– Мило. И так он будет вспоминать о тебе раз в полгода. А ты будешь сидеть и ждать, когда их Непревзойденное Величество осчастливит очередной порцией своего внимания. У него, наверное, график, в который ты попала. Но ввиду количества позиций твоя очередь – раз в полгода.
Я спрятала лицо в ладонях.
– Что делать, Жоз?
– Не могу ничем помочь. Принимай решение сама.
Я посмотрела на коробку конфет и набрала номер. Рэм ответил сразу.
– Алиса? Я сейчас еду в аэропорт. Лечу в Париж на съемки. Буду в твоем городе через три недели. Перезвонишь, хорошо?
– Хорошо.
– Чего таким кислым голосом?
– Я думала, что мы встретимся раньше.
– Ты поздно позвонила. Обещала освободиться в восемь.
– Прости, я не знала, что ты уезжаешь.
– Алиса, у меня очень плотный график. Постоянные разъезды. Так что времени всегда в обрез.
– Я учту.
– Позвони семнадцатого с утра. Нет, лучше шестнадцатого вечером. Целую, пока.
Целую… Весьма многообещающе. Я вычеркивала в календаре день за днем. Жоз только закатывала глаза. И вот шестнадцатое, семнадцать ноль-ноль.
– Жоз, как ты думаешь: уже вечер?
– Да звони наконец!
На этот раз Рэм долго не брал трубку. Я уже готова была заплакать, но он все же ответил.
– Алиса, я сейчас в Майами. Хочешь приехать ко мне?
– В Майами?
– Почему бы нет? У меня отпуск на три дня. Приедешь?
– Да!!!
– Крэш устроит все с билетами. Он тебе перезвонит. Давай, жду.
Жоз покачала головой.
– Сбой в графике, что ли? Или он разругался сразу с тремя подружками?
– Ты мне просто завидуешь, Жоз.
– Завидую? Да я тебя, глупую, уберечь хочу. Вспомни, что было с тобой в прошлый раз. Ты готова к повторению сексуального марафона, да еще умноженного на три? Слушай, может он замучивает до смерти, а потом его охранники потихоньку закапывают где-нибудь в лесу?
– Перестань молоть чушь, Жоз!
– Он уже испортил тебе всю жизнь, Алиса. А ты все еще думаешь, что тебе повезло.
– Хватит зудеть! Мне тошнит от твоих нотаций!
– А меня мутит от того, как ты радостно бежишь навстречу этому моральному садисту! А потом будешь полгода выть, как побитая собака: ах, он меня забыл! Ах, он меня бросил! А я буду вытирать твои сопли.
Короче, мы с Жоз поругались. Первый раз в жизни. Думаю, она что-то чувствовала, когда не хотела отпускать меня в Майами. Я хлопнула дверью и поехала домой. Мне же нужно собраться! Едва я переступила порог, позвонил Крэш.
– Алиса, есть два рейса на Майами. Один через три с половиной часа. Второй – утром. Что ты выбираешь?
– Сейчас!
Это означало еще одну ночь с Рэмом.
– А собраться успеешь?
– Успею!
– Я буду встречать тебя в Майами.
Уже через несколько часов я летела с ним по ночному шоссе среди ярких огней на долгожданную встречу, а из динамиков звучала песня Рэма: «Ты однажды придешь, ты однажды придешь ко мне по радуге…».
Мы свернули с шоссе на другую дорогу, уже не столь ярко освещенную. Потом фонари совсем исчезли, в свете фар вокруг тянулись густые заросли. Машина остановилась перед кирпичной стеной и автоматическими воротами.
– Руди, это мы, – произнес в динамик Крэш, и ворота открылись.
Мы въехали в подземный гараж, потом поднялись по лестнице и вошли в просторный холл в стиле хайтех. Помещение казалось еще просторнее за счет двух стеклянных стен. Крэш указал на одну из них.
– Тебе туда. А вещи я отнесу наверх, – и он понес мою сумку по широкой винтовой лестнице на второй этаж.
Я подошла к стене, и она отодвинулась, открывая выход на террасу, с которой вниз спускалась лестница. По обеим сторонам лестницы среди цветущих растений были спрятаны светильники. Лестница заканчивалась еще одной площадкой, с которой открывался вид на океан. Его темная масса дышала внизу как огромный дремлющий зверь. На ступеньках сидел Рэм с коктейлем в руке. Второй коктейль стоял с ним рядом.
Я подошла и села на ту же ступеньку.
– Привет.
Он протянул мне коктейль.
– Как долетела?
– Нормально.
– Сердишься?