– Почему мы едим в другой машине?
Спросила я у одного из мужчин, который давно уже снял свой бейджик менеджера со странным именем Анзор. Он посмотрел на меня, скользнув своим взглядом с ног до головы и улыбнулся белоснежной улыбки, от которой уже давно таяла Наташка.
– В автобусе мало места, а это наша рабочая машина, так что считайте это vip поездкой. Давайте садитесь, автобус уже отъехал.
Посмотрев на машину и на девушек, которые уже сели в машину, я, конечно, тоже присоединилась к ним. Я не могла им не верить, я тогда даже не подозревала о их умысле. В тот момент я наивно полагала, что мы едим к нашему отелю, а так как я дороги не знала, то и подозрений у меня не вызвало и то, что мы отстали от основного автобуса и то, что мы свернули с главной автострады на песчаную дорогу, даже то, что двое мужчин перешли на арабскую речь и смеялись все время поглядывая на нас.
Нас в машине было пятеро. Пять девушек примерно одного возраста. Пять жертв, которые даже не подозревали, что они станут разменной монетой, для извращённой системы, которая не укладывалась в моем мозгу.
Первые нотки страха, я почувствовала, когда красивый пейзаж города сменился унылым видом покосившихся домов. Мы ехали по обветшалой дороге, все дальше удаляясь от центра Абу-Даби. Все реже нам на встречу попадались машины и люди. Всё чаще встречались люди, закутанные с ног до головы, уступающие дорогу машине.
– Что-то не так.
Произнесла я и посмотрела на девушек, которые тоже притихли и вглядывались в окно машины. Они казались не меньше меня озадаченными тем, что машина удаляется все дальше от города. Я посмотрела в окно и сердце просто остановилась, когда в несколько метрах от нас возник, нет не отель самый красивый в эмиратах и даже не береговая линия, а покосившийся амбар, который стоял в самом центре пустыни.
– Ну что, шлюхи, добро пожаловать в самый лучший отель Абу-Даби!
Голос Анзора словно нож полоснул слух. И всё равно, даже тогда я не верила, надеялась, что это розыгрыш. Ждала, когда выскачет человек и скажет: «Улыбнитесь. вас снимала скрытая камера!» Но никто не выскочил и не закричал, а в машине была такая тишина, от которой становилось ещё страшнее.
– Что тут происходит? Куда вы нас привезли?
Спросила девушка по имени Лена. Блондинка в строгом костюме и пучком на голове. Она наверно была самой смелой, потому как все боялись не то, что начать спрашивать, всем страшно было даже дышать.
Мужчины не ответили.
Анзор вышел из машины и развязал узел на галстуке. Вдохнул полной грудью и произнёс что-то на арабском. Это я потом поняла, что он отдал приказ и его беспрекословно послушались, начиная одну за другой вытаскивать вырывающихся девушек. Меня вытащили последней, я как могла упиралась ногами о пол машины, но силы были не равными. В последнюю минуту я споткнулась и упала на песок, чувствуя, как тот обжигает непривыкшую кожу своим жаром. Частички песка врезались в оголённые колени, словно мелкие стекла, вызывая боль в ногах.
Я подняла взгляд и встретилась со взглядом Анзора, который усмехнулся и прошёл вдоль ряда из девушек. Он словно хищник прохаживался рассматривал девушек, выбирая среди нас ту, кто утолит на время их похоть.
Я чувствовала, как дрожат мои руки, как по щекам катились слезы непонимания, как душа уходит в пятки, когда мужчина вновь подходит ко мне и проводит пальцами по своим губам.
– Анзор, мне нравится рыжая! У неё кожа словно молоко, думаю и на вкус она такая же.
Услышала я голос второго мужчины, имя которого я не запомнила, но сейчас это было не главным. Рыжей была только я и значит говорит он обо мне. Я сжалась на песке и в панике переводила взгляд с девушек на мужчин, которые сейчас рассматривали меня.
– Придержи свои яйца. Он выбрал её, если с неё упадёт хоть волосинка, ты лишишься члена.
Кто выбрал? Что тут происходит? Я не знала на это ответы, от чего было мучительно больно. Солнце безжалостно обжигало светлую кожу и становилось всё жарче и тяжелее дышать. Я провела языком по своим пересохшим губам замечая липкий взгляд второго на себе. Отвела взгляд, пытаясь понять вообще, где они находятся. Травы на земле нет, только стручки и кустарники полусухие с колючими цветами. Я не могла понять, о чем говорят мужчины, когда те переходили с русского на арабский, тогда я не могла ещё в полной мере понять происходящее, но до того момента, пока взгляд Анзора не пал на Наташу.
Тогда я и поняла, что происходит и куда мы попали. Попали мы в самый настоящий ад, хотя потом я пойму, что это были лишь ворота в преисподнюю. Ад меня ждал чуть позже.
Помощник Анзора схватил Наташу за её волосы и резко поднял на ноги. Осмотрел ту с ног до головы и хищно улыбнулся.
– Хорошая сучка…
Произнёс он и швырнул плачущую девушку с такой силой, от чего Наташа пролетела пару метров и упала на песок, сильно ударившись спиной и не сразу смогла встать. Хотя встать ей так и не позволили…
Её насиловали два часа на глазах у всех. Жёстко, как стая диких животных, они разрывали несчастную девушку, не обращая внимания на все её мольбы и крики о пощади. Я не хотела на это смотреть, отворачивалась, но меня тут же с силой заставляли смотреть. Этот крик я запомнила на всегда. Он впитался в мою кожу с потом. Как я не пыталась закрыть уши ладошками, у меня это не получалось. Глаза опухли от слез. Я кричала чтобы они остановились, но те лишь смеялись и менялись местами.
Перед тем как эти звери, по-другому я не могу назвать этих людей, закончили, Наташа не издала и звука, она лежала на песке а ее тело покрылось синяками и разводами от крови.
– Приберитесь тут. Девку закапать в песках, этим дать воды, а то от их воя у меня разболелась голова.
Распорядился Анзор и кинул свой дорогой пиджак на сидение машины. Я смотрела мутным взглядом от слез на то, как люди Анзора подхватили бездыханное тело Наташи и понесли ту за полуразрушенное строение. Тогда я уже понимала, что она больше не вернётся.
Спустя три часа как самолёт приземлился в аэропорту Абу-Даби, нас осталось четверо. Я не знала куда нас везут, что с нами будет и кто будет следующей, но я точно знала, что должна бежать. Бежать ради свой жизни, но я тогда не знала, какое ждёт наказание за побег.
ГЛАВА 3
Ехали мы долго. Уже не спрашивали куда, зачем и почему именно мы. После того, что случилось с Наташей, никто не пытался говорить, все сидели, прижавшись друг к другу и тихо всхлипывали. Это только в книгах или же в фильмах голливудских режиссёров, жертвы похищения пытаются самостоятельно выбраться, уложив всех противником одним ударом. В реальности же, один сильный удар, от которого перехватывает дыхание заставляет не то, чтобы поднять голову, но и не позволяет думать о побеге. Хотя я думала, каждую минуту думала о том, что сбегу из лап Анзора и его людей.
В течение следующих трёх часов, эти животные изнасиловали и убили ещё одну девушку, тихую и слегка зажатую Иру.
– Остались самые лучшие на десерт.
Произнёс помощник и придвинулся ко мне.
Я напряглась, когда он намотал на палец прядь моих волос и понюхал те. Хотела отшатнуться в сторону, но не смогла, моё тело меня не слушалось. Тогда, я была словно крыса перед удавом, загипнотизирована сильным хищником. Он повёл рукой по моей шее, и я закусила внутреннюю сторону щеки и зажмурилась.
– Ахмад… руки от девчонки убери.
– Анзор, брат, мы всегда брали то, что нам хотелось, а эти шлюхи были лишь для одного.
Он оскалился и просунул свою грязную лапу под подол моего сарафана. Сжав ноги, я расширила от ужаса глаза, мне было противно его прикосновения, я все ещё слышала крик несчастных девушек и видела затуманенный похотью взгляд Ахмада.
Послышался щелчок предохранителя на пистолете и дуло того упёрлось в затылок Ахмата.
– Я тебя предупреждал, что её не трогать.
Ахмат удивлено смотрел на своего босса. После пятиминутной мыслительной работы Ахмат убрал руку от меня и отодвинулся на своё место.
– Ничего сучка, мы ещё познакомимся с тобой получше…
Эти слова не вызвали во мне в общем счёте ничего, я надеялась, что с этим человеком я не встречусь больше никогда, как же я была тогда наивна. Лишь чувство грязи на моём теле вызывало воспоминание о его руке под моим сарафаном. Мне хотелось взять губку с хорошим количеством геля для души и вымыть те месте которых касался Ахмад, но мы не могли мечтать даже о глотке воды, нежели о хорошем душе. В кабине машины было душно, мы все хотели пить, но попросить боялись. С каждой миной потребность в глотке холодной воды всё возрастала и тогда Лена не выдержала и попросила хоть глоток, они лишь рассмеялись, но через пару минут кинули к нашим ногам бутылку с холодной водой.
Это была та роскошь, о которой не задумываешь в реальной жизни, но на самом деле за глоток воды, человек может убить. Я видела, как девушки в этот вечер дрались за почти опустевшую бутылку, разбивая друг другу лицо, вырывая волосы и крича пытаясь завладеть бутылкой. Жажда людей превращает в животных.
Я сидела, прижавшись к стене машины и старалась согреться. Раньше даже не догадывалась как меняется температура в пустыне, днём было жарко, но с приходом сумерек начинался дикий холод. А утром снова дорога, снова однотипный пейзаж за окном и уже знакомый липкий взгляд мужчин на измученных девушках. Нас не трогали, Анзор выполнял свою работу на все сто процентов и следил за своими людьми. Нас берегли. Кормили один раз в день куском хлеба и давали бутылку прохладной воды, но даже этот скудный набор казался роскошным обедом.
Спустя три дня непрерывной езды по пескам, машина остановились. Воцарилась очередная пугающаяся тишина, даже охрана притихла, лишь Анзор был расслабленный и смотрел куда-то в даль. Где мы находились я не знала, нам в последнюю минуту закрыли окна, и паника возросла в несколько раз.
– Может нас хотят отпустить?
Прошептала Лена и посмотрела на меня. Даже она, казавшаяся мне самой сильной из нас начала волноваться.
– Ты еще веришь, что нас хотят отпустить, после того, что было?
Она поджала губы и отвернулась.