Это не просто измена. Это двойное предательство. Не удар в спину от случайного знакомого, а удар в самое сердце от самых близких людей.
Последний год мне казалось, что Влад стал другим и изменяет мне. В такое верить не хотелось, но и отрицать очевидное я не могла. Замечала, спрашивала, плакала. А потом извинялась за свои подозрения.
Господи, я ведь еще извинялась.
Но Лера… С Лерой мы всю жизнь как сестры. Я рассказывала ей то, в чем боялась признаться самой себе. Она знала, как сильно я люблю мужа, как хочу ребенка, как жду каждый месяц и что чувствую, когда снова ничего не получается.
Как она могла так поступить со мной? Как вообще смотрела мне в глаза?
Это что получается, вся моя жизнь… ложь?
Я вроде никогда никому не делала ничего плохого. Не обманывала, не устраивала подлянок, всегда была открыта для людей. И какой итог? Друзей у меня нет. Одни знакомые и товарищи, которым даже не позвонить, чтобы пожаловаться на жизнь.
Подруга трахает моего мужа и вешает мне лапшу на уши, чтобы я от него не ушла. Гладит по руке, убеждает не надумывать. Наверное, потом они еще и обсуждают, как легко меня успокоить.
Муж делает вид, что любит, потому что… А зачем, кстати? Наверное, из-за отца. Папа поддерживает бизнес Влада. Один тот факт, что он зять моего отца, открывает ему доступ ко многим влиятельным людям.
Еще годик.
Почему именно год? Что должно произойти за это время? Я пытаюсь ухватиться за этот вопрос, но мысли путаются. Стоит вспомнить голос Влада, как меня снова начинает трясти.
Он подсыпает мне таблетки. Травит меня…
— Девушка…
Поднимаю глаза и понимаю, что бармен уже, кажется, целую минуту машет рукой перед моим лицом.
Я стою у деревянной стойки с одним телефоном, в тренче, надетом на нижнее белье. Под ногами перекладина высокого стула, рядом чьи-то локти, бокалы. Играет музыка. Люди разговаривают, смеются, выбирают, что выпить. Все вокруг ведут себя совершенно обычно, и почему-то это кажется неправильным.
— Вы пить будете?
На часах шесть вечера. Я в принципе не пью алкоголь, даже не пробовала никогда. Но, кажется, сейчас идеальный момент это сделать.
— Стакан виски. Без льда. До краев.
Бармен на секунду задерживает на мне взгляд. Я смотрю в ответ, стараясь не моргать. Очень не хочется сейчас ничего объяснять. Ни ему, ни кому-либо еще.
Чувствую, как на меня оборачивается парень, сидящий с друзьями. Оглядывает с интересом, не скрываясь. Его взгляд пошло скользит по красным лодочкам, голым ногам и блестящему тренчу. В этом взгляде столько оценки, что я сжимаю ягодицы от неловкой робости и придвигаю колени друг к другу.
Оплачиваю заказ через СБП. Палец не сразу попадает куда нужно, приходится повторить. Бармен ставит передо мной стакан виски, и я убираю телефон на стойку.
Беру стакан дрожащими руками. Янтарная жидкость колышется почти у самого края. От нее резко пахнет спиртом, и я невольно отвожу лицо.
— Так… Полегче, красотка. — Стул рядом скрипит, и парень поднимается на ноги. Он оказывается настоящим гигантом. Высокий здоровяк в кепке и со смешными усами без бороды. Так еще кто-то ходит? Приходится поднять подбородок, чтобы посмотреть ему в лицо. — Что бы у тебя там ни случилось, это не решение проблемы.
Он выше меня на голову, а в ширину — как три меня. Стоит близко, заслоняя часть зала, и смотрит уже не на ноги, а на стакан в моих руках.
— Почему? — Голос звучит истерично. Одно короткое слово, а я почти срываюсь на крик. Сама от себя такого не ожидаю.
Он накрывает мою дрожащую руку своей, обжигая теплом. Моя рука кажется невероятно крошечной в его грубой лапе. Чувствую жесткую кожу, мозоли на ладони. Совсем незнакомое прикосновение, от которого хочется отдернуться.
— Ну, по тебе видно, что ты пить не умеешь, — он лыбится дерзко и широко. Мне бы его уверенность в себе. — Натворишь дел…
Смотрю на его ладонь поверх своей. Еще один человек, который знает, что мне нужно делать. Даже имени моего не спросил, а уже разобрался в том, что мне нужно.
Выдергиваю руку, расплескивая часть напитка на стойку и тренч. Виски стекает по пальцам, забирается под манжет. Не обращаю внимания. Демонстративно подношу стакан к губам и начинаю делать жадные глотки.
Первый обжигает рот. Второй с трудом проходит в горло. Хочется закашляться, отстранить стакан, вдохнуть, но я упрямо продолжаю.
Обычно я как овца покорная. Молча делаю, что говорят. Стараюсь не спорить, не доставлять неудобств, не расстраивать близких. Но сейчас хочется воспротивиться и пойти против системы.
Если бы я не слушала Леру, а думала своей головой проходила бы в овцах меньше…
— О-о-о! – мне начинают аплодировать все, кто рядом. А парень с жадным интересом смотрит как я пью. Он не мигает, придвигается чуть ближе, будто готов поймать, если я упаду после того, как допью все содержимое стакана.
— Пить умеешь. – хвалит, когда я со звоном на весь бар ставлю пустой стакан на стол. Аплодисменты становятся громче. Мои щеки ярче.
— В первый раз в жизни выпила алкоголь. – признаюсь и он смеется, усы подрагивают, голова запрокинута назад. Его ладонь уже переместилась на мою талию. – Повторите, пожалуйста.
— Нет, с тебя хватит. – решает он и отталкивает от стойки.
— А кто ты такой, чтобы решать хватит с меня или нет… - вспыхиваю как спичка.
— Добрый самаритянин…
— Да? Иди на хуй, самаритянин. – отодвигаю его и цепляюсь снова пальцами за стойку. – Мне кто-нибудь нальет виски? Или мне самой налить себе?
6
— Как тебя зовут? — самаритянин не собирается сдаваться. Становится рядом и как лабрадор смотрит на меня своими большими добрыми глазами. Но я больше не верю мужчинам. Особенно тем, у кого большие добрые глаза. У Влада тоже очень хороший взгляд. Мама до сих пор считает, что у него все на лице написано.
— Допустим, Роксана, — хихикаю от этого имени. Оно вылетает само. Понятия не имею, почему именно Роксана, но Таней сейчас быть не хочется. Таню жалко. Таня - овца.
Алкоголь начинает делать свое дело. Щеки горят, а говорить почему-то становится проще. Слова больше не приходится проверять перед тем, как выпустить наружу.
— Допустим, поверил. Меня Алеша зовут.
— Алеша Попович. Богатырь просто.
Трогаю здоровенный бицепс на его руке. Сначала осторожно, кончиками пальцев, потом зачем-то обхватываю ладонью. Не получается. У Влада таких никогда не было. Муж всегда был подтянутым, но не качком.
Алеша опускает взгляд на мою руку и улыбается. Видимо, считывает это как разрешение прижаться ко мне плотнее. Его плечо оказывается совсем рядом с моим, и мне приходится чуть повернуться, чтобы между нами осталось хоть какое-то расстояние.
Бармен ставит виски, и я тут же тяну к стакану руки.
— Не торопись. Сейчас мне нальют, и выпьем вместе. Может, расскажешь, что за повод?
Он снова отбирает у меня стакан, вызывая искреннее возмущение. Просто передвигает его к себе, придерживая за край. Для первого встречного в баре он слишком нагл.
— Не хочу! — почти кричу. Несколько человек оборачиваются. Мне все равно. Я смотрю на Алешу, ожидая, что он начнет допытываться. Спросит, кто обидел, предложит разобраться. От одной необходимости произнести вслух хоть что-то о Владе и Лере к горлу подступает тошнота.
Нас примиряет бармен, ставя перед моим новым знакомым бутылку пива. Алеша наконец возвращает мне виски и поднимает свободную ладонь, будто сдается.
— Ладно. Рок-са-на. Давай просто выпьем за знакомство.
Он произносит выдуманное имя по слогам, с явным удовольствием. Ударяет бутылочкой о мой стакан и делает глоток.
На этот раз делаю всего один глоток виски и морщусь. Горло снова обжигает, а во рту остается такой вкус, что хочется высунуть язык. Не понимаю, как люди пьют это с удовольствием. Еще и разбираются в каких-то нотках. Я пока различаю только одну — горечь.
Алеша подталкивает ко мне плитку только что открытого горького шоколада. Отогнутая фольга тихо шуршит по стойке. На его губах все еще гуляет улыбка.
Отламываю кусочек и кладу в рот. Смотрю на его руки, пока он поправляет обертку, чтобы шоколад не лежал на голой столешнице. Большие руки. Длинные и толстые пальцы.
Кстати, Алеша очень привлекательный. Не банальный красавчик, а интересный мужчина со своим стилем, который подкупает. Сначала я заметила только размеры и усы, а теперь рассматриваю внимательнее. Он, конечно, замечает, но нисколько не смущается. Стоит спокойно, дает мне возможность изучить себя со всех доступных сторон.
Высокий, мускулистый, одет просто, но со вкусом. Синие джинсы, белая футболка, плотно облегающая плечи, на ногах белые кроссовки On. На голове синяя кепка с акулой. Этот бренд очень нравится моему папе, но название никак не вспоминается. Я даже ненадолго застреваю взглядом на вышивке, словно сейчас это самое важное.
И главное его украшение — усы. Густые, шикарные черные усы. При этом сам мужчина коротко стрижен. Еще недавно мне казалось, что выглядит смешно, а теперь хочется посмотреть, как меняется его лицо, когда он перестает улыбаться.
Алеша ассоциируется у меня с огромным бычком. Крепкая шея, широкие плечи, уверенность в каждом движении. И сейчас он прет на меня напролом. Вряд ли решил просто поболтать с одинокой девушкой в баре и проследить, чтобы она закусывала. Его мотивы и желания понятны. По крайней мере, здесь не нужно гадать, почему мужчина смотрит на меня, придвигается ближе и не спешит возвращаться к друзьям.
Почему-то от этого становится немного легче. Значит, я еще могу кому-то нравиться. Даже в этом дурацком тренче, с дрожащими руками и лицом, на котором наверняка написано все, что со мной сегодня произошло.
— Алеша… Говоришь, что добрый самаритянин? — тяну задумчиво, рассматривая здорового бычка.
Влад не любит меня. Не видит во мне даже женщину. Только удобную жену, которую нужно потерпеть еще годик. От этой фразы снова становится больно, но теперь к боли примешивается злость.
Но он очень амбициозен и самолюбив. Ему точно будет неприятно узнать, что ему изменяет его домашняя овца. Та самая, которая верит каждому слову, извиняется за подозрения и старается быть хорошей.
— И? – густая бровь смешно изгибается
— Можешь мне помочь? – в моей голове даже до конца мысль и план не сформировались, но я уже задаю этот безумный вопрос, отрезая пути назад.
— Мне нужно, чтобы ты пошел в гостиницу через дорогу ко мне в номер и трахнул меня. – бармен, натирающий стакан, идет пятнами. А я как школьница хихикаю от того, что незнакомому мужику говорю «трахнул».
— Думаешь откажусь? – он наклоняется, его дыхание обдает меня жаром. — Пошли… только не в гостиницу, а ко мне. Люблю трахаться на своей территории.
7
Сказал бы мне кто-то, что я пойду домой к незнакомому мужику, габариты которого можно смело назвать аномальными, я бы не поверила. Еще и обиделась бы за такие предположения.
А сейчас держу его за ручку и посл
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: