Андрей Дизель протянул руку к стопке книг, вытащил записную книжку и спокойно положил ее в карман…
В автомобиле, по дороге в редакцию, Андрей быстро пролистал книжку и тут же нашел остаток вырванного листка со знакомой линией обрыва. Теперь, если будет нужно, микроанализ точно докажет, что листок с запиской Михаила вырван из записной книжки Роберта Асинуги.
* * *
На следующий день Андрей просмотрел верстку завтрашнего номера газеты со своей статьей «Что скрывают военные?». Текст обоих писем Михаила приведен полностью. Но имя Роберта Асинуги не упоминалось. Говорилось только о том, что газета «Калейдоскоп» располагает вещественными доказательствами того, что на борту ракеты находится псих, которого военные решили принести в жертву науке как подопытную крысу.
– Да-а, завтра можно ожидать бурной реакции со стороны правозащитников, – подумал Андрей. – Посылка в Космос человека как неодушевленного предмета, тайно, без всякой уверенности в его безопасности, пусть даже с его согласия, – есть преступление. Создадут комиссию по изучению обстоятельств полета. Меня покажут по всем центральным каналам телевиденья. Так будет тянуться, пока ракета не отправится в обратный путь на Землю. А там жди сенсаций. И я первый, кто привлек внимание к проблеме. Это начало карьеры.
Энергичный стук в дверь вывел Андрея из состояния задумчивости.
В кабинет вошел Игорь, его постоянный конкурент на ниве сенсаций.
– Есть деловое предложение, старина.
– Какое еще может быть у нас дело? Не представляю…
– Увидишь собственными глазами.
Игорь положил на стол увесистую пачку долларов.
– Что это?
– Это аванс за книгу о Михаиле. Не волнуйся, книгу напишу сам за твоей авторской подписью. С одним условием: мне двадцать процентов гонорара.
Андрей даже привстал. Такого выгодного предложения он от Игоря не ожидал. Конечно, Игорь от этого предприятия тоже выиграет, но все-таки это неожиданно и смело.
– Видишь ли, старик, я недостаточно много знаю о жизни Михаила. Знаю только, что еще ребенком Михаил со своими родителями эмигрировал из России в Канаду.
– Это уж предоставь мне. Книга будет написана за предельно короткий срок.
– Понимаю: она должна быть распространена до его возвращения.
– Ты только дай мне право интересоваться подробностями из жизни Михаила и твоей. Потом подкорректируешь, как тебе захочется.
– Ты начинаешь мне нравиться. – Я согласен. Дам тебе не двадцать процентов, а тридцать.
– Благодарю, Андрей. Чек на сумму в зависимости от тиража ты подпишешь по вручении тебе рукописи. – Я уже говорил с издательством.
Оставшись один, Андрей прошелся по комнате, довольно потирая руки. Вот это да! Деньги сами текут в руки! А что особенного? Когда-нибудь и ему должно повезти. Он не дурак, чтобы отказаться от такого заманчивого предложения!
Андрей Дизель закончил свой деловой день полным успехом. Совершил еще несколько чрезвычайно выгодных сделок, суливших немалые деньги в ближайшем будущем. Только сейчас Андрей почувствовал, как он голоден. Ведь за весь сегодняшний день он ничего не ел. Он остановил такси и велел шоферу везти его куда-нибудь, где можно было поужинать и отдохнуть – можно к заливу, лучше всего в шикарный ресторан на крыше небоскреба, что вскинулся в синеву неба у самой набережной. Теперь у Андрея достаточно денег, чтобы приятно провести сегодняшний вечер.
Сидя рядом с шофером, Андрей улыбался, глядя на пробегающие мимо огни реклам, фонарей, витрин. Михаил, конечно, чудак и герой. Но куда приятней ехать в автомобиле, чем лететь в пугающей пустоте неизвестности.
Андрей Дизель покосился на шофера.
– Вы случайно не знаете Михаила Валецкого?
– А кто он?
Тоже шофер.
– Нас много, всех знать невозможно.
– Завтра вы услышите это имя.
– Так кто же он, этот Михаил Валецкий?
– Чудак, фантазер, мечтатель, дошедший в своих безудержных помыслах до умопомешательства. Но вообще-то герой.
* * *
Андрей прошел мимо столика с посетителями, обогнул танцующую пару и вышел к барьеру плоской крыши. Перед ним с одной стороны простирался океан с уходящей в сумеречную даль рябью волн, с другой стороны сверкал огнями город. Город, который сейчас не знает его, а завтра будет говорить о нем как о смелом журналисте, рискнувшем изобличить могущественную организацию.
На востоке из океана поднималась красная Луна. Вот они, действующие лица драмы: Земля, Луна, ракета с Михаилом и он, Андрей Дизель. А все остальное – фон, на котором происходит действие.
Андрей отошел от барьера, занял столик и заказал двойной коньяк.
Но не все было спокойно в безоблачном небе Андрея Дизеля. Как чуткий барометр, он предусматривал, что погода может испортиться: где-то за горизонтом растет грозовая туча. И эта туча – Роберт Асинуго. Если он что-нибудь пронюхал, распорядиться в отношении Андрея может в любую минуту. Только бы дождаться завтрашнего утра, когда выйдет номер с его статьей! А, может быть, лучше пойти навстречу опасности и предупредить ее, чем ждать, когда она нанесет удар в спину…
Андрей медленным шагом двинулся к набережной – там было меньше народу и можно было бы обнаружить слежку. И все-таки он не заметил, чтобы кто-то следовал за ним. Андрей шел по набережной вдоль берега залива к мосту. Прохожих становилось все меньше и меньше. Увидев выехавший с моста на набережную автобус, он побежал к остановке. И тут он обнаружил того, кого искал: высокий мужчина обогнал его и приготовился прыгнуть в подошедший автобус.
Тогда Андрей спокойно прошел мимо остановки, пересек улицу и подошел к остановке автобусов, следующих в противоположном направлении. Незнакомец также перешел улицу и встал позади Андрея.
– В единственном числе, – отметил про себя Андрей. – Иначе улицу сейчас переходил бы другой. Значит, решили пока только последить. Для расправы было бы двое или трое.
Андрей вошел в автобус и сел. Незнакомец прошел вперед и тоже сел. Место рядом с ним было свободно. Андрей тоже прошел вперед и сел рядом с незнакомцем. Тот безразлично отвернулся в сторону. На улице было уже темно. Стекла автобуса отражали всех сидящих, покачивающихся пассажиров. Автобус мчался через мост над заливом.
Андрей всмотрелся в отражение своего соседа. Лицо видавшего виды человека. По желвакам чувствуется напряжение – не ожидал, что Андрей сядет рядом с ним. Незнакомец повернул голову, и их взгляды встретились в оконном стекле. Андрей улыбнулся и подмигнул ему.
– Послушай, приятель, у меня есть важное сообщение для полковника Роберта Асинуги, – в полголоса произнес Андрей.
– Что вам нужно? – громко спросил сосед. – Я не знаю вас.
– Не шуми, болван. – Я могу тебе ничего не говорить, но если Асинуго узнает, что ты не захотел выслушать сообщение для него, тебе не поздоровится. Ну как, передашь ему то, что я скажу?
– Говорите.
– Скажи ему, что он должен беречь мою жизнь. Если со мной что-нибудь случится, и я исчезну, то сразу будут опубликованы вещественные доказательства его участия в деле Михаила Валецкого. Эти доказательства находятся у верных людей, которых вы не знаете. Передайте, что будет опубликована записная книжка полковника, из которой он вырвал листок для записки Михаилу. Передай ему, что он может не беспокоиться – я не собираюсь это опубликовывать, и имени полковника Роберта Асинуги нигде упоминать не буду. – Я сейчас выйду, а вы поезжайте дальше. Если вас интересует, что я буду делать, то уверяю вас, что пойду домой.
Андрей вышел в вечернюю темноту.
Еще одна победа! Теперь Андрей может быть спокоен – его никто не тронет. Над ним по-прежнему безоблачное небо, усеянное бесчисленными звездами. Может быть, навестить Тэсс? Дом профессора Шварцберга, как помнит Андрей, где-то недалеко. И Тэсс, наверное, дома.
Андрей быстрыми шагами пошел вдоль палисадников. Вот и знакомый дом. Окна освещены, но не все. Отец наверняка работает. А что делает она? В окнах никакого мелькания. Значит, гостей нет. А что если позвонить? Она откроет. Он войдет. Она удивится. И тут… тут он придумает что-нибудь. Сколько раз у него было так, что в нужную минуту он находил правильное решение. Когда бы раньше он ни шел к женщине, он не составлял никакого плана, а получалось всегда успешно. Значит, позвонить?
Дверь открыла служанка. Спросила, как доложить о нем Тэсс.