Изувеченные души

-Рад был знакомству - он в буквальном смысле стискивает запястье своей жены с неистовой силой, от чего она едва морщиться, не издав ни звука и уходит прочь, таща за собой малышку.

-Ублюдок - прошипел я в пустоту.

-Она в порядке? - мужской голос заставляет меня распахнуть глаза и схватиться за сердце.

-Твою мать! - вскрикнул я - как много ты слышал?

-Достаточно, чтобы понять, что Броцкая стала центром твоих мимолётных интрижек, ты впервые не прикоснулся к женщине, не потому что не хотел, а потому что она даже не знает о твоём существовании, украдкой прижимаясь к высокой фигуре своего мужа. Что насчёт той черноволосой, она в сознании?

-В любом случае она жива - сухо, прошипел я, осознавая всю абсурдность ситуации. Я возбудился при виде замужней малышки, которая даже не обратила бы на меня внимание, если бы мы не пересеклись по вине её мужа, мне пришлось оттрахать чью-то шлюху, чтобы представить на её месте милое оваловидное лицо с чистой и гладкой, как фарфор кожей и белокурыми прядями, словно облака. Я влип. Блядь.

-Нам пора возвращаться.

Идя по пятам за могучей фигурой скудного в проявлении эмоций Алекса, я заметил, что его плечи зажаты, словно он готов вот-вот ввязаться в драку. Столпившиеся вокруг лжестрадальцы, расступаются при виде нас с дровосеком,немудрено, что наши фигуры одни из самых значимых на этом мероприятии. Охрана. Вот чем мы занимаемся, мы охраняем высокопоставленных политиков и бизнесменов от самих себя, от междоусобных войн, которые могут разразиться в любой момент из неоткуда. Деньги. Деньги решают всё. И все эти люди сделают, что угодно лишь бы остаться в выигрыше и при деньгах.

-Меня напрягает твоё поведение, Фил - подойдя ко мне сзади исподтишка, осторожно, словно подкрадываясь. Хищник. Раздаётся густой бас, обдавший всё тело мелкой дрожью - ты ведёшь себя, как течный молокосос, клоун - уже тише, дополнил Крис.

-Это ты хотел намекнуть на мой образ амбассадора секса или на то, что я не ищу постоянства - хмыкнув, произнёс я, наводя взгляд на соблазнительную шатенку с курносым носом, подмигивающую мне в ответ - перерезать трубы уже поздно, хотя...если б мы встретились до моего совершеннолетия то возможно, ты бы смог предотвратить систематические разъярённые стоны, горемычный плач и одновременно ярчайший экстаз женщин, которые выкрикивают моё имя, истекая собственным желанием и брызжут удовольствием прямо на моё лицо.

-Фил, я видел, как судорожно трясся Броцкий, когда вышел оттуда откуда и вы с Алексом - карий переменился на угольный - что произошло между вами?

-Почему сразу я, Алекс там тоже был - отшутился я, вскинув бровь.

-Алекс, не ввязывается во всякое дерьмо, а уж тем более не ведёт межличностных войн с депутатами, которых мы должны охранять, а не запугивать. Ответь на мой вопрос - голос директора наполнился угрозой и сменился с властного на устрашающий, он не просто требует ответа. Он приказывает.

-Я сказал ему, то, что он не хотел услышать. Он редкостный критикофоб - выпалил я.

-Фил, если ты не скажешь, как всё было в действительности, то в следующий раз я не смогу вытащить тебя из задницы твоей больной фантазии - раздражённо, отчеканил Крис, прочищая горло.

-Почему он всё ещё не за решёткой? - начав с козырей, уверенно произнёс я, не увиливая от правды, которая меня волнует.

-У штаба на Броцкого мизерное количество улик и то практически все косвенные. Мы не можем предъявить ему то, что он причастен к убийству губернатора просто потому, что он видел его последним. Чего ты хочешь добиться своей инициативой, с какого перепуга ты вообще решил взяться за дело, за которое не берётся даже Государственная полиция.

-В том то и дело, что сдох не последний человек в городе Норильске, и то, что вскрытие провели в экстренном порядке наводит на мысль, что хотели, определённо, что-то скрыть. Может наркотики, яд или кричащие гематомы, характеризующие насильственную смерть, а не смерть по неосторожности. Я хочу докопаться до правды.

-Тогда, тебе к его надгробью после того, как его закопают, как раз откопаешь и докопаешься.

-Иногда, я хочу отыскать хотя бы каплю юмора в твоих словах, но лицо, с которым ты всё это вещаешь навевает лишь скорбь.

-Ты предлагаешь вести собственное расследование?

-Почему бы и нет?

-Отвечать вопросом на вопрос, грубый тон, что бы ты знал, Тарантино.

-А воспитывать в бездарном засранце служителя церкви, тоже так себе идейка - подмигивая, усмехнулся я, получая в ответ усталый выдох.

-Мы взяли это дело под контроль только потому, что там фигурировал заброшенный металлургический завод, на котором мы и ребята ремня задержали шайку ублюдков. Они отлично ориентировались в ветхом здании для того, чтобы быть там впервые. Либо мы были настолько слепы, что не замечали движение под носом, либо им провели экскурсию знающие люди.

-Броцкий и Приморский были не только главными инвесторами, но и принимали участие в проектировании. Но вопрос...не ошибаемся ли мы начиная охоту на большую рыбу?

-Фил, в этой игре либо бы, либо нас.

-Я предпочитаю марать руки кровью, а не плеваться ею - фыркаю я - значит, крупный счёт, который депутат Норильска обналичил через пару часов после смерти своего партнёра, может быть взяткой за молчание.

-Ты взломал счета Броцкого? - удивления на лице Криса не было, но возмущение, которому не было предела так и било через край, пока к нам не подошёл Алекс, снова и снова исследующий обстановку по кругу.

-Это же для дела - процедил я, ударяя дровосека локтём, чтобы тот подыграл мне, но Алекс встал, как скала и просто смотрел на босса с уважением и почтением. Иногда мне хочется грохнуть его за эту идеализацию и полное подчинение. Слишком. Он слишком предан Кристоферу, если представится возможность отдать за него жизнь, то он непременно это сделает, а я...я поклялся, Амалии, что отдам жизнь за её детей, если те будут в опасности и я выполню свою клятву, во что бы то ни стало.

-Выследить его звонки, как и счета будет не трудно, но дело в том, что Броцкий умело фильтрует свои контакты и не предпочитает общаться по сотовому, получая всю информацию от своей правой руки.

-Но у него нет зама или секретаря - сухо, чеканил Алекс, включаясь в дискуссию.

-Зато у него есть человек, с которым он проводит куда больше встреч - лукаво, хмыкает Крис, переводя господствующий карий взор на сжатую челюсть Броцкого, словно знающего о том, что на него смотрят - пока, ребята из IT отдела батрачат над взломом мобильников наркодилеров и их следов на камерах видеонаблюдения, чтобы выяснить где и когда они приобрели тот кейс с наркотиками, вы должны узнать связан ли как-то его семейный врач со вскрытием Приморского, ведь экспертиза была действительно экстренной и того времени, которое он потратил на изучение содержащегося в его желудке, подногтевой пластине, волосах и коже недостаточно от слова совсем. Тот кто делал вскрытие был у Броцкого под боком и дела всё очень и очень быстро.

-Как прикажите - мгновенно, цедил Алекс, слегка опуская голову в знак уважения.

-Фил, твоя работа - это проработка версии Броцкого в качестве убийцы, а не преследование его жены в качестве очередной любовницы - предупреждающе, вымолвил Крис, давая понять, что скрутит мой член, если я ослушаюсь.

-Броцкая не станет моей любовницей - резко, выпаливаю я, замечая на лице Кристофера недоумение смешанное с любопытством и единственный показатель эмоций дровосека...он смотрит прямо мне в глаза, снова выискивая в них ответ - она другая - зачем-то высказался я, прикусывая внутреннюю часть щеки, дабы заткнуться.

-И какая же она? - спрашивает Алекс, который прекрасно знает о том, что я чувствую к этой миловидной девочке.

-Неприступный ангел - которого я непременно испорчу, вот только им об этом знать не обязательно.

-Прозвучало так, словно ты заклеймил её невинную душу - усмехнулся Крис

-Постарайся не вляпаться в дерьмо, клоун - предостерегающе, произнёс Алекс - Броцкий может и навязчивый идиот и напыщенный старик, но у него достаточно связей, чтобы части твоего тела оказались разбросаны по разным континентам.

-Мне не нужно приглашение на собственные похороны, я и так окажусь там самым первым и самым очаровательным - игриво, пожимая плечами, вымолвил я, ловя на себе разгневанный взгляд, босса - а если честно, то я не собираюсь лишаться своих прелестных накаченных ягодиц, а как же мой бицепс, трицепс? - хватаясь за предплечья и разгибания локтя, выпалил я, находя своё поведение комическим. Улыбайся. Фил, улыбайся - мой вымученный кровью и потом пресс не должен быть под землёй, я обязан блистать - улыбка, не сползающая с моего лица, иногда создаёт впечатление, что она вшита. Клоун. Улыбаться. Всегда.

-Ты, как всегда в своём репертуаре - хмыкает Алекс.

Есения

Было уж слишком трудно не заметить, как напрягся Иван, когда встретил того высокого парня с волосами цвета пшена, его лицо стало чересчур озлобленным, а скулы стали похожи на очерченные острые углы. Прошло где-то восемь минут после того, как он выволок меня из дамской комнаты за запястье и приставил рядом с собой, как сторожевую собаку, при этом дав отчётливую команду ни с места! Иван, чрезмерно бдителен, смотрит по сторонам, словно вот-вот и через него пройдёт пуля 40-го калибра, а его рука предусмотрительно покоится на моей талии, он вцепился в мои рёбра так, будто на нас надвигается смерч, который непременно нас разлучит.

-Есения, глаза в пол - медленно заправив прядь моих волос за ухо, прошептал Броцкий - иначе, я заставлю тебя смотреть на то, как будут кровить запястья твоей матери, а не твои, куколка - как можно безобиднее, проворковал он, улыбаясь, чтобы у других не закрались сомнения по поводу наших взаимоотношений. Идеальный семьянин и заботливый муж, вот кто такой Иван Броцкий для окружающих.

-Мне плохо - застенчиво, прошептала я ему на ухо, вобрав в себя всю свою оставшуюся смелость, чтобы приподняться на носочках и оповестить своего мужа.

-Есения, закрой рот - схватив меня за тазобедренный сустав от сжал его с нечеловеческой силой, от чего я издала болезненный писк и сотряслась всем телом из-за враждебности в его тоне - если ты подымешь свои очаровательный глазки, то в следующий раз кровь окажется не на твоих запястьях, а там, где я ещё тебя не трогал - СТРАХ. Животный страх пробрал меня до мозга костей. Хочу спрятаться. Исчезнуть. Броцкий не тот мужчина, которому я готова подарить всю себя. Я согласна на то, что у него могут быть любовницы или проститутки, которых он будет водить в свою спальню, но я не хочу его до дрожи. Он мне отвратителен. Я его боюсь.

-Я поняла - тихо, ответила я, ощущая пустоту и покалывание в том месте, где он сжимал меня.

-Не боитесь, что такую прелесть могут украсть? - произносит чей-то слащавый баритон, вызывающий в пучине моего желудка отвращение, побуждая высвободить всё содержимое наружу.

-Вы действительно думаете, что кто-то осмелиться покуситься на то, что принадлежит мне? - я уже вижу, как собственнически, приподнимаются уголки его губ в дикой ухмылке. - Советую не играть с огнём, иначе можно обжечься - злобно, сверля почерневшими лазерами, стоящего перед ним мужчину, на которого я не имею право поднять глаза, топорно вымолвил Иван.

-Думаю, что вы счастливчик раз уж сумели отхватить такую прелестную супругу - хоть я и не вижу его взгляд, но чувствую, как эти пробирающие до зябкой дрожи глаза, пробегающие по всему моему телу и пугают, от чего я инстинктивно прижимаюсь к Ивану, ища защиту.

-В таком случае лучше перестань думать, иначе я взорву твою черепную коробку - подманив мужчину ближе к себе, он незаметно хватает его за шиворот рубашки, делая вид, будто поправляет - и сделаю так, что каждый из здесь присутствующих увидит твою оттраханную жену, которая добровольно раздвинула свои стройные ноги перед блондинистым парнишкой - тон его голоса пронизан угрозой, он говорит это на полном серьёзе и лицо его собеседника приобретает бледный окрас, когда я успевая мельком на него взглянуть - прямо сейчас она валяется на холодном полу ловя, летающие над её головой звёзды от оргазмов, которые ей подарил удалой малец - хмыкая, подначивает Броцкий.

-Что? - тихо, выпаливает, не находящий себе места мужчина.

-Держись подальше от моей жены - расправляя воротник собеседника, прихлопывающими движениями, как ни в чём ни бывало, произносит Иван, хватая меня за руку, ведя прочь - куколка, нам пора подпортить твоё очаровательное личико - стиснув зубы, гневно, чеканит мой муж, когда перед глазами всё начинает плыть - меня достало, что каждый мужик хочет тебя трахнуть - фыркая, цедит он, таща меня за собой как мешок с мусором.

-Мне плохо - почти шёпотом, бормочу я.

Ноги перестают слушаться, глаза закрываются, а в висках раздаётся тихий шум. В горле всё пересыхает, сил смочить губы совсем не остаётся, а Броцкий продолжает тянуть меня за собой, игнорируя. Судорога сводит все конечности и я пронзительно визжу, наконец-то привлекая его внимание, но он не собирается брать меня на руки или приводить в чувства...он припечатывает меня к ближайшей стене при входе в кремационный зал и сжимает горло. Чёрт! Я задыхаюсь. Слова застряли внутри, а чувствительность пропала. Неужели это конец? Я умру? Пусть будет так. Я согласна проститься с этой убогой жизнью. Мать почти пришла в норму. После себя я не оставила ничего толкового, поэтому умирать буду без сожалений, а с радостью. Весело.

-Есения, ты моя кукла, и ты не имеешь права уходить без моего ведома! - даже в такие моменты, Броцкий всё ещё доминирует. Приказывает не оставлять его, а продолжать быть его тряпичной выдрессированной куклой - открой глаза - он немного оттаскивает меня от стены и снова ударяет позвоночником о неё - блядь! - выругался он, прислонив свой лоб к моему. Что он творит? Томное дыхание и, что-то схожее на рык, слетает с его губ.

-Мне плохо - единственное на что хватает моих оставшихся сил и то, если бы не его грубая хватка, я бы уже давным-давно, скатилась по стене и сидела на холодном полу в платье.

-У тебя пред обморочное состояние из-за потери крови - он целует меня в шею, но у меня нет сил, чтобы оттолкнуть его - немного отдыха и ты восстановишься - перед следующим разом, когда он захочет изрезать меня? Чёрт. Только не это.

-Что происходит?

-Не твоё дело, парень - грубо парирует Иван, пока его рука крепко придерживает меня за талию, контролируя, чтобы я не рухнула на пол.

-Вы так внезапно ушли, что я не мог не проводить важных гостей с этого весьма невесёлого мероприятия - ирония в голосе мужчины, которого я не могу рассмотреть из-под приоткрытых век буквально плещет через верх. Он скорее смеётся над горем утраты, а не сожалеет о случившемся. Сумасшедший. Но голос знакомый, будто я уже слышала этот убоюкивающий бас...Кто он?

-Пока есть возможность вернись в зал на своих двух - злобно, цедит Иван, не выпуская меня и не давая присесть в машину. Мучает, показывает своё превосходство. Ублюдок.

-Вам не стоит беспокоится обо мне, лучше обратите внимание на состояние вашей спутницы. Она валится с ног.

-Я сам решу, что делать с собственной женой - выплёвывает, Броцкий, подымая свою ладонь чуть выше рёбер, почти касаясь моей груди. Мерзость - или куда шёл, малыш - ощутив эту накалённую обстановку всеми фибрами своей души, моя кожа покрывается мурашками, а в ушах звенит тысяча колоколов.

-Я не спорю, но вам не помешало бы показать её специалисту - он волнуется? Этот кто-то переживает обо мне? Да, нет. Не может быть. Есения, прекрати придумывать себе принцев на белом коне, которые вытянут тебя из дворца гнусного злодея и окружат лаской и заботой.

-Заткнись, Тарантино! - я отчётливо слышу звук снятия с предохранителя и напрягаюсь от возможной картины.

-Воу..воу..полегче - шутливо, протараторил приятный голос - здесь же дамы - усмехается он - давайте обсудим наши взаимоотношения наедине, сразу после того, как ваша жена окажется в безопасности.

-Я и есть безопасное место для своей жены, а ты чёртов сосунок, преследуешь меня? Или всё так же надеешься отнять моё? - я никогда не чувствовала себя радом с Иваном в безопасности, он как воронка...затягивает в небытие, в бездну. Опасный садист, который упивается моей безысходностью и беспомощностью. Циничный подонок.

-Я бы так не сказал - не медля ни секунды, пропел весельчак заставивший каждую мышцу моего тела напрячься. Мне хочется смеяться. Кто-то впервые решил осадить Броцкого. И к всемирному сожалению, я не вижу этого героя, но слышу. Я запомню его голос. Навсегда.

-Уберите его с дороги - скомандовал Иван, идущей всё это время за нами парочке амбалов - пока мои люди будут разбираться с этим зазнавшимся мальчишкой, мы с тобой отправимся домой - он взял меня за руку и его губы опустились на тыльную сторону моей ладони. Нет. Нет. Нет - я прослежу, чтобы ты отдохнула - прошептал Броцкий, запихивая меня на пассажирское сидение, а сам сел на переднее, рядом с водителем, при этом сила его взгляда пробирала меня каждый раз, когда он поворачивался в мою сторону. Зрение немного развиднелось, но болезненный звон в ушах никуда ни делся, как и мой явный кошмар в виде моего мужа. Возвращаться в злосчастные стены, давящие на меня из раза в раз - не лучшая идея. Здесь мне становится ещё хуже. Я заперта. Снова. Как только я пересекаю порог его дома еле волоча ноги, грубая ладонь смыкается на моём запястье и я жалобно вскрикиваю.

-Отпусти! - завопила я - пожалуйста - уже тише произнесла я, замечая незнакомый блеск в глазах Ивана...стоп. Я чувствую запах..это...спирт? Он пьян? Нет. Нет. Нет. Как я могла этого не заметить? - умоляю, не трогай меня - прошептала я, почти не слыша собственный голос. Жалкая. Слабая.

-Отпустить - он притягивает меня к себе в плотную - нет - слащаво, тянет Броцкий, заставляя меня вжаться - пожалуйста? - его указательный палец прижимается к моим губам - нет - снова повторяет - умоляешь? - зрачки Ивана расширяются, а глаза становятся почти чёрными. Страшно - я никогда не отпущу тебя, куколка - его мёртвая хватка окутывает мою талию с обеих сторон так, что я ощущаю его желание. Нет. Нет. Нет - мне уже осточертело то, что каждый хочет заполучить то, что я ещё даже не испробовал - оставляя правую руку на моей талии, второй он приступает к завязкам сзади платья - я хочу тебя, Есения - издав животный рык, признаётся Броцкий, со скоростью света справляясь с платьем, которое тут же падает на пол, открывая перед ним изрезанное тело. Он улыбается. Садист. Сумасшедший. Ненавижу.

-Нет! - начиная истерически извиваться, чтобы высвободить своё тело из его хватки, закричала я - не надо! - голос стоек, громок и отчаян. Я на грани. Страшно.

-Прекрати брыкаться, куколка. Я твой муж и я возьму то, что принадлежит мне по закону. Ты должна быть благодарна мне за то, что я не брал тебя в брачную ночь, ах да... - стаскивая бретельку лифчика с моего плеча, воркует Броцкий - тогда ты была столь напугана, что я просто навсего не смог подойти к тебе, всё вокруг сотрясалась так, словно началось землетрясение. Трусиха. Маленькая куколка, боится меня - горделиво, заявил он, приступая к второй бретельке.

-Нет! - снова крикнула я, цепляясь в его ладонь, которая обхватила мою талию - умоляю, не надо - взмолилась я, впиваясь в грубую кожу - я сделаю всё, что ты пожелаешь, но не трогай меня. Прошу тебя! - падая перед ним на колени, он всё же не хотел выпускать мои рёбра из своей ладони, поэтому я неровно приземлилась на пол и ударилась плечом об дорогой паркет, тихо постанывая от боли.

-Есения, если ты думаешь, что я не трахну тебя на полу, то ты глубоко ошибаешься, куколка - лукавая ухмылка дрогнула на его губах и я потеряла последнюю надежду на спасение...конец - но... - опуская передо мной на корточки, его указательный палец приподнимает мой подбородок, приказывая смотреть в глаза - ты действительно готова сделать всё, о чём я тебя попрошу? - я нервно закивала в ответ - не уж то, ты настолько не хочешь меня? - в его голосе появилось ироничное расстройство. Манипулятор.

-Я сделаю всё - прошептала я, испытывая огромное желание прикрыться. Броцкий не тот мужчина, перед которым я готова обнажить своё тело. Он мне противен. Я боюсь его.

-В таком случае, ты докажешь мне свою верность, а я устрою тебе пламенную встречу с человеком, который избил твою мать - внутри всё перевернулось, Надежда воспылала с новой силой. Я спасена.

-Что от меня требуется?

-Ты будешь спать в моей постели - от его слов по спине пробежала толпа мурашек - и я буду касаться тебя там где захочу, но не трону твою девственность, Есения. Я твой муж и я хочу тебя, как женщину. Ты моя. Это мои последние слова.

-Нет - выдавив из себя жалкий писк, ответила я, но реакция Ивана не заставила долго ждать. Он схватил меня за волосы и впился своими губами в мои. Нотки корицы, ванили и перца встретили меня вместе с его изголодавшимся языком. Коньяк. Точно. Он пил коньяк. Терпко и пряно одновременно. Гадко. Я выставила руки перед собой, но он проигнорировал мой отказ и вжался так, что мои локти заныли от резкой смены положения. Доминирует. Садист. Монстр. Впечатав меня в близлежащую стену, его руки принялись по-хозяйски исследовать моё тело. Нет. Нет - Нет! - замычала я ему в губы, плюнув прямо ему в рот, но он не остановился, и одна из его рук принялась расстёгивать брюки. Нет. Нет.

-Я давал тебе шанс, куколка - одним махом он срывает с меня лифчик, оголяя грудь и жадно разглядывает - я хотел быть с тобой нежным и осторожным, но ты отказалась - вторая его рука коснулась кромки трусиков и тут я запаниковала с новой силой.

-Я согласна. Стой! Не надо! - он резко остановился и отошёл от меня на пару шагов - остановись. Я буду спать с тобой в одной кровати, но не трогай меня - прикрываясь обеими руками, перепугано протараторила я.

-Отличный выбор, куколка - он ухмыляется. Снова. Мерзавец. В любом случае он в выигрыше. Он сможет касаться меня, зная, что я этого не хочу. Он упивается моей безысходностью - тогда, завтра ты встретишься с человеком, который стал стимулом нашей роковой встречи - его взгляд скользит по всему моему телу и останавливается там, где я прикрылась руками - убери их - чеканит он, но я слишком боюсь, чтобы двинуться - Есения, я хочу видеть твоё тело -уже тише, произносит Иван, словно успокаивая.

-Это правда?

-Да, я устрою вашу встречу - срываясь на крик, парирует он, сокращая между нами расстояние и самолично раздвигая мои руки по разным сторонам, вбивая в стену - но для начала, мы пойдём спать - я робко, осматриваюсь вокруг в поисках, чем бы прикрыться, но Броцкий словно читает мои мысли - ты не станешь одеваться. Ты будешь идти первой, а я буду смотреть на твои колышущиеся сиськи и округлую задницу, на которую смотрит каждый мужик - озлоблено, цедит он - только передо мной и только в моём присутствии, ты имеешь право оголять своё тело. Оно моё. Вся ты моя, Есения - напоминая самому себе то, что я принадлежу такому уроду, как он, слащаво воркует Броцкий. Самодовольно улыбаясь.

-Я поняла - неуверена, что он вовсе слышал меня, но я делаю шаг вперёд и всё моё тело покрывает озноб. Сзади меня садист. Монстр. И он идёт попятам. Каждый его шаг равен частоте ударов моего сердца. Пугающе. Поднимаясь по лестнице шаг за шагом, я начинаю чувствовать слабость во всём теле. Ломит.

-Куколка, если ты упадёшь в обморок, то мне придётся поиграть с тобой прямо здесь и сейчас - Чёрт! Нет. Нет. Нет. Глаза закрываются. Тело словно в полёте. Мне до жути хочется пить. Что со мной? Я ощущаю, как колени соприкасаются с полом, а перед глазами тьма тьмущая. Последнее, что я слышу это раздражённый вздох и пару матерных слов. Он зол. Его не устраивает моё состояние, значит он не тронет меня. Святой отец. Спасибо. Даже если я умерла, всё равно спасибо. Я не стану жертвой домашнего насилия. Аминь.

Не знаю сколько прошло времени после того, как я отключилась, но проснулась я не в его кровати. Слава Богу!

-Добрый вечер - произносит знакомый голос и я уже готова зарыться под одеяло, ссылаясь на кошмарный сон, но Аркадий - семейный врач, стоит надо мной со шприцем в руках - это кислородный раствор желатина - отчитывается он, находя в моих глазах страх - этот укол нужен вашему здоровью, вы потеряли слишком много крови, а то, что вам не оказали медицинскую помощь сразу после обильного кровотечения вызвало шоковое состояние организма. Вы упали в обморок, но самое невероятное то, что вы так долго продержались в сознании. Удивительно - искреннее изумление заплясало на непробиваемом выражении лица, Аркадия.