Директива: Захватить
- Не в такой ситуации. Обменник слишком важен, чтобы его позволили кому-то сдать без боя. Где-то у меня были примеры, как же их… Ассистент, найди эти файлы в моей личной библиотеке. - В очередной раз подтвердив свои предположения касательно уже-совсем-не-обычного-искусственного-интеллекта, занявшего место его простого и понятного ассистента, Хирако открыл первый попавшийся файл. Все прочие документы свернулись, уступив место не слишком детализированной схеме системы, в которой обнаружилось сразу две противоборствующих силы: только-только нагрянувший “синий” флот в девятнадцать вымпелов, и сконцентрировавшиеся вокруг небольшой космической станции три десятка “красных” кораблей. - Это - один из не самых известных, но очень качественных примеров. В качестве агрессора выступает ушедший в самоволку коммодор небольшой пограничной эскадры. Он служил Пространству Федерации лет так двести назад. Если тебе это интересно, то до ручки его довели известия о гибели семьи от рук перехвативших их лайнер пиратов… Но не в этом суть.
Коммодор парой жестов перемотал запись на несколько десятков минут вперёд - прямо до момента первого выстрела, совершённого курсовым орудием главного калибра флагмана безымянного коммодора. Немногим ранее число пиратов заметно возросло - на схеме отобразились “ожившие” корабли, до сего момента необнаружимые.
Суммарно пиратская армада включала в себя больше пятидесяти кораблей.
- Я не знаю, чем он думал, и как вообще так получилось, что вся эскадра сорвалась с места только по его приказу, но силы, в конечном итоге, оказались плюс-минус равными. На стороне этого коммодора - два эсминца и безусловное технологическое превосходство. Пиратов же оказалось просто много, и они были объединены страстным желанием наказать посягнувших на обменник. Если обратить внимание вот на эти моменты, то отчётливо видны попытки капитанов-одиночек сбежать… - В очередной раз голограмма пошла рябью, а на изображении специально для Аполло подсветились вышеупомянутые, - и неудавшиеся, - беглецы. Парочку бригов более ответственные представители сообщества любителей вольной жизни просто расстреляли, явив слабовольным товарищам очень яркий, простой и понятный жизненный пример. - … как и их дальнейшая судьба. Эскадра коммодора едва успела подойти на расстояние ведения прицельного огня, а пираты уже разбились на группы и сформировали незамысловатое построение. Бой был жарким. Преимущество позволило коммодору победить, но какой ценой?
Схема, на которой разворачивалось многократно ускоренное сражение, изобилировала подробностями настолько, что даже слепец понял бы: запись явно вели все военные корабли эскадры Пространства Федерации. Из них не уцелело и половины, но оставшиеся даровали галактике очередной пример опасности недооценки “разобщённых и беспокоящихся лишь за себя” пиратов. Обезумевший от горя или жажды мести коммодор совершил ошибку, посчитав, что флот без единого надёжного командования, без железной дисциплины и стандартизации не представляет угрозы.
Такой факт имел место быть, но к лобовому столкновению двух сравнительно малых сил имел самое опосредованное значение. Эскадра Федерации имела огромное преимущество в логистике, способности к проведению манёвров, в снабжении, но с началом космического сражения все эти факторы отошли на второй план, не принеся ей хоть сколь-нибудь значимой пользы.
- Ты противоречишь сам себе. Говоришь, что нам выгодно одно генеральное сражение, и при том приводишь обратный пример. - Аполло повёл манипулятором, и схему сменила карта субсектора. Хирако молчал, внимательно глядя на то, как киборг перекраивает его собственный план. Это своего рода тоже была большая мудрость: дать высказаться тому, с кем споришь, даже обладая полной уверенностью в собственной правоте. - Упомянутая тобой эскадра понесла в бою с пиратами колоссальные потери. Почему в нашем случае всё будет иначе?
- Загонная команда не обязана сохранять свои цели в целостности, как и мы не обязаны именно уничтожать пиратов. Я думал, это очевидно. - Хирако пожал плечами, заменив голограмму прежней схемой, отражающей его план действий. - Мы уничтожим всех, до кого дотянемся, а остальных сгоним к обменнику, после чего сделаем детям фортуны незамысловатое деловое предложение…
Коммодор задумался на пару секунд, примерив на своё лицо соответствующую маску.
- Они могут объединиться в моменте, могут дать бой равному - но среди пиратских капитанов нет ни единства, ни доверия, уж можешь мне поверить. И если мы соберём всех гадюк в одной банке, напрочь ту закупорив, спустя пару недель нам останется лишь добить выживших. - В глазах коммодора блеснуло что-то нехорошее. Что-то, чего не заметила бы даже самая совершенная машина. - Просто, не так ли?
- И коварно. Хочешь добавить пару новых штрихов к своему репутационному портрету среди бывших товарищей по ремеслу?
- Штрихи будут, если мы упустим кого-то в финале первой фазы операции. Но так как дроиды-исполнители не ошибаются и не ведают жалости, а лично мне выжившие не нужны, такой исход маловероятен. - Антиграв плавно остановился, и Хирако распахнул плавно отъехавшую вверх дверь. Перед его глазами предстали силуэты нескольких челноков, один из которых только что оторвался от земли и неспешно набирал высоту. - К слову, Аполло. Я хотел предложить тебе взять под своё командование один из эсминцев и небольшую группу сопровождения. Может статься, ударный кулак придётся разделить, и тогда я бы хотел видеть в качестве командира этой новой части кого-то… беспристрастного.
- Опасаешься, что вызванные образованием братства конфликты помешают делу?
Хирако неясно повёл плечами, после чего первым выбрался наружу. Типичная для Каюрри солнечная погода заставила его прищуриться, а после и вовсе приставить ладонь ко лбу на манер козырька.
Аполло таких проблем, естественно, не испытывал.
- Всё так. Я не ожидал, что крупное дельце подвернётся так скоро, и сам внёс разлад в ряды своих парней. Теперь приходится крутиться.
Коммодор не стал говорить о том, что львиную часть прошедшего дня он посвятил подбору тех, кого можно было без страха допустить к участию в операции. Самых агрессивных, склонных к конфликтам подчинённых Хирако оставил за бортом. Там же остались и те, кто придавал слишком большое значение чужим тайнам.
И всё равно он не был уверен в том, что его парни удержат дисциплину на должном уровне. Печально, но виной тому его и только его решение, наложившееся на неожиданно возникшие обстоятельства.
- Я помогу всё проконтролировать. Вдвоём это сделать будет точно проще. - Обогнув Хирако, киборг похлопал его по плечу, первым запрыгнув в десантный отсек массивного и не очень просторного челнока. В отличии от гражданского транспорта вроде антигравов, военную технику переделывать было слишком накладно, из-за чего Аполло приходилось чуть-чуть пригибаться.
Хирако же довольно оскалился - и забрался вслед за киборгом, грядущее соседство с которым на борту одного, - поначалу, - корабля вызывало чувство острой ностальгии. Человеку казалось, что Аполло-надзиратель со своими едкими комментариями напару повсюду следовал за бывшим пиратом тысячу лет назад, не меньше.
Очень уж насыщенными были дни, разделившие жизнь коммодора на две кажущиеся равными части…
Глава 13
Неизвестная система, Внешние регионы.
60883 год от падения Социума.
Спустя несколько суток.
- Они сдаются, коммодор. - Хирако оторвал взгляд от схемы системы, переведя его на испещрённое помехами лицо капитана одного из выдвинувшихся вперёд корветов. Именно эти суда обеспечивали связь флагмана с кораблями противника в условиях активной работы генераторов помех, так что отвратительное качество сигнала нисколько коммодора не удивляло. - Проблемы только с тяжёлым корветом, но нас уверяют, что уже через четверть часа они так же выбросят белый флаг.
- Что ж, мы подождём. Удерживаем построение с расчётом на то, что они могут попытаться забрать кого-нибудь с собой. - Приказ коммодора за считанные секунды разнёсся по всем кораблям эскадры, и те пришли в движение. А если быть более точным, то прежние позиции оставил лишь авангард, на плечах которого минутой ранее лежала ответственность за максимально аккуратное выведение из строя самых рьяных бойцов небольшого пиратского даже не флота, а так - сборища, по несчастливой для них случайности попавшихся уже в третьей по счёту системе из пятнадцати, включённых в “зону зачистки”. - “Сердце-3”, сместись к нам под брюхо.
- Выполняю! - Что особенно нравилось Хирако, так это вбитая в офицеров дисциплина, каковой никогда не было в их бытность пиратами. Всё реже проскальзывали лишние словечки там, где не надо, и всё чаще каждый подчинённый коммодора до самого финала пребывал в собранном, хладнокровном состоянии.
Тем временем обозначенный корвет начал набирать скорость и неспешно разворачиваться, стремясь как можно раньше и без особых рисков уйти под защиту флагманского эсминца. Во всём обозримом космосе не было места безопаснее, так как плотная система зенитной обороны превосходно защищала от ракет и МЛА, а укреплённый в противовес кинетическим и лучевым орудиям нос мог выдержать крайне продолжительный и мощный обстрел.
При этом выдающееся ракетное вооружение эсминца Яргинской постройки, с лёгкой руки Хирако названного “Стариком”, позволяло тому держаться к кораблям противника так, как ему нужно вне зависимости от исполняемых ими манёвров.
Враг мог избежать лишь обстрела из кинетических орудий среднего калибра, да только у ракет слепой зоны не было в принципе…
- Корвет “Влечение” пришёл в движение. Фиксируем наведение орудий! Цель - “Сердце-1”! - Очередной отчёт вырвал Хирако из мыслей о спецификациях Яргинских эсминцев, которые коммодор знал наизусть.
- “Сердцу-1” - перевести щит в пульс-режим. Изменение формы - тридцать градусов по вертикали. - Хирако опустил веки на мгновение, сосредоточился - и продолжил. - “Старик” обеспечит тебя точными данными для зенитных орудий. Москитов стянуть к нижней полусфере флагмана. Подавители отключить!
С незначительной задержкой к кораблям эскадры вернулась возможность свободного радиообмена, но вместе с ними принудительный “режим молчания” спал и с пиратских судов. Те замельтешили, а один особо впечатлительный бриг и вовсе дал залп по корме не желающего сдаваться корвета. Преданный собственными товарищами звездолёт закономерно огрызнулся, подтвердив предчувствия коммодора: внушительных размеров корвет действительно был некоей вариацией на тему “стеклянной пушки”. Минимум брони, отвратная скорость и манёвренность… зато огневая мощь вдвое больше, чем у любого другого корвета схожих размеров.
Не просто так несчастный бриг, по которому пришёлся залп всего лишь трети ото всех орудий корвета, моментально потерял управление и начал неуправляемо вращаться.
- Коммодор, лидер пиратского флота требует прямую линию связи с вами. С остальными он говорить отказывается…
- Известная пляска. - Раньше, в свою бытность пиратским капитаном, Хирако даже не замечал, насколько, на самом-то деле, часто конфликты его братии с властями решались именно переговорами и, если так можно сказать, откупными. Разумные во всей галактике были одинаковыми, предпочитая наименее рискованный вариант решения возникающих проблем. - Соединяй. Уж пару минут я выделить смогу…
В последний раз обновившаяся схема пропала, а на её месте сформировалась ростовая фигура недурно экипированного тонростианца. Из-за особенностей тел представителям этой расы было проблематично найти по-настоящему качественные костюмы за вменяемые деньги, из-за чего Хирако привык уже видеть на этих разумных бесформенные хламиды. Этот же конкретный индивидуум был одет с иголочки, сиял харизмой даже в виде голограммы и, что совсем не неожиданно, кое-кого напоминал воззрившемуся на него коммодору.
- Удивительно, сколь мал населённый космос. - Хирако оскалился. Не по-доброму, как обычно, а зло и агрессивно. - Тиар Ладьюи. Я думал, ты в первых рядах покинул субсектор, когда стало понятно, к чему всё идёт.
- Бизнес, связи и партнёров нельзя бросить так просто, Хирако. Или теперь мне стоит обращаться к вам официально, коммодор? - Не гордость, а горделивость отразил оскал тонростианца, которого судьба, по всей видимости, решила с силой приложить об колено. Когда-то давно, чуть ли не десяток лет назад, Ладьюи крупно повздорил с Хирако. Если говорить проще, то один капитан в тот злополучный день кинул на деньги другого, лишь по счастливой случайности не сумев избежать последствий. Своё Хирако всё равно взял, да только впечатление о "коллеге" у него сложилось соответствующее. - Так или иначе, но сегодня явно не мой день. Я хочу договориться об отступных за свой корабль.
- Мы и так гарантируем всем сдавшимся жизнь. О кораблях не идёт и речи.
- Судьба остальных мне не особо интересна, коммодор. - Хирако невольно подумал о том, что Ладьюи не изменился ни на йоту. А ведь прошло столько лет - где свойственная зрелым тонростианцам ответственность и забота о ближних? - Я, так сказать, договариваюсь об одном-единственном скромном бриге. Моё предложение - три миллиона кредитов наличкой за то, чтобы он тихо-спокойно ушёл из системы.
- Дай угадаю: на борту этого брига чудесным образом окажешься ты со своими людьми и партия товара? Наркотики? Чипы? Рабы?
- Не обязательно знать, что именно хранится в трюме, чтобы получить свои деньги. Три миллиона не валяются в проходной системе, коммодор...
Настойчивость, с которой тонростианец пытался получить ответ, заставила Хирако попридержать коней. Определённо, вывести из игры Ладьюи было для Первого Каюррианского более, чем выгодно. Во-первых, Каюрри могла получить три миллиона, что, в общем-то, сумма немаленькая - многие и за всю жизнь столько не зарабатывают. Можно, в конце-концов, целую сотню боевых дроидов купить и экипировать по Каюррианским стандартам. Во-вторых, пираты в случае согласия вмиг утратили бы своего лидера, корабль которого, в довесок, являлся “сердцем” их радиообмена. С нарушенной координацией девять пиратских звездолётов будут совершенно беззащитны перед подавляющей мощью регулярного флота Каюрри, и зарвавшимся корветом можно будет заняться уже безо всяких опасений.
- … так стоит ли от них отказываться? Подумай. Разойдёмся мирно, в полном взаимном удовлетворении?
- Придётся тебе подождать, Ладьюи. - Хирако всем своим естеством ощутил, как нависшая над “Сердцем-1” опасность начала тлеть подобно готовящемуся к извержению вулкану. Словно принятые ранее решения лишь подбросили в костёр новых дров, отчего тот на какое-то время притих, пожирая топливо. Притих, чтобы вспыхнуть с новой силой. - У твоего корвета минута для того, чтобы остановиться и отключить орудийные системы. В противном случае мы его уничтожим. И повторять я не буду. Конец связи.
Голограмма тонростианца свернулась, а на её месте снова выросла схема системы. Небрежный жест коммодора - и её масштабы уменьшились. Все пиратские корабли, - кроме явно что-то задумавшего корвета, - остались за границей “игрового поля”, над которым навис сейчас коммодор Первого Каюррианского флота.
- Что с корветом?
- Изменил вектор своего движения. Собирается зайти в нижнюю полусферу эскадры и, по всей видимости, ударить оттуда. Если его не остановить, через четыре минуты и двадцать секунд он выйдет на дистанцию поражения наших бортов.
- Три залпа по цели главным калибром, крестом. - Самый надёжный способ растянуть обозначенные четыре минуты - заставить корабль пиратов изменить траекторию его движения. А для этого не было способа эффективнее, чем дать так называемый крестовой залп, вынуждающий противника совершить достаточно широкий манёвр уклонения. И повторять дважды коммодору было не нужно, так как флагман уже трижды взревел. Первый залп метил прямо в цель, а второй и третий шли слева, справа, сверху и снизу от неё. Попытайся корвет избежать первой вереницы снарядов, толком при этом не отвернув - и в его корпус вопьются другие элементы “креста”. В противостоянии кораблей-одноклассников это, пожалуй, было бы практически бесполезно, но сейчас эсминец стрелял по корвету, практически лишённому бронирования.
“Простейший андайрианский манёвр для дальних дистанций сейчас пришёлся как нельзя кстати…” - подумал коммодор, руки которого затанцевали над его личным терминалом. Он мастерски воспользовался свободными секундами, повторно проанализировав обстановку в системе. Конечно, установленный на флагман по приказу Про Юнит страховал Хирако от ошибок, но всесильным машинный интеллект не был.
Для принятия некоторых очевидных для обычного разумного решений ему требовалось время, которого порой решительно недоставало.
- Цель не маневрирует, попадание гарантировано! - Точка невозврата, после которой у корвета не осталось и шанса уйти от залпа была пройдена. - Сенсоры фиксируют сброс МЛА!
- Безумие. - Хирако нахмурился, глядя на две пары сигнатур, отделившихся от корвета и по широкой дуге, избегая тем самым уничтожения силами зенитных орудий, устремившихся к “Сердцу-1”. - Откуда там смертники? Опять, м-мать их, жуки…?
Хирако ещё мог поверить в то, что капитан корвета, которого попытались устранить его же подчинённые, забаррикадировался на мостике, перехватил управление и повёл звездолёт на верную смерть. Выкурить кого-то с центра управления кораблём задача непростая, а уж на пиратском судне дело может дойти до абсурда вроде принудительной разгерметизации всех отсеков. Пираты - народ вспыльчивый, эмоциональный и скорый на расправу, так что случаи безумств с их стороны происходят действительно часто.
Но чтобы за таким капитаном последовали пилоты москитов - это нонсенс. Существовала, конечно, вероятность того, что корвет нёс на себе беспилотные машины, но сенсоры флота однозначно утверждали, что в космос вышли машины, серийно в беспилотной модификации не выпускавшиеся. Модифицировать же такие было слишком дорого, а пираты деньги считать умели как никто другой.
И, что самое обидное, Хирако никогда даже не слышал о капитане “Влечения”, как, впрочем, и о самом этом судне.
- Коммодор, корвет сбросил атмосферу!
- На мирное решение вопроса больше надеяться не приходится. Всему флоту - смена построения согласно схеме. - Хирако провёл за тренажёрами и симуляторами столько времени, что ручная расстановка кораблей не заняла у него и пяти секунд. Все звездолёты начали концентрироваться вокруг флагмана, формируя тем самым непроницаемую для любых ракет зону. - Корвет атаковать, как только он войдёт в зону гарантированного поражения. Не жалеть, на трофеи его уже не пустишь!
Бессмысленная из-за однозначности исхода битва перешла в горячую фазу. Хирако рассчитывал, что до такого и вовсе не дойдёт по причине тотального превосходства его флота над группировкой пиратов, но Его Величество Случай обставил всё иначе. Среди пиратов нашлись уникумы, посчитавшие, что смерть в бою предпочтительнее сдачи корабля и сохранения жизней членов своего экипажа.
А ещё у этих уникумов оказалось под рукой всё необходимое для того, чтобы удержать мостик и даже выпустить МЛА. Всего четыре борта, порядком устаревших и не особо опасных, но при некоторой доле везения один скромный истребитель может подорвать целую станцию. Прецеденты бывали, и их даже умудрялись документировать.
Щепотка везения и пилот-самоубийца - весь список того, что для этого требовалось.
Тем временем пиратский корвет, корпусу которого и так досталось от первого залпа “Старика”, ударил прямой наводкой в разнобой, метя по разным кораблям эскадры. Одновременно с тем он, надеясь на несовершенство сенсоров Каюррианцев, пустил ракеты, которые устремились след-в-след за ранее покинувшими навесные ангары МЛА. По мнению Хирако, манёвр этот был вполне себе, если, конечно, забыть о присутствии в составе армады пары сенсорных бригов, идущих чуть в стороне и позади так, чтобы их было очень проблематично подстрелить.
При этом они “смотрели” с кардинально отличных точек пространства, из-за чего примитивные попытки обмана сенсоров не могли их запутать даже в теории.
Иными словами, коммодор в реальном времени видел всё происходящее, и изменившиеся траектории движения ракет для него секретом не стали. Как и тот факт, что целью “Влечение” определило “Сердце-3”, вокруг которого вновь начала сгущаться угроза. Лёгкая, грозящая в любой момент развеяться, она, тем не менее, не растворялась. И точную причину тому Хирако назвать не мог - недоставало опыта, получить который на симуляторах было просто невозможно. Реальная угроза чьим-то жизням там отсутствовала, и дар тренирующегося коммодора просто не просыпался.
- “Сердцу-3” - сместиться в верхнюю полусферу относительно “Старика”. “Длани” и “Фениксу” синхронизировать системы наведения со “Стариком”, приготовиться к пуску ракет…
До этого момента эсминцы эскадры использовали лишь кинетические орудия, разумно экономя ракеты, которых на борту было относительно мало. Таков был один из нескольких минусов не самого крупного эсминца, с которым приходилось или мириться, или компенсировать. Хирако прихватил с "базы" двойной боекомплект, погрузив тот на вспомогательный грузовой звездолёт, да только этого ему всё равно казалось недостаточно. Тем не менее коммодор считал, что МЛА необходимо уничтожить до того, как они подойдут ещё ближе - иначе могло случиться непоправимое. Об уничтожении “Сердца-3” говорить не приходилось, но вот серьёзные повреждения корвету грозили.
И единственным источником опасности оставались две пары москитов, которые, вроде как, вообще не должны представлять угрозы для целого флота, сформировавшего непроницаемую сферу зенитного огня.
- Цели - МЛА. Бьём стандартным для таких целей залпом, тройного перекрытия для подстраховки должно хватить. - Один эсминец, атаковав ракетами, мог испепелить пару истребителей из четырёх, даже если их пилоты окажутся асами. Три же таких корабля не оставляли своим целям шансов в любом случае. Какие-то возможности у обозначенных МЛА могли появиться, отверни они в сторону в момент пуска ракет, да только их собственные сенсоры этот самый пуск засечь не могли, а корабль-носитель, он же корвет капитана-самоубийцы, был не в том состоянии, чтобы передать данные своему москитному флоту.
Сфокусированный огонь Первого Каюррианского превратил бы пиратский корвет в объятый пламенем факел, если бы в космосе было, чему гореть. А за неимением пламени, расколовшийся в двух местах звездолёт продолжал движение в виде обломков, уже не представлявших никакой опасности. Ну а после того, как эсминцы дали скоординированный ракетный залп, интуиция Хирако наконец-то замолкла.
С непосредственной угрозой было покончено.
- Системы гарантируют скорое поражение МЛА, коммодор. Расчётный срок - минута двадцать. - Отрапортовал заместитель, он же один из немногих офицеров, присутствовавших на мостике флагмана. Автоматизация систем повлекла за собой значительное сокращение экипажей, и во всей флотилии лишь “Старик” мог похвастать наличием целых шести разумных на борту. Остальные корабли обходились меньшим. - Прикажете установить связь с лидером пиратов?
Хирако долго не раздумывал.
- Устанавливай. Надеюсь, теперь он будет посговорчивее…
Глава 14
Неизвестная система, Внешние регионы.
60883 год от падения Социума.
- Повторю ещё раз, коммодор: мне всё равно, что вы сделаете с кораблями и экипажами на них. Я их под свою руку не брал, и в том, что они выбрали меня своим “лидером” в стычке с вами моей вины тоже нет. - Никогда Тиар Ладьюи не страдал любовью к пустой болтовне, но времена идут, и, как отметил Хирако, сейчас ситуация переменилась в корне. Бывалый пиратский капитан, харизматичный, немногословный и хитрый лидер, не гнушавшийся любой работы и готовый испачкать свои руки чем угодно, сейчас обратился словесным вулканом. - Я вообще сильно удивлён тем, что вас интересует судьба этих отбросов…
- Некоторые разумные вынуждены беспокоиться о своей репутации, Ладьюи. Выбрось я этих несчастных за борт, и ты первым продашь информацию об этом. Или просто предложишь её нашим врагам, лишь бы насолить тем, кому пришлось отнять три миллиона… И - нет, это ещё не согласие. - Возможно, “обычный” коммодор и согласился бы на предложенные условия, ведь три миллиона наличностью - это солидная прибавка к и без того высокому жалованию офицера такого калибра. Вот только Хирако деньги сами по себе интересовали мало за, так скажем, отсутствием того, на что их можно потратить с удовольствием для себя.
Кораблями, дроидами и всем необходимым для жизни Первый Каюррианский снабжался из бюджета Каюрри, а острова, женщины и банкеты не нужны были самому Хирако. Он в принципе относился к тем людям, которым было чуждо стремление к чрезмерному богатству. Даже на стезе пиратского капитана Хирако не столько гнался за деньгами, сколько искал приключений, попутно решая проблемы своих людей.