Эвелин кивнула:
– Вы правы. Эд предлагал мне сходить к психотерапевту.
– Милочка, вам это абсолютно ни к чему. Когда захотите поговорить по душам, приезжайте ко мне, я вам прочищу мозги не хуже доктора, причем бесплатно и с огромным удовольствием.
– Спасибо, миссис Тредгуд. – Эвелин посмотрела на часы. – Ой, мне пора. Эд, наверное, злится уже.
Она достала из сумочки бумажную салфетку, испачканную шоколадом, и высморкалась.
– А знаете, мне как-то полегчало. Правда!
– Что ж, я рада. Буду молиться, чтобы у вас хватило сил. Вам следует почаще ходить в церковь и просить Господа облегчить вашу ношу, помочь пройти через это. Мне он столько раз помогал.
– Спасибо, – сказала Эвелин. – Ну, до следующей недели, да? – И пошла к выходу.
Миссис Тредгуд крикнула ей вслед:
– И если что – принимайте успокоительное номер десять!
– Номер десять?
– Да! Именно десять.
Еженедельник миссис Уимс
«Бюллетень Полустанка»
8 июня 1935 г.
УСПЕШНОЕ ВЫСТУПЛЕНИЕ В ТЕАТРЕ
В пятницу вечером Драматический театр Полустанка давал спектакль в честь своей годовщины, и мне хочется сказать: «Отличная работа, друзья!» Пьеса называлась «Гамлет», английского драматурга мистера Уильяма Шекспира, уже знакомого жителям Полустанка по прошлогодней постановке.
Гамлета играл Эрл Эдкок-младший, а его возлюбленную – племянница доктора Хэдли, Мэри Бесс, которая специально ради этого приехала к нам из города. Кто не был на премьере, знайте, что под конец она кончает жизнь самоубийством. К сожалению, я ее едва слышала, и в любом случае она, по-моему, слишком молода для этой роли.
В роли отца Гамлета выступил преподобный Скроггинс, а мать сыграла Веста Эдкок, директор драмтеатра и, как вы знаете, настоящая мать Эрла Эдкока-младшего.
Музыку к спектаклю сочинила Эсси Ру Лаймуэй, и благодаря ей сцена дуэли на шпагах получилась еще более захватывающей.
Кстати, Веста говорит, что на следующий год они готовят представление в живых картинах под названием «История Полустанка», текст которой пишет она сама. Так что если у вас припасены какие-нибудь забавные истории, приносите ей.
Дот Уимс
Приют для престарелых «Розовая терраса»
Старое шоссе Монтгомери, Бирмингем, штат Алабама
26 января 1986 г.
Эвелин поздоровалась со свекровью и побыла с ней ровно столько, сколько требовало приличие, а потом поспешила в зал для посетителей, где ее ждала подруга.
– Ну что, милочка, как вы?
– Хорошо, миссис Тредгуд. А вы как?
– Ну, я-то нормально. Вы принимали те таблетки, что я посоветовала?
– Конечно.
– Помогло?
– По-моему, помогло, миссис Тредгуд.
– Что ж, рада слышать.
Эвелин полезла в сумку.
– Ну, что там у вас сегодня?
– Три коробки изюма в шоколаде. Куда же я их положила?
– Изюм в шоколаде? Должно быть, очень вкусно.
Миссис Тредгуд наблюдала, как Эвелин роется в сумке.
– Милочка, а вы не боитесь, что у вас там заведутся муравьи? Разве можно носить в сумке сладости?
– Я как-то не думала об этом, – ответила Эвелин, обнаружив наконец то, что искала, и пакетик мятного драже в придачу.
– Спасибо, милочка, я обожаю сладкое. Когда-то я любила карамельки «Тутси», но, знаете, они прилипают к зубам, а потом отлипают, но уже вместе с зубами. Кстати, с козинаками та же история.
Вошла чернокожая медсестра по имени Джинин. Она искала мистера Данауэя, чтобы дать ему успокоительное, но в комнате, как обычно по воскресеньям, сидели только две женщины. Когда медсестра вышла, миссис Тредгуд сказала:
– Хорошо, что цветных теперь повсюду принимают на работу Возьмем, к примеру, Онзеллу, жену Большого Джорджа. Кожа у нее была не такая уж темная, цвета ореха, а волосы рыжие, и еще веснушки. Знаете, она чуть матери сердце не разбила, когда вышла за Джорджа, потому что тот был жутко черным. Но она ничего не могла с собой поделать, говорила, что любит его, такого большого и черного, а Джордж действительно был самым огромным и самым черным человеком на свете. Потом Онзелла родила близнецов, и Джаспер был похож на нее, а Артис получился ужасно черным, у него даже десны были синие. Онзелла говорила: просто не верится, что из нее могло вылезти такое чернющее существо.
– Синие десны?
– Да, милочка, синее не бывает. А затем родился Билли, тот был весь в нее, светлый, с зелеными глазами. Конечно, по-настоящему его звали Чудный Советник, это имя из Библии, но мы его называли Билли.
– Чудный Советник? Что-то я не припомню такого имени. Вы уверены, что оно из Библии?
– Да! Онзелла нам показывала: «И нарекут его Чудный Советник»[12 - Неточная цитата из Книги пророка Исаии, 9:6.]. Она была очень религиозной. Всегда говорила, что, когда расстроится, стоит ей подумать о дорогом Иисусе, и настроение сразу поднимается, прямо как ее сдобное печенье. А потом появилась Озорная Птичка, вся черная, в отца, с очень смешными кудряшками, но десны не синие.
– Только не говорите, что это имя тоже из Библии.
Миссис Тредгуд засмеялась:
– Бог мой, конечно нет, милочка. Сипси всегда говорила, что эта девочка похожа на маленькую тощую птичку Вечно прибежит в кухню, утащит пару плюшек, которые пекла ее мать, потом заберется в подпол и там ест. Вот Сипси и окрестила ее Озорной Птичкой. Она и впрямь чем-то напоминала черного дрозденка. Так вот они и жили – двое светленьких и двое черных детей в одной семье.