– Никто не знает, что ждёт впереди, Саймон. Может, нам повезёт и Верховный Совет что-нибудь задержит. Сложно подсчитать наши шансы, пока мы не взялись за дело.
Саймон с такой силой провёл ногтями по ладони, что остались царапины.
– Но у Верховного Совета люди повсюду. Может, они уже давно всех переловили.
– Возможно, – согласился Лео. – Но тут они окажутся в незавидном положении. Им ведь придётся убедить Наследников, что они не враги, хотя всё вокруг говорит об обратном. Твои друзья правы, Саймон. Уж если кому-то эти дети и поверят, то такому же Наследнику, как и они. Уж точно не толпе взрослых, которые устроят им допрос.
Смыв мыло с саднящей руки, Саймон посмотрел в зеркало, встречаясь с дедушкой взглядом.
– Вижу, ты тоже особо не спал.
Лео усмехнулся.
– Поспишь тут, когда вы столько болтаете. Я знаю, ты сделаешь всё, что сможешь, Саймон. И ты не один. Мы будем защищать этих детей до последней капли крови, а если не сможем… – Его улыбка угасла. – В делах Верховного Совета замешано слишком много людей. Рано или поздно они ответят за свои преступления.
Но их жертвам это уже не поможет. Не поможет старшему брату Шарлотты, Бэку, который пропал несколько лет назад, как только у него появились силы Наследника. Не поможет её младшей сестре, Эмилии, которую похитили месяц назад и которую Саймон до сих пор отчаянно надеялся увидеть живой.
Но кому помогут постоянные размышления о плохом? Поэтому Саймон, высушив руки, вместе с дедушкой вернулся к друзьям, а те вручили им купленное мороженое, и оно оказалось куда вкуснее еды, поданной в самолёте.
Дальше нужно было забрать багаж, и они пошли искать конвейер, ориентируясь на указатели. Саймон взял с собой только рюкзак, Джем, Ариана и Лео – по чемодану, а вот Шарлотта с Уинтер путешествовали не налегке. Сумки Уинтер пришлось снимать с ленты усилиями нескольких человек, и, когда они закончили складывать багаж на тележку, Саймон насквозь промок.
– Пить хочу, – сказал он. – Схожу в коридор. Там вроде стоял автомат?
– Я с тобой, – сказала Ариана, отбрасывая волосы с раскрасневшегося лица. – Пока вы были в туалете, я обменяла евро на австралийские доллары.
– Далеко не уходите, – попросил Лео, толкая тележку в сторону центра проката автомобилей. – И не разбредайтесь. Ваши родители меня не простят, если я потеряю вас в чужой стране, а они и так от меня не в восторге.
– И кто в этом виноват? – поинтересовалась Ариана, а потом легко взяла Саймона под руку и потянула в сторону коридора. Мало того что Лео не сказал маме и дяде Саймона, что решил присоединиться к Одичалым – повстанцам, которые уже давно пытались свергнуть Верховный Совет, – он ещё и назвался чужим именем, чтобы скрыть родственную связь с Саймоном, ведь его имя было известно всем анимоксам. Глава восстания – а заодно мама Шарлотты – отнеслась к его лжи без восторга, хотя выбора у Лео не было. Но Саймон с друзьями не могли разъезжать по миру без сопровождения взрослого, и он был рад, что с ними отправился именно дедушка.
Торговый автомат, видимо, оказался дальше, чем Саймон ожидал, потому что спустя десять минут блужданий они его так и не нашли.
– Может, он у второго туалета? – спросил он, вытягивая шею, чтобы получше рассмотреть узкий жёлтый коридор.
– По-моему, мы там не проходили, – сказала Ариана. – Надо было брать с собой Джема.
– Уже поздно, – сказал Саймон. Да и вряд ли умение Джема в точности определять своё местоположение распространялось на торговые автоматы. – Давай кого-нибудь спроси…
Он резко замолчал, заметив идущую в их сторону женщину в тёмно-синей форме. Её чёрные волосы были стянуты в крепкий, по-военному строгий пучок, но не это привлекло внимание Саймона, а нашивка на рукаве – простой ромб, прорезанный двумя треугольниками.
Герб Верховного Совета.
– Ариана, – прошипел он, но она сама затащила его за угол. Он пригнулся, как будто так женщина бы его не заметила, но Ариана схватила его за руку и повела прочь, ни на секунду не сбиваясь с ровного шага.
– Я её вижу, – прошептала она, едва шевеля губами. – Веди себя как обычно. Если побежим, привлечём лишнее внимание.
Разумеется, она была права, и Саймон стиснул зубы, с трудом сдерживаясь, чтобы не обернуться через плечо. На бедре женщины висела рация, и чем ближе она подходила, тем сильнее нарастал шум помех и неразборчивые разговоры. Наконец Ариана остановилась, делая вид, что завязывает шнурок, и женщина торопливо прошла мимо. Рация снова затрещала, но в этот раз Саймон смог разобрать несколько слов.
– Хранители… приземлились… всему персоналу… в зал ожидания…
Саймон, судорожно вздохнув, посмотрел на Ариану, а та уставилась на него снизу вверх. Они не могли обсудить услышанное, и вскоре женщина свернула в другой коридор; дверь за ней захлопнулась, и только тогда Ариана выдохнула:
– Саймон, не…
Но было поздно. Он бросился обратно в жёлтый коридор; ему повезло – там не было ни людей, ни анимоксов, и когда Ариана его догнала, то увидела только муху, пролетающую над потёртым ковром. Не идеальная маскировка, но в аэропорту было немало мух, да и ничего лучше в голову не пришло.
– Иди к остальным, – сказал он, подлетев к уху Арианы. – Я скоро буду.
– Идиот, – пробормотала она, но Саймон не стал дожидаться, пока она придумает новое обзывательство, и полетел прочь.
Он менял направление, перелетал с места на место, подражая обычным мухам, чтобы сбить с толку возможных наблюдателей. К тому времени, как он подлетел к тяжёлой, проржавевшей по краям двери, за которой скрылась женщина, его так никто и не заметил.
Повернуть ручку самостоятельно Саймон не мог. Он уже решил обернуться мошкой, чтобы пролететь в какую-нибудь щель, как дверь распахнулась, чуть не размазав его об стену. Он вывернулся в последний момент – и тут же пролетел над головой вышедшего крупного мужчины, стараясь не попадаться ему на глаза.
Оказавшись внутри, Саймон тут же понял, что коридор этот предназначался для сотрудников аэропорта. Он был длинным и пыльным, и по бокам его тянулись непонятные двери, но в самом конце Саймон заметил нужную ему женщину. Та открыла очередную дверь, помеченную как «VIP», и Саймон ринулся за ней изо всех сил, чтобы успеть проскользнуть следом.
Оглядевшись, он с изумлением осознал, что они оказались в зале ожидания – но таком роскошном, что простые пассажиры сюда явно не захаживали. На полу красовался тёмно-синий ковёр, стены украшали картины, висящие среди телевизоров, а между кожаных кресел ходили работники в элегантной униформе, предлагающие напитки.
Женщина, осмотревшись, поднесла к губам рацию.
– Пока не пришли, – пробормотала она, но как только послышался шум, стеклянные двери на противоположном конце зала разъехались в стороны.
Внутрь вошли стражники, одетые в бордовую форму европейского отделения Верховного Совета, внимательно оглядываясь в поисках опасности. Саймон приземлился на тёмный участок картины, замер, стараясь слиться с окружением, и уставился на людей, которые вошли следом.
Ивонна, Хранительница из Австралии, сменила белые одеяния на бежевый брючный костюм, но её высокомерие Саймон узнал бы где угодно. Несмотря на время, проведённое в самолёте, выглядела она свежо и аккуратно. Рядом с ней шёл охранник в бордовой форме, несущий два небольших пластиковых аквариума. Их содержимое разглядеть не получилось, но в одном Саймон заметил жёлтое пятно, а в другом мелькнуло что-то радужное, но тут же скрылось за камнем.
Следом шёл крепкий мужчина с короткими волосами, загорелое лицо которого покрывали безобразные фиолетово-жёлтые синяки. Вадим Сергеев. Саймон знал, что его назначили новым европейским Хранителем, когда в битве в тронном зале погиб Ромул Дюбуа – его предшественник и отец Шарлотты. Но что Вадим забыл в Австралии?
Не успел он об этом подумать, как в дверях показался последний сопровождающий, окружённый очередным отрядом охраны, и Саймон ахнул.
Нолан.
По его брату было видно, насколько он устал, но ничто не могло скрыть стальной взгляд его синих глаз. Множество разных эмоций вмиг захлестнули Саймона. Он знал, что Нолан согласился помочь Хранителям найти Наследников, чтобы они не тронули Саймона с семьёй. Но одно дело знать это, а другое – видеть Нолана в чужой стране в компании Вадима, Ивонны и солдат Верховного Совета, словно он был с ними заодно.
– С возвращением, Ваша честь, – произнесла женщина в форме, выступая вперёд. – Надеюсь, ваш полёт прошёл замеч…
– У нас нет времени на болтовню, – оборвала её Ивонна. – Благодаря пилоту, этому идиоту, мы и так опаздываем на встречу. Письма уже доставили?
– Письма, мадам? – в недоумении повторила женщина. Рука у неё дрогнула, будто она хотела схватиться за рацию. – Я сейчас… я сейчас уточню?
Ивонна, фыркнув, прошла мимо.
– Есть в этой проклятой стране хоть один компетентный человек? – произнесла она так, чтобы женщина точно услышала.
Саймон почувствовал в воздухе запах цитруса и морской соли – парфюм Ивонны, которая прошла буквально в метре от него. Если бы он захотел, то мог бы поговорить с Ноланом – просто подлететь к его уху и сказать, что ему не обязательно было им подчиняться.
Но охранники держались так близко к нему, что наверняка бы заметили Саймона – а если бы ему каким-то чудом и повезло, Нолан всё равно не оставил бы Хранителей. Он мог отказаться от их условий три дня назад, когда Саймон умолял его бежать из Цитадели. Но Цян, Хранитель из Азии, пообещал Нолану уберечь всю его семью от гнева Верховного Совета, если он поможет им с Наследниками. И Саймон прекрасно знал, что его брат ни за что не подвергнет маму и дядю опасности, если есть шанс их спасти.
Поэтому Саймон просто сидел и смотрел, как Нолан проходит мимо – что ещё ему оставалось? Нолан сделал свой выбор, стал частью кровавого плана Хранителей, попутно значительно усложнив жизнь Саймону. Он ведь тоже был Наследником – и если потомки королевской крови не поверят Верховному Совету, Нолан уговорит их раскрыть правду.