Лебедев заявляет, что, по мере распространения христианства в римском мире, христиане брали за образцы формы корпораций, которые были распространены в римском государстве. Лебедев указывает на погребальные коллегии, по принципу которых были устроены христианские организации. В Римской империи были разрешены частные сообщества – коллегии – которым разрешалось держать кассу взаимопомощи; члены коллегии платили ежемесячные денежные взносы. Для регулирования денежных потоков коллегии имели нескольких распорядителей. Лебедев указывает, что коллегии могли объединять людей различных профессий: ремесленников, купцов, моряков, поэтому христианские общины не будут в этом отношении отличаться от античных культовых коллегий. Крупнейшие частные корпорации образовывали муниципальную власть.
Коллегии размещались в съемном помещении или собственном частном доме, что будет и у христиан. В месте сбора коллегии устраивался общий зал и столовая, а также алтарь, посвященный богу, что станет примером для христианских храмов. Коллегии, вне зависимости от социального предназначения, богатели за счет членских взносов, подарков и завещаний, как и христианские организации.
Периодически устраивалась общая раздача накопленных материальных средств; руководство коллегии получало больше, чем обычные члены, как и в христианстве клир получал больше долей в распределении, чем миряне. Как в античных, так и в христианских коллегиях клирики получали как денежную зарплату, так и продукты питания.
Лебедев отмечает большую схожесть между обычаями римских погребальных коллегий и первых христианских общин, о чем находит подтверждение у Тертуллиана[117 - Лебедев А. П. Духовенство древней вселенской церкви. – Москва. 1905 – с. 394–395, 397].
Тертуллиан полагал, что устройство христианских общин тождественно устройству античных культовых коллегий, в которых также поклонялись божеству – покровителю коллегии. По примеру античных культовых коллегий в каждой христианской общине составлялась касса взаимопомощи, которую описал Тертуллиан в Apologeticus, составленной в середине II в.[118 - Каутский К. Происхождение христианства. – Москва. Государственное издательство политической литературы. 1990 – с. 389] На сходство указывает и эдикт императора Галлиена (262 г.), вернувшего христианам кладбища, составляющие на тот момент главный источник доходов христианских организаций[119 - Соколов П. П. Церковно–имущественное право. Новгород. 1896 – с. 90].
Зом иначе прочитал Тертуллиана, и указывает, что Тертуллиан отвергал сравнение христианских общин с античными культовыми «коллегиями бедняков», утверждая, что христианские общины преследуют не хозяйственные, а нравственные цели. Зом замечает, что Тертуллиан фактически перевел христианские общины в разряд философских школ, объединенных общностью взглядов, а не союзной организацией. Таким образом, христиане собирались в философские кружки (т. е. секты) для формирования и объяснения своего мировоззрения[120 - Зом Р. Церковный строй в первые века христианства. – Санкт–Петербург. Издательство Олега Абышко. 2005 – с. <107>]. Впрочем, как указывал выше Ю. А. Кулаковский, философские школы также относились к разряду коллегий.
Соколов также отмечает сходство устройства погребальных коллегий с христианскими организациями, отмечая такие общие черты как:
– всесословность состава, открытость для вступления даже для рабов;
– два типа общих собраний: регулярные и по случаю назначения нового начальства или похорон одного из членов общины;
– религиозный характер заседаний;
– фигура куратора собрания занимает центральное место, обладая, согласно римскому праву, дисциплинарными полномочиями (как христианский епископ);
– обязательные материальные сборы;
– одна из центральных задач собрания – похороны соратников по общине;
– форма благотворительного фонда, не требующая отчета о поступлении и прочей регламентации располагаемых денежных средств;
– относительная свобода внутреннего распорядка и устава без вмешательства государства[121 - Соколов П. П. Церковно–имущественное право. Новгород. 1896 – с. 87–89].
При императоре Адриане частные коллегии были окончательно легализованы[122 - Свенцицкая И. С. От общины к церкви. – Москва. Государственное издательство политической литературы. 1985 – с. 144]. Моммзен отмечает, что в Малой Азии существовала конфедерация греческих городов, объединенные в форме коллегий и созданная с целью решения проблем местного этноса; римская власть никогда никак не препятствовала данному общественному союзу[123 - Моммзен Т. История Рима. Том IV. Ростов–на–Дону. Феникс. 1997 – с. 230–231].
В первой половине III в. император Александр Север (222–235) провел реформу, согласно которой ремесленные организации Рима должны были принять корпоративный строй, т. е. встать под патронаж государства. Каждая ремесленная корпорация получила от императора полномочного представителя, который защищал права корпораций. Такого защитника называли defensor (чиновник с полицейскими полномочиями, позже вошло в христианский сленг как храмовый староста). Коллегии, в т. ч., христианские, попав в зависимость от государства, получили статус юридического лица, выражавшиеся в праве владения движимым и недвижимым имуществом, возможности иметь в собственности рабов и кассу, принимать подарки, быть наследниками по завещанию[124 - Кулаковский Ю. А. Коллегии в Древнем Риме. Киев. 1882 – с. 95–96].
К V в. коллегии прекращают свое существование как значимые субъекты хозяйства; наследниками коллегий в средневековье можно рассматривать ремесленные цехи, которые в феодальных государствах играли второстепенную роль[125 - Там же – с. 136]. Крживецкая также называет христианские институты – дьяконат, епископат и проч. – цехами[126 - Крживецкая Е. А. Эволюция организации и структуры управления в раннехристианской церкви. // Автореферат кандидата философских наук. Владикавказ. 2005. // Научная электронная библиотека диссертаций и авторефератов disserCat. [Электронный ресурс] URL: http://www.dissercat.com/content/evolyutsiya–organizatsii–i–struktury–upravleniya–v–rannekhristianskoi–tserkvi].
3. Строй древнейших христианских общин
Определение раннехристианской организации, по мнению церковных историков, напрямую зависит от идеологической приверженности исследователя. Наиболее откровенно эту позицию выразил Н. А. Заозерский, который писал о том, что для церковной канонической науки важно не вставать на защиту «священных» «новозаветных» текстов, которые не являются, по мнению Заозерского, историческими свидетельствами, а обосновать, с помощью «нового завета», современное Заозерскому состояние церковной иерархии[127 - Заозерский Н. А. О сущности церковного права // В издании: Зом Р. Церковный строй в первые века христианства. – Санкт–Петербург. Издательство Олега Абышко. 2005 – с. <278>].
А. Гарнак подчеркивает, что после «апостольского века» христианство постоянно меняло формы своей организации[128 - В книге: Общая история европейской культуры. Под редакцией И. М. Гревса и др. Том V. – Санкт–Петербург. 1914 – с. 111].
М. Э. Поснов отмечал, что вопрос организации раннего христианства крайне сложен, т. к. все теории по этому вопросу представляют из себя современный слепок, наложенный на историческое прошлое со стороны различных идеологических группировок и направлений, изучающих христианство[129 - Поснов М. Э. История Христианской Церкви. Брюссель. Жизнь с Богом. 1994 – с. 109]. В этом отношении Поснов близок к мнению Л. Фейербаха, который полагал, что там, где имеет место религия, ничего исторического быть не может[130 - Фейербах Л. Лекции о сущности религии. Харьков. НТУ "ХПИ". 2008 – с. 119]. Следовательно, религиозные теории, изложенные христианами, относятся к области не исторической, а догматической.
Ф. Шафф, вслед за деканом А. П. Стэнли, отмечает, что ни одна из современных христианских религиозных организаций не имеет ничего аналогичного с устройством первых христианских общин, в которых не существовало ни епископов как единоличных глав общин, ни иерархии, которая будет взята с иудейской религиозной организации, античных жрецов, государственного устройства Римской империи и древнегреческого самоуправления[131 - Шафф Ф. История христианской церкви. Том I. – Санкт–Петербург. Библия для всех. 2010 – с. 327].
А. П. Лебедев подчеркивает, что в раннехристианских общинах структура должностей была сложна и разнообразна, а иерархия с тех пор претерпела значительные изменения[132 - Лебедев А. П. Духовенство древней вселенской церкви. – Москва. 1905 – с. 1].
И. А. Крывелев выделяет три этапа развития раннего христианства:
– вторая половина I в. – период реального ожидания «конца света»;
– II в. – период адаптации христианства в условиях нехристианского государства;
– III–V вв. – период за внедрение христианства в государственную систему образующихся раннесредневековых государств.
По мнению историка религии, за эти периоды существенно менялась, в т. ч., и организационная структура христианской церкви. Организационные изменения были связаны с внутрихристианской борьбой отдельных национальных и социальных группировок за лидерство в христианской конфедерации[133 - Крывелев И. А. История религий. Том первый. – Москва. Мысль. 1988 – с. 22].
Гизо выделяет три этапа становления христианства:
– первый этап характеризуется простой формой устройства, при которой люди собираются для совместного исповедания веры;
– второй этап характеризуется кодификаций христианского учения и появлением сборников христианского законодательства – канонов; в этот период, с развитием организационной структуры христианских образований появляются постоянные должности христианства и иерархия; Гизо полагает, что на этом этапе простые верующие имели приоритет над священниками;
– третий этап характеризуется отделением клира от обычных христиан; клир присуждает себе особенные права и ограничения; клир составляет правительство в христианстве, которое независимо от народа; окончательно третий этап завершится к VI в.
С окончанием третьего этапа христианский клир вливается в государственное устройство, становясь частью муниципальной власти, а при императорах Феодосии I и Юстиниане I города в провинции фактически отдаются под власть духовенства[134 - Гизо Ф. История цивилизации в Европе. – Москва. Территория будущего. 2007 – с. 51–53].
Ренан выделяет четыре этапа развития христианской организации в древности:
1. Первобытная община (ecclesia);
2. Выделение из общинной среды пресвитеров, которые становятся руководителями общинного порядка;
3. Поглощение всех властных полномочий главой общины, епископом;
4. Союз между епископами различных епархий, образование единой церкви[135 - Ренан Э. Марк Аврелий и конец античного мира. Lib.ru/Классика [Электронный ресурс] URL: http://az.lib.ru/r/renan_z_e/text_1882_marc–aurle_et_la_fin_du_monde_antique.shtml].
Ренан полагает, что греческий язык был распространен среди первых христиан вскоре после смерти основателя новой религии Иисуса[136 - Ренан Э. Апостолы. – Санкт–Петербург. 1907 – с. 97]. Во II в., языком большинства христианских общин будет греческий, язык тогдашней Римской империи. На этом языке христиане пропагандировали свое учение и совершали литургию. Греческий язык в западной части христианства исчезнет к IV в. и будет заменен латынью[137 - Ренан Э. Марк Аврелий и конец античного мира. Lib.ru/Классика [Электронный ресурс] URL: http://az.lib.ru/r/renan_z_e/text_1882_marc–aurle_et_la_fin_du_monde_antique.shtml].
Ряд теологов и историков религии полагают, основываясь на «новозаветной» книге «Деяния», что первая христианская община возникла в Иерусалиме[138 - Каутский К. Происхождение христианства. – Москва. Государственное издательство политической литературы. 1990 – с. 354; Никольский Н. М. Иисус и первые христианские общины. – Москва. 1918 – с. 85; Дюшен Л. История древней церкви. Том I. – Москва. Московский Университет. 1912 – с. 10–11; Суворов Н. С. Курс церковного права. Ярославль. 1889 – с. 20]. Первые христиане ожидали, что вскоре в мир вернется Иисус Христос, принеся в собой «страшный суд», поэтому задачей христиан является распространение «благой вести» (евангелия) о миссии, которую исполнил Иисус. Люди, поверившие первым христианам, вступали в общину; вступление отмечалось обрядом крещения.
Ковалев, вслед за Вольтером и Б. Бауэром полагает, что христианство зародилось не в Палестине, а в Александрии и Риме[139 - Ковалев С. И. Основные вопросы происхождения христианства. // Под общей редакцией академика В. В. Струве. Ответственный редактор Е. М. Штаерман. – Москва – Ленинград. Наука. 1964 – с. 223].
Зом полагает, что, т. к. община является правовым образованием, то в I в. христианство не знало общинной формы устройства, а только готовилось к нему. Зом считает, что в одном городе и сельской области вокруг существовало несколько собраний («экклесий»), которые затем объединялись в одну общину во главе с самым большим собранием[140 - Зом Р. Церковный строй в первые века христианства. – Санкт–Петербург. Издательство Олега Абышко. 2005 – с. <95>].
Для того, чтобы вступить в христианство, определялся срок в три года; в случае, если кандидат в христианство – «оглашенный», согласно христианскому сленгу – подходил, с точки зрения руководства христианской общины, по нравственным качествам, то его могли принять и раньше этого срока. Обычно весь трехлетний срок проходили люди, к которым, как замечает Заозерский, христианские идеологи и их последователи испытывали омерзение как к «подонкам общества» (выражение церковного православного историка Заозерского[141 - Заозерский H. A. О церковной власти. Сергиев Посад. 1894 – с. 131]).
Первые христианские общины носили семейный характер. В общине не существовало проработанной литургии; богослужения заключались в чтении молитв и посланий; священников не было; пресвитер был старшиной общины, но не обладал «священством»; если умирал член общины и у него оставались дети, то мальчиков усыновляли, а девочек по достижении 12–летнего возраста выдавали замуж за членов общины[142 - Ренан Э. Марк Аврелий и конец античного мира. Lib.ru/Классика [Электронный ресурс] URL: http://az.lib.ru/r/renan_z_e/text_1882_marc–aurle_et_la_fin_du_monde_antique.shtml]. Таким образом, христианские общины первого поколения представляли из себя тип закрытого религиозного сообщества – секты.
Противного мнения придерживается Свенцицкая, отмечая открытость первых христианских общин, очевидно, путая первые закрытые христианские общины, воспринимавшие себя иудеями или гностиками, с последующими общинами, в которых была провозглашена открытость вероучения для всех людей. Открытость христианства способствовала его широкому географическому разветвлению; закрытая имперская бюрократическая система не могла обеспечить столь быстрое и открытое распространение верховной римской власти, что к IV в. поймет руководство империи, заключив союз с христианством для более глубокого и тотального контроля над населением[143 - Свенцицкая И. С. От общины к церкви. – Москва. Государственное издательство политической литературы. 1985 – с. 120–122].
Автор первого послания к Тимофею делит христианскую общину на старейшин (????????????, т. е. пресвитер) и молодых (?????????); под пресвитером подразумевается не священник, а вообще пожилой последователь христианской общины. Подобным же образом называются и женщины–христианки: ???????????? и ????????? (1 Тим.: 5:2). В послании к Титу выделяется пять классов в христианской общине: ?????????? (старики), ???????????? (старухи), ????????? (младшие), ????? (новообращенные) и рабы. Таким образом, в христианской общине изначально не было равенства[144 - Мышцын В. Н. Устройство христианской церкви в первые два века // Диссертация доктора церковного права. Сергиев Посад. 1909 – с. 224].
В состав христианских общин входили и представители простонародья, т. к. большинство населения в процентном соотношении составляли представители низов, но ключевую роль в христианстве играли немногочисленные представители зажиточных сословий[145 - Гиббон Э. Закат и падение Римской империи. Том II. – Москва. Терра. 2008 – с. 71]. Как замечает Ренан, городские христиане вовсе не считали себя «простонародьем». Они сами себя причисляли к мелким зажиточным слоям населения. Напротив, в глазах христиан, поклонники античных культов являлись «чернью», необразованным, низким населением. Как зажиточный «средний класс», христиане считали ниже своего достоинства вступать в полемику с простонародьем. Напротив, епископы стремились установить контакты с римской нехристианской властью, чтобы стать неотъемлемой частью римского государства[146 - Ренан Э. Христианская церковь. Ярославль. Терра. 1991 – с. 168].
Христиане в основном были людьми среднего достатка, зарабатывающие торговлей, ремеслом, а также мелкие наемные работники, служащие. Если в христианскую общину попадал богатый человек, его вынуждали отказаться от своего состояния в общую кассу[147 - Ренан Э. Марк Аврелий и конец античного мира. Lib.ru/Классика [Электронный ресурс] URL: http://az.lib.ru/r/renan_z_e/text_1882_marc–aurle_et_la_fin_du_monde_antique.shtml]. Ковалев также отмечает преобладание среднезажиточного элемента в христианстве, добавляя, что купеческий состав христианских общин повлиял как на широкое географическое распространение христианства, так и на взаимопомощь членов христианской конфедерации. В итоге, христианство, полагает Ковалев, победило остальные религии именно благодаря слаженной организационной структуре[148 - Ковалев С. И. Эллинизм и Рим. – Ленинград. 1936 – с. 287].
В первые века христианства положение женщины в античном обществе было относительно свободным. Женщины из зажиточных семей могли наследовать имущество, расторгать брак, создавать частные союзы. Вступление в христианские общины зажиточных женщин значительно увеличило благосостояние христианских организаций[149 - Свенцицкая И. С. От общины к церкви. – Москва. Государственное издательство политической литературы. 1985 – с. 103–104].