– Учитывая то, что ей придётся работать в строго ограниченном пространстве на протяжении долгого времени, не думаю. И потом, она понимает, что в перспективе может получить постоянную работу с уникальными материалами. Так что это маловероятно. Не в этом случае.
– Хорошо. Кто у нас дальше?
– Шестой. Доктор Мур. Я с ней особенно долго не общался. Всё-таки вместе работаем уже несколько месяцев. Спрашивал лишь о том, о чём не смог бы спросить своего коллегу. Общий портрет у неё довольно прозрачный. Есть только одна слабость, которая может проявить себя в ходе плавания. Она не способна долгое время сидеть без работы. Говоря иными словами, если все члены экипажа будут живы и здоровы, то ей будет просто не чем заняться, и это в свою очередь скажется на её моральном состоянии. Поэтому как бы странно не звучало, но здоровые пациенты на борту могут стать для неё проблемой.
Любая проблема решаема – мгновенно подумал Смит.
Дафф тем временем продолжил:
– А! Номер семь. Самый интересный экземпляр. Такер Хьюз. Палеонтолог. Готов пахать как проклятый месяцами. Но зуб даю, что после окончания долгой и плодотворной работы он смело отправится в ближайший бордель или кабак, чтобы вспомнить о прелестях жизни и предаться забвению. Тоже прозвучит странно, но сдерживать свои природные инстинкты и животные позывы он в состоянии. Мой диагноз – годен.
– Замечательно – подытожил Смит, пожав руку Даффу.
Сохраняя железное самообладание, уверенной походкой Смит направлялся в технический отсек. Там он подошёл к единственному штатному сотруднику и сказал:
– Свяжите с портом.
– Сейчас – послушно отозвался инженер. Установив связь по закрытому каналу, он передал трубку Смиту.
Как только на другом конце провода взяли трубку, куратор произнёс всего несколько фраз:
– Говорит Смит. Никаких изменений не намечается. Всё продвигается в соответствии с планом. Капитан и старпом должны быть на базе до пятницы. Вернутся вместе с остальным экипажем в намеченный срок.
– Принято.
– Конец связи.
После короткого разговора Смит покинул технический отсек. Отыскав первое свободное помещение, которым оказался склад с хозяйственным инвентарём, Смит набрал номер с мобильника.
– Это Смит.
– Говорите.
– Всё продвигается в соответствии с планом. Но перед погружением придётся ещё кое-что сделать.
– Слушаю.
– Нужен патоген.
– Какой именно?
– Слабый, несмертельный, который легко выявляется и быстро лечится стандартными препаратами. Несколько видов с разным инкубационным периодом. Вызываемые патологии не должны передаваться окружающим.
– В какой форме распространить?
– Через продукты.
– Сроки?
– Тридцать шесть часов.
– Вас понял.
6. «АМФИБИЯ XXI»
В семь тридцать утра Международный аэропорт имени Клейтона Ллойда в Ангильи принимал чартерный рейс из Хитроу. После одиннадцати часов пути семь пассажиров были встречены худощавым человеком среднего роста, которого хорошо знали в лицо капитан Де Бонт, старпом Морган Синклер и инженер Генри Милс. Они звали его Стенли. Настоящее это его имя или нет – они не задумывались. Со Стенли они познакомились, когда проводили практические испытания субмарины. Остальные видели его впервые. Он был одет как типичный житель курортного города – бейсболка с загнутым козырьком, просторная рубашка с разноцветными узорами и свободные белые брюки. Вся одежда была из чистого хлопка. Глаза Стенли прятались за широкими солнцезащитными очками. Если бейсболку он время от времени снимал, оказываясь в помещении, то какого цвета его глаза – не знали даже капитан, старпом и инженер, которые провели с ним три недели во время испытаний.
Стенли помог погрузить дорожные сумки в багажник микроавтобуса. Как только все расселись по местам, он дал задний ход и направил автомобиль в восточную часть острова, где у причала ожидал восьмиместный гидроплан. Место пилота занял сам же Стенли. Лёгким движением он завёл оба двигателя и начал набирать скорость, развивая её до тех пор, пока фюзеляж не оторвался от воды, после чего Стенли развернул его в направлении конечного пункта.
Ещё до того, как гидроплан начал опускаться на воду, через иллюминатор в глаза бросался объект, расположенный посреди открытой воды. Некое подобие надводной станции имело внушительные размеры, равные двум футбольным полям. Большая часть площади скрывалась за крышей, в середине которой располагался раздвижной участок параметрами двадцать на сорок метров. На противоположной стороне возвышался диспетчерский пункт с радиовышкой и ретранслятором. Между ними просматривалось ещё одно строение – жилищный блок. Все три части соединяли стальные надводные мосты шириной в полтора метра.
По периметру с трёх сторон находился причал. Около одного из них и остановился гидроплан. Пришвартовав летательный аппарат, Стенли проводил экипаж по пирсу в направлении крытой части станции.
Оказавшиеся здесь впервые, учёные и медик с любопытством оглядывались вокруг. Через стеклянные окна в диспетчерском пункте было заметно, как внутри маячит чей-то силуэт. На дверях при входе в жилищный блок были установлены электронные замки. На мостах, соединяющих отсеки, также имелись пункты пропуска в форме решётчатых дверей из высокопрочной стали. Сбоку от дверей располагались биометрические замки со сканерами для ладони и сетчатки глаза, а также микрофон для считывания и идентификации голоса.
Стенли приложил ладонь к панели и наклонил голову поближе к сканеру глазной сетчатки. Через несколько секунд на экране появилась надпись: «Произнесите «Живописный залив».
Стенли произнёс в микрофон членораздельно:
– Живописный залив.
Прозвучал сигнал и замок разблокировался. Пройдя вперёд, Стенли придержал дверь, пропуская членов команды. Через несколько метров на входе в крытую часть станции он произвёл те же самые действия, только на этот раз вместо «живописный залив» система потребовала произнести «гальванический элемент».
Экипаж в полном составе оказался внутри.
Стенли схватился за рубильник, сдвинул и мрак сменило свечение мощных светодиодных ламп. Перед глазами возник внушительных размеров надводный ангар. Опорой под ногами служила лишь четверть всей площади в виде сваренного из высокопрочной стали пола, который располагался по периметру ангара и имел глубину от края в десять метров у одной стены и по семь у тех, что прилегали по краям. Повсюду лежали всякие инструменты, среди которых были сварочный аппарат, гаечные и разводные ключи, болгарка, шуруповёрт, точильный станок. Судя по тому, что из множества металлических шкафов открытым оставался только один, все эти инструменты использовали для каких-то незначительных работ, которые, вполне возможно, проводили для устранения мелких недочётов. Где-то в дальнем конце ангара высматривались кара и манипулятор, которые, очевидно, уже давно выполнили свою работу. Рядом внизу были пришвартованы два грузовых катера.
Взгляды всех членов экипажа, и прежде всего впервые прибывших, были прикованы к тому, что находилось в центре ангара и почти целиком скрывалось под водой.
«Амфибия XXI» – суперсовременная подводная лодка, разработанная по последнему слову техники. Самая последняя разработка компании «The best technologies», олицетворяющая вершину инновационных достижений за всю историю существования компании и новое веха в мировом прогрессе. Единственная в мире аналоговая субмарина, способная выдерживать давление до восьмисот пятидесяти атмосфер, что позволяет достигать практически максимальных глубин Атлантического океана. Водоизмещение «Амфибии XXI» при полном погружении под воду составляет две тысячи сто пятьдесят тонн при длине в тридцать пять метров. Оснащённая ядерным реактором и четырьмя двигателями, «Амфибия XXI» способна развивать подводную скорость до тридцати пяти узлов, а автономность плавания сохранять до ста десяти суток. Функционируя за счёт реактора, подлодка имеет на своём борту установку автономной генерации запасов кислорода. Благодаря отлаженной системе взаимосвязи оборудования и централизованному доступу к его управлению, минимальная численность экипажа, требуемого для обслуживания и управления субмариной, составляет всего лишь три человека.
Пройдя с блеском все практические испытания под командованием капитана Лютера де Бонта, Амфибия простаивала в частной бухте, расположенной в восемнадцати километрах к северу от Айленд Харбор в ожидании начала своей миссии. Пока что единственным, что можно было рассмотреть над водой, оставалась верхушка рубки и входной люк. Остальная часть корпуса скрывалась под толщей воды и каковы реальные размеры подводной лодки, ихтиолог, биолог, палеонтолог и медик лишь гадали.
Капитан Де Бонт ударил рукой по кнопке на приборной панели в стене, после чего из-под пола начал выдвигаться складной трап. По нему члены экипажа проследовали к центру ангара. Капитан открыл входной люк и первым проследовал внутрь по лестнице, принимая следом остальных вместе с дорожными сумками.
Стенли остался наверху. Или покинул ангар. Впрочем, это было уже не важно. Осталась последняя стадия подготовки перед стартом. Всем членам экипажа предстояло в скором режиме привыкнуть к жизни на подводной лодке. Если для капитана Де Бонта и его старшего помощника Моргана Синклера это привычная работа, а инженер Генри Милс успел сделать первые шаги, то остальным для освоения требовалось некоторое время.
– Итак, дамы и господа – громко вздохнув и широко разведя руки, обратился капитан Де Бонт – позвольте провести для вас экскурсию. Я, Морган и Генри здесь уже немного освоились, а вам пока в первое время всё будет в новинку. Следуйте за мной.
Капитан элегантно развернулся вокруг своей оси, начиная инструктаж:
– Это помещение называется «центральный пост». Именно отсюда мы будем управлять нашей красавицей. Признаться, когда впервые меня привели сюда и показали это чудо инженерной мысли, я, мягко говоря, обомлел. На стандартной субмарине приходится иметь целую группу специалистов, чтобы даже элементарно скорректировать положение лодки. А здесь одними клавишами и сенсорными панелями сидя на месте манипулируешь всеми системами. Добавить сюда кое-какое боевое оборудование со снарядами, и таким подлодкам на военной флотилии цены бы не было.
– А почему «Амфибия»? – спросила медик Кейт Мур. – Она что, может перемещаться по земле?
Она тут же обернулась, когда услышала за спиной голос Генри, который и ответил на поставленный вопрос:
– Кое-кто полагает, что на дне океана совсем другая среда, которая сильно отличается от известной нам морской и прячет в себе нечто новое, раннее неизвестное человечеству. Там тоже вода, но совсем не та, к которой мы привыкли. А наша Амфибия как раз туда и направляется.