Откровенно о моей жизни…

Глава 4

Июнь. У Лауры уже прозвенел последний звонок, оставалось сдать экзамены, а затем выпускной бал. Мы решили отметить окончание учебы и поехали в ночной клуб неподалеку. Впервые оказавшись в этом заведении, мы оба остались им довольны. Но именно тогда, между нами, впервые произошла ссора, причем из-за пустяка.

Она начала грубо со мной разговаривать, кричать при всех, публично, так, что это слышали и видели окружающие. Я сохранял спокойствие, но мне было неприятно все это слышать, и я решил выйти на улицу. Спустя несколько минут она уже звонила мне и снова кричала в трубку. Я положил телефон. Тогда она вышла на улицу, мы отошли в сторону и еще какое-то время выясняли отношения. Через некоторое время она остыла, успокоилась и попросила прощения.

С этого момента у меня уже начала складываться определенная картина о Лауре. Я понял, что она человек вспыльчивый, эмоциональный, истеричный. Она могла сильно задеть, оскорбить морально, не отдавая себе в этом отчета, но зато быстро отходила и всегда просила прощения. Тогда я еще не понимал, почему она так агрессивно и эмоционально себя ведет, но со временем заметил, что это происходит все чаще и чаще. Постепенно это стало для нее почти нормой. Ее можно было либо принять такой, какая она есть, либо не принимать вовсе. Я также увидел, что Лаура просто капризная и избалованная девушка, папина дочка. Но вместе с тем у нее было два очень ценных качества: она была по-настоящему доброй и умела любить искренне, без расчета. В будущем я ощутил это на себе. На ее истерики и вспышки эмоций я часто закрывал глаза, терпел, потому что был в нее влюблен и не хотел всех этих ссор и разборок.

Время быстро летело. Лаура успешно сдала все экзамены, и настал день прощания со школой — выпускной бал. Она была самой красивой из всех, кто был в зале, да и не только в зале. Ее белое шикарное платье и ослепительная улыбка просто сводили меня с ума. После всех мероприятий выпускники поехали отдыхать в прекрасный город, расположенный на севере нашей необъятной страны. Я проводил Лауру и пошел домой уже знакомой дорогой, с полной уверенностью, что больше не заблужусь. Мне ее не хватало. Снова поднималось то самое чувство печали и тоски, а семь дней ее отсутствия тянулись мучительно долго, будто семь лет. Она писала и звонила мне время от времени, но первым я не хотел ее тревожить.

Я уже не помню, чем занимался все эти дни, да и особого желания что-то делать не было. Наконец настал день, когда она должна была приехать. Лаура позвонила мне на следующий день и пригласила к себе в гости. Я был очень рад ее видеть в отличие от нее самой, как мне тогда показалось. Она привезла мне несколько подарков, и это было очень приятно. Потом мы гуляли, отдыхали, развлекались, пили вино и делали все, что захотим, ну, кроме одного…

Следующие дни и недели я проводил у нее в гостях, и вряд ли меня можно было застать днем дома. Однажды мы решили прогуляться в деревню, которая находилась недалеко от дома Лауры. В этой деревне у ее бабушки остался дом с участком, а также прекрасный яблоневый сад. Там было очень хорошо: тень от высоких яблонь, тишина и полное спокойствие. Мы зашли в дом, внутри было прохладно, пахло деревней и немного сыростью. Я прикоснулся к Лауре, потом к ее губам и начал ласкать ее. У меня тут же появилось желание заняться с ней любовью, и я уже точно был уверен, что сегодня все произойдет. Снова вернулась та самая непонятная уверенность, которая была у меня еще при знакомстве с ней. Я опять будто знал все наперед, и на этот раз это действительно так и вышло.

Лаура не слишком сопротивлялась, а через несколько минут и сама начала снимать с себя все лишнее. У нее было идеальное тело, как у модели. Раньше мне такое могло только сниться. Я ласкал ее грудь, шею, губы. Меня буквально переполняло возбуждение: дыхание становилось глубже, сердце билось все чаще и чаще. В прохладной тишине деревенского домика наши тела слились. Прошло пять минут, а может, даже меньше. На тот момент это было для меня непередаваемое и незабываемое наслаждение. Лаура тогда еще не до конца поняла всех прелестей этого приятного процесса, но в будущем у нас все происходило уже на высшем уровне.

Мы больше не ходили с Лаурой в деревню, разве что иногда помогали ее бабушке. Зато неплохо проводили время у нее на даче, впрочем, именно так я себе все и представлял. Тогда я почувствовал, что Лаура была по-настоящему в меня влюблена, а может, уже и любила меня. Позже мы бывали и у меня в гостях, я познакомил ее со своими родителями, и маме она очень понравилась. Также я познакомил ее с другими своими друзьями, помимо Остапа и Ильи. Когда я шел с ней, мне завидовали почти все: от случайных прохожих до самых близких друзей. Я это чувствовал и видел. Да, она действительно была великолепна. Но дело было в том, что все видели только красивую обертку, а я видел и начинку тоже. И в будущем именно это оказалось для меня далеко не самым простым.

С Остапом и Ильей я стал видеться редко. Мы больше не собирались по выходным, чтобы просто пообщаться, выпить и беззаботно провести время. Не знаю, правильно ли я тогда поступал. Илья, конечно, немного злился на меня — это было заметно. Остапу же было все равно: он нашел себе другую компанию, с которой продолжал весело проводить время. Тогда я еще не знал, что это были последние по-настоящему веселые дни в компании с Остапом до того, как я познакомился с Лаурой. Последний раз я видел Остапа в начале июля, в городе…

Глава 5

Мы с Лаурой поехали в город просто отдохнуть, погулять и, конечно же, заглянуть в магазины женской одежды. Когда мы подходили к одному из торговых центров, нам встретились Остап и мой одноклассник Семен. С Семеном я раньше очень хорошо дружил, но со временем мы немного отдалились друг от друга, хотя общение все же поддерживали.

Как выяснилось позже, за два дня до этого Семен, Остап и еще несколько парней отдыхали на речке, естественно с алкоголем. Я хорошо помню, как в тот день Семен звонил мне и предлагал приехать к ним тоже на речку, но я отказался, сославшись на то, что занят с Лаурой. И это действительно было так. А в тот самый роковой день на той речке произошло серьезное преступление, где отдыхали Семен, Остап и другие ребята. Я очень благодарен Вселенной и Лауре за то, что именно в тот день все сложилось так, как сложилось, и я был с ней, а не на той речке. Возможно, если бы не это, я бы сейчас не писал эту книгу.

Когда я встретил Остапа в городе, я посмотрел ему в глаза. Они были наполнены грустью, тоской и безысходностью. В них читалось примерно одно: как же меня угораздило оказаться не в том месте и не в то время. Казалось, что до свободы у него оставались считаные дни, а может, и часы. Мне было очень жаль Остапа. Перед глазами тут же пролетели наши беззаботные зимние выходные, и мне стало не по себе. На тот момент это было мое последнее с ним общение на свободе.

Потом я видел его уже на судебном заседании вместе со всеми соучастниками. Я хорошо помню его последние слова: «Я не признаю своей вины…» — и все. Тринадцать лет колонии. Нам всем, его друзьям, было очень тяжело это принять. Мы просто не могли поверить, что Остап был способен на такое. Конечно, я сам там рядом не был и не могу ничего утверждать наверняка. Для меня это тогда выглядело чем-то нереальным, почти фантастическим. Но что случилось, то случилось.

То, что всем нам было грустно — это одно. Но смотреть на маму Остапа в зале суда было еще больнее. Вот кому тогда было по-настоящему тяжело страшно даже представить, что она чувствовала. Потом я с ней периодически встречался и помогал, чем мог, по вопросам, связанным с Остапом. Судебных заседаний было несколько, процесс оказался долгим, но потом, к сожалению, у меня уже не было возможности туда попадать. Да и какой в этом был смысл, если все и так стало ясно.

Когда у Остапа появилась возможность, мы с ним всегда созванивались и говорили обо всем. Я помогал ему, как мог, и не забывал о нем все те долгие годы. Однажды он подарил мне четки ручной работы. Они были очень красивыми, мне они нравились, и это был действительно дорогой и достойный для меня подарок. К сожалению, потом я забыл их в своей машине, которую позже продал.

Глава 6

Время летело быстро. Я по-прежнему беззаботно проводил свое свободное студенческое время, только теперь уже не со своими друзьями, а с Лаурой. С Ильей мы тоже иногда встречались, просто пообщаться в каком-нибудь ресторане. Я видел, что Илья уже не так обижался на меня, как раньше, и я старался о нем не забывать. Мне просто стало ясно, что ему тоже нужно немного внимания.

С течением времени я все больше видел, как Лаура раскрывается, показывает свое истинное лицо, все, что у нее внутри. В принципе, я, наверное, тоже как-то раскрывался, хотя и не старался ничего от нее скрывать: я всегда был собой, без маски. Я также заметил и почувствовал, что Лаура полюбила меня, спустя год после нашего знакомства. А я… я не знаю, полюбил ли ее по-настоящему. Да, не спорю, влюбленность была. Когда я только познакомился с ней, я был готов любить ее такой, какая она есть, поэтому во мне и было столько энергии и настойчивости. Но потом, когда Лаура начала грубо разговаривать, нервничать, устраивать непонятные истерики, кричать, первой лезть в драку, швыряться всем, что попадалось под руку — все это, конечно, отталкивало меня и не давало полюбить ее всем сердцем и чистой душой.

Понятное дело, что в отношениях всегда виноваты оба. Где-то и я был неправ: я человек непростой, ко мне тоже нужен подход. Но сейчас я иногда думаю: чего же ей все-таки не хватало? Внимания было достаточно, сексуальная жизнь тоже была активной, и в целом всех все устраивало. Если что-то не устраивало, всегда можно было сказать, мы ведь не маленькие дети. Мне кажется, она просто была избалованной, и сама не знала, чего хотела, потому что практически все в ее жизни уже было. В престижную финансовую академию города ей помогли поступить, денег на карманные расходы у нее было примерно, как средняя зарплата на тот момент. В общем, ни в чем себе не отказывала.

Только я был человеком принципиальным. Меня совершенно не интересовало ее положение, потому что изначально она была мне интересна именно как человек. Я всегда говорил ей правду как есть, не подыгрывал ей, а ее капризы и избалованность всегда пресекал. Она привыкла в семье к тому, что ей дадут «соску», успокоят и скажут все что угодно, лишь бы она не нервничала. А я так не делал. Я всегда говорил то, что думал, а не то, что она хотела бы услышать. Скорее всего, именно по этой причине и происходили ссоры и скандалы. Причин, думаю, хватало, но основная была именно в этом.

К тому же у нее был комплекс — она была неуверенна в себе, и настолько, что я это замечал. Но об этом по порядку. Вот такими и были наши отношения: то ругались, то мирились, то снова ругались, то снова мирились. И так очень часто. Но ничего, терпения и энергии у меня тогда еще хватало.

В августе у меня появилась возможность официально работать специалистом в области телекоммуникаций. Для меня, студента четвертого курса, это было очень неплохо. В любом случае я был рад этому. Тогда мне было интересно устройство современного компьютера: я увлекался этим, все изучал, занимался ремонтом компьютеров. Моя новая должность подразумевала изучение всемирной сети, последующую диагностику и ремонт, а это тоже не могло быть мне неинтересно. Это было мое первое место работы, и, наверное, это ощущалось так же, как первый раз в первый класс.

Однако Лаура была против того, что я буду работать, как бы странно это ни звучало. Она боялась, что работа — это другая общественная сфера, а значит, там я могу встретить другую девушку. Конечно же, по этому поводу у нас был скандал. В итоге я все равно начал работать, несмотря на ее капризы. Я не вижу в этом ничего такого, что выходило бы за рамки нормы. Как потом выяснилось, коллектив у меня был исключительно мужской, и работа мне понравилась. Лаура спустя какое-то время смирилась с этим. В конце концов, она увидела, что мое отношение к ней не изменилось и я по-прежнему хорошо к ней относился. Несмотря на все эти ссоры, я считал, что у нас все равно все хорошо. Пока…

Глава 7

Спустя какое-то время, я впервые почувствовал одиночество. Нет, я не расстался с Лаурой, просто внутри вдруг отчетливо понял, что я один. Я заметил, что наши отношения сильно ухудшились, и начал уставать от постоянных ссор и ее капризов. Сексуальная жизнь тоже заметно ухудшилась. Начались какие-то непонятные ограничения в постели, близость стала будто бы по расписанию, а в пост она и вовсе отказывалась этим заниматься.

На самом деле, все это меня начало сильно напрягать. Я человек горячий, во мне кипит кровь, и такие необоснованные ограничения просто выводили меня из себя. У меня уже начинался самый настоящий невроз. Она не могла дать внятного объяснения, а я нервничал еще больше. Если что-то ее не устраивало, можно было бы просто сказать об этом. В конце концов, можно было бы и найти другого мужчину. Но нет, ничего такого не происходило: она по-прежнему была со мной, любила меня. По ее поведению не было похоже, что у нее появился любовник. У нас, конечно, это случалось раз в неделю, а может, и реже, но было совершенно ясно, что в первую очередь этого хотела она, а хочу ли я или нет — ее особенно не волновало.

С одной стороны, я видел этот сексуальный спад, а с другой — она все больше и больше начала уделять внимание своей внешности. Слишком частый маникюр, педикюр, фотосессии, дорогая брендовая одежда — всего этого было слишком много, а для меня, по сути, это все было бессмысленно. Я прекрасно понимаю, что любая женщина хочет выглядеть красиво и ухоженно, я не спорю, это нормально, но все хорошо в меру. Но в этом случае проблема была совсем в другом… Я это потом понял.

У нее были комплексы, возможно, и до сих пор остались. Она почему-то считала себя некрасивой и неуверенной в себе, хотя я так не считал и уж точно не давал ей поводов думать иначе. Таким образом, уделяя слишком много внимания себе, своей внешности, она будто бы маскировала свою проблему, старалась прикрыть ее и всячески успокоить себя. Но проблема никуда не исчезала.

Когда мы встречались, я для нее уже больше выступал как фотограф, а не как любимый человек. Этих фотосессий было уже слишком много, почти при каждой встрече. Я не знаю, что и кому она хотела доказать. Тогда я впервые почувствовал, что рядом со мной не мой человек. Мне не нужна была девушка модельной внешности. Мне нужна была просто девушка по душе, та, которая поймет меня и которую пойму я. Мне не нужны были все эти показухи. Для меня было важно, чтобы в отношениях был порядок, а не в социальных сетях.

Я начал понимать, что нужно что-то менять, что так дальше продолжаться не может. Хотя, что тут менять? Менять человека глупо, пусть остается таким, какой он есть. В моей ситуации было два варианта: либо принять все это, либо уходить. Другого выхода я, к сожалению или к счастью, не видел. Мысль уйти стала приходить ко мне все чаще. Я думал об этом все больше и больше. Но никаких радикальных мер и вообще никаких действий я не предпринимал, только прокручивал все это в голове.

Я не знаю, что меня держало. Просто закрывал на все глаза. Вроде позлюсь немного и отпускает. И так после каждой ссоры. Бывали моменты, когда мне становилось все равно: будь что будет. При каждой попытке серьезно поговорить с Лаурой ничего хорошего не выходило — все заканчивалось ссорой. Она считала себя во всем правой и другие мнения не принимала, поэтому разговаривать было, по сути, не с кем. Это было похоже на то, как будто два человека говорят на разных языках. Вот такая и была у нас ситуация в отношениях. Наши отношения гасли…

А в мае Лаура забеременела… Как всегда, это произошло неожиданно.

Глава 8

Лауру это событие шокировало гораздо сильнее, чем меня, хотя меня оно, если честно, особенно не потрясло. Для нее в приоритете было получить высшее образование, а потом выстраивать карьеру. Насколько мне известно, у нее до сих пор нет детей, хотя, возможно, я и ошибаюсь. Зато она получила второе высшее образование, изучает иностранный язык и, насколько я понимаю, продолжает развиваться в профессиональном плане. Я просто делаю вывод, что изначально у нее были совсем другие приоритеты.

Я же спокойно отнесся к беременности Лауры. Понимая, что ее это событие никак не радовало, тогда я просто не видел в этом смысла. А кто считает, что ребенок спасет или укрепит отношения, — это лишь его мнение. Я же считаю, что это заблуждение. Если человеку нужно уйти, он уйдет, несмотря ни на что и ни на кого.

Я еще долго и часто прокручивал эту ситуацию в голове. Допустим, у нас появился бы ребенок. И что дальше? Ребенок рос бы в атмосфере, где между родителями нет полной любви друг к другу, а если нет искренних чувств, ребенок это сразу чувствует. Когда в семье нет гармонии, это неизбежно отражается на психике ребенка. Я уже тогда прекрасно понимал и чувствовал, что надолго меня с Лаурой не хватит, а уходить и оставлять ребенка — против моих правил и принципов. Я считаю, что ребенок должен расти в полной семье, а если такой возможности нет, значит, нужно думать головой.

Если исходить из моей логики, то на тот момент нужно было либо принять Лауру такой, какая она есть, полюбить ее по-настоящему и уже тогда думать о ребенке, либо расстаться с ней и прервать беременность. По большому счету, я не был против ребенка, но жить с женщиной, которую не любишь, было куда сложнее и тяжелее для всех. Срок беременности был небольшой, поэтому прерывание прошло быстро и без осложнений.

После этого наши отношения не закончились. Мы по-прежнему, если это можно было назвать отношениями, оставались вместе. Тогда я и сам плохо понимал, почему до сих пор не ушел от Лауры, хотя мое отношение к ней уже изменилось. И нет, дело было не в беременности. Возможно, просто привычка быть рядом с ней уже успела закрепиться. К тому же я видел, что она по-прежнему любит меня.

Только сейчас, спустя столько лет, я понимаю, почему не мог уйти от Лауры сразу и все время откладывал наше расставание, топчась на месте. Я просто боялся остаться один. Боялся, что больше никого не найду. Этот страх съедал меня изнутри, и я как мог мирился с тем, что есть, продолжая оставаться с ней. Я уже привязался к ней и не мог представить себя одиноким. У меня было слишком мало опыта и уверенности, а эти отношения были у меня первыми по-настоящему серьезными. Тогда я предпочитал оставить все как есть. Я боялся выйти из своей зоны комфорта, поэтому какое-то время продолжал жить именно так. Да, иногда во мне вспыхивал гнев, хотелось просто встать и уйти, а дальше — будь что будет. Но потом я снова успокаивался и оставался на месте, не делая ни шага.

В какой-то степени я понимал, что просто трачу свое время и время Лауры. Как бы мерзко это ни звучало, но это было именно так. Лаура так не считала: она любила меня и, возможно, строила какие-то планы на будущее. А я был растерян и не знал, что делать дальше. У меня не хватало ни смелости, ни сил хотя бы сказать ей прямо то, что я думаю, не говоря уже о каком-то решительном шаге с моей стороны.

Она прекрасно видела и чувствовала, что я стал к ней относиться иначе, что стал ей немного чужим. А она, наоборот, тянулась ко мне все сильнее. Я был ей дорог и важен. Мне уже не хотелось ни в чем разбираться, ничего выяснять, исправлять или улучшать наши отношения, мне постепенно становилось все равно на нее, на наши отношения.

И вот в один прекрасный момент моя планка терпения все-таки была перейдена. Во мне будто что-то взорвалось. Я понял, что больше так не могу, иначе просто сойду с ума от этих бесконечных мыслей и сомнений. Я высказал ей все, что думал на тот момент: что меня достали эти постоянные фотосессии, салоны красоты, бессмысленные шопинги, занятия любовью по расписанию и вообще все, что меня тогда раздражало. Я четко дал ей понять: если у нас и дальше все будет по расписанию, один раз в неделю или реже, то я найду себе другую женщину.

Мне было все равно, как она отреагирует на мои слова. Важно было высказать все, о чем я так долго молчал. Но спустя некоторое время ситуация не изменилась. Все мои слова для Лауры в одно ухо влетели, а в другое вылетели. Тогда я окончательно вышел из себя. Я просто изменил свое отношение к происходящему между нами. И у меня началась совсем другая жизнь…

Глава 9

Меня тогда просто понесло из одной крайности в другую. Если в последнее время я был с Лаурой лишь из страха остаться одному, то потом начал искать другую девушку уже только для того, чтобы уйти от Лауры и все-таки не остаться в одиночестве. Мной управлял страх, какие-то животные инстинкты. У меня все настолько накипело, что мозги просто отключались, и я уже не отдавал себе отчета в том, что делаю. Мне стало все равно и на Лауру, и на наше будущее, меня просто переклинило.

Я открыто и четко говорил ей, что мы больше никто друг другу, а она переживала, плакала, не отпускала меня. А я просто уходил и делал то, что хотел делать. Я всегда был к ней лоялен, всегда полностью отдавался отношениям, всегда был готов любить человека от всей души, искренне. Но если меня не слышали и не понимали, во мне просыпался другой человек, и я уже не мог себя контролировать. Я будто намеренно сжигал мосты, чтобы потом не было обратного пути.

Не знаю, правильно ли я тогда поступал или нет, но в любом случае в тот момент я не чувствовал никакой вины. Я рассуждал так: жизнь у меня одна, я молод, здоров, мне хочется жить, а терять время рядом с девушкой только потому, что она красивая и ей может позавидовать кто угодно, было точно не в моих правилах и принципах. С тех пор, когда я видел красивую девушку модельной внешности, я уже прекрасно понимал, что может скрываться за всей этой оболочкой, и потому смотрел на таких девушек ровно, а иногда даже с некоторой насмешкой.

Я будто вырвался из клетки на свободу, где теперь можно было делать все, что угодно. Если честно, отношения с Лаурой меня просто утомили. Я начал знакомиться где угодно и с кем угодно.

Однажды, весной, я помню, что работы было мало, и каждый сотрудник занимался своими делами, когда становилось совсем тихо. В основном все играли друг с другом по сети. Я не любитель компьютерных игр, поэтому решил познакомиться с какой-нибудь девушкой в интернете. На самом деле общения с разными красавицами из нашей необъятной страны там хватало, но качество оставляло желать лучшего.

Так я познакомился с Кариной. Она была старше меня на несколько лет, жила в трехстах километрах от меня и занимала руководящую должность в известном магазине парфюмерии и косметики. Длинные русые волосы, голубые глаза, средний рост, обычная внешность и пара лишних килограммов, которые почти не бросались в глаза. Детей у нее не было, замужем она не была, недавно рассталась с парнем.

Я почему-то несерьезно воспринял Карину. Подумал, что другой город, расстояние — все это будет мешать, и вообще ничего серьезного быть не может. А вот я ей сразу понравился. Потом мы созванивались по телефону и по видеосвязи, долго разговаривали обо всем. Я бы не сказал, что она сразу мне понравилась. Наверное, мне было просто интересно. С ней я не чувствовал себя одиноким, да и к тому же думал, что так быстрее забуду Лауру.

С Кариной общение было легким, ненавязчивым, ни к чему не обязывающим. Я звонил ей только тогда, когда мне было скучно и хотелось поговорить. Наше общение длилось несколько месяцев, и в принципе, я ничего не ждал и ничего не планировал.

Однажды она сказала, что ни разу не была в моем городе и хотела бы его увидеть. Естественно, я тогда воспринял это несерьезно и шуткой ответил:

— Приезжай, устрою тебе экскурсию по нашему небольшому городу.

Но Карина приняла это вовсе не как шутку и действительно в начале мая приехала.

Прежде всего мне было интересно увидеть человека вживую и понять, отличается ли он от своего образа в сети: и внешне, и внутренне. Я был приятно удивлен — это оказалось совершенно неожиданно для меня. На самом деле она была такой же, как я и представлял, только ростом немного ниже. Когда мы увидели друг друга по-настоящему и начали общаться, у меня какое-то время было ощущение, что мы заново узнаем и открываем друг друга. Но спустя пару часов это чувство прошло, и нам уже казалось, будто мы знаем друг друга много лет.