<< 1 2 3 4 5 6 7 ... 16 >>

Новый узбек. Приключенческий роман
Дядя Хусан


– Спешу сообщить приятную весть – завтра покажу квартиру семейной паре из одной южной области.

– Семейная пара – это то, что нужно. Я вам полностью доверяю. После вашей шуточной экскурсии и психологической обработки клиенты становятся полностью подготовленными к нормальной жизни в городской квартире.

Конечно, приятно слышать похвалу, но тут же, как обухом по голове, правда, не замечая этого сама, хозяйка спрашивает:

– Кстати, вы просили инструменты, они на месте?

Я чувствую, как ускользает опора подомной, кажется, сейчас хозяйка вздумает вместе осмотреть сохранность инструментов. С величайшим трудом нахожу силы для того, чтобы как можно спокойнее сообщить о сохранности инструментов. Конечно, разыгралась моя фантазия, на самом деле хозяйка и не подозревает ни о чем, что инструменты не самое главное, а главное для меня находится под ними.

– Да, я осмотрел всю квартиру, в том числе и инструменты, – сказал я голосом, как будто идет речь о мелочах. – Решил воспользоваться ими на следующей неделе.

Для хозяйки так и есть, инструменты это мелочь и никуда не денутся, она тут же забывает о них и начинает тараторить о совершенно других вещах.

Но мне надо возвращать её к теме инструментов, какие бы страхи меня не одолевали. Хорошо бы узнать хоть что-то, но без подозрений…

– Когда в тот раз я брал эти инструменты, заметил, что они очень добротные, – вкрадчиво говорю, возвращая хозяйку в нужное русло.

– Вы знаете, прежняя хозяйка многие вещи нам оставляла почти даром, но, ни за что не хотела брать деньги за инструменты. Они для нее были памятью о муже. Для нее, улетающей налегке, они были тяжеловаты, поэтому забрать тоже не могла. Она с чувством рассказывала, как муж учил сына, Самсона, обращаться с этими инструментами. Иногда люди неосознанно привязываются к разным вещам.

– За рубежом она, наверное, давно забыла о них. Связи наверняка прервались?

– Нет-нет, что вы! Раз-два в месяц она звонит мне, расспрашивает о своих подругах. Каждый раз не забывает спросить об инструментах. Я всегда говорю: «В целости и сохранности!», – смеётся хозяйка над наивностью прежней хозяйки.

Я боялся дальнейших углублений в своем любопытстве, поэтому аккуратно попрощался с хозяевами и поплелся домой.

3. ТЯГОСТНОЕ СЧАСТЬЕ

Вечер, как я и ожидал, проходил в тягостных думах. Включая телевизор, сам долгое время изучал потолок. Все время вспоминался фильм, где трое героев на ремонтном объекте нашли шесть слитков золота, поровну, то есть по два слитка поделили, стали богатыми людьми, однако не могли найти сбыт навалившемуся богатству, поскольку не были в состоянии указать источник происхождения драгоценного металла.

Я предчувствовал бессонницу, посему достал самую скучную и бездарную книгу и начал читать. Не читается. Но я упорно по несколько раз прочитываю каждый абзац, поскольку их смысл сразу не доходит до витающего в облаках моего мозга. Двадцать-тридцать минут такого аутотренинга способен вернуть любой мозг от заоблачных мытарств к нашей действительности. В конце концов, удалось обмануть собственный мозг и уснуть.

Утром я встретился с миллионером в зеркале с задумчивым и грустным лицом, напоминающим известного героя «Золотого телёнка» Ильфа и Петрова. Вернулись вчерашние думы об отсутствии источника богатства. Утро – вечера мудренее. Хорошо, что вчера я не потерял голову, оставил все как есть. Теперь можно более спокойно поразмышлять над случившимся. А думать есть о чем.

Прежде всего, должен признать, что я хочу присвоить чужое, пускай даже почти бесхозное, добро.

У философов есть потрясающее определение, относительно поведения личности в различных ситуациях: «Бытие определяет сознание…».

Мог ли я по иному реагировать на находку в другой ситуации?

***

По этому поводу вспоминается случай, произошедший в Санкт-Петербурге, когда я был преуспевающим предпринимателем, однажды утром по дороге на работу случайно нашел солидное портмоне, бросил его на заднее сиденье авто и после нескольких встреч с партнёрами по бизнесу, по приезду в офис стал рассматривать то, что нашёл. Внутри оказались два технического талона, на «Жигули» и «Волгу», водительское удостоверение, визитные карточки, деньги: приблизительно по пятьсот американских долларов и германских марок, несколько тысяч российских деревянных купюр, как мы их тогда называли.

Первым делом я обратил внимание на визитную карточку, а не на деньги, я и до сегодняшнего дня не знаю точно, сколько их тогда было. Визитная карточка была оформлена на кандидата химических наук, Ф.И.О., телефон, адрес и так далее.

Первая моя мысль была о том, каково этому человеку, который остался без средств передвижения и документов на автотранспорт, а по документам было видно, что это достаточно деятельный человек.

Но был некоторый страх: вдруг он убит, а у меня его документы!

Недолгие размышления помогли мне вспомнить близкого старшего товарища-земляка, Ашурбек-ака Туркбоева, который тоже был кандидатом химических наук, сейчас, конечно, доктор наук. Звоню. Прошу вместе пообедать. Мы с ним часто встречались на землячествах, но тогда у нас не было принято с бухты-барахты приглашать друг друга на обед. Но он согласился. За приятной трапезой я обрисовываю картину. Мол, если вы тоже кандидат химических наук, то быстрее его найдете, и вручаю ему портмоне со всем содержимым.

Он некоторое время изучал все это хозяйство, затем молча, бросил его в свой кейс, долго-долго смотрел на меня, собираясь что-то сказать, но так и не нашёл нужных слов и промолчал.

Мы перешли на обсуждение событий последнего землячества. Я должен признаться, что этот человек является настолько любознательным, что я диву давался его знаниям, особенно географическим. На землячествах часто я наблюдал за его беседой с любым его визави, и удивлялся каждый раз тому, что кто бы перед ним ни находился, после вопроса о том, откуда его собеседник, моментально начинал обсуждать эту местность чуть ли не до каждого перекрестка. При этом не имело значение место проживания собеседника: Советский Союз или даже страны Варшавского договора. По этой причине, в увлекательной беседе я не заметил, как прошёл час нашего обеденного перерыва.

В конце нашей встречи он несколько раз хотел что-то сказать, но какими-то размышлениями останавливался и, в конце концов, ограничился обычными любезными словами прощания с удрученным выражением лица.

***

На следующий день неожиданно он меня позвал на обед.

При встрече, прежде всего, я обратил внимание на отсутствие всякой вчерашней удрученности, он был весёлым и открытым. С первых слов он признался, что вчера его одолевали некоторые опасения относительно хозяина портмоне. Слава богу, он оказался живым и здоровым, и, самое главное, достаточно адекватным и благодарным человеком. Хозяин портмоне долго расспрашивал о его младшем брате-земляке, то есть обо мне. В конце встречи, хозяин портмоне все денежные купюры, содержащиеся в портмоне, вручил моему старшему брату-земляку, и попросил передать их мне.

У моего старшего земляка появилось вчерашнее выражение лица, и серьёзнейшим голосом сказал:

– Честно говоря, я вчера слегка перетрусил, и с большой опаской с автомата звонил этому человеку – а вдруг что-то неладное с ним приключилось? Но в конце встречи на его вопрос, кто мы по национальности, я с гордостью сказал, что мы узбеки. Я не сомневался в вашей порядочности, но, то, что вы сделали – это больше чем порядочность, – говоря эти слова, он протягивал мне аккуратно сложенные разноцветные купюры.

Я просил его оставить их при себе и использовать для украшения наших встреч…

К сожалению, должен отметить, что буквально через месяц-другой мне понадобились деньги, и я чуть ли не со скандалом забрал у моего старшего брата-земляка небольшую сумму, но все же из тех денег – сто у.е.

***

Вот теперь, насчет утверждения философов: «Бытие определяет сознание…». В настоящее время я пребываю в другой ситуации, одним словом – в нужде. У меня огромное желание присвоить эти средства, но что будет завтра?

Мои размышления прервал звонок Зарбобо, просящий о встрече с клиентами. Через полчаса он меня представил семейной паре, а сам умчался по своим делам. Наверное, подсознательно поплёлся в офис.

Я, как обычно, произвёл экскурсию для клиентов по квартире с подробными объяснениями использования каждого предмета. Клиенты оказались милыми людьми с высшим образованием, приехавшими на повышение квалификации, а самое главное – они реагировали на мои шутки и смеялись от души. Чувство юмора свидетельствует о незаурядном уме и начитанности.

Иногда я встречаю страшных людей, которые не смеются моим анекдотам, таких личностей я ужасно боюсь.

На балконе я показывал верёвки для белья. Клиент мужского пола многозначительно посмотрел на красивый короб, я раскрыл его и продемонстрировал пылесос и «сумочку» с инструментами.

– Наверное, вы плотничать не собираетесь? Хозяева не любят, когда лишний раз трогают эти инструменты, – нагло соврал я. – А пылесосом можете пользоваться, – добавил без опасений, поскольку при его использовании незаметна разница высот.

– Нет-нет, нам инструменты не нужны. Мы будем усиленно повышать квалификацию, к тому же все наши вечера заняты: целая куча родственников по очереди ждут нас в гости. Так что, сюда будем являться поздно вечером, а исчезать рано утром.

– Обычно один ключ находится у меня, поскольку я отвечаю за порядок. Я обещаю заходить в вашем присутствии.

– Нет-нет, заходите в любое время, мы приехали налегке, поэтому в этой квартире абсолютно ничего из наших вещей не будет, только предупредите заранее о своём посещении – мы с удовольствием будем слушать ваши анекдоты, если будем дома.

Квартплату я отнёс хозяйке, свою долю положил в карман.

***

Мои коллеги слово лишнего мне не говорили, но все, как один, ждали моего появления. Естественно, я явился с двумя массивными пакетами, которые я вручил Жафар-ака. Я заметил, что шеф одет был так основательно, как будто собирался на свадьбу.

После первого тоста, когда люди начинали обсуждать разные темы, я вдруг выпалил:
<< 1 2 3 4 5 6 7 ... 16 >>