Пленник империи

Глава 7

Петухи за конюшнями заголосили, когда небо над крышами только-только начало сереть, причём заголосили паршиво, хрипло и не в лад, и под этот концерт я стоял, прилипнув щекой к щели в двери, и смотрел, как Влада сдаёт ключи.

Ратмира перегородила собой переход целиком. Влада сунула ей связку в протянутую ладонь, а та, вместо того чтобы спрятать, взялась пересчитывать, перекладывая ключи с пальца на палец, как бабка у кассы перебирает сдачу. Сосчитав, Ратмира объявила, что всё на месте, и велела сотнице выметаться, потому что обоз от Северных ворот тронется с первым ударом к заутрене, а кто опоздает, тот, по разумению государыни, ослушался приказа, и разговор с ним будет короткий.

— Я за всю службу ни разу не опоздала, начальница, — Влада даже бровью не повела. — Хоть у кого спроси.

Развернулась она резко, по-военному, через плечо, и на этом повороте её глаза на долю мгновения упёрлись прямо в мою щель, будто она всё время знала, что я тут торчу. Ничего особенного в её лице не было, одна злая решимость, сжатая в комок, но где-то под ней шевельнулось ещё что-то, и та ниточка, что тянулась от неё ко мне и сидела у меня под рёбрами, вдруг потеплела и в то же время натянулась так, что я невольно прижал ладонь к груди. А потом дверь грохнула у меня перед самым носом, чуть его не прищемив, и в замке со скрежетом провернулся ключ, повёрнутый уже тяжёлой равнодушной лапой Ратмиры.

Я прижался к двери и слушал, как стихают ее шаги. Уверенные, быстрые, с легким позвякиванием кольчуги. Потом их не стало.

Ратмира жила по колоколу. Дворцовая часовня отбивала часы, и с каждым ударом, едва затихал гул, в замке скрежетал ключ, дверь приоткрывалась на ладонь, и в щель заглядывал тяжелый равнодушный глаз. Осматривал горницу. Меня. Кровать, стол, окно. Ковер с соколиной охотой, и дверь закрывалась снова. Около полудня она вошла. Остановилась посреди горницы, уперла руки в бока и долго оглядывала все вокруг, неспешно поворачивая голову, как сова на ветке. Потом подошла к ковру. У меня пересохло во рту.

Ратмира взялась за край ковра, приподняла его, заглянула под низ. Я видел, как ее тяжелая челюсть двигается, будто она жевала что-то невидимое. За ковром была каменная кладка, серая, неровная, с потеками старой извести. Ни щели, ни проема. Лада, уходя прошлой ночью, закрыла ход так плотно, что даже я, зная, где он, не разглядел бы его.

- Ищешь мышей, начальница? - спросил я, стараясь, чтобы голос звучал лениво.

Ратмира опустила край ковра. Повернулась ко мне.

- Сотница Влада слышала мышей в стенах этой горницы, - проговорила она. - Так она доложила государыне утром, прежде чем сдать пост. Мол, всю ночь скреблись. Я хочу знать, откуда в государевых стенах мыши.

Я похолодел. Зачем Влада это доложила? Потом понял: она прикрывала сестру. Если кто-то слышал ночью шум, Ратмира должна была узнать о мышах от самой Влады, прежде чем от кого-то другого. Хитрый ход. Слишком хитрый для человека, который, по словам Лады, не умел врать.

- Я мышей не слышал, - ответил я. - Я спал как убитый после отваров Добронеги.

Ратмира смотрела на меня еще какое-то время. Потом развернулась и вышла, не проронив больше ни слова. Замок скрежетнул.

Я опустился на кровать и заметил, что у меня трясутся руки.

Лада появилась после вечернего колокола, сразу после того, как в замке в последний раз провернулся ключ. Ковер вздулся, откинулся, и она проскользнула в горницу - в темном плаще, с набитой холщовой сумой на плече, запыхавшаяся, с растрепанной косой.

- У нас до следующего удара совсем немного, - прошептала она, сбрасывая суму на кровать. - Ратмира смотрит в замочную щель на каждом ударе, как заведенная. Я проверяла весь день.

- Влада уехала, - проговорил я.

- Знаю. - Лада развязывала суму, и ее пальцы на узлах двигались быстро, резко. - И вернулась.

Я уставился на нее.

- Обоз остановился на первый привал у Сенного брода, - продолжала Лада, не поднимая головы. - Там ручей и березовая роща. Сестра пошла поить коня и не вернулась. Конь пришел к обозу сам. Весь в тине, с пустым седлом. Старшая обоза решит, что сотница утонула в броде. Там в прошлом году утонула вдова мельника, брод коварный. Пока будут искать тело, пока пошлют гонца в столицу… до утра у нас время есть. А может, и до полудня.

- Где она сейчас?

- Лезет по стене прачечной, если все идет как надо. Ключница впустит ее через бельевой ход. - Лада наконец вытряхнула содержимое сумы на покрывало. - А пока она лезет, смотри.

На покрывало посыпались вещи. Сверток темной грубой ткани - я развернул и увидел монашескую рясу, а под ней еще одну и еще, с глубокими капюшонами, с веревочными поясами. Тяжелый кожаный кошель, звякнувший монетой. Связка ключей. И свиток бумаги с печатью.

- Подорожная, - Лада развернула свиток. - Выписана на сестер Всесвятской обители, идущих на богомолье к мощам святой Евпраксии. Сестра Агния, сестра Феврония и сестра Меланья. Печать Думы настоящая. Я ее сама прикладывала, пока писчая бегала за свечами.

- Сестра Меланья - это, надо понимать, я?

- Ты, кто же еще. - Уголок ее рта дрогнул. - Монахинь никто не разглядывает. Смотреть им в лицо считается дурной приметой.

- А кошель зачем?

- Золото. Мое приданое, если хочешь знать. - Она отвела глаза. - Мать копила мне его на приданное. Не понадобилось. Пусть послужит делу.

Она произнесла это спокойно, почти равнодушно, но я почувствовал горечь, спрятанную под этим равнодушием глубоко-глубоко.

- А ключи откуда?

- От бельевого хода, от задней калитки в монастырском саду и от конюшни купчихи Горемычной, у которой в Заречье стоят наши кони. Она мне должна за внучку. - Лада сгребла ключи и сунула их в пояс. - С людьми и бумагами я управилась, золото тоже при нас. Нужен путь. Посольство к княгине Уваровой уходит послезавтра, и ждать его мы не можем. Значит, прачечная. Телега с бельем выезжает к реке перед рассветом, спрячемся под тюками, за Прачечными воротами слезем и…

- И нас возьмут у Прачечных ворот, - перебил я.

Лада подняла голову.

- Ты не знаешь, как там досматривают.

- Мне хватает знать, как ищут беглецов, - ответил я. - Ратмира к утру поднимет на ноги всю стражу. Она первым делом подумает о телегах с бельем да о винных бочках. Так бегут все, Лада. Так бежали во все времена, в каждой летописи, которую я читал. И во всех летописях их ловили именно на этом.

- У тебя есть план лучше?

- Найдется, - кивнул я.

За дверью, где-то далеко, ударил колокол. Лада метнулась к ковру, я рухнул на кровать и накрылся одеялом до самого подбородка, а рясы и кошель спихнул под себя. Ключ скрежетнул. Глаз заглянул. Лада стояла за ковром, вжавшись в камень, и я видел краешек ее плаща, торчавший из-под бахромы. Глаз задержался на кровати. На мне. Дверь закрылась. Я выдохнул. Лада выскользнула из-за ковра, бледная, и молча подобрала край плаща, который выдал бы ее, если бы Ратмира смотрела чуть ниже.

- Говори, - прошептала она. - Свой план.

Влада пришла через ход незадолго до полуночи. Она промокла насквозь: волосы прилипли ко лбу, чужая крестьянская рубаха из грубого льна липла к телу, холщовые штаны были закатаны до колен, босые ноги облеплены речным илом. От нее тянуло тиной и ночной рекой. Она ввалилась в горницу из-за ковра, тяжело дыша, и сразу привалилась к стене, запрокинув голову.

- Я жива, - выдохнула она, прежде чем кто-либо из нас успел открыть рот.

Лада сунула ей в руки сухую рубаху из своей сумы, и Влада переоделась не стесняясь. Я отвел взгляд. Скромность тут была ни при чем: я боялся, что если буду смотреть, то забуду, зачем мы здесь.

- Что Ратмира? - спросила Влада, натягивая рубаху через голову.

- Смотрит на каждом ударе, - ответила Лада.

- На следующий она не придет, - Влада мотнула мокрой головой. - Она в перерывах идет в караульную пить сбитень с медовыми пряниками. У нее пряники от кухарки, та ее тетка. А на полуночный удар она не посмотрит вовсе, потому что в полночь меняется стража на всех постах, и Ратмира лично обходит все посты по кругу. Весь дворец. От Соколиной до Речной башни и обратно. На это уходит времени больше, чем между двумя ударами. Я сама так обходила, когда была ее помощницей. Это единственное окно, когда здесь никого.

- Значит, уходим в полночь, - проговорила Лада.

- Да. - Влада кивнула. - А выходить станем через прачечную? Ключница меня впустила, она и выпустит, если ей заплатить.

- В прачечной нас и возьмут, - возразил я. - Я уже говорил. Ратмира первым делом бросится проверять телеги. Нам нужен путь, о котором она не подумает. Лада, где брали камень для стен Златоглава?

Лада нахмурилась.

- В Белых каменоломнях, у Святой горки. Под старым монастырем. Их давно засыпали, еще при прабабке нынешней государыни. Там теперь склепы и кладбище обители.

- Входы, может, и завалили, - поправил я. - Каменоломни никогда не засыпают целиком, это невозможно, там целые подземные города. Я читал про такие. Под столицами, которые строились из местного камня, всегда остаются ходы. Старые штольни, выработки, пустоты. И если монастырь стоит над каменоломнями, у монахинь внизу склепы. А склепы, как правило, соединены с выработками. Сестрам нужно было хоронить своих, и вырубать новые склепы в скале дорого, проще приспособить готовые пустоты.

Влада смотрела на меня, приоткрыв рот.

- Катакомбы Святой горки, - выдохнула она. - Контрабандистки через них возят соль в обход пошлины. Мы ловили их, когда я была в городской страже. Они выходят вот сюда. К обрыву над рекой, ниже Речных ворот. Там заросли ивняка и лодочный причал рыбачек.

- Вот именно, - кивнул я. - Ратмира станет искать нас у ворот, на дорогах, в телегах. А мы выйдем там, где никаких ворот нет.

- Ты безумен, - проговорила Лада негромко. - Катакомбы - это лабиринт. Контрабандистки знают там каждый поворот, а мы заблудимся и умрем в темноте среди мертвых монахинь.

- Мы пойдем по воде, - ответил я. - В каменоломнях всегда есть вода. Она стекает вниз, к реке. Если идти куда течет вода, выйдешь к реке. Так выходили из пещер во все времена.

Влада издала короткий нервный смешок.

- Хорошо, - тяжело проговорила она. - Допустим. Мы вышли к реке. Дальше? Ратмира к утру пошлет отряды во все стороны. На север - первым делом. Ты же северянин. Все будут думать, что ты бежишь домой, в свои леса.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.