Артефакт (не) на любовь

Выключив воду, вытираюсь и просушиваю волосы артефактом. Выходить не хочется, но надо – предел терпения подруги за это время я узнала довольно хорошо. Через пять минут она придет барабанить в дверь ванной и спрашивать, не утонула ли я, хотя даже через закрытую дверь слышно, что нет.

За время моего отсутствия спальня успела преобразиться – шторы раздвинуты, кровать заправлена, а горка одежды с кресла чудесным образом испарилась. Сама же подруга успела отыскать светло-серое шелковое платье, которое мы с ней купили в прошлый раз во время похода по магазинам. За все время я его ни разу не надела и уже успела забыть, что оно у меня вообще есть.

- Садись, - Мари указывает на край кровати напротив окна, рядом с разложенными баночками.

Выполняю указание и отдаюсь в умелые руки подруги. Она втирает в мою кожу какие-то вкусно пахнущие средства массирующими движениями и ворчит, что я опять умудрилась довести свою кожу до критического состояния, и пора бы мне начать ухаживать за собой более тщательно. Вздыхаю – каждый раз одно и то же. Но сама процедура мне нравится – у нее мягкие теплые пальцы, в отличие от моих холодных и мозолистых. Впрочем, до рук она так же добирается и через десяток минут ее усилий огрубевшая кожа сдается. Как всегда, не спешу ее расстраивать тем, что этот эффект продержится не дольше недели.

- Нужно будет как-нибудь сходить вместе в салон красоты, - произносит подруга.

Я как обычно соглашаюсь. Традиция у нас такая – у нее звать, а у меня не находить на это времени.

Очередь доходит до волос – она их тщательно расчесывает и сооружает прическу. Облегченно выдыхаю – на этот раз без шпилек.

Внезапно раздается дверной звонок. Закатываю глаза – надо же какой странный день! За сегодня я слышала этот звук чаще, чем за прошлые две недели.

Подруга просит подождать и не шевелиться, а сама стремительно выходит из комнаты. Пытаюсь прислушаться, но удается разобрать только то, что у моей двери некто мужского пола. Затем голоса стихают, Мари, судя по звукам, заходит на кухню, а после возвращается ко мне.

- Кто это был? – интересуюсь я.

- Курьер. Не отпускать же тебя на свидание голодной!

- А почему бы и нет? Я же в ресторан иду – обычно в таких местах можно заказать еду.

- Да знаю я, - отмахивается подруга. – Но так же знаю, как именно ты выглядишь во время еды.

Обиженно надуваюсь:

- И как это я выгляжу?

- Слишком милой, - выруливает с кривой дорожки подруга. – Просто я беспокоюсь, что ваш заказ будут долго нести и тебе придется поголодать.

Усмехаюсь:

- Ладно. Уговорила.

После того, как прическа готова, отправляюсь на кухню. Сегодня у нас каша с тушеным мясом. Выглядит не очень, зато вкус изумительный – каша рассыпчатая и нежная, мясо мягкое и легко разделяется на волокна. А соус! Сливочно-грибной со свежей зеленью. Сама не замечаю, как еда на тарелке заканчивается. Даже остатки соуса собираю кусочком хлеба.

После сытного обеда наваливается сонливость, и желание куда-то идти пропадает совершенно. Вернее пропало бы, если бы было раньше.

Подруга доедает свою порцию и улыбается:

- Продержись, пожалуйста, хотя бы пять минут.

- А что будет потом? – без энтузиазма спрашиваю я.

- А потом я тебе приготовлю кофе. Сама варить буду.

Это меня приободряет – готовит что-либо Мари крайне редко, зато выходит невероятно вкусно. Не подводит подруга и на этот раз – стоит ей засыпать зерна и специи, кухня наполняется ароматом корицы.

Ее кофе на вкус чуть сладковатый, немного горьковатый и очень крепкий. Пытаюсь вспомнить, когда последний раз пила что-то настолько вкусное, и у меня не получается. Вот как она это делает? Я множество раз пыталась повторить, но все равно получается и вполовину не так хорошо. Пожалуй, кофе стоил всех утренних мучений.

Переодеваюсь в платье и иду к зеркалу. Под взглядом подруги всматриваюсь в свое отражение и честно признаю:

- Ты волшебница! Такая красота стоила всех потраченных на нее усилий. Я теперь похожа на настоящую леди!

Мари удовлетворенно улыбается и ворчит:

- Согревающий артефакт не забудь. Тебе пора выходить. Заказанный экипаж уже должен с минуты на минуту подъехать.

Надеваю теплое пальто, купленное для торжественных случаев, и эльфийские сапожки, которые, несмотря на небольшой каблук и с виду тонкую ткань, теплые и удобные.

Прощаюсь с Мари и отправляюсь на встречу.

***

В этом ресторане мне бывать еще не доводилось, но расположился он в старинном особняке респектабельного квартала, что мне уже нравится.

У входа приветствует швейцар и распахивает передо мной дверь, отчего начинаю чувствовать себя важной фигурой. В богато отделанном позолотой и мрамором холле отдаю верхнюю одежду улыбчивой прислужнице и иду в следующее помещение.

Дворецкий с поклоном просит меня представиться, а затем проводит к столику у стены, отделенному растениями в кадке от соседних.

Искусная роспись стен и потолка действительно создает ощущение, будто вокруг раскинулся фруктовый сад. Остается надеяться, что в меню не только растительная пища.

За столиком ожидает мужчина лет на десять меня старше. Он вскакивает со своего места и спрашивает:

- Ара Хло Эвертон?

- Да.

- Рад вас приветствовать! Позвольте представиться, я Энрой Драмер.

- Здравствуйте. Очень приятно, - вру я.

Ничего не имею против мужчин с пузиками, пока они не метят в мои мужья. Для романтических отношений я бы выбрала кого-то, кто больше следит за своей фигурой.

Да и украшений на Энрое, на мой взгляд, чересчур много. И ладно бы артефактов, но почти все - обычные блестящие безделушки. Из восьми колец только в одном пространственный карман. Кулон на шее защитный, а вот серьги, запонки, брошь и браслеты – только для красоты и чтобы показать богатство владельца.

Зализанные волосы мне не нравятся тоже, так же как и взгляд, брошенный в мое декольте. Но я решаю все-таки сделать над собой усилие и постараться дать ему второй шанс. Возможно, его тоже кто-то собирал на свидание, а в обычной жизни он выглядит нормально. А взгляд на мою фигуру… бестактно, но не более.

- Я взял на себя смелость сделать заказ, - сообщает потенциальный жених. – Вы же не возражаете?

- Нет, - вежливо отвечаю я.

А толку теперь возражать? Повара наверняка начали готовить, и не хочется, чтобы продукты пропали зря. Но как он мог принять решение за меня? А вдруг бы у меня оказалась аллергия на что-то, или я какие-то продукты не люблю? Вдруг я на диете? Или хочу съесть что-то конкретное? Может он боится, что я закажу что-то дорогое? Ладно. Посмотрю, что будет дальше, но надежда на то, что познакомлюсь с интересным человеком, стремительно испаряется.

Выпиваю воду, предварительно проверив ее на наличие ядов – стакан был принесен до моего прихода, и рисковать не хочется. Моя предосторожность оказывается напрасной, но то, что у меня есть подсознательное недоверие к этому мужчине, мысленно отмечаю.

Закуски нам приносят, как только я ставлю стакан на стол, и официантка при этом пафосно произносит:

- Тарталетки из пшеничной муки с приготовленными на пару креветками, лимонным соусом и мятой.

Название мне нравится, а вот порция… одна тарталетка три на три сантиметра - это явно маловато, чтобы заморить червячка. Мысленно благодарю подругу, которая заставила меня плотно пообедать.

Стоит мне взять тарталетку, Энрой произносит:

- Мы с вами уже немолоды, так что позвольте перейти к сути.

Начало мне не нравится даже не потому, что невежливо указывать даме на ее возраст, а из-за неправильности его утверждения: для мага сорок два - это вообще не возраст.

- Вы не замужем, я не женат. И я сразу хочу прояснить ситуацию, - продолжает он.

Прожевываю закуску, довольно вкусную, к слову, и киваю.

- Я занимаюсь инвестициями, - гордо произносит он. – По-простому – вкладываю деньги в различные предприятия.

Я выгляжу как человек, который не знает такого слова? Мило.

- В прииски золота и алмазов; открытие магазинов, кафе и харчевен в разных уголках нашего королевства; производство сладостей…

Пока он хвастается своим богатством и рассказывает, как у него все это успешно, я успеваю отведать «куриный паштет в мандариновой глазури» и «печенье из фуа-гра, покрытое ровным слоем нежных желтых сфер из кукурузного пюре». От меня требуется только кивать и вставлять реплики вроде «да неужели!», так что остается достаточно времени, чтобы погрустить – блюда, которые подают в этом ресторане, безусловно, вкусные, но распробовать их из-за крохотного размера порции не получается.

Когда нам приносят «картошку, приготовленную в земле, в которой она росла», выглядящую как обычная запеченная картофелина среднего размера, политая соусом, Энрой переходит к новой теме:

- У меня есть большой дом в центре, где я живу большую часть года, а так же поместье возле Олужского озера, в котором я люблю проводить лето. Мне нужна женщина, которая стала бы не только госпожой моего сердца, но и хозяйкой в доме, а так же родила бы мне наследников. Дочерям я тоже, безусловно, буду рад, но все-таки хотелось бы хотя бы одного сына.

Решаю уточнить:

- А если ваша жена захочет работать?

- Что вы! – возмущенно восклицает Энрой. – У меня достаточно денег, чтобы прокормить свою семью. Мне не хочется, чтобы моя жена утруждала себя вопросом зарабатывания денег. Безусловно, я буду выделять ей некоторую сумму ежемесячно на ведение хозяйства.

Если перевести его слова, он хочет чтобы жена полностью посвятила себе семье, постоянно рожала, но при этом не требовала денег на наряды и прочие дамские радости. Удобно. Я бы от такой жены тоже не отказалась.

Тем временем нам приносят крохотную порцию каши на сметане с сушеным оленьим сердцем и сливовым уксусом, и мои мысли соскальзывают на то, насколько же лучше быть не женщиной, а мужчиной – сделал ребенка и можешь заниматься своими делами, не переживая о том, что у тебя растет живот, меняется вес, кто-то пинается изнутри. А если токсикоз? Кроме того, у Мари на поздних сроках еще добавлялась изжога и постоянные позывы в туалет. Можно ли во время беременности продолжать работать? Сложный вопрос. Потом же еще нужно какое-то время кормить ребенка грудным молоком, да и они же рождаются совсем беспомощными – ни ходить, ни говорить не умеют. Не думаю, что такой муж, как Энрой будет помогать. Получается, нужны либо бабушки, либо няни. Учитывая то, что на мою мать полагаться не следует – не думаю, что она откажется от светских мероприятий, ради того, чтобы сидеть с внуком или внучкой - остается вариант няни, но он мне не особенно нравится – все-таки чужой человек и неизвестно, как будет относиться к малышу. Любить, как своего, точно не сможет.

От раздумий меня отвлекает официантка, которая приносит филе хека с соусом из масла с бульоном от мидий, свежей петрушкой, петрушечным маслом и икрой. Ровно на три укуса.

Энрой разглагольствует о семейных ролях и о том, что жена не должна быть ревнивой. Я перевожу это как «я буду тебе изменять, но ты не должна обращать на это внимание».

Неужели действительно существуют такие женщины, как та, которую он хочет? Моя матушка хоть и посвятила себя семье, но полностью контролирует не только быт отца, но и финансы. Она бы ни за что не позволила себе изменять. Ее хобби можно назвать светскую жизнь и посещение различного рода мероприятий, а так же следование последним модным тенденциям. Удачно, что отец прилично зарабатывает. Мне такая жизнь наскучила бы уже через сутки, но я теоретически могу понять мать. А вот если бы мне пришлось постоянно рожать, заботиться о доме, считать каждую копейку и прощать измены мужа – такое я представить не могу. Это насколько ужасной должна быть альтернатива, чтобы на такое согласиться?

На десерт нам приносят малиновую икру с клубничной пеной и карамелью. Как и все остальные блюда – вкусно, но слишком маленькая порция. В качестве перекуса такой обед очень неплох, но вот если бы я была голодна…

Энрой задает какой-то вопрос и выжидательно на меня смотрит. Поскольку я его совсем не слушала, приходится переспросить:

- Что, простите?

- Вас устроит, если свадьба будет в середине весны?

- Нет! - категорически произношу я.

- Но я же вам объяснил, почему это время лучше всего подходит для свадьбы! – с досадой качает головой мужчина.

- Я не собираюсь за вас замуж.

- Но почему? – удивленно спрашивает он.

- Вы мне не подходите в качестве мужа. Я ищу тихого спокойного мужчину, который сможет взять на себя все домашние обязанности, пока я буду зарабатывать деньги. Вы умеете готовить? – уточняю я.

- Нет, - растерянно отвечает он.

- Готовить не умеете, не маг, часто ездите по делам, а значит, не сможете присматривать за ребенком. Мне это совсем не подходит. Была рада с вами познакомиться, всего доброго.

Встаю из-за стола и, пока он ошалело хлопает глазами, быстренько выхожу из зала, надеваю верхнюю одежду и покидаю ресторан.

Свободных экипажей поблизости не обнаруживается, поэтому решаю прогуляться пешком, тем более что вечером нет ветра, и не так уж и холодно.

Через какое-то время по своему обыкновению погружаюсь в мысли, отключаясь от внешнего мира, поэтому становится полной неожиданностью, когда меня окружают три пьяных мужика, и один из них произносит:

- Какая красавица и одна! Пошли с нами – повеселимся!

Я слышала о подобных ситуациях раньше, но бывать в них мне еще не доводилось. Первая мысль о том, что Мари и правда сегодня хорошо потрудилась, раз этот тип считает меня красавицей. Что и говорить – подобное в свой адрес я слышу крайне редко.

Что делать? Они меня просто приглашают посидеть и поболтать, или у них пошлые намерения?

Мои размышления прерывает тот же мужик:

- Да не ломайся ты! Скрась нам вечерок. С тебя не убудет!

Ход его мыслей мне не нравится. Защитный артефакт при мне, так что никакого вреда они причинить не смогут. Да и атакующий артефакт я прихватить не забыла. Может их молнией стукнуть? Или рано и это превысит уровень необходимой самообороны?

В этот момент рядом со мной появляется Харт, берет за руку и спрашивает:

- Хло, ты в порядке? Почему меня не подождала?

- Ммм… прости?

- Эти типы к тебе пристают?

- Что вы, - идет на попятную мужчина, преградивший мне путь. – Мы просто интересовались, не составит ли она нам компанию. Но, как я вижу, у нее уже есть планы. Пойдемте, парни!

Дождавшись, пока мы останемся вдвоем, Харт разворачивает меня к себе и вздыхает:

- Для меня остается загадкой, как ты умудрилась дожить до своего возраста. Почему не взяла экипаж?

Пожимаю плечами:

- У ресторана свободных не было. Не хотела там стоять, вот и решила немного пройтись пешком. Уверяю тебя – мне ничего не грозило. На мне хороший защитный артефакт. А если бы они начали доставлять мне чрезмерные неудобства, могла бы стукнуть их молнией.

Мужчина качает головой и берет меня за руку:

- Ты домой?

- Как раз думала над тем, чтобы зайти в харчевню.

- Ты же была в ресторане!

- Следил за мной?

- Нет, - поспешно открещивается от подозрений Харт. – Случайно увидел, как ты оттуда вышла. Уже собирался окликнуть, как к тебе подошли эти пьянчуги.

- В этом модном ресторане подавали слишком крохотные порции, чтобы можно было считать это полноценным приемом пищи. А дома у меня, как обычно, пустой стазисный шкаф – хочу заказать еду с собой.

- Куда пойдем?

- Разве у тебя нет своих дел? Не хочу отвлекать.

- Уже вечер. Все дела, которые требовали моего внимания, я уже сделал.

- Ладно. Хочу блинчиков. Давай зайдем в харчевню дядюшки Пью – там хороший выбор начинок и он не жалеет масла.

- Хорошо, - улыбается Харт.

Мою руку он так и не выпускает, а я делаю вид, будто не происходит ничего необычного. Идти рядом с высоким сильным мужчиной, чувствуя сквозь перчатку теплую надежность ладони очень приятно. Интересно, какая его рука на ощупь? Наверняка мозолистая и шершавая – по фигуре, походке и скупым жестам ясно, что он воин, а значит, должен много тренироваться. Или он пользуется каким-нибудь смягчающим кремом, как Мари? Но спросить о таком кажется неприличным. К тому же, он может заметить, что все еще не отпустил мою ладонь. Лучше удовлетворю свое любопытство как-нибудь в другой раз.

Харт размыкает руки, чтобы открыть дверь и пропустить меня вперед. Пришлось сдержать огорченный вздох.

Харчевня, как всегда, встречает приятными запахами и полумраком. Столики в ней стоят на некотором расстоянии, отделены ширмами и, что для меня несомненный плюс, сюда практически не приходят шумные компании. В основном это место выбирают либо парочки, либо те, кому хочется посидеть в одиночестве.

Дождавшись, пока приготовят заказанную еду, прячу свою часть в пространственный карман.

Харт спрашивает:

- Может быть, поужинаем у меня?

- Конечно! – отвечаю я.

Кто же от такого откажется?! Безумно любопытно узнать, как обустраивают свой быт холостяки мужского пола. Он же холостяк? Но разве такой шикарный мужик может быть одиноким в его возрасте?

Точно! Сейчас же отличный повод, чтобы об этом спросить:

- А твоя девушка не будет возражать?

Мужчина усмехается:

- Некому возражать – у меня нет ни жены, ни девушки.

Чувствую радость, смешанную с облегчением, но тут же себя одергиваю – то, что он ни с кем не встречается, вовсе не означает, что у меня есть шанс. Я же не могу знать, зачем он предложил поужинать вместе. Может быть, просто из вежливости, или потому что мы коллеги, а он не любит есть в одиночестве. Не стоит надумывать лишнее.

Дом Харта снаружи, так же как и мой, покрашен белой краской и имеет такие же узорчатые голубые ставни. Но внутри гораздо меньше – всего две комнаты. Небольшая спальня, которую мне не удается рассмотреть детально из-за того, что там выключен свет, и гостиная, совмещенная с кухней. Слева кухонный уголок с небольшим обеденным столом, справа диван, два кресла и большой книжный шкаф.

Темная мебель самого простого дизайна, ковер, обивка и шторы темно-зеленые. Если бы не песочного цвета обои на стенах, тут было бы мрачновато.

А еще замечаю идеальный порядок. Все поверхности чистые, ничего нигде не валяется. Все книги аккуратно расставлены на полках, посуда в шкафчике, на столе тарелка со свежими фруктами. Наверное, мой дом ему показался свинарником. Возможно, стоит убираться чаще, чем раз в месяц? Нужно будет это обдумать.

Харт сноровисто расставляет на столе тарелки, мясную нарезку, блины, соления, соусы и кувшин ароматного взвара.

Говорим о детстве. Делюсь с ним тем, как тяжело быть единственным ребенком в семье, а он со мной - как это, когда вас семеро и ты старший брат. И хоть рассказывает о сложностях тоже, но заметно, что семью любит и не хотел бы что-либо менять.

Даже не помню, когда мне в последний раз было так интересно и комфортно с мужчиной. Чувство, словно могу рассказать ему о чем угодно и не встречу осуждения.

Прощаемся за полночь. Он провожает меня до дома, хотя я и пытаюсь убедить его, что эти несколько метров могу преодолеть сама. И становится очень приятно, когда он отметает мои возражения.

Впервые за долгое время ворочаюсь в постели вместо того, чтобы сразу же провалиться в мир сновидений. Прокручиваю все события вечера и пытаюсь понять чувства Харта. Возможно ли такое, что я ему нравлюсь? Или его поведение продиктовано только дружескими симпатиями? Может быть, он относится ко мне как к сестре? Он же с детства привык быть заботливым. Как вообще можно понять, что ты кому-то нравишься? Наверное, спросить проще всего, но если я так поступлю, не появится ли в наших отношениях неловкость в случае, если моя симпатия не взаимна? Определенно появится. Но если промолчать, у меня не будет возможности узнать ответ, а значит, мои чувства будут продолжать расти и, в случае отказа, будет больнее. Как все сложно! Предаваться мечтам о ком-то, с кем у тебя совершенно точно ничего сложиться не может, гораздо приятнее. Ладно. Дам себе две недели на то, чтобы насладиться неопределенностью и чувством влюбленности, а затем все проясню и приму его ответ, каким бы он ни был.