Его шерсть встает дыбом, а из груди вырывается низкое рычание. Я замечаю в его гриве все тот же клок черных волос.
Стил. Я знаю это так же твердо, как и свое собственное имя.
Золотой зверь начинает метаться взад-вперед, и мое сердце стучит где-то в глотке. Прямо за львом на земле лежит бледный и худой человек.
Его окутывает облако тьмы, он движется как насекомое: отрывисто, но быстро. Его темные волосы доходят ему до плеч, спроси меня кто, я бы сказала, что их не мыли несколько месяцев. Они свисают безжизненными жирными сосульками и скрывают бо?льшую часть его лица.
За прядями светятся льдисто-голубые глаза. Пухлые, будто две насосавшиеся крови пиявки, губы оттянуты назад, и за ними видно удлиненные и острые клыки.
Человек – или, скорее, существо – шипит на Стила, который отвечает на шипение низким рычанием, пробирающим до костей.
Это вампир? Сначала оборотни, а теперь вампиры? О каких еще тварях мне не рассказали?
Я иду к ним – и понимаю это, только когда отпрыгиваю назад и опрокидываю стол от рычания Стила. Резкий звук эхом отдается в почти пустой комнате.
Человек-вампир поворачивает голову в мою сторону. Розовый язык облизывает верхнюю губу и проводит по обоим клыкам.
Меня сейчас стошнит.
Существо с нечеловеческой скоростью бросается ко мне. Я замечаю только размытое движение.
Стил сжимает челюсти на его ноге, и тот с криком падает на землю всего в полутора метрах от меня.
Я отступаю и врезаюсь во что-то твердое. На моих плечах сжимаются чьи-то руки – и я наношу их владельцу удар.
– Эй, успокойся. Это мы, – шепчет Эш. – Нужно срочно сматываться отсюда.
– Ага – желательно до того, как Стил заметит, что мы в фазе, – трубит с другой стороны Стерлинг. Грейсон стоит рядом с ним.
Я прекращаю сопротивляться, поняв, что позади Эш и близнецы, окруженные такой же мягкой белой аурой, как у меня. Еще одно подтверждение нашей непохожести на людей.
– Что это за тварь? – чувство самосохранения пересиливает жгучее любопытство – со мной такое происходит нечасто.
– Отрекшийся. Нам правда нужно валить, – отвечает Грейсон.
– Нельзя же оставить это создание один на один со Стилом. – Я начинаю коситься на парня. Он точно со мной согласится.
Мгновение спустя Стил швыряет вампира – или кто он там такой – через всю комнату. Тот с тошнотворным хрустом врезается в стену.
– Думаю, у него все схвачено, – сухо отвечает Грейсон.
Стерлинг встает передо мной и перекатывается с пятки на носок – ему явно хочется вступить в бой.
– Даже не думай, чувак. – Грейсон хмурится и тычет в брата пальцем.
– Да. Да, я помню. Ладно, давайте сматываться.
Мы уже почти за дверью, когда в воздухе гремит безумный смех. Этот звук ненавистен даже самому спектральному миру. От стен отражаются гневные волны света.
– Да, бегите, маленькие мерзкие полукровки. Погоню мы любим так же сильно, как и охоту.
Пока мы протискиваемся в двери столовой, по моим венам разливается лед. Голос переходит в дикий визг и с резким треском обрывается.
О боже. О боже. О боже. Не оглядывайся, Эмберли.
На этот раз я к себе прислушиваюсь.
Мы успеваем пройти только половину коридора, когда двери столовой с грохотом открываются.
Мои нервы на пределе, и я едва не подпрыгиваю от еще одного неожиданного гостя.
Слышится низкий рык, и Грейсон резко останавливается.
Эш врезается в него, я – в нее, а Стерлинг натыкается на меня.
Когда Стерлинг отлипает от моей спины, я тут же разворачиваюсь.
– Вот черт, – ворчит Стерлинг под нос, глядя на брата в форме льва.
Стил исчезает в вспышке белого света, словно петарда. Я с благоговением смотрю, как частицы света сплетаются в человеческий силуэт и, в последний раз моргнув, являют нам разъяренного Стила.
– О чем ты думал? – выплевывает в лицо Стерлингу, промчавшись по коридору.
Грейсон кладет руку старшему брату на плечо.
– Остынь, чувак. Мы просто пытались защитить новенькую.
Отлично, мое имя они уже забыли.
Стил переводит свирепый взгляд на меня. Черные линии бровей подчеркивают злой голубой огонь в его глазах.
Я делаю шаг назад, но лишаю его удовольствия посмотреть, как я покорно опущу взгляд.
– Хочешь, чтобы тебя прикончили? Или еще что похуже сделали?
Стоп. Что?
– Только полный идиот полезет в фазу без оружия, когда в комнате Отрекшийся. – Его пристальный взгляд скользит по мне, и я понимаю по изгибу его губ: он считает меня бесполезной.
Почему-то меня это ранит.
– Тебе сколько, шестнадцать? Ты явно еще слишком мала, чтобы тебя успели обучить.
– Мне семнадцать. Но какая, блин, разница? Я так долго забочусь о себе сама, что ты мне явно не нужен.
Его темные брови взлетают вверх – как и мои.
Моя маленькая вспышка гнева удивила не только его. Когда стоит выбор бить или бежать, я обычно бегу. Я так долго продержалась, потому что смешивалась с толпой, пряталась в тени. Смелость не совсем в моем стиле.