Парад состоится послезавтра, а еще через день мое пребывание здесь, наконец, закончится, и я улетаю домой. Я итак отвела неделю на посещение России. Уже хочется домой, в родное поместье Торн, светлое и просторное, окруженное лесом и горами...

— Прекрасно. Мне нужно было убедиться наверняка, вы ведь столько раз отклоняли наши приглашения...

Я промолчала, не зная, что и ответить, просто сделала вид, что очень увлечена балетом. Мои руки были закрыты перчатками до локтя, но я все равно потирала большой палец левой руки, всегда так делаю, когда чувствую себя не очень комфортно. На моих коленях лежала сумочка от Шанель с ручками из жемчуга. На моей шее тоже жемчуг, маленький и аккуратный. Конечно, я больше предпочитаю бриллианты. Я вдруг остро ощутила, что взгляд Гоуста сосредоточен на мне. Точнее, на моих руках. Поняв, что он заметил мой нервоз в виде потирания пальца, я прекратила это делать и сложила руки на сумочке с тихим вздохом. И почему я согласилась сходить на балет? Вероятно, в знак уважения к бабушке.

Мне очень хотелось достать телефон и проверить, не поступало ли мне новых сообщений, но это было бы не прилично и неуважительно по отношению к моей компании. Однако, Гоуста это не заботило. Он открыто пялился в свой телефон и с кем-то переписывался. Я незаметно откинулась назад, чтобы получить больший обзор. Он ничего не печатал, зато его собеседник делал это очень активно. Пришло уже несколько сообщений подряд, текст которых я не могла толком разобрать. Что-то про... Японию? Затем Гоуст начал печатать ответ и я разобрала все, благодаря внимательной слежке за тем, какие буквы он набирает.

«Возвращайся в Москву. Не смей предпринимать что-либо без моего ведома.»

Он стал убирать телефон, я разглядела имя собеседника и быстро отвела взгляд к сцене.

— Было интересно? — тихо спросил Гоуст, также откинувшись на спинку кресла. Он открыто повернулся ко мне, прожигая взглядом мою щеку. Я же уставилась вперед с прямой осанкой и делала вид, что не подглядывала за его переписками.

— Представление? — искренне удивленным голосом спросила я. — Очень.

Он усмехнулся.

— Знаете ли, некрасиво подглядывать в чужой телефон.

Я немного повернула голову и наградила его косым взглядом. Как же он бесит. Видя все мои эмоции на лице, он издал смешок, но его лицо нисколько не изменилось, оставаясь высокомерным и гордым.

— Отвернитесь уже от меня. — прошипела я, заметив, что с других ложе на нас пялятся несколько человек и открыто снимают на телефоны.

— Почему? Мой взгляд доставляет вам неудобства?

Я так и слышала насмешку в его голосе.

— Да. Вы смотрите так пристально, что я боюсь, ваше высокомерие передастся и мне.

— Высокомерие? Вы меня даже не знаете.

— Знаю достаточно, чтобы сделать вывод. Вы высокомерны.

— Так вы тоже, знаете ли...

— Вы меня не знаете. — ответила я теми же словами, что использовал он сам. Гоуст смерил мое лицо внимательным взглядом и, наконец, отвернулся.

Однако, не промолчал.

— Знаю достаточно, чтобы сделать некоторые выводы.

Я тихо усмехнулась.

— Правда? И какие же?

Он смотрел вперед, но обращался ко мне. Когда он заговорил, его кадык примечательно двигался. Мой взгляд ненадолго задержался на его шее, но я быстро вернула взгляд к сцене.

— Вы высокомерная, безрассудная, эгоистичная и немного глупая. Скажите, вы, действительно, обратились к японцам после меня? — я оставила его вопрос висеть в моем гордом молчании. Гоуст издал смешок. — Глупая.

— Что вы себе позволяете? — прошипела я. — И я не собираюсь обсуждать это здесь.

— Мы более и не будем это обсуждать, — он ненадолго взглянул на меня. — Просто знайте, что Харуки, возможно будет сотрудничать с Бенджамином или Дамианом. И в отличие от меня, он молчать не будет. Вы хоть раз об этом подумали, когда бежали к нему, сломя голову?

— Да что вы...

— Вы просто не можете принять моего отказа, потому что все до этого падали к вашим ногам и исполняли любые ваши желания, а теперь вы изображаете какую-то нелепую ненависть и обиду, и ищете возможность также отказать в чем-либо мне. Однако, не советую затруднять мне доступ к нефти Фламии, вы ведь не хотите сделать меня своим врагом?

— Вы можете заткнуться? — вдруг раздался голос Ангелины, которая наклонилась вперед и посмотрела прямо на меня. Я даже не сразу поняла то, что она сказала. Слова Гоуста все еще вертелись в моей голове, как волчок. Сделать его своим врагом...? Интересно, он и вправду начнет враждовать со мной из-за этого?

В глазах Ангелины горела ревность, она взбудоражила меня. Мне хотелось ухватиться за эту эмоцию и распалить ее еще дальше. Не будь мы в театре, я бы специально взяла Гоуста за руку или что-то в этом роде, чтобы у Ангелины загорелась задница от ревности. Но мы в театре и на публике, так что я просверлила ее своим фирменным жестким взглядом, пока она не отвернулась.

Гоуст повернулся к ней, но молчал. Либо он говорил все своим взглядом, либо одними губами. Это явно было что-то неприятное. Лицо Ангелины вытянулось, она поджала губы и виновато отвернулась к сцене.

Я поерзала в кресле. Уже устала сидеть здесь, как прямая статуя. В моей сумочке завибрировал телефон и я поспешила его достать. Сразу переведя на беззвучный, я прочитала все сообщения, что скопились в центре уведомлений и при виде одного из них, мое сердце волнительно стукнулось о грудь. Боже, неужели я получаю хорошие новости?

Эраст: Нашел то, что ты просила;)

Я стянула одну перчатку и спешно набрала ответ.

Я: Ты лучший! Что-то серьезное?

Эраст: Не сказал бы, но этого достаточно, чтобы надавить на его кнопки. Отправил все тебе на почту.

Мое настроение заметно улучшилось. Я убрала телефон в сумочку и оглянулась назад. Чейз стоял у входа в ложе, готовый в любой момент сопровождать меня. Знание того, что на моей почте уже есть компромат на одного из министров в сфере земель и экологии, я не могла спокойно усидеть на месте и оставаться здесь. Поэтому я наклонилась поближе к Михаилу.

— Михаил, у меня появилось одно важное дело, не терпящее отлагательств. Я должна отлучиться прямо сейчас. Спасибо за приглашение и прошу извинить за то, что ухожу так рано.

Я натянула свою самую очаровательную улыбку. Михаил кивнул мне с той же добродушной улыбкой.

— Да, конечно, идите. Увидимся на параде.

Возможно...

Я тихо встала и прошла между креслом Гоуста и моим. Он не взглянул на меня, но все остальные сопроводили удивленным взглядом. Я ни с кем не попрощалась, просто схватила Чейза за локоть и покинула театр, готовая во всех подробностях изучать компромат на министра Фламии.

Глава 7

Джорджиана

Мой взгляд тихо скользил по строю военных, представляющих разные войска. Не то чтобы я была заинтересована в этом, но другого выбора у меня не было. Я сидела словно на иголках, парад только начался, а я уже не могла дождаться окончания, потому что сразу после я вылетаю домой. Солнце нещадно палило, казалось, я вот-вот получу солнечный удар. Хорошо, что есть хотя бы солнцезащитные очки. Для посещения столь важного мероприятия, я выбрала весьма сдержанный наряд, состоящий из белого платья миди со свободной юбкой, но облегающей талией. Мне дико хотелось закинуть ногу на ногу, но я продолжала сидеть с прямой спиной и аккуратно поставленными ногами, сложив руки на коленях. Я будто позирую для написания портрета... Рядом со мной снова сидел министр Михаил, он по умолчанию стал моим «сопровождающим», однако места слева от меня еще были свободны и это настораживало. Я надеюсь, что они так и останутся пустыми, но только не Гоуст со своей девушкой, умоляю... Я не вынесу еще и их общества сейчас.

Решив не думать о худшем, я принялась рассматривать ровный строй из солдатов. Все таки мужчины в форме... есть в них что-то притягательное. И хотя со своего места я не могу рассмотреть лиц, я уверена, что они все довольно симпатичные, еще и одинакового роста плюс минус. Пока я была занята рассматриванием военных, на свободное место рядом со мной кто-то быстро сел. Я искоса взглянула влево. Рядом сидел молодой парень, его черные волосы были коротко подстрижены, а голубые глаза отдавали еще и зеленым цветом. Он не был мне знаком, но судя по тому взгляду, которым он смотрит на меня, он определенно знал, кто я. Лоб парня смешно наморщился от того, как он щурился при ярком солнечном свете, а его удивительно пухлые губы изгибались в проказнической ухмылке.

— Привет. — сказал он на русском, все еще улыбаясь так, будто видит перед собой миллиард халявных евро.

Кто он такой и почему такой позитивный? Я так отвыкла видеть жизнерадостных людей, что этот улыбчивый парень кажется подозрительным. Я смерила его вопросительным взглядом.

— Привет. — ответила я на английском, заинтересованная, что будет дальше.

Он продолжил, переходя на английский.

— Я Руслан. Ты, наверное, не слышала обо мне.

Моя бровь выгнулась. Он уже перешел на «ты», хотя мы не договаривались.

Я прочистила горло.

— Не слышала.

— Руслан... Гоуст, — мое лицо сразу изменилось, а брови Руслана виновато выгнулись. — Все еще не слышала?

— Уж о фамилии-то я точно наслышана.

Он виновато цокнул, прищурившись.

— А, да, я слышал о ваших перепалках с Дэном.

Дэном? Интересно.

— Ты его брат?

— Ага, к счастью или сожалению.

Я усмехнулась.

— Неужели ты его недолюбливаешь?

— Да нет, почему же... — Руслан поправил свой пиджак и снова вернул внимание ко мне. — У нас, как и у всех братьев, бывают разногласия.

Я промолчала, впитывая всю информацию, как губка. Мой изучающий взгляд скользнул по лицу Руслана.

— Вы с ним не похожи. — вырвалось у меня, прежде чем я смогла подумать о своих словах.

— Все так говорят, — он усмехнулся. — Просто у меня цвет глаз от мамы, в остальном ничего отличительного.

Ну, его волосы явно кажутся темнее, чем у брата. Старшего брата, я полагаю. Руслан, как я думаю, младше Даниэля года на четыре или пять.

— Может, по большей части, я имела ввиду ваши разные характеры...

Руслан тихо посмеялся.

— Ты считаешь его снобом, да?

— Это самое мягкое выражение, которое можно использовать для описания твоего брата.

Парень снова посмеялся, стараясь никому не мешать и делал это тихо. Мой любопытный взгляд снова скользнул по нему. Они точно не похожи характерами. У Руслана даже есть мимические морщинки вокруг глаз и губ, что означает, что он много улыбается и смеется. У старшего Гоуста же морщинки лишь между бровей, потому что он всегда ходит с каменным лицом, а из эмоций у него только постоянно хмуриться. По крайней мере, это единственное проявление хоть какой-либо эмоции, что я наблюдала от него. Мне даже не довелось увидеть его полноценную улыбку, лишь звуки насмешек.

— Да, он немного... Консервативен.

— Это точно не подойдет к описанию Гоуста.

— Гоуста? О, только не называй его по фамилии в его присутствии.

— Почему? — я вскинула брови и наклонилась чуточку ближе, желая поскорее узнать причину. Если есть что-то, что Гоусту не нравится, то я предпочту это знать, чтобы поскорее воспользоваться шансом его позлить.

Руслан пожал плечами, устремив взгляд вперед.

— Просто он не любит, когда называют его просто «Гоуст», лучше уж говорить «мистер Гоуст», это уже другое дело.

— Серьезно? — я медленно выгнула бровь. — Это странно.

— Гоуст - это вторая фамилия нашего отца, который на самом деле носил фамилию Астор. Ты знала?

Я раскрыла рот, шокированная этим фактом. Братья Гоуст приходились очень близкими родственниками семье Астор из Англии, они влиятельны в политических кругах и происходят из старых денег.

Мои губы оставались приоткрытыми, но я даже не успела ничего ответить.

— Давай, расскажи ей все о детских травмах и родителях...

Я резко обернулась и поняла, что все это время Гоуст сидел позади нас и все слышал.

Мой хмурый взгляд пал на Руслана. И для чего было все это представление? Гоуст специально подослал его, чтобы узнать, что я о нем думаю или что? Руслан снова пожал плечами и продолжил наблюдать за парадом. А я уже подумала, что Руслан нормальный, в отличие от своего брата. Ошиблась.

Мой взгляд переместился на солдат, что маршировали по площади. Я не могла теперь спокойно сидеть, зная, что Гоуст сидит позади. Его присутствие ощущалось всеми фибрами души. Моя спина ранее казалась раскаленной, но сейчас по ней будто скользит лед. Волосы на затылке готовы были встать дыбом в любой момент. Мне становилось некомфортно с каждой секундой. Я расправила плечи, чтобы прогнать это мерзкое ощущение, скользящее по позвоночнику, но оно отступило лишь на пару секунд.

Я снова посмотрела на Руслана. Может, если я буду говорить с ним, то странное ощущение уйдет. Не хочу называть это ощущение страхом, поэтому пусть будет странным.

— Сколько тебе лет? — с моих губ сорвался самый банальный вопрос из всех возможных.

Руслан был удивлен, что я снова с ним заговорила.

— Двадцать четыре, — ответил он, протянув последний слог. — А тебе двадцать два, верно?

— Будет когда-то.

Он кивнул, заинтригованный тем, как именно я ответила на его вопрос. Мой затылок снова покалывало от внимания.

— Во сколько лет сядешь на трон? — спросил Руслан без всякого подтекста. Он говорил ранее, что знает о наших передрягах с Гоустом, но не уточнял, знает ли из-за чего они начались. Интересно, он знает, что я приходила к его брату с весьма необычным и радикальным предложением? Понятия не имею, поэтому буду действовать аккуратно.

— Кто знает, — я улыбнулась, внимательно наблюдая за эмоциями на лице Руслана. — Хотелось бы, конечно, поскорее, но это как получится...

Он кивнул, улыбнувшись.

— Пока что можешь наслаждаться молодостью на полную, а поуправлять страной всегда успеешь.

Он не знает... Ладно. Может, это и к лучшему.

Мой взгляд непроизвольно обратился к Гоусту, сидящему позади. Он встретил мой взгляд с вызовом и усмешкой в глазах. Руслан и не знает, что из-за его брата я, как раз таки, и не успею поуправлять страной... Я отвернулась, взглянула на Руслана.

— Да, ты прав, наверное.

— Раз я прав... — начал он, слишком радостный. — Какие планы на вечер?

Я не ожидала подобного, но сумела скрыть удивление. Затем натянула виноватую улыбку.

— Я улетаю сразу после парада.

— Так скоро?

— Ну да, дома много дел...

Мой затылок снова начало покалывать.

— Да ничего страшного, — Руслан все еще оставался позитивным. — Мы с братом прилетаем во Фламию через три дня, тогда и увидимся, да?

Мои брови взлетели от удивления.

— Прилетаете во Фламию?

Руслан кивнул.

— Да, по работе.

— Какой из...? — тихо спросила я, выгнув бровь. Руслан был удивлен, однако он промолчал, так что я продолжила. — Думаю, мы с тобой сможем как-нибудь встретиться.

— А, нет... Игрой слов меня не обманешь. «Как-нибудь» не подойдет, мы увидимся 13 мая 2015 года во Фламии, в Люмендорфе или где ты захочешь.

Я издала удивленный смешок. Надо же, он меня прижал.

Мои глаза прищурились.

— Хм, ладно... О подробностях потом.

— И как же я свяжусь с тобой?

— Напишешь моей ассистентке на электронную почту, которую сможешь найти в разделе контактов на сайте Фламийского дворца.

— Как все запутано. Нельзя просто получить твой номер?

— Нет. Пока что.

Руслан наградил меня хитрым взглядом с усмешкой в глазах. Я ответила ему тем же. Надеюсь, он просто дурачится, а не запал на меня. Мне вот еще не хватало младшего Гоуста в поклонниках. Такого счастья мне не надо. Возможно, я буду сукой, но я просто собираюсь использовать Руслана в своих целях, выудить из него какую-либо информацию и на этом все. Думаю, он и сам это понимает. И все же его это не останавливает. Преследует ли он какие-то свои цели? Хотела бы я знать...

— Понял, — Руслан пробежался взглядом по моему лицу, пока я смотрела на него в ответ, просто с любопытством. — Интересно, почему король не приехал лично?

— Полагаю, у него есть дела поважнее. Например...

— Например, нюхать вместе с Бенджи Беном?

Мои брови взлетели от удивления. На самом деле, я хотела придумать какую-нибудь хорошую отмазку. Как, например, король занят, решая важные вопросы, но вариант Руслана был более подходящим. Удивлена, что он знает о так называемой дружбе между Эдгаром и Бенджамином. Хотя, в этом нет ничего такого. Раз он сам тесно крутится в мире мафии, значит знает обо всем, что происходит с другими Боссами.

Я окинула Руслана смешливым взглядом, прежде чем отвернуться и тихо прошептать:

— Можно и так сказать.

Своим периферийным зрением я видела, что он все еще смотрит на меня. Спустя несколько секунд он отвернулся, начав наблюдать за парадом так же, как и я. Мысленно я отсутствовала на параде, витая где-то в облаках, глубоко в своей голове. Интересно, насколько сильно Гоуст дорожит своим младшим братом? Я бы спросила у Руслана, какие у них взаимоотношения, но не могу, когда позади сидит сам Гоуст. Он, конечно же, сразу бы что-то заподозрил. Чисто гипотетически, если Руслан будет похищен... На что будет готов Гоуст, чтобы спасти брата? Я, конечно, очень рискую. Даже просто допуская такую мысль. Навредит ли он мне? Убьет? Мне бы не хотелось проверять... Ладно. Сначала я вернусь домой, поговорю с министром, посмотрю на реакцию Гоуста, а потом решу, стоит ли идти на такой отчаянный шаг. Если мой план не сработает, то мне и нечего терять. Тогда и проверим, на что способен Гоуст в гневе и на что пойдет ради брата. Может, мой бредовый план сработает, кто знает...

После окончания парада, я в сопровождении своей охраны удалилась к машинам, что уже ждали меня, готовые отвезти в аэропорт. Мы должны доехать быстро, для моего кортежа выделили сопровождение и перекрыли дороги.

— Увидимся через три дня! — донеслось мне в спину, когда я собиралась сесть в машину. Мои телохранители оглядывались вокруг, а я нашла взглядом Руслана, который поднял руку и слабо помахал мне на прощание.

Я натянула улыбку, но она медленно сползла, когда взгляд наткнулся на Гоуста, стоящего рядом с братом. Как обычно, хмурый, спрятал руки в карманах брюк и что-то серьезно говорит брату. Я усмехнулась и, наконец, села в машину.

Фламия ждет.

Глава 8

Джорджиана

Мои шпильки звонко стучали по мраморному полу министерства экологии, пока я направлялась в кабинет министра. У меня было самое хорошее настроение, которое только могло быть. Я чуть ли не подпрыгивала от восторга, покачивая в руке сумочку YSL с золотым ремешком - цепочкой, а в другой сжимая папку. Кажется, Чейз, идущий позади, уже думает, что меня подменили. Он не видел меня в таком хорошем расположении духа уже лет пять. Хотя... Хорошее настроение у меня было и в тот день, когда я окончила военную академию. Не то чтобы мне не нравилось там учиться. Нравилось, даже очень, но мне совершенно не нравилось быть там единственной девушкой. И почему в двадцать первом веке в нашей военной академии могут учиться только парни? Это какая-то дискриминация, я бы исправила это, будь у меня на то полномочия. Они будут, если я стану королевой. А мои шансы стать ею прямо сейчас и решатся.

Я открыла дверь в кабинет министра без стука. Возможно, это неправильно, грубо и бестактно, но я хотела бы сразу обозначить, какой разговор предстоит, чтобы он настроился. К тому же, его предупредили о моем визите. Министр восседал за своим столом на белом кожаном кресле, делая вид, что он усердно работает, смотря в компьютер. Это дает мне чувство дежавю. Однако, кабинет на этот раз поменьше и стул для гостей не стоит в центре, словно в комнате допроса. И министр хотя бы обращает на меня внимание, в отличие от того, чье имя я предпочитаю не называть. После того, как Руслан сказал, что его брат не любит, когда его называют по фамилии, я только так его и буду называть. Исключительно Гоуст.

— Доброго дня! — слишком возбужденно воскликнула я с широкой улыбкой.

Министр был слегка удивлен, но ответил мне такой же широкой улыбкой. Эх, если бы он знал, зачем я здесь и с чем пожаловала, он бы точно так не улыбался.

— Ваше высочество! Рад видеть... — я обошлась без формальностей и всяких рукопожатий, а сразу присела в мягкое кресло напротив стола министра. Он быстро убрал руку, которую собирался протянуть мне и сел обратно в кресло. — Чем обязан вашему визиту?

— Ну что вы... — я сильнее сжала папку в руках, а потом начала ее открывать. — Ничем особо не обязаны, у меня просто возникло пару вопросов по поводу компании, которая собирается заступить на наш рынок нефти.

— Конечно-конечно, какая компания вас интересует?

Я улыбнулась. Мне нравится, как он нервничает и старается мне угодить.

— Компания G-Oil. Какую долю они собираются выкупить и где?

Министр задумался.

— Если не ошибаюсь, G-Oil собирается качать нефть на острове Лоун, — хм, это самое крупное месторождение. И почему я не удивлена, что Гоуст позарился именно на него? — Мистер Гоуст собирается выкупить всю долю, помимо его компании больше никто не будет качать нефть на острове.

— Только остров Лоун или где-то еще?

— Месторождение в Аротелле.

Оно тоже крупное. Гоуст решил выкачать у нас всю нефть?

— Разве мы можем это позволить? На каких условиях вы договариваетесь?

Министр Ромен выглядел сконфуженным. Он поджал губы, затем нервно их облизнул.

— Боюсь, это пока что конфиденциальная информация. Договор еще не был ратифицирован и подписан королем.

— И не надо, — я выгнула бровь. — Так на каких условиях?

Ромен недовольно сжал губы, но все же заговорил.

— Бонус за подпись в виде единоразового платежа в сумме одного миллиарда долларов. Затем роялти от добытой нефти в виде 30%.

— Тридцать процентов? Это же так мало! — министр не нашел ответа на мои слова, поэтому я продолжила гнуть свою линию. — Зачем нам такая крупная компания на рынке? G-Oil практически монополист, у нас есть государственные компании и этого достаточно.

— G-Oil также построит нефтеперерабатывающий завод, наша нефть фактически останется внутри страны. Принцесса, уверяю вас, никто не собирается красть наши богатства.

Он говорил это таким приторным дотошным голосом, что я едва не поморщилась и вовремя себя остановила.

Мои губы растянулись в ядовитой ухмылке.

— Помимо вас, я полагаю.

— Что, простите? — он слегка побледнел.

— Ромен, — я наклонилась вперед и заглянула в его глаза. — Я хочу, чтобы вы отказали G-Oil и не запустили их на наш рынок.

Он сразу покачал головой.

— Нет-нет, я не могу... У нас с Даниэлем Гоустом уже все схвачено! Я не могу отказаться в последний момент.

— Можете.

— Нет, что вы... Отказывать Даниэлю? Нет, принцесса, простите, но нет.

— Да, Ромен, и еще раз да. Если вы, конечно, не хотите, чтобы я обнародовала все документы, говорящие о том, что вы крадете из бюджета министерства. И я более чем уверена, что Гоуст заплатит вам лично за проведенную сделку, я права? Или он уже заплатил? Точнее, дал взятку. Поэтому вы не можете отказаться?

Министр стал белее мела. Его морщинистое лицо стало еще более напряженным, морщины проявились еще больше. Да, я откопала информацию обо всех его делишках. Все это потянет лет так на десять точно.

Ромен так растерялся, что молчал очень долго, а его глаза бегали по всему кабинету в панике.

Я улыбнулась.

— Так что скажете? Каково ваше решение?

— Я... — он взглянул на папку на моих коленях. — Могу я взглянуть?

Я усмехнулась и передала ему папку.

— Вы думали, что я блефую? Нет, конечно. Полюбуйтесь.

Министр сжал челюсти. Он был бледным от страха, а теперь стал красным от гнева. Упс, кажется, он теперь меня ненавидит. Но мне ли не привыкать? Я весело покачала ногой в воздухе. Ромен резко захлопнул папку.

— Ладно, — он потер лоб, покрывшийся испариной. — Я откажу.

Я расплылась в улыбке.

— Прекрасно, Ромен! Просто прекрасно! Папочку можете оставить себе, у меня есть копии, — я встала с кресла и поправила платье. — До свидания, Ромен.

Он проигнорировал меня, но мне было все равно. Я добилась своего. Чертов Гоуст обойдется без нефти Фламии, он ведь сам так сказал, разве нет? Вот пусть и не злится, когда узнает новости.

С триумфальной улыбкой, я покинула здание министерства.

***

— Привет! — Элерин накинулась на меня с объятиями, как только я вошла в кафе в самом центре столицы Фламии. Она едва не сбила меня с ног, но я устояла и обняла ее в ответ, широко улыбнувшись. После разговора с министром мое настроение стало в тысячу раз лучше и мне хотелось постоянно улыбаться, как сумасшедшей.

<<1 2 3 4 5 >>

На страницу:

Перейти

4 из 5