«Не знаю, видели ли Вы недавно вышедшую работу Православлева о геологии Б. Богдо. Там я впервые прочел о залегании барита в Б. Богдо. Представьте себе, какое я должен был испытать удовольствие, когда я прочел, что Православлев, описывая разрез, где находился барит, специально по отношению к этому разрезу останавливается на эоловых явлениях, на различных действиях ветра, выдуваний породы ветром и т. д. Я даже думаю в своем „Abreissungsfiguren“ сделать сноску на это описание эоловых явлений.»
Понятие «эоловые» используется для описания процессов, явлений и форм рельефа, связанных с деятельностью ветра. Очевидным примером являются песчаные барханы в пустынях, хотя эоловые процессы могут идти в речных долинах и других местах. Гора Богдо образована слоями известняка, пестрых глин и песчаников, в которых ветер выдувает загадочные каменистые соты.
В апреле 1903 г. П. А. Православлев сделал еще два доклада: «О происхождении и возрасте соляной залежи в Баскунчакском озере» и «О современных условиях питания Баскунчакского озера солью».[165 - Протокол от 26 апреля (9 мая) 1903 г. // Труды и протоколы заседаний Общества естествоиспытателей при Императорском Варшавском университете. Отделение биологии: Год XIV (1903). Варшава, 1905.]
Как обычно, летом Павел Александрович продолжил изыскания в Астраханской области. На этот раз ехал искать раковины Cardium edule у с. Верхне-Ахтубинское, г. Каменный Яр, с. Владимировка, с. Николаевка и с. Болхуны, но Cardium edule в разрезах не оказалось. Молодой Православлев поставил под сомнение и опроверг свидетельства академика Эйхвальда и профессора Мушкетова, которые утверждали, что Cardium edule там есть.[166 - Православлев П. А. Имеются ли Cardium edule L. в нижневолжских каспийских отложениях // Труды и протоколы заседаний Общества естествоиспытателей при Императорском Варшавском университете. Отделение биологии: Год XV (1904). Варшава, 1905. Протокол №1.]
В вагоне третьего класса
В июле 1903 г. Павел Православлев отправился в свою первую заграничную поездку – в Вену на IX Международный геологический конгресс. Как и конгресс в Санкт-Петербурге 1897 г., венский конгресс помимо заседаний с докладами предлагал участникам обширную экскурсионную программу.
Некоторые геологические экскурсии проходили до начала конгресса, другие же – по завершении. Кроме того, заседания чередовались с короткими однодневными экскурсиями в окрестности Вены. Путеводитель общим объемом более тысячи страниц состоял из отдельных брошюр для каждой такой поездки. Геологическое строение территорий бывшей Австрийской Монархии чрезвычайно разнообразно, поэтому и экскурсии были самыми разными: палеозойские отложения Богемии, Остравско-Карвинский каменноугольный бассейн, отложения Альпийского триаса, ледник Карлсайсфельд и пр.[167 - Толмачев И. Девятый Международный геологический конгресс в Вене в 1903 г. // Журнал министерства народного просвещения. Седьмое десятилетие. Часть CCCLIV. 1904, июль.]
Карта Австрии с маршрутами геологических экскурсий
На конгресс записалось 664 участника из 29 стран, из которых лично присутствовали 393 человека.[168 - Klemun M. Science and Prestige: The 9th International Geological Congress, Vienna (1903).] Православлев приехал на мероприятие вместе со своим научным руководителем Амалицким и товарищем по Варшавскому геологическому кабинету Скринниковым. Профессор Андрусов не приехал, но его доклад о классификации южнорусского неогена был зачитан на одном из заседаний.
Участники Международного геологического конгресса в Вене, 1903 г.
Накануне официального открытия конференции, 6 (19) августа 1903 г., для участников был организован прием в ресторане «Volksgarten», недалеко от замка императора.[169 - Klemun M. Science and Prestige: The 9th International Geological Congress, Vienna (1903).]
Ресторан «Volksgarten»
Официальное открытие началось в 11:30 утра 7 (20) августа в большом актовом зале Венского университета. Почетное председательство на конгрессе принял эрцгерцог Райнер, приветственной речью которого и открылось торжественное собрание. Далее свидетельствовали свое почтение министр образования, ректор университета и представитель города. Весь конгресс был посвящен трем основным темам: (1) природе кристаллических сланцев, (2) тектоническим покровам или, иначе, шарьяжам[170 - Шарьяж – горизонтальный или пологий надвиг с перемещением масс в виде покрова на расстояния, достигающие нескольких десятков или, возможно, даже первых сот км по волнистой поверхности надвига.], и (3) геологии Балканского полуострова и стран Востока.[171 - Толмачев И. Девятый Международный геологический конгресс в Вене в 1903 г. // Журнал министерства народного просвещения. Седьмое десятилетие. Ч. CCCLIV. 1904, июль. С. 33.]
В последний день конгресса, 14 (27) августа 1903 г., у всех участников была возможность ознакомиться с одной из крупнейших в мире коллекций метеоритов в Императорском музее естественной истории.[172 - Klemun M. Science and Prestige: The 9th International Geological Congress, Vienna (1903).]
Участники должны были самостоятельно или за счет командирующих организаций нести все расходы по посещению конгресса. Регистрационный взнос составлял 20 крон (=5 рублей), также нужно было оплатить дорогу и проживание. Экскурсии оплачивались отдельно. В программе была указана примерная стоимость каждой поездки, и расходы на некоторые достигали 200 крон (=50 рублей). Иннокентий Павлович Толмачев сетовал, что правительство не предоставило никаких скидок на проезд в поездах, поэтому геологам приходилось путешествовать в самых дешевых вагонах третьего класса, чтобы хоть как-то сэкономить.[173 - Толмачев И. Девятый Международный геологический конгресс в Вене в 1903 г. // Журнал министерства народного просвещения. Седьмое десятилетие. Часть CCCLIV. 1904, июль. С. 33.]
Православлев и Скринников просили Варшавский университет выдать им по 150 руб. командировочных.[174 - Протокол №3 от 20 марта 1903 г. // Варшавские университетские известия. 1905. VI. С. 20.] Совет снизил эту сумму до 115 руб., которая и была одобрена попечителем.[175 - Варшавские университетские известия. 1905. VI. С. 31.]
Университет выделил дополнительные средства еще на одну командировку. С 10 (23) ноября 1903 г. по 7 (20) января 1904 г. Павел Александрович находился на стажировке у профессора Андрусова в геологическом музее Юрьевского университета (сейчас это Тартуский университет в Эстонии).[176 - Варшавские университетские известия. 1907. I – II. С. 72; 1908. I. C. 3. В отчете за 1904 г. указано, что он был в Юрьеве до сентября, но это, по всей видимости, опечатка, т.к. 30 января (12 февраля) 1904 г. он делал доклад на заседании Варшавского общества естествоиспытателей. См.: Варшавские университетские известия. 1904. VI. С. 17.] Их научные интересы, касающиеся изучения каспийских отложений, были близки – Православлев получил возможность ознакомиться с геологическими коллекциями старшего коллеги.
Ледниковый период в Польше
За годы существования Варшавского общества естествоиспытателей большая часть докладов на секции биологии не имела никакого отношения к исследованиям в Польше, и его члены все серьезнее ощущали недостаток такого рода изысканий, в том числе и по геологии Царства Польского. Павел Александрович Православлев выступил с инициативой изучения ледниковых и позднейших аллювиальных образований северной Польши.[177 - Варшавские университетские известия. 1905. IX. С. 46.] Общество, в свою очередь, выделило ему пособие, а также двух студентов старших курсов, Неофита Степановича Ватича и Константина Ивановича Бельского.
Летом 1904 г. они спустились на лодке по р. Висле от Варшавы до Нешавы, далее по суше добрались до Липно, где осмотрели Меньский речной бассейн и озера. Позже отправились в Ломжинскую губернию для исследований бассейнов рек Нарева и Западного Буга.[178 - Православлев П. А. К изучению ледниковых образований северной части Царства Польского // Труды и протоколы заседаний Общества естествоиспытателей при Императорском Варшавском университете. Отделение биологии: Год XV (1904). Варшава, 1905.]
Вал у деревни Радзиково
Конкреции из серого валунного песка по правому побережью р. Вислы, за Плоцком
Карманы слоистых песков на правом берегу р. Вислы
Буроугольные третичные пески, смятые в складку ледником у Добжина
Конечно-моренная холмистая гряда у дер. Старая Лупянка
Геологические поездки были, как правило, дорогостоящими, и поиск финансирования отнимал у Православлева немало усилий. Варшавское общество естествоиспытателей не могло предоставить средства всем желающим. Денег, которые были выделены для исследований в северной Польше, коллективу из трех человек катастрофически не хватало. Пришлось сократить запланированный объем работ. Часть расходов взял на себя геологический кабинет Варшавского политехнического института, где в то время работал деканом горного отделения В. П. Амалицкий.[179 - Православлев П. А. К изучению ледниковых образований северной части Царства Польского // Труды и протоколы заседаний Общества естествоиспытателей при Императорском Варшавском университете. Отделение биологии: Год XV (1904). Варшава, 1905. С. 95.]
Опубликованный под названием «К изучению ледниковых образований северной части Царства Польского»[180 - Православлев П. А. К изучению ледниковых образований северной части Царства Польского // Труды и протоколы заседаний Общества естествоиспытателей при Императорском Варшавском университете. Отделение биологии: Год XV (1904). Варшава, 1905.] материал стал основной работой, доказывающей, что на той территории присутствуют следы лишь двух оледенений. Позднее появились многочисленные работы польских геологов, которые присоединились к мнению П. А. Православлева и определили возраст оледенений как рисский и вюрмский.[181 - Жирмунский А. М. К вопросу о границах оледенений на русской равнине // Бюллетень комиссии по изучению четвертичного периода. 1929. №1. С.24.]
Несмотря на свою занятость исследованиями в Польше, в 1904 г. Павел Александрович ездил ненадолго в Астрахань, и оттуда в при-Ергенинскую степь. Вместе с хранителем Астраханского Петровского музея проследовал от Астрахани до с. Тундутова и собрал коллекцию образцов пород волжских обнажений для музея.[182 - Ежегодник Астраханского Петровского музея. Отчеты за 1891—1900 и 1901—1905 гг. Астрахань, 1908.] Дальше П. А. Православлев повернул на с. Аксай. Он хотел проследить характер геологических образований вдоль полосы так называемых Сарпинских озер. Длинная ложбина, протянувшаяся от р. Сарпы вплоть до берегов Каспия, рельефно выделялась на гипсометрических картах того времени.[183 - Православлев П. А. Материалы к познанию нижневолжских каспийских отложений. Часть I. Астраханское Заволжье. Варшава: тип. Варшав. учеб. округа, 1908. С. 268.]
«За особые труды» в ноябре 1904 г. П. А. Православлеву были выданы 300 руб. (в дополнение к зарплате 400 руб.) из специальных средств университета.[184 - Варшавские университетские известия. 1908. I. С. 34; 1908. IV. С. 52, 78.]
За закрытыми дверьми
После Петербургского «кровавого воскресенья» в Варшаве начались беспорядки и многочисленные стачки. Помимо решения аграрного вопроса, улучшения материального положения пролетариата и предоставления крестьянам и рабочим политических прав, в Польше остро стоял национальный вопрос – студенты и школьники старших классов требовали преподавания на польском языке.
Сразу после начала беспорядков в январе 1905 г. на экстренном заседании Совета решили направить запрос в Министерство народного просвещения с просьбой рассмотреть ситуацию. Министерство, в свою очередь, распорядилось университет закрыть, а всех студентов считать отчисленными.[185 - Нелихов А. А. Изобретатель парейазавров: Палеонтолог В. П. Амалицкий и его галерея. Из-во «ФИТОН ХХI», 2020.] Занятия, в том числе семинары в палеонтологическом кабинете, были отменены. Находиться на улицах русским было небезопасно.
Павел Александрович, как и другие лаборанты, решил воспользоваться ситуацией и просил командировать его за границу.[186 - Варшавские университетские известия. 1905. IX. С. 18.] При помощи Амалицкого получил пособие в размере 125 руб.[187 - Государственный архив в Варшаве. Ф. 214. Д. 24. Л. 218.] За лето П. Православлев успел и поработать, и посмотреть Германию с Австрией. В Берлине его встретил Евгений Спекторский, который водил его по городу. Спекторский хорошо запомнил эпизод с походом в универсальный магазин Вертгейма:[188 - Спекторский Е. А. Воспоминания / Новейшая российская история: исследования и документы. Т. 13. Рязань, 2020. С. 141.]
«У него [Православлева] глаза разбежались на все стороны, и он начал покупать все без разбора. Пришлось остановить его, напомнивши, что в магазине имеется товар на десятки миллионов марок.»
Вместе со Спекторским Павел Александрович был в Северном Тироле, в горной деревне Умхаузен. Там они провели неделю и после не доведенного до конца восхождения на гору Фундусфейлер расстались.
П. А. Православлев в Альпах
Православлев отправился в Вену для работы в музее естествознания.[189 - Спекторский Е. А. Воспоминания / Новейшая российская история: исследования и документы. Т. 13. Рязань, 2020. С. 135, 141.] В Вене он смог завести полезные знакомства и наладить контакты – в последующие годы посылал копии своих работ в библиотеку геолого-палеонтологического отдела.[190 - См., например, в отчете музея за 1908 г.: Steindachner, Franz. «Jahresbericht F?r 1908.» Annalen Des Naturhistorischen Museums in Wien. Vol. 23. No. 3/4. 1909. P. 39.]
В сентябре руководство университета надеялось, что беспорядки скоро закончатся, и все вернется на свои места. Но ситуация ухудшалась. 11 (24) октября 1905 г. на В. П. Амалицкого было совершено нападение.[191 - Нелихов А. А. Изобретатель парейазавров: Палеонтолог В. П. Амалицкий и его галерея. Из-во «ФИТОН ХХI», 2020.]
«Когда профессор около 10 часов утра шёл из дома в политехнический институт, на улице Шопена против Швейцарской Долины он неожиданно почувствовал удар палкою по голове и тотчас же был окружён 5—6 молодыми людьми, которые стали бить профессора палками, сбили его с ног и затем отошли в сторону, но когда В. П. Амалицкий встал, двое из них вернулись, нанесли ещё несколько ударов палками по голове, и затем все нападавшие скрылись. Эту сцену наблюдали некоторые зрители из подворотен и из окон домов, но никто из них не оказал пострадавшему никакой помощи. Шляпа профессора исчезла, очевидно, унесённая злоумышленниками. Профессор сам доехал на извозчике домой весь окровавленный. Как оказалось по исследовании, В. П. Амалицкому нанесена серьёзная рана на голове, проникающая до кости, и такая же рана на пальцах левой руки; кроме того, наблюдается большой кровоподтёк на правой руке. Помощь пострадавшему оказана проф. М. М. Кузнецовым. Профессор Амалицкий нервно потрясён и ему предписан полный покой.»
Нападение, скорее всего, не случайно: Амалицкий яро поддерживал преподавание на русском, а это было красной тряпкой для недовольных польских студентов. Некоторые шутили, что польские националисты, по совету писателя Сенкевича, решили избивать профессоров в алфавитном порядке.[192 - Спекторский Е. А. Воспоминания / Новейшая российская история: исследования и документы. Т. 13. Рязань, 2020. С. 91.]
Павел Александрович продолжал заниматься в палеонтологическом кабинете, изучая ледниковые образования Царства Польского и ископаемую фауну нижневолжских каспийских отложений. Кроме того, он руководил работой своих студентов Ватича и Бельского, получивших специальное разрешение на продолжение занятий; они разбирали и систематизировали коллекции образцов ледниковых образований Плоцкой и Ломжинской губерний и штудировали специальную литературу.[193 - Варшавские университетские известия. 1906.V – VI. С. 28.]
Обстановка в Польше не улучшалась, и Павел Православлев решил воспользоваться шансом.
Два года в Европе
В этот раз Павел Александрович просил отправить его за границу на два года. Распоряжением Министерства народного просвещения от 21 января (3 февраля) 1906 г. «с Высочайшего соизволения» магистрант Православлев был командирован с научной целью за границу с 1 (15) января 1906 г. При этом министр назначил ему содержание в размере 1 000 руб. в год.[194 - Распоряжение министерства научного просвещения №1512 от 21 января 1906 г. «О заграничной командировке Православлева с ученой целью» // Циркуляр по Варшавскому Учебному Округу. 1906. №2—3. С. 84.] Организация поездки заняла какое-то время, выехал он из Варшавы только в марте месяце.[195 - Варшавские университетские известия. 1907. III – IV. С. 28.]
Распоряжение Министерства народного просвещения от 21 января 1906 г.
К сожалению, сведения о его приключениях сохранились скудные.
Во вступительном слове к своей магистерской диссертации П. А. Православлев делает замечание о том, что:[196 - Православлев П. А. Материалы к познанию нижневолжских каспийских отложений. Часть I. Астраханское Заволжье. Варшава: тип. Варшав. учеб. округа, 1908.]
«предлагаемые „Материалы“ были начаты печатанием еще в 1905 г. События этого года повели к временной приостановке Варшавского Университета, и автор получил научную командировку за границу на два года. С этого момента печатание „Материалов“ по необходимости замедлилось: корректуры высылались по меняющимся адресам, изготовление нужных рисунков вызывало длительную переписку и пр. Лишь по возвращении из заграницы, автору удалось несколько ускорить печатание книги.»
В автобиографии в 1937 г. Павел Александрович кратко указал, что:[197 - ГАРФ. Ф. Р4737. Оп. 2. Д. 1842.]
«в 1906—1908 гг. находился в научной заграничной командировке и занимался при геологических учреждениях в Германии, Австрии, Швейцарии и Франции.»