Творящие словом в Элегме

Глава 14 Отец Ходера

Дом семейства Хор Дер Гармор Ди находился довольно далеко от дома Титорама, поэтому вероятность встретить кого-то из членов семьи или слуг была невелика — что не могло не радовать Тита.

Тит и Ходер шли бок о бок, после долгого дня, не принесшего особых результатов, шли не торопясь, молчали — разочарование, неприятный попутчик.

— Ну и чего ты киснешь? — первым нарушил тишину Ходер, решивший разрядить обстановку. — Ещё чуть — и сам себя в мусорный компост спишешь. Радоваться надо: у тебя свадьба на носу с самой прекрасной девушкой на земле!

Тит горько усмехнулся.

— С самой прекрасной? Ну не знаю. По мне, так твоя сестра в сто раз краше. Меня хотят женить, а не я хочу жениться — чувствуешь разницу? Меня даже не спрашивают, просто ставят перед фактом.

А Нзиза… да, она красавица. И умна, и из древнего рода. Но это всё — не про меня. Я не хочу быть жертвой на семейном алтаре ради величия семьи.

Ходер остановился под сенью светящегося растения, покрывшего лица друзей бликами, словно веснушками, и внимательно посмотрел на Тита:

— Ты странный, честное слово. Да если бы мне кто предложил Нзизу в жёны!

— Я знаю, — вздохнул Тит, чувствуя, как эти слова отдают горечью в груди. — Знаю, что положено радоваться, но не могу. Жизнь по чужому сценарию — это не про радость, мой друг.

— Ну, прямо не знаешь, чего хочешь, — с едва заметной улыбкой пробормотал Ходер. — В нашем мире мало кому вообще удаётся жениться по любви. Достаточно, что Нзиза — красотка и хорошая партия, и вообще, я тебе завидую, если честно.

— Завидуешь? — вдруг подозрительно прищурился Тит, усмехаясь, но незаметно для друга, так как они шли с надвинутыми блокаторами, — И зачем ты вообще столько говоришь о Нзизе сегодня, будто сам мечтаешь попасть ей в женихи?

Ходер усмехнулся, но в голосе его не было ничего, кроме привычной саркастической нотки:

— Я, может, и не против! Если бы не знал тебя с пелёнок, давно бы отбил у тебя невесту, а ты — только ноешь да увиливаешь от разговора с отцом. Откажись от неё открыто — и я тут как тут!

— Так ты влюблён, Ходер! Признавайся!

Ходер вздохнул театрально, закатив глаза к небу:

— Вот уж нет! Это ты, похоже, влюблён в мою сестру, — парировал он и прямо посмотрел в глаза другу, — можно подумать, никто не замечает, как ты краснеешь, когда Мзия смотрит в твою сторону.

Тит предпочёл не развивать тему, просто обогнал Ходера и пошёл вперёд по узкому мостику над ручьём, стремительно бегущему вниз.

Они поднялись на самую окраину северного сектора Верхнего города. Дома элиты не просто тянулись на десятки метров вверх — выглядели, словно легкие осколки кристаллов, застывшие под нависающими небесными мостами и висячими садами. Всё здесь было пронизано мягким светом — в воздухе сияли тысячи светлых, жемчужных огней, что свисали с ветвей фантастических деревьев, а под мостами почти беззвучно струились прозрачные каналы.

Вилла Ходера и его семьи возвышалась у самого края искусственного озера, словно вырезанная из света и тумана.

Её стены, пронизанные золотистым сиянием, не просто отражались в воде — они сливались с гладью озера, создавая ощущение другого пространства, более широкого, чем в реальности, где каждый луч обретал двойника, а каждый узор складывался в безупречную зеркальную симметрию.

Вода отражала мерцающую мозаику теней и света от парящих островов-светильников, мать Ходера была признанной мастерицей в творении световых композиций. Кованая калитка, больше похожая на причудливое украшение, чем на реальную преграду, с лёгким щелчком открылась перед Ходером — тот пропустил Тита внутрь, не прекращая подтрунивать по поводу его женитьбы, несмотря на то, что тот перестал поддерживать неприятный разговор.

Всё пространство говорило о принадлежности владельцев к высшей касте, и всё же, несмотря на помпезность сияющей виллы, Тит чувствовал себя уютно — будто ему наконец дали передохнуть и собраться с силами перед следующим витком событий.

В нижнем холле они встретили отца Ходера. Хор совсем недавно пришёл домой из Академии, и ещё не успел переодеться.

— Господа, — его голос прозвучал глухо и в то же время обволакивающе, — рад видеть вас целыми после опасных дел внизу. Титорам Амбусто, дом Дер Гармор Ди всегда открыт для тебя, пусть и в такое позднее время.

Он внимательно посмотрел на сына и похлопал его по плечу — одобрение читалось в каждом его движении.

— Надеюсь, поиски были не напрасны, удалось добыть новую информацию? — без длинных предисловий, сразу переходя к делу, спросил он.

Тит едва заметно склонил голову в ответном приветствии — не слишком низко, как полагалось в подобном случае, — и бегло взглянул на Ходера. В глазах читался немой вопрос: «Он что в курсе? Он знает?»

— Не парься, Тит, отец всё знает о наших делах, — словно услышав его мысль, произнёс Ходер.

Хор пригласил их пройти в кабинет — туда, где глухие стены, покрытые живыми картинами, обещали уединённость для продолжения разговора.

Они вошли за ним, дверь почти бесшумно закрылась, отделив их от холла, мерцающего, как хрусталь. Здесь царил строгий порядок: стены из голографического стекла с бегущими поверху световыми линиями, полки с архивами на гравированных пластинах и планы древних проектов, слабо различимые снизу в сизой синеве подсветки.

Первым заговорил Ходер, почти не теряя делового тона, который сам невольно перенял у отца:

— Борк с командой практически не выходит из мастерской уже сутки, отец. Криптулита восстанавливается, большая часть схем готова, но слои с кодами от ловушек даются сложнее всего; завтра обещают довести до ума, если не случится какой-нибудь сбой.

Ходер продолжил, не сводя глаз с отца, сидящего в высоком кресле:

— Как только схема будет собрана полностью, можно сразу выдвигаться — если ты позволишь, мы пойдём вдвоём.

— Вдвоём? Нет, так рисковать не стоит. Завтра — Верховный Совет; я запрошу команду из Тайной стражи и группу из Охранителей. Соваться на свалку вдвоём — безумие!

— Хорошо, — согласился Ходер, возможно, только для вида, чтобы успокоить отца. — Пока же у нас ещё появился один след. Я услышал от Стирка одно имя — Суарэ.

Отец резко поднял глаза.

— Суарэ? — в голосе звучало явное сомнение, даже удивление. — Думаю, что это ошибка или ложный след. Кто такой этот Стирк?

— Стирк — главарь шайки подростков «Железный палец», из Нижнего города, — коротко ответил Ходер.

— Ну и откуда, по-вашему, подростку со свалки может быть известна фамилия благородного дома?

Тит вкратце рассказал о налёте на лавку Борка на Нижнем базаре и более подробно остановился на допросе Стирка:

— Мы допрашивали его вместе с Борком. Стирк не сам затеял налёт — его послали. Он сказал, что приказ шёл с самого верха: ограбить лавку игрушек и взять улитку — только её. Сам он не знал, зачем она нужна, но краем уха уловил пару имён — из разговоров тех, кто передавал задание. Назвал фамилии: Суарэ Нифуджви и Харика. Он не мог придумать — таких имён в Нижнем городе не знают, как вы справедливо подметили.

— Ещё Канзия накануне, когда я был у неё, рассказала — в состоянии транса ей открылось, что Торшон, тот самый воришка с рынка, недавно видел Мзию. Мы пытались поговорить с ним, но он сбежал, — добавил Тит. — Стирк назвал все возможные укрытия, где его искать — будем проверять завтра.

Отец Ходера задумчиво водил пальцем по стеклянной столешнице, рисуя абстрактный геометрический узор, который вспыхивал бирюзовыми оттенками.

— Значит, перво-наперво надо найти этого мальчишку. Если Криптулиту не соберут в срок, используйте завтрашний день для поисков. Завтра утром — Верховный Совет Старейшин; сообщу, если появится новая информация или будут приняты какие-то решения.

Взгляд его на миг стал мягче.

— Сегодня вы заслужили отдых. А завтра придётся действовать быстро, не оглядываясь на Совет. Идите отдыхать.

Тит и Ходер поклонились отцу, выразили жестами пожелания доброй ночи и вышли из кабинета, оставив Хора с его невесёлыми думами о судьбе дочери.

Он долго оставался один в своём кабинете. Хора не покидали мысли о фамилиях, названных каким-то оборванцем с Нижнего рынка, — но поверить в причастность к похищению дочери кого-либо из Благородных Домов он был не в силах.

Глава 15 Злоключения Торшона

Наскоро позавтракав вместе с господином Хором, который собирался на утреннее собрание Большого Совета, Тит и Ходер решили пропустить нудную конференцию в Академии и отправились прямо в мастерскую Борка.

Инженеры с хмурыми лицами и красными от бессонных ночей глазами возились над кучей разрозненных деталей — стало ясно: за вчерашний день и ночь «Криптулиту» так и не завершили. Послушав какое-то время болтовню рыжего подмастерья о ходе ночной работы и о том, как мастера даже спали по очереди, друзья, посовещавшись, отправились на рынок за Стирком. Ходер неожиданно свернул к лавке булочника, расположенной в соседнем квартале от дома Борка.

— Решил отведать рукотворного хлеба? — удивился Тит.

— Не дождёшься. Даже если мне отрежут язык, я заставлю тебя творить мне еду — но есть это… Это для Стирка. Не хочу, чтобы ты кормил его неподобающей едой, — с обычной для него ноткой сарказма ответил Ходер.

— Та-ак… А откуда у тебя деньги Среднего города? — заинтересовался Тит и тут же полез в свою сумку: у него-то они, понятно, водились, но Ходер считал общение с «низкими» людьми недостойным себя.

— Не рыскай — у тебя позаимствовал, — абсолютно нагло признался Ходер. — Знал ведь, что не дашь.

— А зачем тратить деньги Среднего города на еду, когда сотворить её ничего не стоит?

— Много чести для Стирка. И потом — сотворённая еда даёт человеку не только физические силы. Вообще, это запрещено.

— Ты такой законник… И как ты вообще можешь дружить со мной — не понимаю, — на этот раз съязвил Тит.

— Вот именно. Только из дружбы я до сих пор не рассказываю твоему отцу про твои дела.

— А что я такого делаю? Вот тебе помогаю искать сестру. Если б мой отец узнал, сидеть бы нам обоим под замком. Тебе с отцом повезло, в отличие от меня.

— Ну не знаю, Титорам Амбусто Тидра Ти: вам всё плохо — невеста красавица не для вас, великий отец — третий по статусу человек на земле, избранный глава Совета — вам не нравится… Эх, поменяться бы местами: вы — в семью тринадцатого советника, я — в семью третьего, да ещё и на дочери первого жениться. Красота!

— Да мне нравится твой отец. И мне всё равно — тринадцатый он или первый: он тебя понимает, с ним всегда интересно, он опытный творец, умеет держать себя в руках, как никто. Да, я восхищаюсь им и не отказался бы быть его сыном. Хотя, конечно, я люблю своего отца — но откровенности между нами никогда не было.

— Всё, пришли. Доставай ключи из сумки, — оборвал разговор Ходер у ворот лавки Борка на Нижнем рынке.

Тит быстро достал связку ключей, склонился к невзрачной двери — и через минуту они вошли в прохладное помещение сарая. Стирк сидел на старом ящике, ожидая их всё с той же смесью недоверия и скуки во взгляде. Ходер молча протянул ему свёрток с хлебом. Угощение приняли без слов, но по довольной, чуть удивлённой улыбке было ясно: жест оценен.

— У нас есть для тебя дело, — коротко произнёс Тит. — Поведёшь нас туда, где может скрываться Торшон. Сегодня мы должны его найти.

— А, как насчёт отпустить меня? Вы обещали — моя свобода в обмен на пацана.

— Ты не в том положении, чтобы торговаться. Будешь хорошо себя вести — так и быть, отпустим.

Стирк лениво размял плечи, испытующе глянул на друзей, словно оценивая свой выигрыш, и, наконец, махнул рукой на выход:

— Идём. Но если его и правда найдём, дальше с ним сами договаривайтесь — я своё отработал.

Втроём они вышли из сарая, прошли через внутренний дворик, прикрыв за собой ворота, растворились в суете рынка. Когда они добрались до дома Торшона, на пороге их встретил старик, взглянувший исподлобья поверх очков: чужаков, да ещё таких благородных, здесь не ждали.

Ходер ограничился скупым кивком; Тит, стараясь не напугать хозяев, коснулся груди — жест, означающий «я пришёл без дурных намерений».

— Мы ищем Торшона, — без предисловий, но довольно мягко сказал он.

Старик молча вглядывался в незваных гостей, словно решая — стоит ли говорить с ними начистоту. Секунды тянулись. Наконец, почёсывая красную шею и кряхтя, нехотя открыл дверь пошире.

— Проходите, — буркнул он, — только мальца всё равно нет. Два дня его нет — с тех пор как ушёл с утра пораньше, так и нет его. Наверное, с дружками своими где-то на свалке лазает.

Старик помолчал, будто о чём-то раздумывая, затем всё же продолжил:

— Но вы не первые сегодня пришли с расспросами. Побывал тут уже один — неприятный, нелюдимый… Судя по виду, с нижних свалок.

Он поджал губы и понизил голос:

— С утра пришёл, весь дом обыскал, меня за грудки тряс. Спрашивал, где Торшона искать.

Мать всё это время стояла за спиной деда, сжимая край фартука. Она с беспокойством оглядывала гостей, словно пыталась что-то спросить, но не решалась.

На прощание старик бросил ещё:

— Если увидите мальчишку раньше, чем его найдёт тот мерзавец, скажите — пусть домой пока не возвращается.

Он проводил гостей до двери, выжидательно посмотрел им вслед, будто надеялся услышать хоть какое-нибудь объяснение, но господа удалились не проронив ни слова. Информация о том, что Торшона ищет кто-то ещё, только усилила их тревогу.

***

Гронт Жваст, который внимательно наблюдал за утилизацией трупов во дворе лавки Борка, всегда мечтал о крупном деле. Обычно он бродяжничал по помойкам, гонял мальчишек, собирал дань с утилизаторов для незаконной фракции «Защитники потока» — так все называли мусорную мафию, которая держала в страхе не только свою касту, но и всех крестьян за границей свалок. Но на этот раз ему впервые доверили работу поважнее мелких поборов: организовать налёт на лавку Борка. Гронт вовсю распускал язык, намекая, что «верхние» сами затеяли новую серьёзную игру и скоро тут всё будет по-другому.

Теперь, когда всё пошло прахом — кто-то погиб, лавка Борка оказалась под надзором механических тварей, а сам Лок, противный мальчишка, мёртв, — Гронта сковывал холодный страх. Он знал: провал — худшее, что может случиться в их мире. Если наверху узнают, через кого идёт ниточка, не сносить ему головы — оборвут без раздумий. Хуже того, мальчишки могли рассказать о его болтовне, о названных высоких именах — если, конечно, они их запомнили, но кто знает. Стирк и Торшон, оставшиеся в живых, если дадут слабину на допросе или просто заговорят ради спасения… Всё, крышка.

Сразу после побега из кладовки Торшон не рискнул возвращаться домой, зная, что именно там его будут искать первым делом. Он направился к хахалю матери, Сорлиту, — в лачугу у старой стены, что нависала тенью над южной частью свалки, где торговали на барахольных развалах всем подряд. Ему показалось, что там он сможет на какое-то время затаиться.

Но едва переступив порог, он сразу почувствовал тревогу — атмосфера в доме была напряжённой, как бывает в тот миг, когда молния уже сверкнула, а гром ещё не прогремел. Сорлит стоял посреди комнаты с перекошенным лицом и, как-то неловко скрывая кисти рук перед собой, от кого-то невидимого, стал махать ими, как бы показывая: «Выметайся и поскорее». Через секунду за его спиной вырос Гронт — шкафообразный, с жёсткой мимикой и злым блеском в глазах.

— Ну, наконец-то, пацан. Долго ждал, — процедил он, выходя из тёмного угла комнаты.

В животе у Торшона ухнуло, по спине пробежал холодный пот. Он отступил назад в дверной проём и кинулся вон из лачуги, слыша за собой топот тяжёлых сапог. Гронт несся по барахолке, сшибая прохожих. Добежав до свалки, Торшон принялся петлять в мусорных завалах.

Он мчался по непролазным тропам, ловко ныряя между груд мусора и остатками абстрактных творений. Гронт не отставал, но и не приближался, кричал вдогонку, обещая поймать и «разделать как мусорного хряка».

Торшон почти выбился из сил, когда оказался у загородок, расставленных Крикунами. Недолго раздумывая, он нырнул за проволоку и скрылся в знакомой дыре, почти не заметной снизу — месте, где пару дней назад случайно увидел загадочную пленницу, которая до сих пор снилась ему в самых страшных снах. Сейчас же ему было всё равно — лишь бы не попасться Гронту.

Гронт тормознул, не рискнул лезть за ограду, тем более что потерял мальчишку из виду.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.