– Соня, Соня! Ты дома?
Если не ответить, будет хуже.
– Дома.
– Соня.
– Чего?
– Подойди.
– Что?
– Сходи в магазин, мне плохо.
– Нет, не пойду! Может хватит? В тебя уже не лезет!
– Сходи, а.
– Нет!
– Ах, ты…
Соня развернулась и пошла в ванную, вслед ей неслись самые оскорбительные и ужасные слова. Нет, она не поддастся. Сейчас он слаб и не сможет её обидеть. Но она ошибалась. Сергей дошёл до ванной.
– Пойдёшь?
– Нет.
– Тогда дай денег, сам схожу.
– Нет денег!
– Не пи… ди!
– Нет денег!
– Ах ты!
Сергей схватил жену за волосы.
– Отпусти, больно! Пожалуйста!
– Дай денег!
Соня попыталась оттолкнуть Сергея, но сама не удержалась и упала. Упала, ударившись виском о край ванны. Сергей слегка пнул её ногой:
– Эй, идиотка, вставай! Не притворяйся! – Соня не шевелилась, – Ну и пошла ты! Лежи!
Сергей взял деньги из её сумочки и пошёл в магазин. Вернувшись, он даже не заглянул в ванную, прошёл в спальню и продолжил выпивать. Выпив полбутылки, уснул. Проснулся посреди ночи.
– Соня, Соня! Где ты? Воды принеси! Оглохла что ли?
Встал и пошёл в ванную и наткнулся на тело жены.
– Ты совсем охр… нела? Нажралась что ли?
Он перешагнул через неё, попил воды прямо из-под крана и только потом решил растеребить жену.
– Что с тобой? – он потряс её за плечо. Соня откинулась на спину, её глаза были открыты и безжизненны. – Эй, ты что? Сдохла? Идиотка!
Он ещё раз нагнулся. Сомнений не оставалось, Соня была мертва, тело уже охладело. Ничего другого Сергей не придумал, как сорвать душевую занавеску, замотать в него тело жены и еле-еле из последних сил перевалить его в ванную.
– Вот и лежи тут! Сама виновата. Надо было деньги дать или самой сходить. Фигле выпендривалась? Теперь хоть пить мешать не будешь. Идиотка! Тьфу!
Вот так, в затуманенном недельной пьянкой мозгу до Сергея никак не могли дойти серьёзность и трагичность ситуации.
Выпивку он себе взял с запасом, так что его больше ничего не волновало. В пьяном угаре, ближе к ночи, он даже забыл, что Соня мертва.
– Соня! Соня!
Он встал и пошёл искать её по квартире.
– Где ты? Твою ж…
Сергей увидел тело жены в ванной, мутно пред глазами проплыл тот вечер.
– Сама виновата! Тупица! Что? Нечего сказать? Наконец-то заткнулась и не нудишь.
Высказав всё уже мёртвой жене, Сергей продолжил пить. Сидя в спальне, куря сигарету и сбрасывая пепел на ковёр (теперь жена ничего не скажет, плевать. А то вечно: не мусори. А ты для чего? Вот и убирай!), услышал шелест пакета. Он прислушался. Нет, не пакет, а душевая занавеска. Это она шелестела.
– А, очухалась! Надоело прикидываться! Так я и знал! Думала, я испугаюсь и брошу пить?
Шелест не прекращался. Потом раздался шлепок, словно тяжелый мешок упал на пол. Снова шелест и звук скребления ногтей по полу. Эти звуки начали приближаться к спальне по коридору. Сергей замер. Подсознание дало сигнал в помутненном мозгу. Она выбралась из ванны и… ползла в спальню? Но она же мертва! Когда шелест и скрежет приблизились к проёму спальни, Сергей схватил бутылку и сделал несколько больших глотков. В проёме показались руки, хватающиеся ногтями за пол, потом показалась взлохмаченная голова Сони, рот и глаза были открыты. Сергей не выдержал, вскочил и захлопнул дверь перед мертвой женой. Раздался стук, дверь угодила по лицу.
– Пошла на хр… н!
По двери внизу начали скрести.
– Я тебя не слышу!
Он врубил музыку, чтобы не слышать скрежета по двери и начал пить прямо из горла, чтобы забыться.
Ночью он встал в туалет, открыл дверь спальни, ничего. Прошёл в ванную, сходил в туалет. Тело Сони так и лежало в ванной, только уже в другой позе. Но Сергей спьяну этого не заметил.
Выходя из ванной, Сергей услышал за спиной шелест занавески, но не придал этому значения.
Проснувшись утром от тошноты и головной боли, подняв голову, Сергей заорал. Жена сидела на полу возле дверного проёма и смотрела на него затянутыми пеленой глазами.