В лимузине Грейс и Веспа ехали молча.
Грейс думала о своей последней – теперь уже предпоследней встрече с Джимми Эксом пятнадцать лет назад в больнице. Его заставили позировать для фоторепортажа, который заказал промоутер рокера, но Экс не смог даже взглянуть на нее, не то что заговорить. Он понуро стоял у койки с букетом в руке, опустив голову, как проштрафившийся школьник. Грейс тоже не произнесла ни слова. В конце концов рокер протянул ей цветы и вышел.
Позже Джимми Экс бросил музыкальную карьеру и исчез – говорили, он поселился на частном острове неподалеку от Фиджи. И вот пятнадцать лет спустя он объявляется в Нью-Джерси в качестве ударника в христианской рок-группе.
Когда лимузин свернул на ее улицу, Веспа сказал:
– Как видишь, дела лучше не становятся.
Грейс отозвалась, глядя в окно:
– Джимми Экс не стрелял.
– Знаю.
– Так чего вы от него хотите?
– Он ни разу не извинился.
– И все?
Веспа подумал.
– Выжил еще один мальчик, Дэвид Рид. Ты его помнишь?
– Да.
– Он стоял рядом с Райаном, чуть ли не в обнимку. Когда толпа хлынула на сцену, Рида кто-то подцепил плечом и вынес из давки.
– Я помню.
– А ты помнишь, что сказали его родители?
Грейс помнила, но промолчала.
– Что это Иисус поднял их сына и это Божья воля. – В словах Веспы Грейс почудился затаенный гнев. Она словно оказалась в опасной близости от раскаленной изнутри доменной печи. – Мистер и миссис Рид молились, и Бог, изволишь видеть, среагировал. Они назвали это чудом. Господь воззрил на их дитя, твердили они. Можно подумать, у Бога не было желания или намерения спасти моего мальчика…
Веспа замолчал. Грейс хотела сказать, что в тот день погибли многие, за кого всю жизнь молились родители, что пути Господни неисповедимы и речь не о пристрастном выборе, но Веспа все это знал и не нуждался в утешении.
Когда они подъехали к дому, была уже ночь. В кухонном окне Грейс различила силуэты Коры и детей. Веспа сказал:
– Я помогу тебе найти Джека.
– А вы это можете?
– Ты бы сильно удивилась, узнав, что могу, – отозвался Веспа. – Мой телефон у тебя есть. Если что-то понадобится, звони в любое время. Я помогу.
Грейс выбралась из лимузина. Веспа проводил ее до двери.
– Я сообщу, когда что-то выясню.
– Спасибо.
– А пока прикажу Краму наблюдать за твоим домом.
Грейс взглянула на водителя. Тот осклабился.
– В этом нет необходимости.
– Ну, побалуй старика, – уговаривал ее Веспа.
– Нет-нет, не нужно. Я не хочу. Пожалуйста.
Веспа помолчал.
– Если вдруг передумаешь…
– Сразу позвоню.
Он повернулся и пошел к машине. Грейс смотрела ему вслед и в который раз гадала, стоило ли заключать сделку с дьяволом. Крам открыл дверцу, и лимузин, казалось, поглотил Веспу. Шофер кивнул на прощание. Грейс стояла неподвижно. Она считала себя неплохим психологом, но Карл Веспа заставил ее в том усомниться. Грейс никогда не видела и даже не чувствовала в нем ни тени зла, однако прекрасно знала: Веспа – фигура темная.
Зло – настоящее зло – именно такое.
Кора поставила кипятить воду для макарон «Ронзони». Вывалив на сковородку банку соуса «Прего», она наклонилась ближе к уху Грейс и прошептала:
– Пойду проверю почту. Вдруг есть ответы?
Грейс кивнула. Она помогала Эмме готовить уроки и изо всех сил старалась сосредоточиться. Дочка нацепила баскетбольную футболку «Джейсон кид нетс», назвала себя Бобом и заявила о желании стать спортсменом. Грейс не знала, как реагировать, но решила – это меньшее зло, чем пищать от восторга, разглядывая мальчишеские рок-группы средней руки в журнале «Тин бин».
Миссис Лэм, моложавая, но быстро стареющая учительница Эммы, учила с ними таблицу умножения. Задан был столбик на шесть. Грейс проверила дочь. На шестью семь Эмма задумалась.
– Это надо знать наизусть, – сказала Грейс.
– Зачем? Я и посчитать могу.
– Не в том дело. Таблицу заучивают наизусть, чтобы было легче, когда вы начнете перемножать многозначные числа.
– Миссис Лэм не говорила учить наизусть.
– А я говорю.
– А миссис Лэм…
– Шестью семь?
Так у них дело и шло.
Максу предстояло найти предмет, который можно положить в «секретный ящик». Кладете его – в данном случае хоккейную шайбу – в коробку и говорите три подсказки, чтобы сотоварищи по детскому саду могли угадать, что там спрятано. Первое: вещь черного цвета. Второе: имеет отношение к спорту. Третье: лед. Все честно.