминание.
Аяно оборвала фразу.
Она стояла посреди дороги, не поднимая головы. Пальцы крепко держали край одежды. Юджин видел, как они сначала побелели, потом медленно разжались и снова вцепились в ткань.
— Аяно.
Она быстро вдохнула, будто собиралась продолжить, но не смогла. Слёз не было. Только взгляд стал неподвижным, и губы сжались так, что почти потеряли цвет.
Юджин не спросил, что случилось потом.
— Давай лучше здесь постоим, — сказал он.
Аяно едва заметно кивнула.
Он встал рядом. Не перед ней, не заставляя смотреть себе в лицо. За кустами журчала дождевая вода; где-то далеко хлопнула дверь — до домов было уже ближе, чем казалось.
— Прости, — произнесла она через некоторое время. — Я думала, смогу нормально рассказать.
— Ты мне ничего не должна рассказывать, всё хорошо.
Аяно провела большим пальцем по шву куртки. Потом отпустила ткань.
— Просто иногда начинаю вспоминать хорошее…
Она замолчала.
Юджин посмотрел на собственный карман. Синяя зажигалка упиралась в бедро.
— Понимаю.
Больше он ничего не сказал. Не мог подобрать слов, которые сейчас не показались бы лишними.
Через какое-то время Аяно сама шагнула вперёд. Юджин пошёл рядом. Её плечо едва касалось его рукава; он подстроился под её шаг и не отстранился.
Лес редел. Между деревьями показалась крыша крайнего дома, ещё дальше — дым над трубой. Аяно заметила его и несколько секунд смотрела на серую полоску в небе.
— Чаю бы, — сказала она негромко.
— А у меня есть.
Она повернула к нему лицо.
— Правда?
— Конечно. Обычный. И мята где-то была, надо только посмотреть.
— Обычный тоже супер.
— Ну, тогда пойдём. Тут недалеко.
Аяно кивнула. Некоторое время они говорили только о дороге: где свернуть, какой двор лучше обойти, где после дождя стоит вода. Юджин поймал себя на том, что уже не сжимает зажигалку в кармане. Он просто шёл рядом с Аяно и объяснял, как найти его дом.
Потом вдалеке раздался металлический стук, и он вздрогнул всем телом.
На окраине кто-то закрывал ворота.
Аяно посмотрела на него, но не стала спрашивать. Подождала, пока он выдохнет.
— Ты так и не сказал, кого же ты искал, — осторожно напомнила она чуть позже.
— Марту.
Аяно резко повернула голову.
— Марту Хикагури?
— Другой я не знаю.
— Она здесь?
— Была внутри меня. Потом зачем-то вышла. И ушла в лес.
Аяно приоткрыла рот, посмотрела на его грудь, затем поймала себя на этом и отвела взгляд.
— Извини. Просто… сначала Керин, теперь Марта. Ты точно «просто Юджин»?
— Хм, теперь я уже точно ни в чём не уверен.
Она не рассмеялась. Он ответил слишком устало.
— Ага, значит, ты её носитель, — сказала Аяно.
— Да. Похоже, не самый удачный.
— Она так сказала?
— Не этими словами.
Аяно тихо хмыкнула.
— Ну тогда ясненько.
— А ты её знаешь?
— Знаю, кто она. Это не одно и то же.
Юджин ненадолго задумался.
— Она со всеми так разговаривает? Как будто я ей… мешаю самим существованием.
Аяно помолчала.
— Честно не могу сказать за неё.
— Я думал, с Аурами всё как-то… честнее, что ли. Проще понять, что вы чувствуете.
— Мы тоже можем соврать. Или скрыть, что чувствуем, — ответила Аяно. — Но про Марту не спрашивай. Меня рядом не было, я не знаю, о чём вы говорили.
— Керин тоже так ответила.
— Ну, значит, в этом мы с богиней сходимся.
Он провёл рукой по волосам.
— Просто она ничего не объясняет. Ушла, и всё. Я даже не знаю, собирается ли вернуться.
— Ей нужно восстанавливаться, да?
— Керин сказала, что нужно.
— Тогда выходить надолго ей сейчас тяжело. Но это не значит, что она будет сидеть на месте только потому, что ей так посоветовали.
— Ты говоришь так, будто сама никогда не слушаешь.
Аяно покосилась на него.
— Мы сейчас не обо мне.
На этот раз он всё-таки улыбнулся.
— А у тебя есть носитель?
— Нет. Я получаю энергию от Сердца Зелёных Аур. Поэтому могу быть здесь сама по себе. Хотя восстанавливать силы всё равно приходится.
Она немного помолчала.
— Слушай, Юджин. Я могу помочь тебе найти дорогу, предупредить об опасности. Но почему Марта ушла и что думает о тебе — это правда лучше у неё спросить.
— А она скажет: «Не твоё дело».
— Ммм, возможно.
Он посмотрел на Аяно, и та чуть развела руками.
— Я же не обещала, что будет легко.
Дорога повернула к окраине. Теперь крыши были видны отчётливо, а между ними и лесом тянулась открытая полоса земли. Справа чернела ограда старого тренировочного лагеря.
Аяно уже хотела спросить, какой из домов его, когда вдруг остановилась.
Юджин заметил перемену раньше, чем понял её причину: она перестала свободно держать руки, шагнула ближе к стволу и всмотрелась туда, где ложбина уходила за дорогу.
— Не двигайся.
Он замер.
Между дальними деревьями что-то прошло. Слишком высокое для человека. Через мгновение показалась другая тень, чуть левее.
Аяно медленно втянула воздух.
— Ещё двое. Возможно, и больше.
Юджин нащупал её рукав.
— Они идут сюда?
— Пока вдоль ложбины. Но если повернут…
Она не договорила. Осторожно отвела его от дороги и провела за стволами ещё несколько шагов, туда, откуда открывался прямой путь к домам. Здесь между ними и замеченными тенями оставались деревья и склон.
— Видишь крайнюю калитку? — спросила Аяно.
Юджин кивнул.
— Тогда иди туда. По открытой стороне, возле огородов. Сейчас там никого нет.
— А ты?
— К нашим. Здесь недалеко дозор Зелёных Аур. Нужно предупредить, пока эти вредины не подошли к людям. И сказать про прогалину.
— Я с тобой.
— Нет, Юджин.
Он уже собирался возразить, но она повернулась к нему всем телом.
— Послушай. К дозору надо идти вдоль той стороны леса. Ближе к ним. Одна я пройду быстрее и тише, а тебя придётся ещё прикрывать. Я сейчас не смогу и то и другое.
Он посмотрел туда, где мелькнули тени.
— Ты сама еле держалась.
— Я не собираюсь с ними драться. Доберусь до воительниц. Там мне помогут.
Аяно проверила, свободно ли выходит меч, и поправила плащ, убрав цеплявшийся за ветки край под ремень. Движения снова стали быстрыми и точными.
— А если они заметят тебя?
— Тогда буду уходить к дозору. Не полезу навстречу. Обещаю.
Юджин отпустил её рукав.
— Ладно тогда.
Она проследила взглядом путь до калитки, затем снова посмотрела на него.
— Увы, чай придётся отложить.
— Не волнуйся, он никуда не денется.
— С мятой, если найдёшь.
— Договорились.
Аяно протянула ему ладонь. Юджин пожал её осторожно, помня, как недавно дрожали эти пальцы.
— Я приду, когда смогу, — сказала она. — Ты только сам больше не пропадай в лесу.
— Ха, постараюсь.
Она прищурилась.
— Лучше без «постараюсь».
— Ладно. Понял.
Аяно отпустила его руку и сделала шаг назад.
— И ещё. Если хочешь научиться защищать… попроси Марту показать хотя бы начало. В следующий раз одной удачи может не хватить.
Юджин посмотрел на ладони. На них не осталось ни света, ни следа от удара, который должен был их разорвать.
— Я не знаю, согласится ли вообще она.
— Но всё же попробуй спросить, пирожок.
Аяно махнула ему и быстро двинулась вдоль склона. Перед тем как скрыться, оглянулась на окраину — проверила, идёт ли он.
Юджин направился к домам.
На этот раз он шёл по открытой стороне дороги. Несколько раз оборачивался, но зелёных волос среди деревьев уже не было видно.
У старой ограды Юджин остановился.
До его улицы оставалось несколько минут. Дома можно было умыться, переодеться, сесть у печки и ждать. Он представил, как опять включит телевизор, как будет прислушиваться к двери, к окну, к каждому шороху внутри себя.
Марта всё ещё не вернулась.
Через пролом в ограде виднелась тренировочная площадка. Отсюда она казалась почти целой: несколько деревянных макетов, перекладина между столбами, низкая стена у дальнего края. Только вблизи становилось видно, что дерево почернело, а в трещинах бетона проросла трава.
Юджин посмотрел на ладонь.
Надо было идти домой. Аяно только что вывела его из леса, и он прекрасно понимал, что она сказала бы, увидев его сейчас. Но площадка находилась уже на окраине; с неё были видны дома, а до дороги — десяток шагов. Он задержится ненадолго. Попробует понять хотя бы что-нибудь, пока не забыл ощущение белой вспышки.
Так он объяснил это себе.
Юджин прошёл через пролом. Под ногой хрустнуло стекло. Он отступил, выбрал место на открытой бетонной полосе и оглянулся: путь к дороге оставался свободным.
На одном из столбов ещё сохранилась полоса облупившейся краски. Он узнал её. Они с друзьями приходили сюда подростками и отмечали, до какой высоты могут дотянуться в прыжке. Один каждый раз приподнимался на носки перед замером. Все видели, никто не спорил — только потом заставляли прыгать ещё раз.