– Да. – Он улыбнулся и крепче прижал ее к себе. Оба устремили взгляд на бескрайние морские просторы. – Наверное, я верил в них всегда. Просто забыл, и мне о них напомнили. Я помещу их в колонку под заголовком «То, что я знаю».
На палубу вышел Гаррик. Лицо его напоминало по цвету суп из зеленого горошка.
– Скоро мы доплывем? – Он схватился за перила, так что косточки пальцев побелели, и принялся раскачиваться туда-сюда в направлении, противоположном ритму корабля. – Прошу вас, скажите, эта чертова качка скоро прекратится?!
– К сожалению, должен тебя огорчить. – Брендан подмигнул Селии. – Мы решили изменить курс и поплыть в Южную Африку.
– Не смешно, – процедил он, надув щеки, чтобы не рассмеяться. После чего бегом бросился на другой конец палубы.
– Бедный Гаррик! – вырвалось у Селии. Матросы, большинство из которых были в прошлом членами «Братства объединенных ирландцев», ловко управлялись с парусами и канатами. В трюме находились товары на продажу и тюки с едой для ирландских голодающих, а также зерно, которое будет давать неплохой урожай на капризной ирландской почве.
– Надеюсь, теперь меня не будут преследовать, Брендан.
Селии не нужно объяснять, кого она имеет в виду.
После того собрания тайного общества площадь Вашингтона снова заполнили толпы любопытных и страждущих. И Селию О'Нил пришлось объявить мошенницей.
Видение, которое их посетило, исчезло навсегда. Аманда не вернулась, хотя Гаррик на коленях молил ее остаться. Мало-помалу он оправился от потрясения и пришел в себя. Пристрастие к опиуму было нелегко победить, но он постепенно справился и с этим. На его щеках снова заиграл румянец, и так продолжалось вплоть до морского путешествия.
– Они не найдут тебя, Селия. Я об этом позаботился. Она кокетливо склонила голову набок.
– Что ты наделал! Бедняжка тетя Пруденс так надеялась, что мы откроем спиритический салон в Ирландии.
– Бедняжка тетя Пруденс сейчас полностью поглощена свалившимся на нее богатством и думает только о парижских фасонах. – Брендан рассмеялся, потом добавил более серьезно: – Это очень щедро с твоей стороны, Селия.
– Она это заслужила. Мое наследство да еще те деньги, что ты заплатил мне за помощь Гаррику. Ей они нужнее.
– Даже после всего, что она тебе наговорила?
– Брендан, она это сказала, потому что была напутана. И ты должен ее понять.
– Ну да.
– Нет, а все-таки, что ты предпринял, чтобы от меня отстали?
О'Нил помолчал, вглядываясь в горизонт. Морской простор – как обещание вечной жизни.
– Помнишь тот документ, что я заставил тебя подписать?
– Тот, в котором говорится, что я мошенница? С моей подписью?
– Вот именно.
– Господи, Брендан! Что ты с ним сделал?
– Думаю, что в настоящий момент читатели одной уважаемой нью-йоркской газеты смакуют каждое его слово.
– Так ты послал его в «Нью-Йорк пост»? Он кивнул, и она, вспыхнув, улыбнулась.
– Это был единственный выход, Селия, – виновато пояснил он.
– Я знаю.
Он взял у нее из рук чашку и поставил на палубу.
– Как ты себя чувствуешь, любовь моя?
– Прекрасно! – Она вздохнула. – Каждый день я ощущаю себя невестой, трепетной и полной любви. Счастье – это чудо.
– Пусть так и будет всегда, моя любимая.
И в этот миг впервые за всю свою жизнь Селия увидела вдалеке у горизонта зеленое побережье Ирландии. Она могла только догадываться, какие волшебные чудеса ждут ее впереди. И так будет всегда.