Страж разума
Док погружал клиента в сон с помощью специального нейролептического препарата, его действие позволяло клиенту смотреть свой собственный кошмар как бы со стороны, а место клиента во сне занимал страж разума, то есть Макс. Ему приходилось слышать, видеть, чувствовать, переживать и довольно часто умирать.
Но если клиента из состояния нейросна док выводил на лёгких антидепрессантах, чтобы поберечь психику, то Макс не мог воспользоваться даже самым слабым успокоительным. Любая «фарма», попавшая в его организм, тут же сказывалась на способности подключаться к разуму клиента, а от чая с ромашкой толку было с гулькин хрен.
Макс хрипло вздохнул. Обезболивающее бы сейчас ему точно не помешало, голова готова была расколоться на тысячу мелких частей. Дрожь понемногу унялась, но липкий смрад из сна по-прежнему обволакивал тело, и смыть его никак не удавалось. Макс переключил душ, и сверху обрушился ледяной ливень. На короткое мгновение у него перехватило дыхание.
Во сне человек открыт и беззащитен, а значит, подсадить ему чужака – чужеродную мысль, навязчивую идею или страх – довольно легко. Действует такой чужак не напрямую, а медленно изводит жертву кошмарами, подавляя волю, постепенно подводя его к мысли всё бросить, исчезнуть, а то и вовсе свести счёты с жизнью. Любой человек, даже самый сильный, рано или поздно сломается, если не обратится за помощью к стражу разума.
Макса снова передёрнуло от воспоминания о сегодняшнем контакте. Этот чужак – работа очень качественная и без сомнения дорогая, а главное – Макс это ощущал всем своим существом – тот, кто заказал такого чужака, решил от Николая избавиться и настроен серьёзно. Если Малой не напортачил, они, возможно, скоро выйдут на его след.
Окоченев так, что пальцы с трудом смогли выключить воду, Макс вывалился из душевой кабины и принялся энергично растирать онемевшее тело полотенцем. Жизнь понемногу возвращалась, разум просветлел, мысли очистились, сердце забилось ровнее, и только тошнота всё ещё держала за глотку.
Спустя час Макс вошел в переговорную агентства. За длинным столом уже сидели руководитель агентства «Аргус-групп» Михаил Борисович Кучер, доктор, клиент с супругой и Малой с ноутбуком.
– А вот и Макс, – произнес шеф. – Присаживайся, тебя ждём.
Клиент тут же вперил в Макса тяжёлый взгляд.
– Вы и есть стражник?
– Страж, – машинально поправил Макс.
Тот кивнул и протянул руку:
– Николай Арзаков.
– Максим Шевцов.
Рукопожатие Арзакова было крепким, смотрел он Максу прямо в глаза, был собран и решителен. И всё же от Макса не укрылось, что под глазами его уже залегли чёрные тени, резко обозначились скулы и глубокие морщины в углах рта. Николай был на грани. Ещё немного, и он гарантированно сломается. Из успешного бизнесмена – в лузеры, а то и сразу в дурку. Макс такое видел не раз.
– Моя жена Алина, – добавил Николай.
Женщина тоже протянула Максу руку, на тонком запястье блеснул изящный браслет с сапфировым полумесяцем. Алина была завораживающе красива – невероятные ярко-голубые глаза, нежная кожа, чувственный рот. Максу даже пришлось сделать над собой усилие, чтобы вновь перевести взгляд на Николая.
– Как давно вам снятся кошмары? – внезапно осипшим голосом спросил Макс.
– Два месяца.
– И как часто?
– Почти каждый день.
– Каждый день?!
Из-за ноутбука появилась патлатая голова Малого и тихонько присвистнула.
– Что? – коротко бросил Николай.
– Дело в том, что при интенсивном воздействии на разум мало кому удаётся так долго сопротивляться, – пояснил шеф. – Вы сильный человек.
В переговорную бесшумно вошла Инга, поставила перед гостями чашки с зелёным чаем, а перед Максом запотевший стакан с ледяной водой и долькой лимона. При одном только взгляде на стакан терзавшая Макса тошнота наконец отступила. Как Инге это удавалось, никто не знал, но она, никогда не спрашивая, всегда приносила именно то, что было нужно. Макс сделал глоток и на мгновение блаженно прикрыл глаза. Всё-таки Малой прав: с секретарём агентству и правда повезло.
– Вам удалось что-нибудь выяснить? – спросил Николай.
Макс взглянул на Малого.
– Конечно, – кивнул тот. – Есть две новости. Как водится, хорошая и плохая. С какой начнём?
– С хорошей, пожалуйста, – мягко произнесла Алина и улыбнулась Малому, отчего парень неожиданно покраснел до самых корней своих рыжих лохм.
– Хм, – откашлялся Малой. – Хорошая: по всем показателям это не смертник.
– Не смертник? – прищурился Макс. – Ты уверен?
– Абсолютно, – авторитетно заявил Малой.
Макса это заявление несколько озадачило, он-то как раз был совершенно уверен в обратном. Но Малой – один из лучших спецов в своём деле, и сомневаться в его словах было глупо. Просто на Макса, скорее всего, всё ещё действовала гнетущая реалистичность кошмара.
– Что это значит? – вмешался Николай. Он определённо заметил удивление Макса и тут же напрягся.
– Смертник – это чужак, задача которого внушить своей жертве мысль о самоубийстве, – пояснил ему Малой. – Так вот, ваш чужак не смертник. Его создали, чтобы напугать до чертиков, довести до нервного срыва, но не убивать.
Николай кивнул, показывая, что принял к сведению, а Малой продолжал:
– Чужак очень качественный, многомерный, сложный, а значит, найти для него подходящее оружие будет непросто.
Макс мысленно выругался.
– Вы любите фэнтези? – спросил он у Николая.
Тот пожал плечами:
– Любил когда-то, читал запоем, сейчас на это нет времени.
– Понятно. А фильмы?
– Нет, совсем не смотрю – некогда, – Николай усмехнулся: – Как-то раз в самолете попытался: все равно не досмотрел, уснул.
Малой и Макс переглянулись.
– Вы смотрели фильм и уснули под него? – уточнил Малой.
– Ну, да, сложный был день, я вымотался.
– Давно?
Николай задумался.
– Месяца три назад. Да, три. Я летал на выставку ресторанного оборудования.
– Фильм показывали в самолете? – снова спросил Малой.
– Нет, я его случайно нашел у себя на планшете. Даже не знаю, откуда он там взялся.
– А о чём он был, случайно не помните? – с надеждой спросил Малой.
– М-м-м, да так, ни о чём. Я потому и уснул быстро. А что? – Николай насторожился.
Малой вздохнул:
– Один из самых распространённых способов подсадить чужака – через фильм. Оптимально – через скучный. Тогда вы гарантированно заснете, и в это время в ваш мозг будет проведено подселение. Вы этого не почувствуете, и в скором времени даже не вспомните, что заснули под какое-то тупое кино.
Николай нахмурился:
– Вы уверены, что это произошло именно тогда?
– Нет, – честно ответил Малой. – Но очень на то похоже. Обычно на приживление, то есть врастание чужака в разум человека, требуется около месяца, свои ужастики вы смотрите уже два, так что по срокам сходится. А фильм на планшете остался?
– Нет, я его сразу удалил. Чушь ведь, зачем оставлять?
– Ага, – обрадовался Малой. – То есть сработала программка на заметание следов. Теперь я почти на сто процентов уверен, что чужака подселили именно тогда.
– Очень важно, чтобы вы вспомнили хоть что-то из того фильма, – произнес шеф. – Эпоху, героя, его одежду, оружие, хоть что-нибудь. Это помогло бы Максу найти способ быстро избавить вас от чужака.
Николай задумался, но через минуту покачал головой:
– Не помню, мужики. Совсем.
– Что ж, Макс, придется тебе разбираться на месте, – шеф развел руками. – Но имейте в виду, Николай, что, возможно, понадобится не один сеанс, чтобы полностью уничтожить чужака.
– Я готов, – Николай сжал кулак лежащей на столе руки. – Вы говорили, что сможете узнать, кто это сделал.
– Да, – встрепенулся Малой. – И это как раз плохая новость. Взгляните.
Он развернул свой ноут к клиенту. На экране возник стоящий на коленях человек, он силился вздохнуть и не мог, лишь хрипел и царапал пальцами горло. Макс схватил стакан и сделал быстрый глоток, отгоняя подкатившую к горлу тошноту. Николай смотрел в монитор, не отрываясь, на лбу его выступили капли пота.
– Кто... тебя... послал? – слова были едва различимы в предсмертном хрипе.
Человек упал, а картинка начала темнеть, в этот момент Малой нажал на «стоп» и увеличил изображение, возникшее в углу экрана. Лицо. Лицо человека. Как всегда, в момент, когда исчезало наваждение, на экране на долю секунды проступало лицо его творца. Черты расплылись и смазались, но сомнений не было – перед ними было лицо мужчины.
– Можешь навести фокус? – спросил шеф, вглядываясь в это лицо. Малой щёлкнул клавишами.
– Бандерлог, – выдохнул Макс.
Все его самые мучительные и жуткие контакты были связаны с творениями этого человека.
– Кто? – нахмурился Николай.
– Бандерлог, – ответил шеф и скривился. – Гений, мать его… А еще садист и извращенец. В прошлом психолог, отлично разбирается в людях, легко вычисляет слабое место любого человека и создаёт не просто чужака, а настоящее чудовище, ориентированное на конкретную жертву с учётом всех ее слабостей, изъянов и страстей. Штучная работа и очень дорогая.
– Как его найти, этого вашего Бандерлога? – у Николая вздулись желваки. Алина с тревогой взглянула на мужа и коснулась пальцами его руки, но тот даже не повернул головы.
– Кто бы знал! – ухмыльнулся Малой. – Сами бы хотели с ним повидаться. У нас к нему накопилось немало вопросов.
– Распечатайте мне эту фотографию, – велел Николай. – Отдам своим людям.
Малой только пожал плечами, мол, без проблем, но это бесполезно.
– Только пусть ваши люди оставят его живым, – попросил Макс на всякий случай. – Нам нужно знать, как избавиться от его опусов, и тут от мёртвого Бандерлога будет мало толку.
Николай снова кивнул, похоже, он вообще говорил немного и только по делу.
– Как я уже сказал, Бандерлог – специалист экстра-класса и за свою работу деньги берет немалые, – продолжал шеф. – Может быть, у вас есть подозрения, кто настолько сильно хотел бы устранить вас со своего пути, что даже готов заплатить такую сумму?
– О какой сумме идет речь? – спросил Николай.
– Чужак такого уровня на рынке будет стоить не меньше ста тысяч, а у Бандерлога прайс вообще начинается от полумиллиона. Наценка за бренд, так сказать.
– Рублей? – уточнил Николай.
– Долларов, конечно, – хохотнул Малой
– Тогда, думаю, я знаю заказчика, – Николай потёр виски. – На послезавтра запланирована крупная сделка. Подробности раскрывать не буду, но то, что мы затеяли, серьезно задевает интересы одного из концернов. Сделка лоббируется на самом верху, поэтому идти на открытую конфронтацию им невыгодно, но, если сорвать подписание контракта и потянуть время, расстановка сил может поменяться. Тогда в невыгодном положении окажемся мы.
– Да, вполне возможно, что вы правы, тут есть ради чего рискнуть деньгами, – согласился шеф. – Но если вы говорите, что сделка послезавтра, то времени у нас почти не остаётся. Кто знает, на что запрограммирован этот чужак. Вы можете заболеть или потерять контроль над собой в решающий момент. Чужака необходимо ликвидировать до подписания сделки.
– Ну, можно попробовать сегодня еще разок, да и завтра есть целый день. Успеем, – Макс постарался сказать это как можно беззаботнее.
Конечно, он бодрился. После сегодняшнего контакта ему потребовался час только на то, чтобы прийти в себя. При мысли о том, чтобы настроиться на Николая снова, его сразу замутило, в ушах застучала кровь, а рот наполнился вязкой слюной. Но такова работа стража.
– Тут тоже не всё просто, – шеф замялся и взглянул на молчавшего дотоле доктора.
Док пошевелил густыми седыми усами.
– Состояние сердечно-сосудистой системы пациента исключает повторное введение в нейросон с помощью препаратов, – сиплым голосом заядлого курильщика произнес он. – Может не выдержать сердце.
– Та-а-к, – глаза Николая тут же впились в лицо доктора. – И что теперь?
Док снова пошевелил усами:
– Дальнейшая работа возможна только во время естественного сна и не раньше, чем завтра. Я настаиваю: не раньше.
Макс, к своему стыду, почувствовал облегчение. По крайней мере, сегодня он будет избавлен от ночных кошмаров Николая.
– Я теперь должен спать здесь? – хмуро спросил Николай.
– Нет, конечно, – усмехнулся шеф. – Спать вы будете там, где обычно, просто Макс будет настраиваться на вас во время сна.
– Но это означает, что у нас есть только один контакт, – вдруг осознал Макс. – А если не получится? Мы же не знаем наверняка, с чем имеем дело.
– Что ж, у нас есть завтрашний день, чтобы подумать, – вздохнул шеф.
4
Стражи разума не видят снов. И эту особенность, учитывая специфику своей работы, Макс ценил больше всего. Ночью его разум будто очищался, перемалывая в прах чужие кошмары, мысли и переживания, перезагружался, заново структурировался, освобождаясь от всего лишнего и чужеродного. После сеансов стража стараются не беспокоить, дают время на естественное восстановление, но Макса утром выдернул из сладкого забытья телефонный звонок.
– Максон, есть интересные новости, – раздался в трубке знакомый голос.
– Малой, ты вообще не спишь? – с досадой поморщился Шевцов.
– Не время для сна, друг мой, наверстаешь позже с Николаем. Дуй в контору.
Макс поднялся и с удовлетворением отметил, что чувствует себя неплохо. Предстоящий контакт с клиентом уже не вызывал негативных эмоций – всего лишь рабочий момент. Если бы Малой дал ему выспаться как следует, возможно, и аппетит бы появился, а так Макс ограничился стаканом воды, оделся и вышел из дома.
Малой, как обычно, пялился в монитор, будто и не уходил никуда, а может, и правда не уходил. В лаборатории пахло свежесваренным кофе и орешками, которые он пожирал пачками, особенно в те моменты, когда в мучительных схватках рожал очередной программный код.
– Ну, что за новости?
– Новость первая – я гений, – с пафосом заявил Малой.
– Тоже мне новость, – Макс фыркнул. – По статистике, каждый второй шизофреник в период обострения мнит себя гением.
– Узколобый грубиян. Следи за моей мыслью, несчастный. Я проверил нашу базу данных и выбрал всех чужаков, создателем которых был Бандерлог, а также собрал информацию по его жертвам. Затем все это прогнал через программу, которую специально написал сегодня ночью. Пока не слишком сложно для тебя?
– Нормально, успеваю.
– Так вот, мой недалёкий друг, программа выдала интереснейший алгоритм. Бандерлог использовал инстинкты человека как оружие против него самого. Он вычислял тот инстинкт, который наиболее развит в том или ином человеке, и использовал его как приманку для чужака. Понял? – Малой просто светился от восторга.
– И это должно меня порадовать? – осторожно спросил Макс.
– Это дает нам ключ к нашему вчерашнему чужаку! Вспомни Николая. Кто он? Одним словом?
Макс недоуменно нахмурился:
– Мужик? Бизнесмен?
– Ты его плечи видел?
– Ну, плечи как плечи, такие обычно бывают у боксёров или борцов.
– Вот! – Малой сверкнул глазами. – Борец! Он воин, Макс! Понимаешь теперь?
– Нет, – сдался Макс.
– Он всегда готов сражаться. За жизнь или за бизнес – ему все равно. Он ведь и во сне был с оружием.
– Да, с мечом.
– Бандерлог вычислил это и создал чужака, которого невозможно победить никаким оружием. Кроме одного.
Малой потянулся через стол и вытянул из пачки лист бумаги. На странице, заполненной непонятными символами, в середине листа зеленым маркером было выделено одно слово: непротивление.
Макс прочитал его и ошалело поднял глаза:
– Непротивление? Малой, это бред!
– Нет, Макс, это то единственное, на что никогда не пойдёт Николай, а, значит, гарантированно будет побежден чужаком. Бандерлог, этот чёртов маньяк-психолог, рассчитал всё абсолютно точно!
Макс задумался, вспоминая посекундно своё пребывание во сне Николая. Он вытащил меч из ножен, едва услышав лёгкий шорох в кустах, и больше его не опускал до самого конца. А если Малой прав? Если это и есть то слабое место Николая, на которое нацелился Бандерлог?
– Ну, что, готов теперь признать, что я гений? – ухмыльнулся Малой.
– Пожалуй, – согласился Макс. – Только есть одно жирное «но»: нужно согласовать наш план действий с клиентом. Согласится ли он на непротивление, учитывая, что у него есть только одна попытка ликвидировать чужака? А если мы ошибаемся? Тогда чужак его сломает, и завтра утром во время подписания документов наш клиент может внезапно превратиться в буйного идиота или в невменяемый овощ.
– А какие у нас еще варианты? – Малой враз посерьёзнел. – Наугад выбрать стратегию из бесконечного множества и надеяться, что повезет?
– Для начала, думаю, стоит поговорить с шефом, – сказал Макс. – Потом начнём разрабатывать стратегию на сегодняшний контакт.
5
Малой готовил аппаратуру, методично тестировал каждый датчик, проверял контакты и крепежи. Макс сидел рядом, отрешенно глядя в тёмное окно. Близилась полночь. Договоренность с клиентом была достигнута только пару часов назад. Как и предвидел Макс, стратегию непротивления чужаку клиент воспринял в штыки. Шефу пришлось использовать весь свой дипломатический талант, однако, без помощи Алины, он, скорее всего, так и не смог бы убедить Николая. Алина попросила оставить их с мужем наедине и, понизив голос, что-то долго ему втолковывала. Сквозь матовые стекла переговорной Макс видел лишь их силуэты. Наконец Николай сдался, но, прощаясь, крепко сжал руку Макса и, глядя ему в глаза, тихо сказал:
– Ты понимаешь, чем я рискую, доверяясь вам?
– Я сделаю всё, что можно, – пообещал Макс.
– Я привык делать невозможное, – с нажимом ответил Николай. – Помни об этом, когда будешь принимать за меня решения.
«Да, – думал сейчас Макс, – Малой, пожалуй, прав. Этот человек – боец, он никогда не согласится не то что на проигрыш, а даже на ничью».
Исходя из этих соображений, их стратегия была верной, и всё-таки Максу отчего-то было тревожно.
– Всё готово, – окликнул его Малой.
Шевцов занял свое кресло, привычным движением прикрепил датчики.
– Удачи, друг, – Малой похлопал его по плечу и скрылся за монитором.
Макс закрыл глаза.
***Под ногой хрустнула ветка. Макс вздрогнул, но приказал себе дышать ровнее и принялся обшаривать взглядом темноту.
Он точно знал, что уже был в этом лесу, и сейчас вновь вдыхал знакомый аромат влажной земли и прелых листьев. Помнил, что нужно идти вперед – это очень важно, просто жизненно необходимо. Но память упорно отказывалась выдать, куда именно ему идти и зачем.
В небе показалась луна. Ее тусклый свет с трудом пробился сквозь сизую пелену облаков, и Макс наконец смог разглядеть тропу впереди. Она вилась между деревьями, а потом снова терялась в темноте.
Он сделал несколько осторожных шагов, но шорох в кустах вновь заставил его замереть на месте. Рука привычно легла на рукоять меча, но Макс тут же отдернул её. Шорох повторился. Зверь или человек – кто бы ни прятался в кустах – несомненно учуял Макса и затаился.
Где-то громко ухнула сова, а шорох раздался совсем близко. Макс стоял, не шевелясь и почти не дыша. Красными искрами полыхнули в кустах чьи-то глаза и мгновенно исчезли. Ветер донес звук едва слышных удаляющихся шагов. И всё стихло. Он осторожно двинулся вперёд. Земля под ногами влажно пружинила, глаза постепенно привыкли к темноте и теперь отчётливо различали тропу впереди.
Всё изменилось внезапно и неуловимо. Так же, как в прошлый раз.
Его снова обступила со всех сторон жуткая, леденящая душу тишина. Тропа исчезла, и клубящийся впереди мрак дыхнул на него холодом и липким смрадом. Макс закрыл глаза. Кожей он уже ощущал сгущающуюся вокруг него тьму; холодная, живая, вязкая, она коснулась его ноздрей и резко хлынула внутрь. Усилием воли Макс подавил желание сжать горло и перекрыть доступ внутрь, и она продолжала вливаться, постепенно заполняя всё тело, но при этом, что странно, совершенно не мешая дышать. Макс заставил себя расслабиться. Его тело стало невесомым, а мысли далёкими. Ещё миг – и он полностью, без остатка, растворился в темноте.
***Макс открыл глаза. Рядом с креслом кружился в диком танце Малой.
– Получилось! У нас получилось!
Страж прислушался к себе. Да, без сомнения все получилось, чужака он больше не ощущал. Макс настроился на Николая, и перед внутренним взором возникло его лицо. Николай спал. Спокойно и беззаботно, по-детски подложив ладонь под щеку. Макс улыбнулся и оборвал связь.
– Малой, доложи шефу, что ликвидация прошла успешно. А я спать, – Макс блаженно развалился на стоявшем здесь же в лаборатории кожаном диване и почти мгновенно отключился.
6
Проснулся он с ощущением неясной тревоги. Сел, потер лицо и огляделся. В дальнем углу на таком же диване с открытым ртом дрых Малой. Значит, тоже решил не тащиться домой среди ночи. Макс бросил взгляд на часы – восемь утра. Он снова лёг, закрыл глаза и прислушался к себе. Разбудившее его ощущение не исчезло, невесомым облачком оно зацепилось за край сознания и настойчиво маячило оттуда. Что за чёрт! Откуда?
Макс сделал глубокий вдох, расслабился и позволил потоку образов хлынуть в сознание.
Загородное шоссе. Ровное, почти пустое. Рука спокойно и уверенно лежит на руле. Макс узнал эту руку – крепкая, загорелая рука Николая.
В чем дело? Остаточная связь с клиентом? Но почему так тревожно? Макс настроился на Николая и легко коснулся его разума. Перед глазами тотчас замелькали кадры-воспоминания событий сегодняшнего утра. Вот Алина разливает утренний кофе по тонким фарфоровым чашкам. Красивая, нежная и свежая после сна. Вот провожает его до двери, гладит по плечам, желает удачи. Вот обнимает и жарко целует. «Всё будет хорошо», – шепчет она Николаю, и он садится в машину.
Внезапно грудь Макса сдавило от тоски. Смертной тоски. Кадры замелькали быстрее, унося сознание всё дальше и дальше до самого детства. Макса прошиб холодный пот. Он точно знал, что последует за такой чередой воспоминаний. Но почему?! Они же ликвидировали чужака!
Внезапно из темноты выплыли две красные точки. Макс уже видел их этой ночью. Во сне они появились на мгновение и тут же исчезли, а сейчас медленно приближались, становились всё ярче и постепенно превратились в два огромных кроваво-красных глаза. И эти глаза смотрели в самую душу.
Макс вскочил и кинулся к дивану, на котором спал Костик.
– Малой! Малой, проснись! – заорал он. – Проснись!
Тот вытаращил на него еще мутные после сна глаза.
– Макс, ты охренел?! Чего орешь?
– Малой, мы облажались! Ему подсадили двух чужаков! Второй – смертник! Включай свои погремушки, а я попробую соединиться с Николаем.
Малой, даже если и не понял до конца, о чем речь, за компом оказался мгновенно.
– Макс, будь осторожен, клиент не спит, – предупредил он.
– Не учи, – бросил Макс, цепляя датчики к вискам.
«Держись, мужик! Не слушай его!» – мысленно обратился он к Николаю и закрыл глаза.
– Готовность десять секунд, – услышал Макс голос Малого откуда-то издалека.
***Он летел по трассе. Деревья по обе стороны дороги слились в одну сплошную зелёную стену, руки отчаянно сжимали руль, стрелка спидометра лизнула отметку в двести километров в час.
«Пора!» – раздался голос в его голове.
– Нет! – крикнул Макс. – Тормози!
«Пора!»
– Тормоз! Жми на тормоз!
Перед мысленным взором возникли два красных глаза.
«Сейчас…» – холодный голос проник в душу.
Пальцы свело от напряжения, а потом руки нехотя, будто через силу, все-таки дернули руль вправо. Скрежет металла, удар и темнота.
***Макс с трудом открыл глаза. Напротив, за столом, обхватив голову, застыл Малой.
– Сообщи шефу, – сказал Макс и принялся аккуратно снимать с себя датчики. – Нужно связаться с его женой.
При мысли об Алине сердце Макса болезненно сжалось. Она ещё ни о чём не подозревает. Уверена, что стражи сегодня ночью спасли её мужа, ждёт его домой и волнуется по поводу сделки. Макс вспомнил прикосновение руки Алины при знакомстве и неожиданно для себя настроился на нее. Он сам не понимал, зачем это делает. Ему отчаянно хотелось помочь ей, защитить, уберечь.
Но едва коснувшись её разума, Макс отшатнулся как от удара. Из клубящегося фиолетового сумрака перед ним появилось лицо Алины. Она смотрела на него в упор холодно и жёстко, губы растянулись в хищной улыбке.
«Ты проиграл, страж», – услышал Макс холодный голос, чем-то похожий на тот, что несколько минут назад отдал приказ Николаю.
Мозг пронзила острая боль. Макс кубарем скатился с кресла и, сжав руками голову, забился на полу. Рядом суетился Малой, что-то говорил, но Макс не мог разобрать ни слова. Он судорожно пытался разорвать связь с Алиной, мучительно долго обрубая одну за другой соединившие их незримые нити. Наконец боль отступила, и Макс открыл глаза.