Починкко нахмурился и уставился на меня.
– Вот если будешь прям серьёзно утверждать, брат? – уточнил он.
– Ага.
– Может быть, и поверю… Ты же солнечный алти.
– Солнечный алти? – зацепился я за его слова. – Они что, могут перерождаться?
– А? Откуда мне знать, брат? С тех пор как ты появился, мы говорили о тебе с другими алти города. Разве что старик Почитон и причитал, мол, солнечные алти существуют! Они не вымысел! Ну ещё там пару человек припомнили, что что-то слышали от родителей про алти, которые не выглядят, как мы, и которые наделены силами. Вроде как этими силами они помогают другим алти… Но ты уж прости, брат, доказательств нет. Кроме тебя, конечно. Ты мне жизнь спас… Хотя… Как я понял, твои артефакты странные для цивилов. Это и есть необычная сила солнечных алти?
– Хотел бы я знать, – усмехнулся я.
Больше мы к этому разговору не возвращались.
И вот теперь перед нами сидит человек, который сразу распознал во мне солнечного алти. А если подумать, раньше Нассийя мне ничего не рассказывал о солнечных…
Я вновь повернулся к вождю алти, буравящего меня взглядом серо-голубых глаз.
– Кто мы и почему здесь? Хм…Отвечу честно. Мы прибыли сюда за тайником Леона Джонсона. Ты ведь знаешь, Нассийя, что он здесь часто бывал. Ты учил его языку алти, ребята тут отдыхали, чинили корабль. Вы хорошо проводили время вместе. И ты, вероятно, догадывался, что он не просто так уходит временами прогуляться в одиночку по джунглям.
Я лучезарно улыбнулся.
Старик Нассийя нахмурился.
– Леон мне был как второй сын, – проговорил он. – Тёмненький подкидыш, но такой добрый и заботливый. Ты прав, я предполагал, что он сделал на острове тайник, о котором не говорит даже товарищам. И я знал, что, если спрошу в лоб, он честно ответит, где тайник находится и что в нём лежит, а затем предложит использовать содержимое в случае нужды. Я не хотел его обременять этим. Он и так дарил многое острову. Остров процветал тогда… – старик до белых пальцев сжал свою курительную трубку. – Не то что сейчас.
Как я и думал, остров кажется более заброшенным, чем раньше. К тому же я не вижу наследника вождя, который сейчас во время разведывательно-боевой вылазки уж точно должен был находиться рядом с ним.
Да и воинов меньше обычного.
И шрамов на них больше…
– Но о трудностях острова поговорим позже! – резко произнёс вождь нассийцев. – Ты не ответил на мой первый вопрос. Кто вы такие?
Я широко улыбнулся и, сидя на пне, закинул ногу на ногу.
– А ты ещё не понял, Нассийя? Ты правильно сказал – я урождённый солнечный алти из Восьмого Сумеречного Моря. Но при этом я тот, в ком живёт душа Леона Джонсона. Смекаешь?
Глава 5
Кто-то скажет, что если и рассказывать кому-то о себе правду, то стоило бы открыться сначала матери… Но я боюсь это сделать. Переживёт ли она такое потрясение? Примет ли? А если примет, а я потом снова помру, ей опять учиться жить с осознанием того, что её единственный ребёнок вновь умер?
Но вот с алти мне проще. Починкко, если в самом деле поверит в то, что я Леон Джонсон – не изменит своего отношения ко мне. Я для него солнцеголовый брат, спасший его от неминуемой смерти. Я тот, кто дал ему новую жизнь, семью (команду) и крышу над головой (мужскую офицерскую каюту на нашем корабле). А то, что у солнечного алти могут быть свои странности вроде воспоминаний Леона Джонсона… Ну с кем не бывает, правильно?
Ну а вождь Нассийя…
Любопытно посмотреть на его реакцию.
Он чуть прищурил свои серо-голубые глаза и буравит меня взглядом.
– Нет, – наконец изрёк Нассийя, отпрянув от меня так, что едва не свалился со своего пня. – Нет, это невозможно! Хотя… Нет… Или…
– У тебя сейчас голова взорвётся, старый друг, – усмехнулся я. – Если так сложно, можешь не верить.
Он широко округлил глаза, а затем мотнул головой:
– Вот сейчас… Вот это вот точно было в духе Леона. Он мог сказать что-то подобное, огорошить, а потом безразлично заявить, что можно не верить. Верить… Не верить… В любом случае, учитывать стоит.
– Ну хоть что-то, – пожал я плечами. – На самом деле без разницы, поверишь ты мне или нет. Ведь Леон Джонсон мёртв – факт. А я жив. И я хочу быть твоим живым другом. Согласись, Леон сейчас на это неспособен.
Вождь Нассийя замер, а затем заливисто расхохотался.
– Ты прав! – сквозь громкий смех выдал старик. – Что ж… Нассийцы станут считать тебя другом, а дальше посмотрим на твоё поведение.
Я с достоинством поклонился.
Между нами тремя повисло молчание. Правда, уже через несколько секунд Починкко выпалил:
– Брат! Если ты в самом деле Леон Джонсон, значит Марси твоя дочь?!
– Что за Марси? – оживился старый вождь.
– Старпом на нашем корабле, говорит, что Леон Джонсон – её отец, – быстро пояснил Починкко.
– Хм… Любопытно, – затянулся трубкой Нассийя.
Оба алти с интересом уставились на меня.
Я усмехнулся:
– Ну ладно Нассийя. Ему идёт быть дедом на завалинке, который обсуждает чужую личную жизнь, но ты-то? – укоризненно попенял я своему товарищу.
– Мне тоже интересно, – ничуть не смутился он.
– Не обязательно быть дедом, чтобы интересоваться отношениями между людьми, – поддержал собрата старый вождь.
– Ага, можно быть бабкой, – проворчал я.
Они продолжали пялиться на меня, взбудораженно улыбаясь.
Я выдохнул и покачал головой:
– Марси считает Леона Джонсона своим отцом. Значит, для неё он и есть её отец. Всё.
Нассийя громко хлопнул ладонью по соседнему пеньку. А затем вновь расхохотался. Починкко с недоумением пялился на старого вождя, будто размышляя, какая трава лежит в его трубке.
– Ответ, достойный Леона Джонсона, – изрёк Нассийя. – Он никогда не спешил кому-то что-то разъяснять или сбивать с себя навешенные ярлыки. И он точно не стал бы лишать веры юную деву. Что ж, дочь моего старого друга на твоём корабле, мой новый друг, солнечный алти Тайон. Пожалуй, я озвучу очевидное… Но долг требует от меня произнести это вслух: нассийцы не претендуют на клад Леона Джонсона, зарытый на нашем острове. И, разумеется, не будут препятствовать вам, когда вы станете его забирать.