– Сиди, нога сама отойдет. Поешь лучше.
Она благодарно улыбнулась брату и приняла кружку. В ней плескалась малоаппетитная на вид жидкость серо-зеленого цвета. Но пахла эта бурда просто изумительно, и девушка рискнула сделать глоток.
– Это… невероятно! – удивленно воскликнула она, парой глотков осушив кружку.
– Вкусно, да? – ухмыльнулся Линвар. – А по виду больше похоже на…
– Лин! – прикрикнул Гай. – Это изобретение магов из Браунхола. Они же вечно с гномами воюют из-за руды, ходят в походы. А эта смесь здорово экономит время. Купить ее практически невозможно, только у контрабандистов, она запрещена к вывозу. Но эта война всех объединила, так что, наслаждайся, пока есть возможность.
– А мне можно добавки?
– Нельзя! – хохотнул Линвар. – Ты через полчаса будешь корить себя за то, что всю кружку выдула. Эта дрянь, хоть на вид и отвратна, но очень питательна.
Лия пожала плечами. Голода она не чувствовала, сил прибавилось, только в голове все так же шумело. Она потянулась, встала, поежилась от холодного сквозняка.
– Ты говорил, у тебя есть теплая одежда? – обратилась она к брату.
– Да, сейчас.
Гай притянул к себе вещевой мешок, достал из него что-то огромное и бесформенное, меховое на вид. Следом появились сапоги из мягкой кожи, такие она уже носила, когда была в поместье у отца… у Ааронда. Ее отец – король Виран. Не стоит больше этого забывать.
– Чего ждем, принцесска? – насмешливо приподнял бровь люмин. – О, может, нам стоит выйти? Дабы не смущать привыкшую к роскоши госпожу?
– Было бы неплохо, – хмуро ответила девушка, не понимая, почему Лин все время пытается ее задеть.
Не верит? Это его право. Но ведь один раз она уже помогла ему! Спасла его!
Гай кашлянул, и мужчины вышли в боковой коридор. Она с наслаждением избавилась от платья, которое душило своей тяжестью, напитавшись пещерной влагой. Меховое нечто оказалось вполне удобным комбинезоном, чуть великоватым, но это не мешало. Магия пришла на помощь, укоротив рукава и штанины, а ширину убрал широкий кожаный пояс. Вот только со стороны она теперь мало походила на человека, скорее на дикое животное. Лия улыбнулась. Сказал бы ей кто-нибудь об этом вчера! Принцесса-дикарка!
Она подбросила в огонь несколько поленьев, чтобы огонь не потух.
– Я все! – крикнула Лия.
Но Гай вернулся один.
– Лин проверит, что там дальше. Я же говорил, мы не заходили далеко. Дайм научил, как отправлять поисковое плетение, так что, теоретически я знаю, что проход есть. А вот, что там на самом деле, – он пожал плечами.
– И что мы будем делать? Это же надолго?
– Ждать. А ты спать.
– Что? – Лия обернулась к брату, чтобы увидеть, как в нее летит маленькое слабое плетение.
– Это всего лишь сонное заклинание, – услышала она. – Тебе нужно прийти в себя.
* * *
В яблоневом саду все было по-старому. Бутоны на деревьях соседствовали с красными плодами. Запахи смешивались в чудесный коктейль, рождающий только счастливые эмоции.
Увитая плющом терраса особняка тоже ни капельки не изменилась.
Да и почему она должна была меняться? Снаружи это место оставалось постоянным. Осколок стабильности в цитадели хаоса. Нет, здесь не должно быть изменения, иначе, как понять, что ты уже на месте? Лия медленно шла по тропинке, чувствуя, как ветер играет с распущенными волосами. А ведь спать она ложилась с косой. Сон. Это просто сон.
Не просто.
Удивительный сон, в котором она оказалась против своей воли. Ведь так?
Скрипнули ступени, когда она поднялась по лестнице.
Здесь все было знакомо с детства, и даже память не имела ничего против этого места. Удивительно. Дом снов, о котором она позабыла.
Темный коридор, бесконечно длинный, словно нарисованный искусным художником, ненастоящий, теряющий кусочки стены, словно мозаичные детали. Но на их место тут же встают новые – более яркие.
Лия сделала несколько шагов, и дверь закрылась за ее спиной, отрезая от солнечного света. Ее отправил сюда Гай? Не может быть. Он не знала об этом месте. Или это она не спрашивала его?
Одинаковые двери, которые кто-то запер, чтобы случайные гости не могли их открыть. За любой из них, возможно, скрывается та часть ее памяти, что никак не проснется, ее прошлое. Но, может статься, что там и нет ничего, просто сны из ее детства или те, которым только предстоит явиться в этот мир.
Мимо пролетел порыв ветра, принеся с собой сладковатый запах белых роз. И Лия не смогла удержаться. Она пошла следом за ним, минуя двери, лестницы и коридоры, не замечая, идет она вверх или вниз, вперед или назад. Здесь это все не имело никакого значения. Второй это этаж или третий? Подвал или чердак? Прошлое скрывается за соседней дверью или будущее? Она не знала. Не помнила.
Ветер завертелся маленьким смерчем, останавливаясь перед единственной не имевшей цвета дверью. Белой. Он не мог попасть внутрь, но приглашал ее. И девушка решилась. Это ведь сон. Во сне не случается ничего плохого. Станет страшно или больно, и она просто проснется.
Дверь раскрылась медленно, без единого звука, очень мягко и плавно.
Светлая комната, наполненная почти осязаемым прошлым – запах старых книг и яблочного пирога, букет засохших роз на крохотном столике. У окна стояла девушка в длинном, словно сотканном из света платье, и наблюдала, как на улице волны разбивались о высокие неприступные скалы. Ее волосы горели пожаром в лучах солнца, которое, словно в насмешку, золотило всю комнату.
Она обернулась, улыбнулась замершей на пороге Лие:
– Здравствуй. Я так долго тебя ждала…
Глава 12
– Мама?
– Здравствуй, доченька. Вот ты и пришла.
Лия смотрела на девушку, которая выглядела ее ровесницей, и пыталась осознать, что это действительно ее мать. Юная, очень красивая и с безмятежной улыбкой на лице. Непохожая на портреты, что она видела раньше. Там была женщина – серьезная, много пережившая, тяготившаяся опытом и знаниями, что он принес. Сейчас же Лие улыбалась чистая, непорочная душа, слишком светлая для этого мира.
Тинара шагнула к ней, но ближе не стала. Комната словно увеличилась в длину, даже бликов на полу стало больше.
– Ты жива? – удивленно произнесла Лия.
– Нет, – девушка рассмеялась, и по комнате, словно волны, расходясь кругами в воздухе, поплыл ее смех. – К сожалению, я не жива. Но не бойся, жизнь прекрасна даже тогда, когда нет возможности видеть настоящее солнце и вдыхать настоящий воздух. Разница между нами, лишь в том, что ты можешь выбирать, куда идти, а я этого выбора была лишена. Все, что есть – эти стены и моя фантазия.
– Мне жаль…
– Жаль? Но почему?
– Это же из-за меня, – Лия начала говорить, но Тинара лишь грустно покачала головой.