Джон Минтон разделывал тушки свежезарезанных нутрий, пока Дебора мыла посуду после того, как поставила курицу в духовку. После ужина она планировала взяться за торт, чтобы оставить его пропитываться на ночь. Но Урсулы всё ещё не было.
– Опять этот поросёнок застрял в супермаркете – произнесла Дебора. Затем она посмотрела на электронные часы на кухонном гарнитуре и добавила: – Уже второй час как её нету.
– Да ладно тебе – ответил Джон, перерезая рёбра нутрии секатором. – Как будто ты не знаешь, как она любит поболтать. Магазин через дорогу. Она же не на другой конец города отправилась. Сейчас закончу и пойду за ней.
Дебора закончила вытирать посуду и в очередной раз посмотрела на часы. Затем она обратилась к мужу:
– Джон, сходи за ней. Я разделаю нутрий.
Джон передал секатор жене и отправился в прихожую. Он посмотрел на следы, которые остались на футболке от мяса и решил надеть вместо неё рубашку.
Он вышел на улицу и подумал о том, насколько это лето было подозрительно прохладным по ночам. Прожив в Хартстоуне всю жизнь, он такого не припоминал. Ему показалось, что если бы он знал заранее о том, какая температура на улице, то захотел бы накинуть на себя что-нибудь потеплее. Но идти было недалеко. Джон перешёл через дорогу и вошёл в супермаркет, который скоро уже должен был закрываться. Войдя в торговый зал, он увидел одну работающую кассу, на которой дремала Кассандра Белло. Он подошёл к ней и аккуратно положил ладонь на плечо девушки. Но она всё равно испугалась и подпрыгнула с лёгким возгласом:
– Нет-нет, я не… я не, это…
– Тихо, тихо.
Только затем, немного присмотревшись, она сказала уже более спокойным тоном:
– А, мистер Минтон.
– Не спи, Сандра. Ян может нарисоваться в любую секунду.
Она посмотрела на свои наручные часы, отсчитывая минуты до конца рабочего дня.
– Да. Хорошо, что это оказались вы – ответила Кассандра, с гомерическим трудом пытаясь поднять наполненные свинцом веки.
– Я за Урсулой.
– Да, хорошо – произнесла Кассандра, не совсем ещё отойдя ото сна. Но вдруг она сказала: – Постойте, мистер Минтон. А разве она не вернулась домой?
– Нет.
Кассандра начала напрягать свою память.
– Она же проходила через кассу. Ну да. Я точно помню. Да, она ещё взяла дрожжи.
– Ты уверенна? – прищурившись, спросил отец девочки.
– Вполне. Но… но не могло же мне это присниться. Секундочку – вставила под конец Кассандра и отправилась вглубь торгового зала.
Она подошла к своему напарнику.
– Раймонд.
Закончив расставлять бутылки с минеральной водой, он отозвался:
– М-да.
– Шеф рядом? – спросила шёпотом Кассандра.
Раймонд оглянулся и сказал:
– Расслабься, подруга. Что случилось?
Раймонд принялся распаковывать коробку с лимонадом, слушая Кассандру.
– Урсула была в магазине?
Он посмотрел на напарницу и сказал:
– Ну да. Я с ней ещё поболтал минут десять. Как обычно, почесали языком малость, потом она взяла что-то с полки, где сахарная пудра и пошла в сторону кассы. А ты что, уснула и теперь не поймёшь, приснилось или наяву? – Последние слова Раймонд произнёс с некоторой улыбкой.
– Пришёл мистер Минтон. Говорит она домой не вернулась.
Раймонд призадумался. После небольшой паузы он нарушил безмолвие:
– Странно. Да здесь же через дорогу. Что могло случиться?
– Вот и я думаю.
Вскоре Кассандра вернулась на кассу, где всё ещё ждал отец Урсулы.
– Извините, мистер Минтон. – Затем Кассандра начала говорить, сосредоточившись на одной точке где-то в стороне, будто вспоминала выученное наизусть стихотворение: – Урсула точно была здесь. Она точно взяла дрожжи. Рассчиталась. Мы обменялись фразами перед тем, как попрощаться, а после этого она вышла.
Джон коснулся пальцами опущенных век, затем опустил ладонь, прикрыв губы и раскрыл глаза. По его лицу можно было прочитать состояние полной растерянности.
Заметив эту гримасу, Кассандра спросила:
– Тут поблизости, случайно, нет никаких друзей, которых она могла бы встретить и зависнуть у них?
Джон отрицательно молча помотал головой, после чего попросил телефон, чтобы позвонить в офис шерифа.
Леонардо Бенетти сквозь слёзы наблюдал за тем, как тело Урсулы Минтон в мешке для трупов грузят в фургон, который доставит тело в морг. Её личность идентифицировали после того, как Гарри сообщил по радиосвязи о поступившем звонке от отца, который сообщил о потерявшейся дочери. Описание – рост, возраст, причёска, цвет волос и одежда – всё сходилось.
Опустив голову и уткнувшись в подсвеченную прожекторами землю, шериф Дезмонд По произнёс потухшим голосом:
– Надо сообщить родителям.
После этих слов отец Бенетти словно взбодрился. Он сказал:
– Шериф, доверьте это мне. Я знаю супругов Минтон. Особенно Джона. Я постараюсь смягчить этот удар для родительского сердца, если это конечно вообще возможно.
Шериф не стал возражать. Он сомневался в том, что сможет найти слова, чтобы сообщить настолько кошмарную весть родителям.
Отец Бенетти поспешил вернуться в свой синий «шевроле нова» семьдесят седьмого года, который он оставил на обочине, завёл двигатель и поспешил к дому семьи Минтон. По пути падре раз двадцать проводил платком по лицу, вытирая слёзы. Проехав полпути, он обратил внимание, что глаза уже выглядели нормально. Остались только покрасневшие участки кожи вокруг глаз.
Вскоре «шевроле» священника парковался напротив дома семьи Минтон. Он ещё раз посмотрел в зеркало заднего вида, вобрал воздух как можно глубже, резко выдохнул и бросил взгляд в лобовое стекло. Он хотел подождать ещё минуту, чтобы сердце немного успокоилось. Но впереди показался Джон Минтон, который покидал здание супермаркета и очень медленным и коротким шагом переходил дорогу в тусклом свете уличных фонарей. Отец Бенетти поспешил покинуть салон автомобиля и направился навстречу Джону.