– Не понимаю, о чем ты, но наша охрана способна…
Дарнел улыбнулся – Консуэлла вздрогнула.
– Мне сказать, куда может катиться ваша охрана? Где она была, когда на вашу внучку покушались в Радлесе?
Женщина непроизвольно вздернула подбородок – рефлекторная реакция того, кто пытался сохранить лицо. Однако взгляд Консуэллы выражал напряжение – «бабуля» все же понимала, насколько сильно они облажались.
– Они проверили местность, – упавшим голосом проговорила женщина, – они всегда проверяют. Но не обнаружили ничего подозрительного.
– А знаете почему? Потому что вы ведете бой с тенью, и в этом сражении вы заведомо в проигрыше.
– Я не понимаю тебя. Прошу, говори яснее.
– На Вивьен покушался киллер, убивший ее родителей. Помнится, тогда его тоже не обнаружили. И теперь я понимаю, почему. Он – убийца высочайшего класса, что не допускает ошибок. Это скорее недоразумение, что ваша внучка до сих пор жива!
Консуэлла схватилась за стол. Она побледнела и явно была обескуражена. Ей потребовалось время, чтобы продолжить разговор.
– Тебе известно, кто он. – Она подняла на него испытующий взгляд. – Ты пришел сюда не за ответами. Ты пришел, чтобы предоставить ответы мне.
Отчасти она была права. Дарнел знал, кто застрелил чету Картеров, однако не полагал, что за этим киллером стоит настолько мощная организация: их представители прекрасно скрывали о себе информацию. Однако сегодня, столкнувшись с ними воочию, Дарнел все для себя разъяснил. Нет, за Вивьен явился не просто профессиональный киллер, за ней явилась сама Смерть с косой.
– Я пришел сюда, потому что желаю защитить остатки вашей семьи. Помогите мне это сделать.
– Откуда ты знаешь? Откуда тебе известны такие подробности о личностях исполнителей? Скажи мне, кто они?
– «Дети пустыни».
Женщине это ни о чем не сказало – непонимание продолжало читаться в глазах.
– Разумеется, вы о них не слышали – вы живете в другом мире. Они – ассасины нового времени, но фанаты старых религиозных убеждений. Их представители скрытны и жестоки, а еще готовы умереть за приказ. Сегодня на нас напали именно они. И теперь это был не один убийца – на нас напал десяток таких убийц. Вот и думайте, на какой уровень жестокости перешла ваша вражда с конкурентами. Вы ведь подозреваете их?
Кровь схлынула с женского лица, Консуэлла Картер опустила глаза и невидящим взглядом уставилась в пол.
– Почему… почему все зашло настолько далеко… почему коснулось нас…
– Потому что, – без ехидства ответил Дарнел. – Просто потому, что в масштабах вселенной вы ничем не лучше и не хуже остальных. А кого должно было коснуться?
– А Вивьен? Как теперь быть с Вивьен? – Консуэлла подняла взгляд на Дарнела. – Как я могу толкать ее на столь опасный шаг и просить вернуться домой, когда знаю теперь все это?
– У вас нет выбора, – ответил Дарнел. – Просто делайте, что делали до этого, больше от вас ничего не требуется.
– Не ожидала, что ты поддержишь меня.
– Проблемы нужно решать, а не прятаться от них. Любая опасность должна быть искоренена. Сейчас опасностью для Вивьен являются наемники, а значит…
– Я тебя поняла. Но все равно не могу избавиться от ощущения, что ничем не лучше этих убийц. До этого момента я была уверена в своем решении, я и сейчас в нем уверена и понимаю, что так надо, но…
– В вас проснулась любящая бабушка? Не стоит. От нее вашим внучкам не будет пользы. Вы должны оставаться холодной и беспринципной, если хотите победить в этой войне.
– Бумаги будут готовы к вечеру, я попрошу их к тебе завести.
Вот и отлично. Дарнел кивнул и направился к выходу.
– Все-таки это чудо, что она жива, – услышал Дарнел реплику вслед. – Не верится, но ей удалось спастись во второй раз. Должно быть, она под защитой небес… и своих родителей.
Дарнел остановился. Усмехнулся. Вообще-то он не собирался этого говорить.
– Это не чудо, это я. – Он обернулся к Консуэлле Картер. – В Радлесе. Тем, кто уклонил вашу внучку от пули, был я, – ответил Дарнел на вопросительный взгляд Консуэллы. – Поймите правильно, не то, чтобы я хвастаюсь. Просто хочу, чтобы до вас дошло: я тот, кто стоит между Вивьен и Смертью с косой. Поэтому, прошу вас, не осложняйте мне работу и делайте так, как я говорю.
Удивление было не той эмоцией, которую демонстрировала Консуэлла Картер. Все лишние чувства, которые могли быть восприняты как слабость, лицо семейства держало в узде и скрывало на публике. Однако сегодня Консуэлла била собственный рекорд по нарушению данного правила. Женщина явна была шокирована.
Продолжать и объясняться Дарнел не стал. Он схватился за дверную ручку…
– Дарнел, – позвала его Консуэлла. Женщина нечасто обращалась к нему по имени. Да и нечасто они пересекались. – Киллер, что охотится за Вивьен и убил моих детей… Он настолько хорош?
– Он лучший среди своих.
С опытом и навыками, присущими Дарнелу, он мог определить это с закрытыми глазами.
– Ты с ним знаком?
Образовалась пауза, но Дарнел все же ответил:
– Можно сказать и так.
Одно только это должно было вызвать у умной, проницательной женщины подозрения на его счет. А вместе с тем, что он наговорил до этого, подозрения должны были быть очень глубокими.
Консуэлла продолжила:
– Если киллер – «убийца высочайшего класса» и «лучший среди своих», а ты смог его остановить, то кем тогда являешься ты? Ты, кто сегодня противостоял десятку таких убийц?
Дарнел молчал. Разговор не должен был закончиться этим, но нужно было понимать, что, разжигая искру, выпускаешь пламя.
– Сейчас я – телохранитель, которому вы можете доверять. Не препятствуйте мне – это все, чего я прошу.
Дарнел покинул кабинет. И даже по другую сторону двери чувствовал силу женского взгляда.
– Она до сих пор не вышла? – Дарнел остановился у входа в уборную.
– Она все еще там, – ответил один из охранников службы безопасности Картеров.
– И вы не проверили?
– Проверили. Опасности нет.
Дарнел потоптался рядом. Нет, так не пойдет.
– Вивьен, ты что там заснула? – Дарнел прошел в уборную и тут же получил в лицо удар бодрящего морозного воздуха.