Заблудшая душа

В голове Киры стало совершенно тихо. Она медленно встала и двинулась в его сторону. Мир казался каким-то другим. Чётче. Медленнее. Она могла заметить даже как у мухи шевелятся крылья. А слабость… её не осталось.

— Что за…?! — его голос сорвался. — Блядь, твои глаза!!!

Он смотрел на неё, и Кира видела, как в ужас в нём борется с попыткой найти объяснение. Найти привычную формулу.

— Ты... ты обдолбалась. Ты что-то приняла. Да. Точно. Я знал, что ты ненормальная. Сразу понял.

Он говорил быстро, захлёбываясь словами. Не ей. Себе.

— Это ты. Ты сама. Я тут ни при чём.

Кира сделала шаг вперёд. Он сделал отступил в сторону двери.

— Заткнись, — ровным, звенящим льдом, голосом она отдала ему приказ.

Данил замолчал. И побежал, как только появилась секунду, когда Кира отвела от него взгляд.

Она засмеялась, наслаждаясь этим бегством. Смотрела ему вслед и ощущала, как по телу разливается энергия.

Кира слышала, как внизу закричали. Потом стало тихо. Она вернулась к краю балкона. Сила уходила из неё, как вода сквозь пальцы. Так же быстро, как до этого наполнила каждый капилляр. Девушка резко обмякла и рухнула на ограждение. Ещё немного, и она бы кувыркнулась и полетела вниз, но успела восстановить равновесие.

Она опустилась на пол и облокотилась на заборчик. Металлические прутья остужали кожу. Кира закрыла глаза и представила, как эта прохлада проникает внутрь неё.

Дверь резко открылась. Девушка лениво подняла веки. Слабость снова вернулась. К ней подлетела Лена.

За ней в дверях столпились люди — некоторые с телефоном в руке. Данил стоял в комнате чуть поодаль, бледный, взъерошенный, и показывал пальцем в сторону Киры.

— У неё глаза были полностью чёрные, я не придумал! Она притащила сюда что-то! Кто-то брал эту хрень у неё?

Лена остановилась у её ног.

Кира сидела неподвижно. Платье было помято, волосы растрёпаны. На лице — полное безразличие.

Подруга смотрела на неё долгим, тяжёлым взглядом.

— Кира… — начала она низким, напряжённым голосом.

Кира попыталась говорить, но горло пересохло.

— Ты... — Лена запнулась. Посмотрела на Данила — тот стоял у стены, бледный, и что-то говорил двум парням. Потом снова на Киру. — Что ты сделала?

— Он хотел меня изнасиловать, Лен, — вяло пробормотала она. — Я сказала «нет».

Слова прозвучали тяжело. Как приговор. Лена вздрогнула.

— Зачем ты пошла с ним наверх? — Лена замолчала. Сглотнула. — Кир, ты не понимаешь. Ты вообще не понимаешь, где ты находишься? Эти люди... Они не будут разбираться. У них своя правда. И если ты сейчас...

— Что? Скажу, что он пытался меня изнасиловать?

Лена вздрогнула. Не от слова. От того, как спокойно Кира это произнесла.

— Не говори так.

— Почему?

— Потому что... — Лена оглянулась. Понизила голос. — Потому что тогда мне придётся выбирать. А я не хочу выбирать, Кир. Я только-только... я почти своя здесь. Понимаешь? Почти.

Кира смотрела на неё, и в глазах у неё не было ни гнева, ни слёз. Только усталость.

— Ты уже выбрала.

— Я не...

— Ты выбрала, Лен. Ещё когда привела меня сюда.

Лена замолчала. Потом отчаянно взорвалась, как будто искала хоть что-то, за что можно зацепиться:

— А может, ты сама виновата? Может, ты сама дала повод? Данил нормальный парень! Любая согласится быть с ним. Ты просто... ты просто не умеешь себя вести.

Кира встала на дрожащих ногах.

— От чего же ты не с ним?

Подруга молчала. Зрачки забегали, будто в воздухе была шпаргалка с ответом.

— Не выбрал?

— Заткнись! — Лена повысила голос, но он дрогнул.

Слёзы защипали глаза. Кира не могла даже смотреть на подругу.

— Я думала, ты будешь со мной, — тихо прошептала Кира.

Она прошла мимо Лены, протиснулась сквозь толпу молчащих людей и направилась к лестнице. Никто её не остановил.

За спиной она слышала, как Лена что-то раздражённо говорит остальным. В этот момент Кира почувствовала практически физическую боль предательства. А потом всё как в тумане.

Такси, ночные улицы, подъезд, лифт — всё слилось в одно размытое пятно. Она вошла в квартиру, закрыла дверь на замок и замерла в темноте прихожей, прижавшись спиной к холодной стене.

Напротив было зеркало. Когда она в последний раз смотрела в него, то видела красивых девчонок, которые готовились весело провести время. Ещё пять часов назад они с Леной держали друг друга за руки и обсуждали, как после вечеринки вернутся сюда и закажут что-то вкусное. А теперь она была тут одна. С чёрными подтёками туши под глазами и оторванной бретелькой платья. Кира подошла ближе к зеркалу. На шее краснели следы от грубых пальцев Данила. Но страшнее всего этого были глаза.

Она вспомнила крики парня.

Зрачки у неё были огромными, как у кошки на охоте. Радужка едва заметна. Почти ничего не осталось от её небесно-голубых глаз. Теперь понятно, почему он решил, что она под чем-то.

Кира медленно подняла руку и коснулась своего отражения. Пальцы дрожали.

— Кто ты… — прошептала она, глядя себе в глаза.

Она ждала, что сейчас нахлынет стыд. Страх. Чувство вины. Но ничего подобного не произошло. Только пустота и странное, холодное спокойствие. Словно та часть неё, которая могла бояться, плакать, и старалась быть хорошей — внезапно замолчала. Она вспомнила ужас на лице Данила. Его крик. Его паническое отступление. Вспомнила слова Лены — каждое, как пощёчина.

«Ты сама дала повод». «Просто не умеешь себя вести».

Кира смотрела на своё отражение и не отводила взгляд. Слёзы медленно покатились по щекам, но она не всхлипывала. Просто стояла и смотрела.

— Я не хотела… — тихо сказала она своему отражению. — Я правда не хотела, чтобы так было.

Но отражение молчало. Кира прошла в спальню, и, не раздеваясь, легла на кровать поверх покрывала. Девушка свернулась калачиком, обхватив себя руками.

Она пыталась вспомнить, как оттолкнула ублюдка. Но не получалось. Удовлетворение от того, что она защитила себя, ушло ещё на балконе, когда она оказалась на полу. Теперь было самой страшно от мысли, кто она.

Кира прокручивала этот вечер снова и снова, как пластинку, пока не уснула.

Сон был ленивым. Медленным.

Пока в темноте не раздался низкий, почти рычащий голос:

— Я нашёл тебя…