На втором этаже полицейского участка было заметно больше движения, люди перемещались от стола к столу, носясь с пластиковыми планшетами, на которых была записана какая-то информация. Удивляться не стоило, но Ланиакея только это и делала с того момента, как пересекла границу города. Ей было невдомек, почему нельзя было автоматизировать большую часть работы, которую совершали все эти люди вокруг нее. Она не стала ни с кем разговаривать, чтобы не привлекать лишнего внимания, и просто зашагала вперед между столов в сторону кабинета с табличкой «Шериф Р. Канем». Но девушку все равно заметили. Ровная походка, любопытный взгляд и отвисшая челюсть выдавали в ней жительницу Сомнии.
– Эй, богиня! – сказал кто-то. – Купи линзы!
Раздался смех.
– Пф… мы и без тебя хорошо справляемся с работой, – добавил кто-то еще.
– Проваливай в Сомнию! – сказал кто-то третий.
* * *
Я думала, что в этом странном месте, где все общались на «ты», хотя бы шериф Канем будет адекватным. В Сомнии так разговаривают только с животными, ботами и Вики. Привыкнуть было трудно, но гораздо сложнее было принять то, что я увидела за дверью в кабинет начальника полиции.
Сейчас я бы вела себя иначе, но тогда я была всего лишь глупой напуганной девчонкой, впервые оказавшейся вне зоны комфорта. Колкость миссис Игнис не шла в сравнение с тем, что меня ждало. Но я верила, что у меня все под контролем. А как говорят, вера делает из четвертака двадцать пять центов.
* * *
Дверь в кабинет шерифа казалась Ланиакее спасательным кругом, до которого оставалось доплыть не больше метра. Когда она дернула за позолоченную ручку, то была уверена, что сейчас недоразумения прекратятся, мозаика сложится в прекрасную картину и все встанет на свои места.
Роберт Канем крепко спал в кресле, положив голову на стол. Рядом с ним стояли бутылка виски и стакан со льдом. Детектив Харт дернулась на месте от увиденного, а ее лицо скривилось в гримасе отвращения. Лишь минутой позже она вышла из ступора и осмотрелась. На стене слева висела фотография: на ней шериф Канем и еще несколько полицейских стояли на фоне участка. Фотография была старой, а Роберт Канем еще не превратился в облысевшего толстого старика. Кажется, в его взгляде даже читались какие-то амбиции. Вряд ли он представлял свое будущее таким.
– Сэр, – громко сказала Ланиакея.
Мужчина даже не шелохнулся. С его губ капала слюна на стол.
«Что мне делать? – в панике подумала девушка. – Нас такому не учили в Академии. Как-то неудобно будить человека. Но он же на рабочем месте. Ладно… ладно, я просто скажу погромче, зачем пришла. Может, он проснется?»
– Сэр, меня направили к вам для помощи в расследовании!
Ничего не произошло.
Шериф Канем лишь захрапел, а его рука слегка дернулась. Ланиакея заметила перстень на одном из его пальцев. Он был похож на тот, который носил шеф Люпус, – за победу в первом турнире по боксу в Сомнии.
«Так, не вышло. Думайте, Ланиакея, думайте».
Когда девушка подошла к начальнику полиции, от запаха перегара у нее скривилось лицо. Но отступать было нельзя, и она подергала мужчину за плечо. Безрезультатно.
«Не в настроении, говорите? Да он пьян! Немыслимо».
Ланиакея еще несколько раз пыталась разбудить мужчину, но все было тщетно, а потом, когда терпение кончилось, она подошла к бойлеру, наполнила стакан водой и вылила его на шерифа. Тот вскочил, завертел головой в разные стороны и закричал:
– Я могу драться! Могу! Не останавливай бой, сукин ты сын!
Когда сон рассеялся, начальник увидел перед собой девушку в бронежилете вместо рефери. Она осуждающе смотрела на него.
– А ты еще кто такая?! – проговорил мужчина, схватив бутылку, – Шшл… я точно не заказы… наверно… который час? Кто вчера… А к черту… Надо выпить.
– Я – детектив Ланиакея Харт, меня прислали к вам для помощи в расследовании.
– Так ты же девка! Какого черта они прислали девку? Настоящих детективов не осталось, что ли?
«Что? – подумала девушка. – Да это же сексизм в чистом виде!»
– Простите, сэр, но вы нарушаете конституцию Реи, гарантирующую равные права всем…
– Засунь себе в задницу конституцию, – сказал начальник полиции и наполнил стакан. – Девку прислали, совсем скурвились, суки, подумать только. Теперь мне с ней нянчиться.
Мужчина быстро опустошил стакан и вроде бы пришел в сознание, насколько это было возможно.
* * *
Люди в этом городе вели себя странно. Они не соблюдали правила этики и пренебрегали законом, но хуже всего то, что они считали это нормой.
В тот момент где-то внутри меня пробудилось сильное чувство ненависти, какого не было никогда. И я не знала, что с этим делать.
* * *
– Я вынуждена доложить начальству обо всех нарушениях, которые происходят в этом участке, сэр, – Ланиакея сдерживалась, как могла.
– И что дальше? – буднично спросил шериф Канем.
– Полагаю, вас уволят, сэр, а участок реформируют.
Мужчина засмеялся так, как будто услышал хорошую шутку, и откинулся на спинку кресла. Это продолжалось в течение минуты, а потом он взглянул на девушку.
– Ты еще не ушла, детектив Разноглазка? – сказал начальник полиции.
– Нет, сэр, – ответила Ланиакея. – И меня зовут не так.
– Послушай, милая, ты вроде сообразительная, раз смогла стать детективом, – шериф Канем почесал заросшую щетиной щеку. – Думаешь, если ты пожалуешься своему начальству, а те дойдут до самого президента страны, то меня уволят?
– Да, сэр, именно так я и думаю.
– Ты не в Сомнии, малышка. И ты не первая из ваших, кто мне угрожает. Вот только уясни одну вещь, – мужчина поднял указательный палец вверх. – Меня не снимут, как бы тебе ни хотелось. Потому что, дорогая Разноглазка, никто в этом сраном городе не захочет занять мое место! Никто! Тебе ясно?
– Нет, сэр. Вы не кажетесь мне незаменимым. В Сомнии есть достаточно квалифицированных кадров…
– А я думал ты – детектив. Послушай, пятая часть из тех, кого ты видела, пока тащила сюда свою милую попку, – бывшие члены КБС.
Ланиакея не смогла скрыть удивление.
– Удивлена? Этот город сжирает всех, сунь только палец. А ты что думала, твои святые коллеги меняют мир? Этим дерьмом кормят вас в Сомнии? Те, что поумнее, давно свалили отсюда, а другие просто не смогли. Есть же чертовы правила! Сколько там надо: семь научных дисциплин или дохрелион викоинов в голове? Чтобы стать жителем Сомнии?
– Не совсем, сэр, – Ланиакея больше не знала, что сказать.
– Надеюсь, теперь тебе понятно, как обстоят дела в Корпорисе?
– Я не могу согласиться с вами, сэр.