Изувеченные души
-Доброе утро, папаша - усмехаюсь я, расслышав нервный вздох.
-Ты поедешь с нами или своим ходом? - как эта женщина вообще терпит этого вечно сердитого карателя?
-Спасибо огромное за предложение и внимание к моей персоне, но я пожалуй откажусь.
-Я позвонил тебе только потому, что в машине освободилось одно место и если уж тратить бензин, то основательно - сухо, процедил Кристофер.
-Амалия, не едет?
-Ты в своём уме, моей жене рожать через неделю, а то и меньше - встрепенулся он, одно упоминания имени его Принцессы и эта каменная глыба, тут же выходит из себя. Собственник. И я его понимаю, женщина, которая приняла всех твоих демонов без остатка, заслуживает уважения и быть любимой.
-Амалия, думала над моим предложением?
-Что ты задумал, ненормальный?
-Почему сразу, что-то задумал? - кривляя топорный тон голоса, пробормотал я.
-Ты же ещё недавно хотел заставить мою жену замолчать, а теперь набиваешься мне в родственники? - подлинный гнев, прозвучал в его правдивых словах. Я не желаю зла той, что не смотрит на меня, как на безответственного блудного сына. Амалия, разговаривает со мной на равных и даже не использует прозвище клоун при любом удобном случае. Она мне близка, как подруга или может сестра....
-Я считаю, что иметь такого амбициозного и одарённого человека, как я в своей семье выигрышный вариант, а если она всё же откажет мне, то усыновите меня, я буду вашим третьим ребёнком. Мне нравится запах из твоего кабинета, когда курьер привозит еду, приготовленную миссис Морок-Верховцевой - выдавливая театральную обиду, проговорился я.
-Я возьму у своего садовода пестициды и заставлю тебя вдыхать их до тех пор, пока ты вовсе не потеряешь чувствительность обонятельных рецепторов - чеканит Крис на полном серьёзе.
-Когда я был у вас дома в последний раз, то Амалия пыталась накормить меня всеми возможными способами, я не могу перестать чувствовать запахи её кулинарных шедевров, потому что собираюсь придти к вам снова. И тогда не придётся лгать матери о том, что я правильно и сбалансировано питаюсь - сдерживая порыв смеха, вымолвил я, уже представляя это злющее выражение лица моего босса, не желающего делить ни свою жену ни её блюда с другими.
-В последнее время, Амалия то и дело, что готовит, пытаясь завлечь себя хоть чем-то. Ей не нравится нечего не делать, она привыкла двигаться и бить морды таких же разговорчивых типов, как и ты - шутить над карателем по телефону легче, чем тет-а-тет, его глаза припечатывающие оппонента к стене, заставляют замереть и подчиняться приказам и я не исключение, он несомненно пугает меня, но неисправимая натура шута, вырывается наружу, даже при виде ствола направленного в голову. Я люблю иры со смертью и жду её с улыбкой каждую ночь.
-Твоя жена неоднократно покушалась на мою жизнь - усмехаюсь я - и прости уж, но лицо и член я не дам бить. Они мне дороги - Крис испускает безнадёжный смешок.
-Безумец - цедит Крис с намёком на веселье - в таком случае, встретимся ровно в 14:00 у кремационного зала.
-Там будет достаточное количество замужних дам, уставших от однообразия в своей роскошной жизни, поэтому я буду вовремя, как штык.
-Фил, мы едем туда в качестве охраны высокопоставленных политиков и их семей, а не на вечеринку - поучительный тон Кристофера, делает из него строгого отца. До сих пор не могу представить этого пугающе громадного мужчину с лялькой на руках. Да он раздавит ребёнка и глазом не моргнув или напугает ребёнка всем своим видом, вызвав младенческий испуг.
-Я всё поняла, отец - шуточно, заявляю я.
-Ты не можешь быть моим сыном, клоун.
-Это ещё почему?
-У тебя хроническая улыбка, а в нашем роду такого навязчивого заболевания не наблюдается.
Уголки моих губ пришиты к щекам в качестве маскировки того, насколько мне хочется всё прекратить.
-Тебе бы тоже не помешало улыбаться, папаша, иначе новорождённые дети унесут от тебя ещё неокрепшие ноги, ведь даже дворовые коты и собаки шугаются твоего безжизненного взгляда и высоченной тени необъятных размеров - я ни в коем разе не хотел задеть чувства своего босса, но не мог промолчать. Мои взгляды на жизнь и эмоции не касаются его.
-Постарайся не приехать на похороны в компании легкомысленных девушек и расширенными зрачками, Фил. Это похороны, не вечеринка.
-Ты истратил своё право поучать меня, Крис. Ты отказался быть моим отцом, а значит я сам решу, что мне делать - усмехаясь, парировал я.
-В таком случае, я раздам твои фото, что достала, Амалия с твоего облака и разошлю всем патрулям ГИБДД, чтобы те перекрыли тебе дорогу.
-Это будет замечательная реклама. Скажи, где расписаться для обработки персональных данных и я уверю тебя в своём приемлемом поведении.
-Реклама чего? Ты начал продавать сексуальные услуги?
-Хочешь проверить?
-Обойдусь - фыркает он - только, умоляю без сюрпризов, там будет пресс-секретарь президента.
-Почему вам всем так не понравилось моё фееричное появление на похоронах бывшего замминистра?
-Заявиться под песню «С днём рождения» и открыть бутылку шампанского так, что пробка влетела в глаз одного из телохранителей жены покойника, по-твоему нормально?
-Она трахалась с ним под носом у своего старика, я всего то сделал малую часть того, что замминистра должен был сделать при жизни. Кончить того ублюдка.
-Если так посмотреть, то тебя тоже должен кончить один из тех, чью жену ты трахаешь - бесстрастный смешок, вырвался из груди Криса.
-Я это другое. У того идиота были уродливые ямочки на щеках и некрасивая улыбка, он зауряден.
-Ну раз ты так говоришь, то тот парень был действительно недостаточно хорош. Ты же у нас специалист по оценке внешних данных.
-Я отмечу этот день красным кружочком в календаре, как самый чудесный. Твои комплименты в мой адрес можно сосчитать по пальцам, поэтому мне стоит трепетнее к ним относиться.
-Идиот - безнадёжно, выругался Крис - постарайся не упасть в сладкую кому от моих слов, я не приеду тебя откачивать, потому что твоё присутствие уже - настоящая проблема, а я привык избавляться от них.
-Раз так, то я привяжу к своему носу вату пропитанную нашатырным спиртом и ни за что не отрублюсь, даже не надейся.
-В твоём случае никакая надежда не поможет, лишь безмолвные молитвы об упокоении.
-Ты собираешься наладить свой духовный мир?
-Нет, я собираюсь заказать службу в твою честь, чтобы неугомонную душу отпели и отмолили перед тем, как она отправится в Ад.
-Не к чему так переживать, папаша, я ещё вас всех переживу.
-Действительно, только уже на том свете - звонок обрывается, а я лежу глядя в потолок и улыбаюсь. Несмотря на его нечеловеческий облик, могучей скалы, Кристофер один из тех с людей, с которыми хочется говорить. Он не увиливает, а говорит прямо.
Пройдя мимо разбившего торшера, я достал с навесной полки над духовым шкафом ничем неприметную упаковку с белоснежными пилюлями, выдавил из почти опустевшей пластинки таблетку, не беспокоясь о правилах приличия вкинул лекарство в рот и залил водой прямиком из графина. Горечь распространилась по стенкам горла и начала неприятно жечь, заставляя прокашляться.
-Фил, ты должен выглядеть презентабельно - произнёс я, оповещая самого себя о ходе своих мыслей - и чёрт тебя дери, ты не должен дать всем понять, что хочешь сдохнуть в первой подворотне - хмыкаю я, ощущая привкус противной желчи на языке. Грязный. Красивый. Пустой - Блядь! - выругался я, вспоминая счастливые глаза матери, когда я приезжаю в родительский дом и гордость в отцовских карих. Я не могу оставить их. Ещё не пришло время.
Надев классическую рубашку на голую грудь и натянув классические чёрные брюки со стрелками на ноги, я ещё раз взглянул на своё безупречное лицо и золотистые слегка влажные после утреннего душа волосы...действительно неотразим. Настолько, что не чувствую себя настоящим, словно меня слепили специально, для удовлетворения эстетического людского взора. Манекен. Витрина. Товар. Использованный. Грязный. Уже не так гадко. Я уже смирился с тем, что пуст. Просто красивый. Неожиданно, я вспомнил про одну импульсивную покупку, от вида которой накатывает жутчайший ужас. Заглянув в соседнюю полку шкафа, я замер. Протянув руки к пластику раскрашенному белым акрилом, я прикоснулся к изделию, от которого накатывает пугающее ощущение и улыбнулся, как и следовало. Клоуны всегда улыбаются. Огромная, будто бы простилающаяся на всё лицо улыбка красного цвета, очерченная чёрным контуром, приподнятые брови алого цвета, контрастирующие на фоне белой краски и острые зубы, открывающие за собой бездонно глубокую тьму. Клоунская маска, выглядит как вторая кожа для проведения театральных представлений. Жутко. Отбросив её на потом, я захватил с собой пиджак и лежащие на соседней тумбе ключи от машины, поспешив наведаться к своей любимой родственнице, которая несомненно ждёт своего милого племянника с распростёртыми объятиями. Выйдя из трёжэтажного здания на отшибе Москвы, я разблокировал свой новенький автомобиль Lada Гранта Cross, купленный после прошлой спортивной тачки на которой я чуть не разбился из-за внезапного приступа головокружения, я решил приобрести автоматику, чтобы точно знать, что смерть моя не придётся всего лишь на 7,5 миллионов рублей. Это слишком мало для такого очаровательного холостяка, как я. Заведя двигатель, я вжал педаль газа, чтобы побыстрее закончить с тем, что так не хочется делать. Встречаться с Элизой - это настоящая пытка. Ненавижу её и ненавижу себя за то, что оставался в неведении слишком долго.
-Смотрю, ты не плохо устроилась - открытая полупустая бутылка шампанского на барной стойке, стала бельмом на глазу, портя величественный дизайн гостиницы в лофт-стиле - ты через час встречаешься со своим женихом, а у тебя изо рта идёт дикий смрад - волосы Элизы распатланы, а на лице смехотворное выражение лица, она пьяна в стельку.
-Привет, мой мальчик - еле волоча языком, пробормотала старшая сестра моей матери, хихикая - ты снова пришёл меня проведать? - разобрать сказанной тёткой, оказалось сложнее настройки системы прицеливания снайперской винтовки.
Схватив Элизу под локоть и стаскивая с массивного дивана с изогнутыми линиями, богатой резьбой и декоративными элементами на пол, я начинаю бить её по щекам, пытаясь привести в чувства. Она лишь неразборчиво осыпает меня ругательствами и неумело пинает. Идиотка.
-Приди в себя, дура! - крикнул я, замечая то, как яростно она щурит глаза, заворачивая ушные раковины и непристойно мычит.
-Отстань - ворчит она - я хочу пить - хриплым голосом, мямлит Элиза.
-Элиза, я кину тебя в устье реки с обрыва, если ты не перестанешь нести всякий бред и выглядеть, как чёртова алкоголичка - рявкаю я, беря её на руки и внося в ванную комнату, усаживаю на унитаз, молясь про себя, чтобы она не сломала себе шею, упав с высоты собственного роста, включаю ледяную воду, набираю её в ладони и брызгаю ей в лицо - очнись, идиотка!
-А! - вскрикивает тётка от резкой смены температуры, ещё мгновение назад кожа её лица горела, а сейчас ощущается, как глыба льда - что ты мать твою творишь?
-Тебе запрещено упоминать мою мать своим запачканным в дерьме языком! - рыкнул я, снимая с неё облёванную одежду, оставляя в нижнем белье. Её тело несомненно заслуживает отменного траха без почестей, но я не собираюсь тратить на неё своё время. Она рушит мои планы.
-Всё ещё маменькин сынок - пьяная улыбка трогает её лицо и она начинает истерически смеяться - а твоя мамочка знает, что ты уже давно и не маленький мальчик, а взрослый мужчина с отличным членом?
-Заткнись, шлюха! - давая ей очередную пощёчину, взревел я, поднимая её на ноги и засовывая в душевую кабину - тебе стоит охладиться - она резко вздрагивает под напором холодной воды и съёживается.
-Фил, ты сошёл с ума? Выпусти меня отсюда! - она пытается открыть дверцу душевой кабины, которую я удерживаю двумя пальцами. Слабачка. Её крики заполняют всю ванную комнату, от чего я устало вздыхаю. Писк Элизы сто процентов не тот голос, который заставляет мой тело пульсировать. Жалкая.
-Ты достаточно протрезвела, чтобы соизволить связать хотя бы половину здравого предложения?
-Выпусти меня отсюда, я замёрзла! - кричит тётка. Мокрая. Дрожит.
Комплект чёрного кружевного белья насквозь промок, соски торчат, губы дрожат от холода, а в глазах всё ещё намёк на лёгкое опьянение. Я отхожу от двери на пару сантиметров, давая стройному телу выбежать из душевой кабины, чтобы непременно укутаться в плед, лежащий на диване в гостиной - ты сдурел, мальчишка?
-Я же взрослый мужчина с отличным членом, не ты ли это говорила? - надвигаясь на дрожащее тело в роли хищника, забивающего жертву в угол, холодно процедил я.
-Что тебе надо? - замотавшись в согревающую ткань с головой, подрагивая, спросила Элиза.
-Чтобы ты привела себя в порядок и встретилась со своим бывшим любовником.
-Какой тебе с этого прок? - теперь в глазах, передо мной нет того веселья, что теплил её разум, она напугана.
-Тебя это не касается! - отчеканил я, замечая лёгкую дрожь в теле тёти - у нас был уговор - указывая на неё и собирая её взгляд на моём указательном пальце, топорно произнёс я, от чего она нервно сглотнула - ты выполняешь мои приказы, а я гарантирую тебе ещё один день без неприятностей. Так что поднимай свою упругую задницу с дивана, доставшегося от бабушки с дедушкой и собирайся. Ты должна выглядеть, как чёртова Богиня секса, если хочешь, чтобы этот старик надел на твой палец кольцо с бриллиантом стоимость 400 миллионов долларов.
-Нет! - вскрикивает перепуганный голос Элизы, заставляя меня озадаченно выгнуть бровь - я не выйду замуж за тирана - откапывая из глубин своей безмозглой головушки горсть смелости, выпаливает она.
-На твоём теле нет ни одного синяка - сухо замечаю я.
-Он не пускает меня на встречу с подругами.
-Если бы твоей проблемой была только длина твоих платьев, то я бы принял его за абьюзера, изолировавшего тебя от внешнего мира из-за собственнического гиперконтроля, но зная то, что кусок ткани еле прикрывающий твою задницу с радостью впустит под юбку обеспеченный член, я начинаю сочувствовать имбецил, который сделал тебе предложение.
Не находя в моих словах и капли лжи, она поднимается на ноги, скидывая с себя плед и придерживаясь за стены, следует в гардеробную.
-Ты не боишься сломать свои длинные ноги? - видя то, как старательно Элиза пытается ступить на вторую ступеньку крутой лестницы, не потеряв землю под ногами, усмехаюсь я, заходя ей за спину и ловя её отшатнувшееся назад тело грудной клеткой.
-Фил, ты пушаешь меня - почти шёпотом, признаётся она.
-Хочешь, чтобы я приласкал тебя и утешил? - поднося губы к её ушной раковине, насмешливо, шепчу я.
-Я хочу, чтобы ты перестал портить мою жизнь.
-Этому не бывать тётушку, я же обещал тебе, что превращу твою жизнь в кошмар, заставлю тебя стать параноиком и сведу с ума - оплетая её талию со спины, прижимая к своему телу вплотную, цежу я - это ты перекроила того светлого мальчишку, пришив к нему навязчивые мысли о твоих слезливых глазах, смотрящих на меня снизу вверх, стоя на коленях - ведя рукой от её пупка до шеи, я сдавливаю её глотку, и она сразу же цепляется за мои пальцы, пытаясь разжать хватку.
-Отпусти - задыхаясь, тараторит Элиза.
-Приведи мне хотя бы один аргумент почему я должен отпустить тебя? - она жадно хватает воздух, не прекращая бороться с моей убийственно сжатой на её шее рукой.
-Я выйду замуж - охрипшим, почти безжизненны голосом, хрипит она.
-Вот и славно, тётушка, потому что у тебя не выбора - пропуская мимо ушей её панические вдохи, я приставляю к её уху, опалённому жаром моего рта табельное оружие, находящиеся всё это время под пиджаком в кобуре - иначе, я сделаю так, что сука смерть станет последней, чего ты будешь бояться в своей жизни. Я надену на твою изящную шею поводок - вдыхая аромат парфюма пропитанного богатством и приторным запахом вишни, шепчу я - и заставлю ходить под себя, жрать сырое мясо вместе с псами в будке. И это ещё не самое жестокое, что я смогу сделать с тобой, если захочу - отступаю назад, прежде чем выпустить граничащее между жизнью и смертью тело и Элиза падает к моим ногам, истерически хватаясь за шею, в поисках кислорода и спокойствия, но она его не получит - припудри носик и надеть, что-то менее заметное, чтобы твой старик не напрягал и так низкое зрение, просто дай ему трахнуть себя и объявить женой миллиардера за восемьдесят, делай то, что умеешь лучше всего. Трахайся и всё - оставляя Элизу в паническом припадке, распластавшуюся по полу, хватаясь за паркет нарощенным ногтями, я покинул родословную обитель.
-Алекс провёл осмотр территории и помещения, от тебя требуется разработка и координация маршрутов перемещения, а так же определение безопасных зон и путей эвакуации - заявляет Кристофер, так что его глаза становятся объектом притяжения, он поглощает страх слабых и навыки сильных в своё удовольствие, становясь ещё сильнее. Кристофер Морок - это недосягаемая мощь, о которую можно либо обжечься, либо сгинуть в ней от стискивающей разум крепости и могущества.
-Крис, я изучал схему кремационного зала пока ехал сюда, так что я имею представление о безопасном пути отступления, учитывая расположение здания.
-Иногда возможности твоих мозгов ужасают меня - бесстрастно, чеканит он.
-Сегодня, ты слишком щедр на комплименты, не думал установить лимит, чтобы стимулировать меня на работу каждый день - подмигивая, проходящей мимо жене сенатора, проворковал я. На прошлой неделе мы встречались с ней в одной из посредственных гостиниц, где она выкрикивала моё имя. Вероломность удел каждой женщины, живущей в мире лжи и денег. Они пытаются привнести в свою жизнь хоть чуточку красок, которых и лишили их родители, выдав замуж за выгодных наследию стариков или они сами приползли на колени своему роскошному несчастью.
-Я слышал, что прибудет один из сенаторов верхней палаты Федерального собрания, Анатолий Устаец, который принимал участие в саммите Лондонского офиса Интерпола - на лице, Кристофера вырисовалась скрытая неприязнь - но больше всего меня волнует то, что он подал на развод с Аидой, изменив ей с другой женщиной - спрашивать откуда он это знает бессмысленно, Аида двоюродная сестра Малики Морок, а значит его двоюродная тётка. Он никогда не заикался о ней и не афишировал её существование, но все поголовно знали, что она жена бывшего любовника моей тётки, который наведается на похороны Авдея Приморского, а самое главное то, что я об этом не знал. Чёрт её дери! Не думаю, что Элиза специально утаила от меня такую важную информацию, скорее всего этот старик не говорит с ней на такие ответственные темы, а тишь неспеша и вымучено катает на разряженном пожилом стручке.
-Что значит слышал, Кристофер, тебе же обо всё докладывают? Не прибедняйся, босс - шутливо, подталкивая широкое плечо своим, усмехнулся я, наблюдая за тем, как Алекс озирается по сторонам. Этот мужчина не отдыхает, даже ночью, даже в подземном бункере, где до него не доберётся и радиационная взрывная волна. Собранный, бесчувственный, ненавидящий человеческие слабости дровосек, без остановки исследует помещение на наличие непредвиденной опасности.
-Если я говорю, что слышал, значит так оно и было - враждебность в его тоне, заставила меня покоситься на Алекса, который так же, как и я внимательно наблюдает за реакцией Кристофера. Каратель не в восторге от этого человека и это заметно. Слишком явно.
-Босс, в чём дело? - спросил Алекс, будучи натянутым, как струна. Если он не смотрит в твою сторону - это ещё не значит, что он не следит за твоими действиями. Он наблюдает из тени, осторожно, подкрадываясь и вонзая нож в горло. Он не атакует со спины, а предпочитает смотреть страху в лицо. Страху, который кишит в глазах его жертв. Его прошлое - это его загадка, ответ к которой можно найти лишь внедрившись в голову дровосека, он держит потаённую мистерию глубоко в подсознании, сосуд которого состоит из дамасской стали, самой крепкой и прочной стали во всей истории человечества.
-Устаец, прокомментировал нашу спецоперацию по поводу задержания наркодилеров, как превышение полномочий - благодаря гулким разглагольствам, отдающих своё почтение Приморскому, гневный рык Кристофера остался незамеченным - он сказал, что наши методы разведки выходят за рамки дозволенного и выразил своё недовольство касательно того, что ты и твоё подразделение приняли помощь отряда ремня. Он поставил его восстановление на службу под вопрос с дальнейшим рассмотрением.
-Ремень, выводил заложников из самого пепла терактов и не единожды становился заложником в тактических целях миссий, его просто на всего нельзя взять и вычеркнуть из истории Главного разведывательного управления Министерства обороны России - находя сложившуюся ситуацию полным абсурдом, воспротивился я.
-Солидарен с каждым твои словом - отчеканил, Алекс - однако, этот вопрос уже взял под контроль Совет Безопасности.
-Раз уж пошла такая песня, то я готов поделиться с вами информацией о женщине, с которой Антошка изменил миссис Устаец - виноватая улыбка тронула мои губы и лицо Кристофера исказилось в нетерпеливой раздражительности - это моя тётка - пожав плечами, признался я.
-Элиза Демьянова? Главная золотоискательница Москвы?
-Не стану опровергать оба этих наименования её личности, но скажу одно, думаю она сегодня будет вместе с Устаец - взгляд Алекса скользнул по мне, недоверчиво. Он винит меня в том, что я знаком со старшей сестрой своей матери? Этот мужчина, как курица наседка для Кристофера, оберегает его, как зеница око.
-Я часто видел её на светских вечерах, но каждый раз она была с новым мужчиной под руку - упрекая меня в действительности, процедил каратель - хочешь сказать, что мы всё таки породнимся?
-Что это за безысходный вхдох, босс? Ты должен радоваться, что избавил свою тётушку от похабника и обрёл очаровательного члена семьи - кладя руку на сердце, заявил я с самым непроницаемым выражением лица.
-Твой чувственный доклад не сделал меня блаженно довольным - сухо, чеканит Крис, уводя глаза мне за спину, где проходит только, что прибывший со своей женой Броцкий.
-А вот и гвоздь программы - монотонно, изрекает дровосек, изучающе поглядывая на напряжённую Есению Броцкую, по всей видимости ей не по душе громкие мероприятия, она не ощущает себя в своей тарелке.
Блядь. Эта девушка выглядит, как недостижимая мечта. Белокурые волосы, словно небесный шлейф, изящная комплекция тела, что дотронувшись до неё хотя бы пальцем, она вероятнее всего треснет, как хрупкий хрусталь. Выпирающие ключицы, создают видимость истощённости. Она мать его совсем не ест? Скромная овца на фоне, изголодавшихся волков. Трудно не заметить, что каждый кто имеет член между ног заострил внимание на её крохотной заднице, желая опробовать запретный плод, который Броцкий не выпускает из виду ни на миг, а женщины мгновенно заполнили кремационный зал перешёптываниями, пытаясь завлечь своих мужей чем угодно, лишь бы те перестали раздевать Броцкую глазами. Я солгу, если скажу, что в брюках не стало тесно. Мне знаком взгляд страдающих от тоски женщин, желающих привнести в свою расписанную по часам жизнь новизну. Они лгут своим толстосумам, что идут за покупками или на встречу с такими же заблудшими в низы похоти дамами, скрывая свои похождения на стороне. Чаще всего они оставляют своих телохранителей за дверями спа зон, на входе в спортивный зал или примерочных в роскошных бутиках, в то время, как вызывающе скребутся ногтями о стены, когда их спины плотно прижаты к твёрдой поверхности, а тело рьяно подпрыгивает, издавая безмолвные слезливые стоны, чтобы никто не потревожил их сказочное освобождение, но вот в её глазах нет ничего, что я мог бы принять на свой счёт и немного помочь с раскрепощением, где-нибудь в тёмном углу от посторонних глаз и лишних ушей. В её движениях нет уверенности, она хватается за любой незначительный предмет декора своими оленьими глазками, лишь бы не казаться потерянной, а её пугливый взгляд служит мишенью для каждого охотника по невинную душу. Рука Броцкого уверенно покоится на её талии, а взор не перестаёт давить на затылок маленького ангела рядом.
-Она тебя интересует? - раздался голос за спиной и обернувшись, я обнаружил бесстрастное выражение лица дровосека, устремившего глаза на Броцкую.
-Она выглядит ещё боязливее, чем на аукционе в прошлый раз - подмечаю я, изучая идеальный профиль девушки, которая вполне могла бы посоперничать со мной в конкурсе красоты.
-Амалия говорила, что дала той девушке твой номер телефона, она звонила? - не уж то, дровосек интересуется замужней женщиной?