Заблудшая душа

Глава 1

Майский вечер накрыл город тяжёлым, липким теплом. Даже после захода солнца воздух не остывал — он висел густой пеленой, пропитанный запахом нагретого асфальта и выхлопных газов.

Кира вышла из метро и поморщилась. Толпа на выходе давила, шумела, дышала в затылок. Она привычно вжала голову в плечи и быстрым шагом направилась к дому, крепче прижимая к себе рюкзак.

Девушка позволила себе глубоко вдохнуть, только когда двери лифта наконец закрылись и отрезали её от хаотичного города.

Она вошла в квартиру и несколько секунд просто стояла в прихожей, не включая свет. Только слабое городское сияние проникало через огромное окно гостиной, ложась на пол бледными прямоугольниками.

Здесь было тихо. Но слишком тихо. Уже месяц прошёл, как родители уехали заканчивать ремонт в новом доме, а Кира всё ещё не могла привыкнуть к этим одиноким вечерам. За 19 лет она впервые осталась без семьи. И особенно остро одиночество чувствовалось с наступлением сумерек.

Большая современная квартира: высокие потолки, светлый ламинат, панорамные окна. Родители пытались сделать её уютной, но по-настоящему обжитой она так и не стала. Слишком правильная. Словно это демонстрационный экспонат строительной компании.

Кира сбросила кроссовки и прошлась босиком по полу. Ламинат приятно холодил разгорячённые ступни. Она сразу же принялась распаковывать содержимое рюкзака. Среди конспектов, скетчбуков и разбросанных карандашей лежал крафтовый пакет. Она несла его через полгорода, а в метро крепко прижимала к груди. Теперь драгоценность оказалась на кофейном столике в гостиной. Кира стояла на коленках и с нетерпением доставала коробку, перевязанную простым белым шнурком.

От одного вида логотипа на коробке в груди завибрировал восторг. Девушка взвизгнула от радости и открыла крышку. Внутри, в гнездах из мягкой гофрированной бумаги, стояли стеклянные банки — темного янтарного стекла, с черными завинчивающимися крышками. Пять штук. Она достала первую, самую тяжелую.

На этикетке строгим музейным шрифтом написано: «Lapis Lazuli, Afghanistan».

Афганский лазурит. В баночке, под слоем темно-синего, почти фиолетового порошка, угадывались крошечные золотистые искры. Она открутила крышку. Запах камня — сухой, минеральный, чуть сернистый.

Не в силах молчать, Кира схватила телефон и набрала мамин номер.

— Они приехали! — девушка почти кричала. — Спасибо-спасибо-спасибо!

В телефоне послышался мягкий смех мамы.

— Поздравляю с окончанием колледжа, мой самый талантливый реставратор.

— Ну, ещё не закончила, но… Боже, у меня слов нет. Это что-то невероятное! Тут киноварь, охра из Прованса, даже свинцовые белила, которые вообще запрещены в массовом использовании, их только для реставрации применяют.

— Я знаю, сама выбирала, — мама снова засмеялась. — Только мне, что на немецком сайте, что с твоих слов всё равно это просто порошочки цветные.

— Нееет! Ты с ума сошла? Это… Это сокровище! Да ну хотя бы то, что каждый минерал имеет свою историю. Как ты можешь так спокойно реагировать?

— Солнце, я очень рада, что ты довольна.

— Ты просто их не видела. Это очень красиво. Я теперь как средневековые мастера буду краски сама готовить. Тут даже инструменты для растирания есть.

— Вот приедешь и покажешь, как это делать. А мы пока тут более простыми делами позанимаемся. Ой, чуть не забыла. Бабулины вещи разбирать начали, там книги по реставрации и искусству, оставить тебе их?

— Конечно.

— Иногда меня даже пугает то, насколько ты похожа на неё. Вот кто бы с тобой эти все пигменты в захлёб обсуждал.

— Наверно.

Кире сложно было представить это. Бабушка умерла, когда девочке было всего 9 лет. А до этого внучку привозили только на лето. Хотя первые 6 лет Кира с родителями жила в деревне, вместе с бабулей Агатой. Она помнила, как бабушка рассказывала на ночь сказки, и как они рисовали вместе. Кира переживала каждый раз, потому что бабушка требовала от девочки правильных мазков с раннего детства. Ещё Кира помнила её кабинет, в который девчонку не пускали, но всегда было любопытно, что там. Один раз она пробралась туда: вдоль стен стояли подрамники, холсты. Целые полки с разными тюбиками и баночками. Но её тут же поймала бабушка и попросила больше не баловаться там.

— Бабушка, скорее бы отчитала меня, что я кисточку не так держу, — усмехнулась Кира.

— Не без этого. С опытом не поспоришь.

Разговор продлился ещё долго, как и каждый вечер. Кира любила поболтать с мамой — так расстояние казалось меньше. Правда, оно и без этого было относительно небольшим. Родители жили в деревушке у моря — ехать от города всего 3 часа на машине. Но у Киры машины не было, а папе ездить туда-сюда неудобно. Поэтому студентка готовилась к сдаче последних экзаменов, чтобы окончательно освободиться, и как в детстве уехать на лето к морю. А может и навсегда.

Горячий телефон остался на столике. Кира бережно сложила баночки и унесла к себе в комнату на полочку. Опробовать их хотелось невероятно, но уже было поздно, а она ещё даже не ужинала. Поэтому творчество придётся отложить до завтра. Кира уже думала, что же она изобразит, но все идеи были недостойными таких материалов.

Когда она была в душе, телефон завибрировал на раковине. Кира выглянула из-за шторки, пока экран ещё горел. Сообщение от Ленки: «Завтра вечером ты моя. Без отговорок. Не вздумай куда-то свалить. Люблю».

Следующему дню не быть спокойным. Кира посмотрела вверх, будто кто-то мог её спасти от авантюр подруги, и глубоко вздохнула.

Глава 2

Будильник назойливо трезвонил. Кира с закрытыми глазами нашла телефон и нажала кнопку блокировки. Глаза отказывались открываться, и она потёрла их ладонями. Мысль пропустить лекцию побеждала совесть. Ещё хоть бы минутку поспать.

Кира подскочила, когда будильник зазвонил снова. Всё. Теперь уже точно пора немедленно вставать. Онлайн лекция начиналась через 15 минут, а прилежная студентка ещё даже не почистила зубы.

Девушка подключилась к звонку за минуту до начала. Её никогда не ругали за несвоевременное появление, сдачу работы не в срок, или некачественный эскиз. Потому что Кира не позволяла себе таких промахов. Даже сейчас она послушно сидела перед камерой, а кружка, в которой лежал чайный пакетик, так и стояла на кухонной тумбе. Чайник только закипел, и соня не успела налить в кружку кипяток. А теперь вставать было неудобно. Выключить камеру означало проявить неуважение к преподавателю. Оставалось только ждать окончания лекции.

Время тянулось медленно. Интересной информации не было, так как уже приближался конец обучения, сейчас основное внимание было на тех, кто мог быть не допущен до экзаменов и защите диплома. Кира не относилась к этим ребятам.

Наконец Павел Олегович объявил о перерыве, и студенты выключили камеры. Кира сразу же клацнула чайник, и пока он закипал сделала себе несколько бутербродов с колбасой и помидорами. Когда она наливала воду в кружку, в коридоре раздался хлопок закрывшейся двери.

— Зай, привет!

Кира даже не дёрнулась. Она привыкла, что Ленка может появиться в любой момент. Особенно после отъезда родителей, когда она сама отдала подруге комплект ключей от своей квартиры.

— Аккуратней, — Кира вся напряглась.

От объятий, которыми гостья сдавила её сзади, она чуть не разлила воду.

— У меня сейчас ещё занятие. Чайник закипел, всё, что найдёшь на кухне твоё, я пошла в комнату, чтобы ты не лезла в камеру.

— Та, блин! Кир, серьёзно?

— Ты вообще про вечер говорила. А сейчас… — Кира глянула на экран телефона. — 10:28.

— Нам нужно подготовиться к вечеру.

— Мне не нравится, что для этого надо готовиться. Но расскажешь позже.

— Ты уже и так «автоматы» получила. Что тебе делать на этих лекциях?

— Дипломная ещё осталась, сейчас как раз должен мой куратор подключиться, чтобы обсудить защиту.

— Вали, зануда.

Кира чмокнула в воздухе, будто отправила подруге воздушный поцелуй, и перенесла ноутбук в комнату, жуя бутерброд.

— Долго тебе ещё?

— Часа полтора.

Лена закатила глаза и потянулась за чистой кружкой.

Кира уже сидела в наушниках, готовая подключиться к звонку. По плечу пробежало лёгкое прикосновение, от которого она подпрыгнула.

— Господи! Что?

— А давай ты лучше обратно на кухню? — наигранно улыбаясь, предложила Лена. — А я пока посмотрю, что у тебя из одежды имеется для нашего вечера.

Кира быстро направилась на кухню.

— Поищи там спортивный костюм, чтобы было не жалко в земле испачкать, — крикнула она подруге. — Я тебя где-нибудь в парке сегодня закопаю!

— И я тебя люблю.

Пока студентка прилежно слушала лекции, подруга снова и снова выглядывала из комнаты и показывала Кире очередной наряд. Хорошо, что девушка заранее села лицом к двери, и теперь одними глазами показывала своё мнение по поводу предлагаемых образов.

Когда Лена радостно выскочила с темно-бордовым мини платьем в руках, Кира не сдержалась, на секунду отключила камеру и покрутила пальцем у виска.

— Куда мы собираемся?!

— Танцевать.

Кире не понравился этот ответ, но разбираться сейчас было некогда. Она глубоко вздохнула и покачала головой, затем вернулась к обучению.

Сидеть спокойно больше не получалось. Какие бы это ни были танцы, туда уже не хотелось идти. Почему нельзя было просто набрать разных чипсов, заказать пиццу и посмотреть что-нибудь вместе до рассвета?

Как только преподаватель попрощался со всеми, студентка с нетерпением захлопнула ноутбук и направилась в свою комнату. На кровати лежало это ужасно короткое платье на бретельках.

— Лена, нет!

— Кира, да!

— Во-первых, ты же знаешь, что я ненавижу все ваши клубы…

— Я не зову тебя в клуб.

— Во-вторых, в этом, — Кира ткнула пальцем в платье. — Я вообще никуда не пойду.

— Но ты же его зачем-то купила.

— Из-за тебя! И мимолётного авантюрного желания.

— Я помню этот шоппинг, — Лена ухмыльнулась. — Ты шикарно выглядишь в нём. Особенно сиськи и талия.

Подруга ущипнула Киру за бедро, за что тут же получила по руке.

— Зай, это частная вечеринка с очень классной компанией ребят.

— Лен, а ты давно с ними знакома, чтобы так уверенно оценивать их?

Подруга на секунду замерла. Потом рассмеялась.

— Ну... полгода. Может, восемь месяцев.

— И прям классные?

— Нормальные. Ты и так всё знаешь. Там будут баскетболисты с моего универа и моя команда черлидерш. Хорошие люди... со связями. Такие всегда нужны в друзьях.

Она сказала это и осеклась. Посмотрела на Киру — не то с вызовом, не то с мольбой.

— Просто... просто пошли со мной. Ты же не подставишь меня?

Кира отвернулась в сторону окна. Она всегда так делала, когда была расстроена, или не оставалось аргументов. Тревожность холодными присосками своих щупалец прилипала к внутренностям. Это не классные ребята. Сборище гиен, где Лена пытается стать своей, как бы некомфортно ей не было. Отказать ей было бы предательством. Согласиться значит предать себя.

Лена приобняла подругу сзади за плечи и положила свой подбородок на её плечо.

— Давай пойдём?

Кира неуверенно посмотрела на платье.

— Угу.

Лена сжала её сильнее и чмокнула в щеку.

***

Вечер приближался, и подруги были почти готовы выезжать.

— Зачем тебе туда? Ты каждый раз рассказываешь, как тебе некомфортно на тренировках, и сама идёшь к ним.

— Если не идти, то и не будет комфортно. Нужно больше неформального общения, подружимся с ними, и будет всё круто.

— Я не собираюсь с ними дружить.

Лена убрала помаду от наполовину накрашенных губ.

— Пожалуйста, не надо там хмурить свои чёрные брови.

Кира глубоко вздохнула.

— Будь солнышком, а не грозовой тучкой. Ради меня.

— Конечно.

Кира в очередной раз посмотрела на себя в зеркало. Она была красивой, Лена не обманула. Платье едва прикрывало ягодицы, но эффектно подчёркивало ее изящную фигуру. Лямки тонкими линиями проходили по фарфоровым плечам. Волосы мягкими волнами спускались до талии. Чёрные пряди ещё сильнее подчёркивали тонкую белую кожу. Завершал образ макияж. Тут Лена не терпела компромиссов и взяла всё в свои руки. Получилось шикарно: темные тени с золотыми вкраплениями делали глаза гипнотически красивыми, а губы стали магнитом. Пухлые и без косметики, теперь они были ещё большим вызовом, чем длина платья. Тёмно-бордовые, в цвет ткани, они манили к себе.

— Спасибо, Лен.

— Маме с папой спасибо скажи, что такую сделали. Но вообще, думаю, может тебе и правда остаться дома.

— Чего?!

— Ты большая конкуренция.

— Дура, — Кира засмеялась. — Это невозможно.

Это не было ложью. Лена полная противоположность подруги, но нисколько не уступала ей. Блондинка со светло-голубыми глазами могла очаровать любого, кого пожелает. Для своего образа она выбрала топ без бретелек и юбку не длиннее платья Киры.

— Если ты поднимешь руки, то точно заберёшь всё внимание на свои голые вишенки.

— На то и расчёт, детка, — Лена поправила короткий топ и подмигнула.

Подружки обулись и поцокали тонкими каблучками по коридору к лифту.

Когда они приехали, Кира вышла из такси и несколько секунд просто стояла на тротуаре, глядя на освещённую тропинку, которая вела к двухэтажному дому. Тут все дома были отстроены в одном стиле. Это был очередной новый коттеджный посёлок в «черте города», вот только ехали они до него почти час, и это без пробок.

Музыка из дома пробивалась наружу.

— А соседи полицию не вызовут?

— Зай, уверена тут уже всё улажено.

Кира глубоко вдохнула, пытаясь унять нервную дрожь в руках. Сердце колотилось сильно и неровно. Платье, которое ещё дома казалось вполне нормальным, теперь было слишком открытым — ткань подскакивала от каждого шага, и девушка снова и снова одёргивала подол.

— Никто тебя не укусит. Ну разве что кто-нибудь очень симпатичный и богатый, — Лена подмигнула и засмеялась.

Подруга взяла Киру под руку, и они пошли внутрь.

На первом этаже было шумно, жарко и тесно. Примерно двадцать-двадцать пять человек. Кто-то танцевал в гостиной, другие курили на террасе, ещё одна группа громко обсуждала что-то на кухне. Воздух был пропитан запахом алкоголя, сладких коктейлей, парфюма и лёгкого пота. Музыка била по ушам.

Лена тянула за собой. Здоровалась — громко, уверенно, с распахнутой улыбкой. Но Кира заметила: ей отвечали не все. Кто-то кивал вяло. Кто-то скользил взглядом и отворачивался. Одна девушка — длинноногая блондинка с бокалом — посмотрела на Лену так, будто та была пустым местом. Лена сделала вид, что не заметила. Улыбка на секунду дрогнула — и снова стала прежней.

— Тут все свои, — шепнула она Кире. Слишком громко. Как будто убеждала не подругу, а себя.

Они подошли к столу с напитками.

— Что будешь? Джин-тоник? Вино? Или давай что-нибудь покрепче?

— Джин-тоник… лёгкий, — тихо ответила Кира.

Пока Лена готовила напиток, Кира стояла рядом и пыталась выглядеть естественно. В целом никто и не обращал на неё внимания. Но всё равно хотелось сжаться, как улитка и спрятаться в свой домик.

— Расслабься, — шепнула Лена, протягивая ей бокал.

Кира сделала маленький глоток. Горло обожгло, хотя напиток был холодным. Девушка поморщилась.

— Это лёгкий?!

— Не бухти. Ты зажата, как пружина. Выпей, потанцуй. Сегодня ты должна наконец-то отдохнуть.

— Ты это себе?

Подруга не ответила, но Кира видела, как на мгновение нахмурились её брови. Может Лена и права, и им нужно расслабиться? Художница сделала второй глоток. Вкус не стал приятнее. Музыка продолжала громыхать, девушки направились в центр импровизированного танцпола. Кира пыталась избежать этого, но Лена беспощадно тянула её за собой.

Люди вокруг были слишком громкими, слишком яркими. Как вообще можно тут расслабиться, если тебя постоянно кто-то касается, толкает, и надо следить ещё за этим стаканом в руках, чтобы не разлить его содержимое? Кира старалась поддерживать это настроение и улыбаться, но это ложь. Когда ей в очередной раз прилетели по лицу растрёпанные пряди отчаянно танцующей девушки, она не выдержала и отошла к большому окну.

Оно было приоткрыто на форточку и свежий вечерний воздух коснулся кожи. Кира сделала глубокий вдох и ощутила, как расслабляются мышцы лица. Натянутая улыбка покинула вечеринку.

Лена тут же появилась рядом, сияющая и немного пьяная. Она подхватила Киру под локоть и потянула, чтобы развернуть её от окна.

— Лен, хватит. Я хочу уйти.

— Не выдумывай! Смотри скорее, вон главный красавчик, который всё это организовал, — тусовщица с игривой улыбкой кивнула в сторону лестницы.

Лена помахала рукой, и высокий парень лет двадцати трёх направился к ним. Тёмные волосы, лёгкая щетина, уверенная походка. Он сразу притягивал внимание всех девчонок — не идеально красивый, но с какой-то харизмой, которая заставляла их обращать на него внимание. Или всему виной просто деньги?

Лена проследила за взглядом молодого человека. Тот смотрел — не на неё, на Киру. Долго. Оценивающе. Что-то мелькнуло на лице Лены. Быстрое. Злое. Тут же спрятанное за улыбкой.

— Я вас познакомлю, — сказала она. Голос был ровный. Только пальцы слишком крепко сжали локоть Киры.

Парень подошёл к подругам.

— Данил, — представила его Лена. — А это моя лучшая подруга — Кира.

Он рассматривал её внимательно, чуть склонив голову набок, как смотрят на картину, которую хотят купить. Потом улыбнулся.

— Значит, ты та самая художница.

Кира осуждающе посмотрела на подругу.

— Реставратор, если точнее.

— Это разве не одно и то же?

— Вообще нет…

Кира неловко улыбнулась и потянула подругу ближе к себе.

— Не бойся. — Данил не отводил от неё взгляда. — Я не кусаюсь. Подружку можешь отпустить.

Он скользнул взглядом по Лене — коротко. И снова вернулся к Кире. Улыбка на лице Лены стала чуть более натянутой. Он говорил легко, без давления, но в его тоне было что-то такое, от чего у Киры по спине пробежали мурашки. Она опустила глаза на бокал, который всё ещё был в её руках. Лёд полностью растаял.

Данил бережно взял его, слегка коснувшись её пальцев. Кира на секунду замялась.

— Обновим напитки?

Ямочки на щеках парня сделали его лицо мягче. Девушка кивнула, боясь показаться занудой.

Он отошёл на кухню. Лена высвободила свою руку из пальцев Киры.

— Не будь дурочкой, — прошептала она.

— Лена, стой!

Подруга подмигнула ей и пошла в сторону танцпола. Кира сделала несколько шагов за ней.

— Планируешь сбежать? — голос Данила прозвучал прямо над ухом.

— Н-нет.

Парень протянул ей новый бокал на тонкой ножке, в котором красиво переливался розоватый коктейль.

— Крепкий? — осторожно уточнила Кира.

— Тебе понравится.

Она сомневалась.

— Хоть в честь нашего знакомства, — мягкая улыбка украсила мужское лицо.

Края бокала были обсыпаны сахаром. Сладковатый вкус сменился кислинкой брусничного сока, а затем терпкостью алкоголя. Но всё вместе было лучше, чем то, что намешала Ленка.

— Ты какая-то напряжённая. Не любишь такие тусовки?

— Нет, — ответила она, и улыбнулась от собственной честности.

Данил наклонился ближе и тихо сказал ей на ухо:

— Пойдём на второй этаж? Там есть балкончик — будет гораздо тише. Думаю, тебе понравится больше.

Кира внимательно посмотрела на парня. Он не настаивал, только ждал её ответа. К щекам прилила кровь от её дурных мыслей, что он задумал затащить её в спальню. Или это от коктейля. Воздуха тоже стало мало.

— Не беспокойся, я лучше…

В этот момент Кира сделала шаг в сторону и подвернула ногу. Дурацкие шпильки! Данил ловко подхватил её.

— Нет, давай всё-таки выйдем на воздух, — усмехнулся он.

Ближе было идти к входной двери, а не на второй этаж, но Кира совсем не хотела больше спорить. Мир вокруг закружился. Всё что ей нужно было это найти точку опоры. И крепкие руки Данила прекрасно подходили. Парень приобнял её за талию, и они пошли к лестнице.

Кира встретилась взглядом с Леной, которая стояла недалеко от ступенек и крутила в руках пустой бокал.

Подруга улыбнулась — коротко, криво. Но в глазах было другое. Кира успела заметить: не одобрение. Не радость. Что-то похожее на панику. Лена шагнула было вперёд — и остановилась. Посмотрела на Данила. Потом на Киру. И — отвернулась.

Он вёл её по ступенькам. Затем открыл дверь на втором этаже и ветерок тут же наполнил лёгкие девушки отрезвляющим воздухом. Балкончик с мягким тёплым освещением и видом на тёмный сад был, действительно, лучше душного первого этажа. Парень закрыл за ними стеклянную дверь, и стало немного тише.

— Здесь лучше, правда? — сказал он, поворачиваясь к ней.

Кира кивнула и опустилась на небольшой диванчик. Тело было слабым. Глаза закрывались, нужно было прикладывать достаточно усилий, чтобы заставить веки подняться.

Данил сел рядом. Он сам притянул её вплотную к себе.

— Устала?

Она молча кивнула.

— Ты очень красивая. Знаешь, что мне в тебе нравится? Ты не притворяешься. Все эти девчонки там, — он кивнул в сторону дома, — они играют. Улыбаются, флиртуют, строят из себя. А ты настоящая. Даже когда врёшь, что тебе весело. Я это сразу увидел.

Кира попыталась отстраниться. Он не дал.

— Не надо. Не убегай. Я же не сделаю ничего плохого. Просто посиди со мной.

— Я хочу домой.

— Подожди пять минут, я попрошу тебя отвезти.

Он достал телефон и написал кому-то сообщение.

— Пока ты не уехала, сфоткаешься со мной? Просто на память.

Мысли в голове Киры путались. Она сдалась слабости и легла ему на плечо. Данил провёл пальцем по её щеке. Медленно. Почти нежно.

Парень наклонился и впился в её губы. Жадно. Настойчиво. Требовательно. Кира попыталась отстраниться, но он держал её. Телефон в его вытянутой руке издал щелчок камеры.

— Данил… стой… — выдохнула она, отворачивая лицо.

Но он не слушал. Его рука скользнула вниз по её бедру, грубо задирая подол платья. Он навис над ней. Вторая рука крепко держала её за затылок, не позволяя отвернуться. Он целовал в шею, кусал кожу. Горячее дыхание парня обжигало кожу.

Кира из последних сил пыталась освободиться. Отворачивалась от него. В надежде остановить ласки зверя, она впилась ногтями в его грудь.

— Не думал, что ты любишь такие игры.

Он схватил её за шею. Пальцы больно впивались в её плоть. Глаза расширились от боли и нехватки воздуха. Она смотрела на него как загнанный в угол ягнёнок. Не получалось даже сказать «нет».

По щекам потекли слёзы.

Он немного ослабил хватку, когда дыхание жертвы стало прерывистым.

— Пожалуйста, — её голос дрожал. Она отталкивала его руками. — Я не хочу.

— Не ври, — он прижался к ней сильнее.

В бедро Киры упиралось его твёрдое желание овладеть ей. От отвращения подступала тошнота.

Он потянул её на себя. Грубые пальцы поднялись от колена вверх. Ткань задралась, и парень сжал её ягодицы, которые были прикрыты только тонким чёрным кружевом.

— Данил… перестань!

Она надеялась, что обращение по имени вернёт ясность в его голову. Но он словно обезумел. Парень грубо мял грудь одной рукой, а вторая настойчиво лезла между ног, пытаясь сдвинуть бельё.

— Хватит вредничать, — он не кричал. Говорил почти спокойно, как будто объяснял что-то очевидное. — Ты же сама пришла. Сама села. Сама выпила. Я тебя не тянул. Ты знала, зачем мы идём сюда. Все знают, зачем идут на второй этаж.

— Пожалуйста...

— Не надо «пожалуйста». Я же видел, как ты на меня смотрела.

Кира задыхалась от слёз. Страх, сковывал металлическими оковами. Она снова попыталась его оттолкнуть. Изо всех сил упёрлась руками ему в грудь, но он даже не замечал этого. Данил становился только настойчивее.

Он раздвинул её ноги, и чтобы она не сжала их снова, поставил колено между ними. Кира продолжала умолять его остановиться, но его это только заводило ещё сильнее. В его серых глазах не осталось ничего человеческого. На неё смотрел монстр, который не слышал её мольбы. Которому нравились её страдания.

Пальцы коснулись трусиков. Мерзкая улыбка расползлась по лицу ублюдка. Он резко сдвинул бельё в сторону, и грубые пальцы коснулись кожи.

Лишь мгновение. Отвращение и желание уничтожить обидчика затмили разум. По венам побежала чистая ненависть. Руки задрожали. Казалось, что Кира теряет сознание, только бы не испытывать всё это. Она закрыла глаза. И в этот момент, будто сосуд под давлением, вся боль разлетелась на тысячи осколков внутри неё.

— НЕЕЕТ!

Крик вырвался из неё сам — низкий, яростный, совершенно не похожий на её обычный голос. Данил отлетел назад, будто его ударило взрывной волной, и врезался спиной в перила балкона.