13 комната, книга II
- Блэйка доставили сюда уже в избитом состоянии. И в течение всего времени, что он находился здесь, на его теле постоянно обнаруживались новые синяки и ссадины. А пару дней назад у него вообще среди ночи пошла кровь носом.
Хоббс пренебрежительно пожал плечами.
- Впрочем, персонал и дежурные врачи всё списывают исключительно на его буйность - мол, сам себя покалечил в припадках, однако сам пациент уверяет обратное... И, мисс Арис, если у вас больше нет вопросов, меня ждут другие пациенты, - вежливо, но холодно произнес мужчина.
- Да, спасибо вам. Я пойду…
***
Девушка покинула психиатрическую клинику со свинцовой тяжестью на сердце, чувствуя себя совершенно опустошенной, словно все силы разом оставили её… Витая в беспорядочном хаосе навязчивых мыслей, она выбежала на дорогу, совершенно не замечая автомобиля, с огромной скоростью несущегося прямо на нее...
В следующий миг пространство разорвал оглушительный визг тормозов, а фары ослепили ярким, белым светом. Арис даже не успела испугаться - мощный, глухой удар отбросил ее в сторону, выбив из легких весь воздух. Мир вокруг мгновенно померк, превратившись в холодную, сгущающуюся темноту.
Где-то на самой периферии сознания еще долго гулким эхом отдавался надсадный шум дороги и давящий городской галдеж, пока звуки окончательно не стихли, потонув в абсолютной, звенящей пустоте.
Тишина.
И долгие, тягучие секунды небытия, в которых растворились все мысли, боль и окутывающий тело страх.
Глаза старались привыкнуть к яркому свету. Боль исчезла без следа, оставив после себя лишь странную, еле ощутимую легкость.
Арис больше не чувствовала веса собственного тела. Казалось, она превратилась в невесомое пёрышко, парящее в безмятежной выси. Вокруг клубились мягкие, молочные облака, а далеко внизу раскинулся ночной город - усыпанный россыпью дрожащих золотых огней, безмолвный и бесконечно далекий.
Она замерла, зачарованно вглядываясь в эту сюрреалистичную панораму, пока в голове пульсировал лишь один-единственный, леденящий душу вопрос.
«Я что... умерла?»
Тишину разорвал пугающе глубокий звук. Девушка услышала четкие, мощные взмахи крыльев, рассекающие прохладный воздух. Медленно повернув голову, она не смогла поверить собственным глазам.
В паре метров от нее, прямо посреди застывших облаков, парил ангел.
И у этого ангела было лицо Рика.
За его спиной величественно расправлялись огромные, ослепительно-белоснежные крылья, перья которых таинственно переливались в призрачном лунном свете. Парень смотрел на нее с бесконечно щемящей нежностью.
- Привет, моя хорошая... - тихо произнес он, и его голос прозвучал одновременно отовсюду: и в гулком эхо пространства, и прямо у нее в голове.
- Рик? - ошеломленно выдохнула Арис, чувствуя, как не может отвести от него глаз. - Ты... ты ангел?
Тот в ответ мягко, едва заметно улыбнулся, но эта теплота мгновенно растаяла, сменившись жесткой, непреклонной суровостью.
- Ты не должна быть здесь, - произнес он твердо. - Нужно вернуться.
Девушка растерянно перевела взгляд с его пронзительных голубых глаз на великолепные крылья, трепетавшие за его спиной. Весь этот сюрреализм никак не укладывался в сознании.
- Но почему тогда здесь ты? - сорвался с губ полный боли вопрос.
Его лицо омрачилось, во взгляде затаилась глубокая, вселенская печаль. Рик молчал пару ударов сердца, а затем плавно приблизился.
- Я просто очень беспокоюсь за тебя...
Он протянул руку, и его длинные, теплые пальцы трепетно коснулись ее щеки. Прикосновение оказалось донельзя реальным, обжигающе-настоящим.
- Ты должна вернуться, - повторил он настойчиво, но бесконечно мягко.
Его рука медленно скользнула со щеки по изящному изгибу шеи и легла на плечо. Пальцы чуть сжались, и в этот миг в его глазах промелькнуло что-то пугающе острое - странная смесь вины и горькой решимости.
- Прости за это... - едва слышно шепнул он.
- За что? Ведь… - испуганно пролепетала Арис, но договорить так и не успела.
С неимоверной, сокрушительной силой Рик властно сжал ее плечо и столкнул вниз, отправляя в зияющую, бездонную пропасть поднебесья…
***
Арис с трудом разлепила тяжёлые, словно свинцом налитые веки. Первые мгновения больничная палата расплывалась перед глазами серой пеленой, и она совершенно не понимала, где находится. Однако затем память взорвалась ослепительными, болезненными вспышками.
Дорога. Машина. Визг тормозов...
Удар! Пронзительная боль.
И бездонная темнота...
«Меня сбила машина!»- отчаянным набатом пронеслось в ее мозгу.
Девушка попыталась пошевелить пальцами рук, ног. Получилось. Мышцы отзывались тупой, но вполне реальной болью.
«Значит, не всё так плохо...»
С трудом облокотившись на локти, она попробовала приподняться на постели. Палата сделала несколько бешеных оборотов вокруг оси, и Арис, рискуя снова провалиться в обморок, бессильно рухнула обратно на подушку, беззвучно хватая ртом воздух.
Не прошло и минуты, как за дверью послышался скрип петель - в палату вошёл врач.
- Рада, что вы пришли в себя, - мягко произнесла женщина в белом халате, останавливаясь у её постели. - Я - доктор Менфис. Как себя чувствуете?
Арис вымученно улыбнулась, пытаясь мысленно унять проклятую карусель в голове.
- Очень кружится голова... и немного мутит, - прошептала она, морщась от резкой боли в висках.
Её врач понимающе кивнула, делая аккуратную пометку в медицинской карте.
- У вас лёгкое сотрясение. В результате этой аварии вы, можно сказать, родились в рубашке, отделавшись им, а также парой незначительных ссадин и ушибов.
- Скажите... сколько я уже здесь? - сглотнув сухую слюну, спросила девушка.
- Сегодня третий день. С того момента, как вас доставили к нам, вы не приходили в сознание, - ответила доктор Менфис, но тут же добавила успокаивающе. - Впрочем, все основные показатели сейчас в пределах нормы. Организм справляется.
Арис обвела взглядом палату и остановилась на тумбочке, где стоял роскошный букет свежих гербер.
- Меня... кто-то навещал? - удивленно выдохнула она.
Вместо ответа женщина загадочно улыбнулась, а уголки ее губ дрогнули в довольной ухмылке.
- Ну, как сказать «навещал»...Ваш загадочный посетитель практически поселился здесь. Он не покидал стены больницы ни на минуту с самого первого дня.
Зеленые глаза распахнулись в абсолютном изумлении.
Врач шагнула к двери, приоткрыла ее и чуть повысила голос, обращаясь к кому-то в коридоре.
- Можете войти. У вас ровно двадцать минут, потом ей нужно отдыхать.
Оставив дверь распахнутой, она вышла в коридор, а Арис затаила дыхание, всматриваясь в дверной проем.
На пороге показался... Саймон.
Он осторожно, почти бесшумно прикрыл за собой дверь и поднял на нее взгляд, полный такой глубокой, невыразимой печали, что у девушки внутри всё сжалось. Она совершенно не ожидала увидеть его здесь, далеко за пределами привычных стен клуба.
- Как... как ты меня нашёл? - выдохнула Арис, чувствуя, как щеки вспыхивают, а в груди всё буквально трепещет.
Парень нервно, коротко хмыкнул и шагнул ближе.
- Я услышал от Зака, что ты попала в больницу, и сорвался сюда не раздумывая. Знаю, мы не должны видеться за пределами GENESIS, правила есть правила... но я просто не мог иначе. Я должен был своими глазами убедиться, что ты в порядке.
После этих слов он посмотрел на нее так, что у той перехватило дыхание. В этом взгляде не было ни капли привычной сдержанности - лишь чистая, обнаженная забота.
- Мне... безумно приятно, что ты пришёл, - тихонько улыбнулась девушка, чувствуя, как на душе становится теплее. - И спасибо за цветы. Люблю герберы.
Саймон сделал пару широких шагов, оказываясь совсем рядом. Аккуратно присел на край больничной койки и бережно, словно хрустальную, взял ее ладонь в свою.
В его глазах плескались такая бесконечная нежность, что у нее в душе зародился робкий, трепетный вопрос.
«Когда... в какой момент мы успели стать настолько близки?»
- Арис... - нарушил тишину его бархатный голос.
- Да? - отозвалась она, завороженно глядя на него.
Парень замолк, словно не решаясь произнести то, что крутилось на языке. Его темные глаза жадно, по миллиметру изучали ее лицо, очерчивая каждый изгиб, каждую черточку. И тут ее озарило…
Только сейчас она поняла, что он впервые видит ее по-настоящему. Без маски.
- Ты... ты околдовала меня, да? - с гипнотически-очарованной улыбкой выдохнул он.
Девушка невольно хихикнула, чувствуя, как напряжение отступает.
- Что это значит?
- Только то, что я постоянно думаю о тебе, - просто ответил Саймон.
Его признание согрело сердце, она чуть сильнее сжала его пальцы в ответ, глядя прямо в глаза.
- Спасибо за твою заботу. За то что был со мной в ту ночь. И сейчас…
Бармен улыбнулся и медленно подался вперед, безумно желая сократить оставшееся между ними расстояние. Но на секунду замер, словно вспомнив обо всех преградах и правилах, что въелись под кожу, постоянно напоминая о себе.
Не выдержав этого тягостного колебания, Арис свободной рукой вцепилась в его рубашку, притягивая ближе, и умоляюще прошептала.
- Прошу тебя...
Сопротивляться больше было невозможно. Саймон отбросил все сомнения, жадно и страстно впиваясь в ее манящие губы поцелуем. На вкус она была пьянящей и сладкой. Хотелось насладиться ей сполна.
Девушка сильнее сжала ткань его одежды, притягивая мужчину к себе и всем телом прижимаясь к его широкой груди. Поцелуй был опьяняющим: он ласкал ее губы дыханием, легкими касаниями кончика языка, то покусывая их, то посасывая по очереди - сменяя ласку на нежный напор. Он наслаждался ею, увлекая обоих в головокружительный водоворот желания.
- Арис... - выдохнул мужчина прямо в поцелуй, а затем его горячие губы скользнули вниз, по подбородку, оставляя обжигающий след на чувствительной коже шеи.
Ее сердце затрепетало от невыносимо нежного, интимного прикосновения. Девушка зарылась пальцами в его мягкие шелковые волосы, отчаянно желая только одного: чтобы этот момент замер, чтобы время остановилось…
Но реальность оказалась безжалостна.
Тук-тук.
Настойчивый стук в дверь нещадно разорвал возникшее между ними волшебство.
- Время визита вышло.
Молодые люди неохотно, с глубоким вздохом оторвались друг от друга, прерывисто дыша и стараясь успокоиться. В глазах Саймона плескалась целая буря эмоций.
- Прости... Тебе нужно отдыхать, - виновато улыбнулся он, поднимаясь с кровати.
- Тебе вовсе не за что извиняться, - прошептала Арис, покусывая свои чуть припухшие губы.
Парень слегка замялся, а затем лукаво прищурился.
- До встречи, Малышка.
- Пока, Саймон, - мягко ответила она.
Дверь закрылась, оставляя девушку наедине с мыслями и сладким послевкусием терпкого поцелуя.
После его ухода прошло совсем немного времени. Она позволила себе ненадолго закрыть глаза, погрузившись в беспокойный, поверхностный сон, чтобы хоть немного заглушить пульсирующую боль в висках.
Тихий скрип петель вывел ее из дремоты.
Арис резко распахнула глаза. Дверь палаты приоткрылась, и в тёмном проеме показался Леон. Он осторожно прикрыл за собой створку и замер, впившись в нее тяжелым, пронзительным взглядом.
- Что ты здесь делаешь? - ошеломленно выдохнула девушка, приподнимаясь на локтях.
Владелец клуба раздраженно поморщился, делая шаг навстречу.
- Я узнал, что ты попала в больницу. И приехал лично убедиться, что ты в порядке.
Арис криво усмехнулась, с вызовом глядя на него.
- И проследить, чтобы я не сбежала?
- И проследить, чтобы ты не сбежала, - недовольным, отрывистым эхом повторил мужчина.
Она парировала с не меньшим сарказмом.
- А почему не поручил это Заку? Он же у тебя на побегушках?
Ледяные глаза Леона потемнели от гнева, мгновенно пригвоздив ее к постели.
- Не переживай, он тоже здесь.
В два широких шага Паттисон преодолел расстояние до больничной койки. Его жадный, собственнический взгляд прошелся по лицу девушки.
- Ты слегка испортила свой товарный вид... Глупая, - процедил он, но тут же хмыкнул, смягчив тон. - Хотя до второго торжественного вечера времени полно. Мы успеем сделать из алмаза бриллиант.
Его циничные слова резанули слух, вызвав глухое отвращение. Арис молча отвернулась, не желая отвечать на эту провокацию.
- Давай я заберу тебя в клуб? - с неожиданной мягкостью предложил Леон, чуть склонившись над ней. - Всего-то нужно подписать отказ от госпитализации.
Девушка резко мотнула головой, напрямую выражая отказ.
- Как знаешь... - процедил он, сузив глаза. - В клубе тебе было бы гораздо лучше. Я смог бы находиться рядом постоянно, а не терпеть этих шныряющих туда-сюда врачей...
Не дожидаясь ответа, владелец клуба протянул руку и накрыл ее ладонь своей.
Арис передернуло от омерзения. Не терпя его властных, наглых прикосновений, она резко, с раздражением выдернула руку из его хватки.
- Не смей меня трогать, - чеканя каждое слово, бросила она.
Брови мужчины взметнулись вверх, а губы скривились в злой, издевательской ухмылке.
- Я хочу - и трогаю. Мне не нужно твоё разрешение. Ни в клубе, ни за его пределами.
После этого он повторил свой жест, но уже с непреодолимой силой сжав ее запястье и наотрез отказываясь отпускать. Девушка сжала зубы, гневно испепеляя его глазами.
Спустя мгновение Леон нехотя разжал пальцы, неохотно отступая на шаг.
- Отдыхай, - бросил он, натягивая на лицо маску безупречной, фальшивой улыбки, после чего молча покинул палату.
Арис наконец-то осталась одна. Голова ещё безбожно кружилась, напоминая о недавней аварии, так что она лишь облегченно прикрыла глаза... и сама не заметила, как провалилась в глубокий, целительный сон.
День выписки.
«Наконец-то приму контрастный душ и нормально переоденусь...»- сгорала от предвкушения девушка, уверенно шагая по больничному коридору.
С этими мыслями она вошла в просторный лифт.
Внутри уже находился сотрудник клиники - он с явным нетерпением ждал, когда же двери закроются. Арис молча поравнялась с ним и уверенно нажала кнопку первого этажа.
Лифт плавно тронулся. Мужчина нервно притопывал ногой, пытаясь мысленно ускорить движение кабины. Как бы невзначай повернувшись к нему, девушка вгляделась в его осунувшееся, изможденное лицо. Взгляд случайно зацепился за бейдж на лацкане белого халата: доктор-реаниматолог С. Шелби. В руках он крепко сжимал увесистую кипу историй болезни - амбулаторных карт пациентов.
В следующий момент мир вокруг Арис рухнул. Сердце пропустило удар и замерло…
С верхней карточки, оказавшейся прямо перед ее глазами, на нее смотрело до боли знакомое лицо.
Рик.
Колени мгновенно предательски задрожали, а воздух в кабине стал густым - казалось, стены лифта неотвратимо сужаются, грозя раздавить ее.
«Что произошло? Он тоже в больнице?!»- паническим эхом пронеслось в голове. - «Последний раз мы виделись с ним в кино... А после этого он пропал».
Охваченная ужасом, девушка судорожно пыталась выхватить взглядом хоть крохи информации из его амбулаторной карты. Строчки бешеными рядами мелькали перед глазами…
Группа крови...
Лечащий врач...
Отделение... специализированного хосписа.
Остатки кислорода будто выбило из груди.
«Хоспис?! Что происходит?»
Её размышления оборвались резко: двери лифта с тихим звонком разъехались в стороны. Они остановились на втором этаже.
Врач торопливо вышел из кабины, и Арис, поддавшись слепому, отчаянному импульсу, молча последовала за ним, погружаясь в полумрак реанимационного отделения.
Доктор, не теряя ни секунды, скрылся в первой же попавшейся палате, а девушка пошла дальше по длинному коридору под мерный стук собственных каблуков.
«Куда мне идти? И разве мне вообще позволено здесь находиться?» - испуганной птицей металась в голове тревожная мысль, которая тут же разбилась о глухую, непоколебимую стену.
«Плевать. Я должна его найти».
Где-то неподалеку послышались торопливые шаги и приглушенные голоса медперсонала. Спасаясь от неминуемого обнаружения, девушка резко метнулась в сторону и шмыгнула в первую попавшуюся дверь. Она затаила дыхание, прислушиваясь. В коридоре было тихо, а вот пространство палаты заполнил размеренный, механический ритм - тихий, монотонный писк кардиомонитора.
Арис медленно повернула голову. И замерла…
На постели, окруженный паутиной проводов, трубок и капельниц, лежал Рик.
«Этого не может быть... Господи... Это какая-то ошибка»,- кричало все ее существо.
Мужчина лежал без малейших признаков жизни. Только бесчувственный аппарат искусственной вентиляции легких издевательски и методично нарушал тишину.
Его некогда яркое, живое лицо сейчас пугало мертвенной бледностью. Губы потрескались, скулы опали, а щеки неестественно ввалились. Такие родные, знакомые до последнего изгиба черты его лица теперь казались чужими, почти прозрачными.
На подкашивающихся ногах девушка подошла ближе, неуверенно протянула дрожащую ладонь и кончиками пальцев едва ощутимо коснулась его щеки.
Кожа оказалась ледяной. Было такое чувство, будто под этой неподвижной, остывшей оболочкой больше не осталось ни единой искры жизни.
- Рик... - сорвался с искусанных губ едва слышный, надломленный шепот.
Арис даже не заметила, как из глаз хлынули слезы, беспощадно заливая лицо. Горькие, обжигающие капли падали на больничное одеяло. Она не отводила взгляд, жадно и отчаянно всматриваясь в его черты, а затем принялась судорожно изучать его руки, открытые участки тела, подсознательно ища хоть какое-то объяснение, следы борьбы или аварии… Но нет - на коже не было ни единой ссадины, ни малейшего синяка.
Если бы не зловещие трубки, уходящие глубоко в горло, и абсолютная, восковая белизна, можно было бы поклясться, что он просто уснул.
«А что, если он тяжело болен?»- вдруг всплыл в голове лихорадочный вопрос.
Но мозг тут же яростно запротестовал: «Мы столько времени были вместе... Разве я могла не заметить? Разве человек с таким диагнозом мог скрывать это?»
«Я, конечно, не врач, но...»- мысль оборвалась на полуслове, разбившись о суровую реальность.
Тишину палаты нарушил скрип открывающейся двери.
Девушка лишь судорожно смахнула со щек слезы, когда надрывное пищание кардиомонитора на секунду отошло на второй план - пространство заполнил жесткий, властный голос.
- Что вы здесь делаете? - строго спросила вошедшая медсестра, бесцеремонно уперев руки в бока и с подозрением смотря на неё.
Арис замерла, судорожно сглотнув вязкий комок в горле.
«Нужно придумать оправдание! И быстро!»- панически пронеслось в голове.
- Мне... мне разрешили, - выдавила она, стараясь говорить как можно увереннее.
Брови женщины изумлённо взметнулись вверх, но выражение лица осталось суровым и неприступным.
- А могу я узнать, кто именно?
«Раз уж врать - то до конца!»- промелькнуло в голове.
- Врач, - как можно тверже ответила она.
Медсестра прищурилась.
- И как его фамилия?
«Арис, соберись! Вспомни фамилию врача-реаниматолога, что ехал с тобой в лифте!»- мозг лихорадочно зацепился за обрывок недавней памяти.
- Доктор Шелби, - выпалила девушка.
Гнев на лице медсестры мгновенно сменился на милость, а взгляд стал более дружелюбным.
- А-а-а... Доктор Шелби всегда излишне уступчив к чужим просьбам! - махнула рукой она.
Арис облегченно выдохнула, чувствуя, как удушающее напряжение немного отступает.
- Ну да... И я ему за это очень благодарна.
Однако радость оказалась преждевременной. Женщина придирчиво окинула ее взглядом с ног до головы, и в ее глазах снова вспыхнуло опасное недоверие.
- Я вас здесь раньше никогда не видела. Кем вы приходитесь пациенту?
«Думай, Арис, думай...»
- Я... я его друг, - тихо произнесла она.
Сотрудница клиники скептически скривила губы.
- И где же вы были всё это время, пока он здесь борется со смертью?
- Я... я только сегодня узнала о случившемся... - растерянно начала оправдываться Арис, чувствуя, как к горлу подступают новые слезы.
Женщина тяжело вздохнула, бросив на нее презрительный взгляд.
- Не очень-то вы близкий друг, получается...
Девушка не стала ничего отвечать. Страх перед тем, что вот-вот вернется Шелби или кто-то из персонала поднимет тревогу, перевешивал всё остальное. Больше не смея задерживаться ни секунды, она бросила виноватый взгляд на неподвижное тело Рика и отступила к двери, еле слышно пролепетав.
- Простите, но мне уже пора.
Медсестра ничего не ответила, лишь проводила ее тяжелым, немигающим взглядом. Под этим давящим вниманием Арис поспешно выскользнула из палаты в полупустой коридор.
Тяжелая дверь за ее спиной бесшумно закрылась.
***
Теперь всё вокруг в этот день казалось чересчур унылым и серым.
«Может, дело в том, что я узнала про Рика?»- с тяжелым сердцем думала девушка, медленно приближаясь к своему дому.
У самого крыльца она столкнулась с пожилой соседкой.
- Рада встрече, Арис! - с теплой улыбкой приветствовала её старушка.
- Я тоже, тётушка Эбби.
Судя по всему, её осунувшееся лицо и потухший взгляд полностью выдавали тяжелое душевное состояние. Женщина тут же обеспокоенно нахмурилась.
- Что-то случилось?
Арис с трудом выдавила короткое: «Да».
Проницательные глаза мгновенно изучили её бледное лицо, и вкрадчивый, мягкий голос нарушил тишину.
- Пойдём выпьем чаю, милая? И ты поделишься, если пожелаешь...
Не раздумывая ни секунды, та молча кивнула в знак согласия. Заботливо приобняв дрожащую девушку за плечи, Эбби мягко повела её в дом.
Очутившись в уютной квартире, Арис тут же уловила тонкий, успокаивающий аромат шалфея и лаванды.
- Проходи, будь как дома, - хлопотала тётушка. - Сейчас я быстренько напою тебя чаем.
Спустя буквально десять минут на столе уже дымился жасминовый чай, разлитым по двум изящным фарфоровым чашкам. Соседка заботливо подвинула одну из них гостье. Девушка слабо улыбнулась в ответ и сделала первый глоток. Напиток оказался фантастически ароматным и согревающим.
- Ничего вкуснее в жизни не пила, - искренне призналась она.
Тётушка Эбби тепло рассмеялась.
- Он не только вкусный, но ещё и очень полезный, Арис.
Немного расслабившись под воздействием уютной атмосферы, они разговорились. Сначала беседовали о пустяках - о цветах на клумбах, капризах погоды, любимых фильмах... Но долго избегать тяжелой темы было невозможно. В какой-то момент старушка не сдержалась.
- Так что же у тебя стряслось, милочка?
Арис нервно сглотнула, чувствуя, как к горлу подступает ком, и тихо произнесла.
- Мой очень близкий человек сейчас находится в отделении реанимации...
Стараясь изо всех сил держать себя в руках и не заплакать навзрыд, она отвела взгляд в сторону.
- Что случилось? - испуганно ахнула Эбби.
- В том-то и дело, что я ничего не знаю... - голос девушки дрогнул. - И от этой неизвестности ещё хуже.
Соседка с глубоким пониманием накрыла её дрожащую руку своей.
- Я понимаю тебя как никто другой. У меня похожая ситуация... Сын моей очень близкой подруги лежит в коме. Уже почти три года.
От услышанного у Арис перехватило дыхание. Она прикрыла рот ладонью, а Эбби продолжила с тихой горечью в голосе.
- Моей подруги Элены не стало уже как года два назад. И я стараюсь приглядывать за ним, насколько это вообще в моих силах. Своих детей у меня нет, поэтому, милая моя, я очень остро чувствую твою боль. Знаю, как тяжело, когда от тебя не зависит абсолютно ничего...
- Я... я надеюсь, сын вашей подруги обязательно поправится, - выдавила Арис.
Тётушка грустно улыбнулась.
- Я тоже на это надеюсь. Каждое мгновение.
После этого откровенного разговора девушке действительно немного полегчало. Почувствовав невероятное доверие к этой женщине, она тихо спросила.
- Можно задать вам один вопрос?
- Конечно, дорогая, - кивнула Эбби.
Девушке казалось, что они знакомы целую вечность - настолько родным и близким человеком она ощущала её.
- А что именно случилось с сыном вашей подруги? - осторожно поинтересовалась Арис.
Соседка опустила печальный взгляд на остатки остывшего чая в чашке и тихо проговорила.
- Наш паренек состоял в каком-то бойцовском клубе. Был бой. С очень сильным, жестоким соперником.