– Ну как бы и да, я тоже об этом думал, но все равно как-то не получается расслабиться.
– Че говоришь, она седня придет?
– Должна, да. Хотя сказала вчера, что может и не придет.
– Но ты-то, конечно, хочешь, чтоб пришла?
– Конечно я хочу блин. Только страшно как-то.
– А че страшного?
– Ну блин, это… женщина. – Алукард улыбнулся. – С ними всегда сложно.
– А че, женщина – мужчина, какая разница? Ты уже вознамерился на ней жениться?
– Ну че сразу так-то? Ну просто… ты же меня знаешь. Она очень красивая, Валера, и она заговорила со мной первая. Этого уже достаточно, чтобы у меня начали возникать… – Тут Ал уже засмеялся. – …шальные мыслишки.
– Да у тебя только такие и возникают. – Валера подхватил изменившееся настроение друга. – Ничего вроде нового и неожиданного.
– Ну как бы да. Но все равно.
Они подошли к остановке, нужный Алу трамвай пришел почти сразу, так что они быстренько пожали руки и Алукард поехал домой.
Проехал бесплатно, замечательно. Никто на трамвайные пути не выезжал, так что доехал еще и быстро, кайф. Дома развалился на кровати. Время было еще не позднее, но Алу натерпелось вновь встретиться со странной девушкой. До полуночи еще оставалась целая вечность. Ал приготовил ужин, поел, на десерт перекусил булочкой, сел смотреть аниме. Обычно за этим делом время шло быстро, но сегодня оно словно остановилось. Каждая серия текла так долго, словно он смотрел не двадцатиминутный сериальчик а трилогию «Властелина колец». Режиссерскую версию.
Когда часы отбили десять вечера он уже изнемогал от нетерпения. Аниме смотреть совершенно осточертело и теперь он просто ходил по квартире бесцельно из угла в угол. Он размышлял, чем еще можно занять оставшееся время, но ничего не мог придумать. Читать он не мог, энергия так и бурлила в нем, он бы просто не усидел на одном месте еще хотя бы пять минут. Нужно было срочно сделать что-то энерго-и-время-затратное. Ал решил сходить в магазин. Отличная мысль. Пока он оденется, выйдет, дойдет до магаза, купит все, что нужно…
Уже через десять минут он стоял в отделе с молочкой и думал, купить ли ему молоко. Иногда он любил поесть на завтрак хлопья, хотя он почти никогда не завтракал, соответственно это молоко продержится у него довольно долго. Настолько долго, что может даже испортиться. Прощай, молоко. Посмотрел на часы: десять двадцать. Сука.
Время не течет.
Потратив на закупки еще каких-то минут пять или семь, он вернулся домой и вновь глянул на часы, разочаровался во всем на свете еще раз, разобрал продукты, распихал их в холодильник и снова уселся на кровать.
Он просто сходил с ума.
Одиннадцать часов.
Алукард съел еще пару булочек, запил чаем. У него стремительно кончались идеи, как можно потратить еще немножко времени. Весь двенадцатый час он просто страдал. Лежал, стоял, сидел. Открывал телефон, листал пару смешных картинок, закрывал телефон. Пару раз взялся за книгу, но тут же ее откладывал. Думал продолжить смотреть сериал, но он не продержался и четырех минут – просто не мог сосредоточиться на происходящем, все внутри этих нарисованных мультиков казалось ему столь незначительным, мизерным и бессмысленным в эти минуты. Как можно тратить свое внимание на ненастоящих персонажей и их проблемы, когда в реальности происходит… такое.
И вот. Наконец. Полночь.
За пять минут до условленного времени Ал вышел на балкон и закурил. Он ждал. Теперь ждать внезапно стало гораздо проще, теперь, когда встреча должна была начаться с минуты на минуту. Он чувствовал, что это событие, если можно этот так назвать, уже началось, он уже часть происходящего. Все, что ему осталось – высматривать в свете фонарей эту таинственную сумасшедшую.
Но все получилось не так, как он надеялся.
Он ждал. Ждал десять минут, двадцать, скуривая одну сигарету за другой. На лице его постепенно вырисовывалась величайшая грусть, разочарование, даже отчаяние. Ну как же так? Такой замечательный день просто не мог закончиться так плохо.
Но на самом деле Алукард понимал, что очень даже мог. Она же сказала, что «может быть» придет. Вот она и не пришла. Скорее всего вчерашний инцидент был чем-то из ряда вон выходящим не только в его, но и в ее жизни. И вот сегодня она либо одумалась и решила оставить Ала лишь коротким забавным воспоминанием, либо даже хуже – она просто забыла о нем. И как он мог быть таким идиотом, что всерьез поверил ей? Поверил, что она придет? Конечно же она не придет.
На всякий случай, лелея крохотный огонек надежды, Ал еще немного постоял на балконе, но потом все же пошел в квартиру. Ему было дурно от количества выкуренных за раз сигарет, он упал на кровать, и даже не раздеваясь уснул.
Уснул почти мгновенно. Что было не просто странным, но практически физически невозможным для него.
Глава 5.
Следующее утро не принесло Алукарду совершенно никакой радости. Ну да, наверно глупо так убиваться из-за этого всего, он просто накрутил себя из-за пустяка и теперь пожинает плоды своей наивности.
Весь день прошел не лучше. Он был подавлен, практически опустошен, удивляясь с самого себя: обычно, когда его отвергали или игнорировали он, конечно, болезненно это воспринимал, но не на столько же! Видимо было в этой странной полуночной встрече что-то такое, что зацепило его гораздо сильнее обычного. Эта девушка, хотя он даже не знал, как ее зовут, да и внешность ее постепенно улетучивалась, произвела не него слишком сильное впечатление.
С Валерой, после объяснения причины своей подавленности, почти не общался, хотя тот прекрасно понимал состояние друга, хоть и был немного раздражен, ибо находил такое поведение глупым, даже ребяческим. Ему казалось Алукард ведет себя, как маленький мальчик, которому обещали поездку в аквапарк, но в последний момент все отменили, и теперь он показушно грустил и драматически вздыхал при каждом удобном случае. Но опять же, он хорошо знал Ала и ничего ему на этот счет не говорил, он понимал, что Алукард может и вспылить, даже устроить тираду про «Ты не понимаешь!».
На парах Ал не отвечал, да его и не спрашивали. В любой другой день он бы посчитал, что ему очень повезло, но не сегодня. Сегодня он этого обстоятельства даже не заметил. Он вообще толком ничего не замечал. Ни хорошего, ни плохого. Большая очередь в столовке на большаке его не расстроила, он просто молча отстоял ее и также молча съел свой обед. Когда ехал домой, трамвай был почти пустой, но он просто сел на свободное место, оплатил проезд и бездумно доехал до дома, не обратив внимание на отсутствие пробок, ворчащих бабушек и тому подобные неприятные мелочи жизни.
Дома сел читать книжку. И так и просидел весь оставшийся день. Он больше ничего не делал, не ел, не пил. Просто молча читал в тишине. Со временем он начинал потихоньку оттаивать и начал воспринимать реальность. Чтение всегда возвращало его к жизни, заставляя забыть обо всех заботах и нервах хотя бы на пару часов. Настроение у него приподнялось, и он начал смотреть на вчерашнюю неудачу уже с куда меньшей долей всепоглощающего негатива.
Однако, когда наступила полночь, он все же вышел на балкон, закурил и стал ждать. Внутри него все еще теплилась надежда. После второй сигареты и полного отсутствия в поле его зрения этой девушки, он пожал плечами, снова немного взгрустнул, и отправился спать. В этот раз сон пришел не так быстро, как в прошлый, но все же долго ждать себя не заставил. На следующее утро Ал даже подумал, что такие переживания благоприятно влияют на его затянувшуюся бессонницу, такими темпами глядишь и режим восстановит. Мешки под глазами уже давно стали частью его лица, без них он не мог представить себя в зеркале, но избавиться от них все же был не против.
Да, новый день начался бодрее. Ал не чувствовал былой подавленности, хотя и воздушным его состояние было не назвать. Так пойдет. Нормально. Терпимо.
Утренняя рутина, поездка на траме, пары. И сигареты, сигареты, сигареты…
Валера еще не дергал его по поводу его состояния, хотя уже понимал, что недельки через две, а тем более через пару месяцев, над Алукардом уже можно будет изрядно подшучивать, тыкая его в эту историю каждые пять минут, подкалывая его при каждом удобном случае. Такой тайный и гнусный план мести выносил Валера, в отместку за глупое поведение Ала. Все-таки ему второй день было очень скучно, кроме Алукарда ему было особо не с кем поговорить.
Вечером Ал занимался всеми стандартными вечерними делами: смотрел аниме, читал, поделал немного домашки.
А в полночь вышел на балкон. Ненадолго – одна сигарета и он вернулся в квартиру, уже не расстроенный, в этот раз он уже не надеялся ни что. Вышел просто на всякий случай. В любом случае, он все равно выходил покурить перед сном. Сном, который в этот раз снова долго не приходил. Плакал его оперативный план по восстановлению режима. Лежа в плохо заправленной постели, он думал, как же быстро меняется его настроение. Позавчера он был убит горем, вчера ему было просто грустно, сегодня… ну… норм. Вероятно, завтра он и вовсе вернется к рутинной повседневности, забыв про эту историю, отложив ее в ящик с глупыми событиями и надеждами его жизни, чтобы потом, на какой-нибудь пьянке, рассказать ее случайным новым знакомым, которых он никогда больше не увидит в своей жизни. И слава богу. Пусть лучше это станет забавным воспоминанием, чем жизнеутверждающим событием, которое бы перевернуло его бытие с ног на голову, трансформировав его из мрачного грустняги в ничего не чувствующий камень, каждый вечер задумывающийся о самоубийстве.
Так, наверно и получилось. В смысле быстро прошло, а не в смысле камень суицидник.
Очередной новый день принес приятную легкость, которой способствовали вчерашние размышления. Ал словно смирился с некоторой утратой, трагедией прошлого, которую он изменить все равно не в силах. Да, это было глупо – так рассуждать о мимолетной встрече со случайной девушкой. Не мать же у него умерла в конце-то концов. Однако ему все равно было проще воспринимать эту ситуацию именно так. Пусть лучше он излечился от душевного горя, чем просто перестал заниматься затянувшимися пиздастраданиями на пустом месте.
В течение дня он стал все больше походить на себя самого: ныл, когда не везло, радовался, когда везло. Как и большинство людей, в общем-то. В университете встретился с Олегом, и тот наконец получил долгожданного собеседника.
– Рад видеть тебя в добром здравии. – Претенциозно изрек Олег. – Надеюсь думы прискорбные покинули тебя, друже?
Хотя Валера и откладывал свою месть с подколами на потом, он просто не сдержался, когда увидел, что Ал вернулся в нормальное состояние.
– О, что вы, что вы… извольте же внемлить моим словам, mon cher[1 - Мой дорогой (Франц.)], ибо скажу я вам: пошел на хуй.
– Оч-чень красноречиво! – На распев произнес Валера, после чего они направились на занятия.
День был долгий, четыре пары, так что наверстать упущенные диалоги они успели. Несмотря на то, что прошло всего пару дней, они чувствовали, при чем оба, что встретились со старым другом, которого не видели много лет.
– Итак, ладно. Допустим, тебе действительно тяжело пришлось – Начал неспешно затрагивать щепетильную тему Валера. – Давай, расскажи хоть поподробнее че там было.
– Ну, во-первых, не «допустим», а так и было. Не знаю почему, но мне реально было как-то паршиво на душе. Вот прям хз, все съежилось, думал сдохну, так уж было обидно.
– Да ладно, не драматизируй, мне вот казалось, что ты, как бы это сказать… переигрывал.