– Отправился в Фангдред? Один?
– Да. Словно сумасшедший шляпник. И виной тому ваша сестра. Он влюбился. Видимо, полагает, что может помчаться туда сломя голову, словно рыцарь из ее любимых книжек. Возможно, я ошибаюсь – он никогда раньше подобным не страдал. Может быть, он окончательно свихнулся. Эй, а что случилось с Люксосом?
Лицо Туррана снова помрачнело, но он все же ответил:
– Мы не смогли заставить его покинуть Вороний Грай. Он сражался до конца, даже после того, как все остальные сдались. Он был моим братом, и в каком-то смысле я им горжусь. Он был отважен, но при этом и глуп. Сотня таких безумцев, как он, наверное, смогла бы остановить Землю. В конце концов его застрелили из лука. – Подумав, он добавил: – Почему люди проявляют лучшие качества именно тогда, когда все потеряно? Вспомните великих героев. Каждый в конце концов терпел поражение.
– Фангдред – наверняка еще более крепкий орешек, чем Вороний Грай, – заметил Рагнарсон. – У нас больше нет армии. И денег, чтобы ее нанять, тоже. Как вы себе все это представляете?
– Гм… и правда, как? – тупо пробормотал Турран. Его и братьев поддерживала лишь единственная оставшаяся цель. Они плыли среди обломков потерпевшего крушение корабля их мечты. – Понятия не имею.
– Магия?
– Мы сделаем все, что в наших силах. С помощью мечей или Ветра-Оборотня. Без Ридье, Непанты и Люксоса мы не можем им управлять в полной мере. Нам наверняка удастся вызвать дождь или снег, но о такой буре, что мы наслали на Двар, не можем и мечтать.
– Даже это поможет, если случится в нужное время, – задумчиво сказал Гарун.
– И я так думаю, – согласился Турран.
– Браги, не нравится мне это, – вмешался Черный Клык.
– И мне, Хаакен. Но это уже не твоя война. Ты, Рольф и Рескирд можете получить все, что у нас осталось после оплаты по счетам. Элана, найди расписки.
– И что еще стоит сделать? – насмешливо спросил бин Юсиф. – Иметь бурю в кармане было бы весьма неплохо, но нам нужно знать, когда и куда ее наслать.
– Есть предложение, – сказал Вальтер. – Визигодред и Зиндаджира. Мои тамошние агенты сообщают, что вы как-то с ними договорились.
Едва он произнес эти имена, за столом наступила тишина. Это были чародеи – могущественные чародеи, хотя они и не могли превзойти Вартлоккура.
– Похоже, ты глубоко копаешь, раз узнал о них, – заметил бин Юсиф.
– Главная проблема – время, – сказал Рагнарсон. – Насмешник значительно нас опередил, – возможно, прежде, чем мы успеем договориться с теми двоими, он будет уже мертв. Не уверен, что мне вообще хочется иметь с ними дело – во всяком случае, с Визигодредом. Я уже и так слишком много ему задолжал.
Турран оживился, что чувствовалось по его голосу:
– Мы можем несколько подправить планы. Можно задержать Насмешника плохой погодой, пока вы не будете готовы ему помочь.
– Да, пожалуй, – проворчал Рагнарсон. – Станет ли Зиндаджира сотрудничать с Визигодредом? Разве они больше не враждуют?
– Мы можем предложить им Рог Звездного Всадника и инструменты для управления бурями, если это чем-то поможет, – заявил Турран. – Ими способен воспользоваться любой, в чьи руки они попадут.
Гарун кивнул:
– Именно такие предметы могут убедить Зиндаджиру. Он считает, что мировая машина хорошо работает, лишь когда ее смазывают взятками.
– Не нравится мне это, – буркнул Рагнарсон. – Но поскольку других вариантов нет… Что ж, еще сегодня я отправляюсь в Мендалайю.
– А мы последуем за Насмешником в сторону Фангдреда, – сказал Турран. – И все время будем насылать ужасную погоду. Возможностей у нас теперь меньше, чем раньше. Разобьем лагерь где-нибудь в Восточных пустошах, поближе к Фангдреду, чтобы нанести удар всеми силами, что у нас есть, – если до этого дойдет.
Ялмар принес последний кувшин эля. Подняв тост за успех предприятия, они принялись обсуждать лишь наполовину продуманный план.
Поднявшись на вершину холма, Рагнарсон и его жена остановились, глядя на расположенный по другую сторону долины серый готический замок Мендалайя. Мысли Браги блуждали между удивлением, которое вызвало известие о беременности Эланы, и воспоминаниями о последнем визите в эти края. Несмотря на то что Визигодред был чародеем, он отличался прекрасным гостеприимством, и Рагнарсон надеялся, что в этом отношении ничего не изменилось.
– Странное место, – сказала Элана, откидывая со лба рыжую прядь.
Время от времени она тайно меняла цвет волос, интригуя Рагнарсона своеобразной магией, присущей женщинам. Иногда они оказывались лучшими иллюзионистками, чем достигшие мастерства чародеи.
– Угу! – Волосы тоже падали ему на лицо.
Со стороны Крачнодьянских гор дул сильный морозный ветер. Дальше, к югу от Мендалайи, поднимались к небу первые горные цепи.
– Чего мы ждем?
– Я немного беспокоюсь – ты хорошо себя чувствуешь?
– Не будь глупцом. Конечно да. Пройдет еще несколько месяцев, прежде чем у тебя появятся поводы для беспокойства.
Она пришпорила кобылу. Вскоре они уже поднимались по противоположному склону долины, через окружавшие Мендалайю виноградники. Склон был совершенно голым, высохшие лозы тянулись к небу, словно коричневые костлявые руки. Мрачное место – красота вернется лишь весной. Летом же среди желтеющих листьев появятся кисти голубовато-пурпурных ягод, чтобы породить вино…
В воротах замка их ждал одетый в зеленую ливрею слуга. Он низко поклонился:
– Доброе утро, капитан, госпожа. Я займусь вашими лошадьми, если не возражаете. – Он повел их внутрь. – Отведу в конюшню, а потом позабочусь, чтобы ваши вещи перенесли в апартаменты. Его светлость ожидает вас в своем кабинете. Алова, та девушка у дверей, покажет вам дорогу.
– Этот Визигодред – чародей? – прошептала Элана, когда они отошли достаточно далеко. – Он ведет себя словно аристократ.
– Он и есть аристократ. Графство Мендалайя – его владения. Он получил их от Итаскии, через герцогство Грейфеллс. Магия – лишь его хобби, – по крайней мере, так он утверждает. Но в любом случае он на ней помешан.
– Он знал о нашем приезде.
– Очередная показуха. Он наблюдает за графством словно ястреб, чтобы потом произвести впечатление своим прови`дением.
Девушка у дверей, тоже одетая в зеленое, сказала:
– Мой господин шлет вам привет и спрашивает, может ли он принять вас в своем кабинете?
– Не вижу никаких препятствий. Веди.
Рагнарсон и Элана пошли за ней по освещенным факелами, богато украшенным коридорам.
– Что вы хотели бы на обед? – спросила девушка. – Мой господин просит, чтобы вы чувствовали себя как дома.
– То, что сочтет подходящим повар, – ответил Рагнарсон.
– Благодарю вас от его имени. Он очень обрадуется, услышав такой ответ.
Они дошли до кабинета Визигодреда – просторного, словно общий зал. Вдоль стен стояли застекленные витрины с коллекциями ножей, мечей, луков, хрусталя, монет, книг – всего, что только собирают люди. Бесчисленные полки, на которых лежали свитки и фолианты в кожаных переплетах, делили помещение на множество ниш, между которыми стоял десяток столов, заставленных непонятными таинственными экспонатами. Пол покрывала коллекция ковров. Свет сотен изысканных ламп сражался с темнотой, которая иначе окутала бы лишенную окон комнату. В тепле перед камином неподалеку от входа дремали два леопарда.
Сверху послышался звук. Браги поднял взгляд и увидел маленькое человекоподобное личико. Некое существо заглянуло ему в глаза, возбужденно чирикая, и побежало по дубовой балке. Рагнарсон пожал плечами. Он много лет не видел обезьян, почти забыл, как они выглядят, и решил, что это, скорее всего, какой-то демон-фамильяр чародея.