(Queen – Save me)
Мама часто пела мне эту песню вместо колыбельной, ведь "Queen" – её любимая группа. Это единственное, что я помню о ней. Даже их лица с отцом в воспоминаниях не такие чёткие и скоро, скорее всего, я не вспомню даже это. Я не хотела думать о них, чтобы не причинять себе боль, но фрагменты из прошлой жизни, продолжали плясать перед глазами. Посмотрев на ночное небо, поняла, что плачу. Смахнув слезы, приказала себе не раскисать. Не то время и, не то место. Не та жизнь…
Завтрак, обед и ужин я провела в комнате. Не хотелось слышать мерзкие голоса наложниц, ибо после вчерашнего вина, голова болела неимоверно. Не привыкла я к алкоголю, ведь в монастыре это было под запретом. Весь день валялась в кровати, в ванной и даже на каменном полу балкона. Многие сочли бы это занятие скучном, но только не я. Впервые за долгое время я чувствовала себя свободной. Вот только моей свободе не суждено было длиться вечно. Когда в покои вошла экономка и близняшки, я поняла, что меня снова собираются использовать. Мириться с этим я была не готова. К тому же ещё вчера я дала понять, что отныне не стану подчиняться. Неужели Клайз настолько глуп, что не понял этого? Или всё ещё верит, что сможет заставить? Плевать мне на то, что он там думает! Повинуясь минутному порыву, проскочила мимо удивлённых женщин и решительно направилась на поиски графа. Куда шла, я и сама не знала, но была уверена, что отыщу этого ублюдка даже по запаху. Много времени это не заняло. За очередным поворотом, обнаружилась весьма внушительная дверь из красного дерева и интуиция подсказывала, что это как раз его кабинет. С силой толкнув дверь, так, что та ударилась о стену, вошла в комнату и уставилась на мужчину, присевшего на край стола, привычно скрестив руки. Медленно повернув голову в мою сторону, он собирался что-то сказать, но я лишила его этой возможности.
– Я не стану больше этого делать! – взорвалась я. Клайз молчал, прищурив свои карие глаза и кажется, пытался успокоится. Вот только я была не спокойна, а значит, никто в этом доме спокоен не будет. – Зачем ты вообще это делаешь?! – боли не было, но сил стало гораздо меньше, и меня по качнуло. Такое чувство, что всего за секунду из меня выкачали всю жизненную энергию. Кожу на запястьях и щиколотках снова начало жечь. Не нужно быть магом, чтобы понять, что это действие браслетов. – Да убей же ты меня наконец! – сорвался мой крик. И тут я встретилась с полом. Сил не осталось даже на то, чтобы подняться. О каком сопротивлении может идти речь? Оторвавшись от стола, граф приблизился и придержал за плечи, чтобы я не распласталась по полу. Разом обмякнув в его руках, продолжала смотреть в каменное лицо.
– Для начала успокойся, – с рычащими нотками произнёс тот. Успокойся – да я вне себя от ярости! Но сил на эту самую ярость, к сожалению, не было. Приходилось тяжело дышать, потому как воздуха катастрофически не хватало. – Сегодня тебе не придётся ничего делать. Мы просто прогуляемся.
– Что? – я ослышалась? Прогуляемся? Моя интуиция подсказывает, что с этим мужчиной не может быть всё так просто. Очевидно же, что он что-то задумал. – Почему ты не возьмёшь одну из своих наложниц? – задала наводящий вопрос. Граф не спешил отвечать, вместо этого опустился на колени и положил на них мою голову. Всё не так! Всё слишком неправильно, но сил чтобы отползти не было.
– Моргана и Сельвия не нравятся моему другу, – наконец ответил тот. – А Фаниса навечно заперта в графстве Клайдшир. Это был её выбор. – ну вот ни разу не убедительно. – Почему бы не пройтись? Всё же это лучше, чем сидеть в четырёх стенах. Голос мужчины звучал, словно тягучая карамель. Глубокий, проникающий в самые потаённые части моего тела. Хрипотца отчётливо была слышна, когда он не рычал, а вот так спокойно, даже слегка лениво, говорил. Почему мне так легко? Я должна кричать, сметать всё на своём пути, но никак не млеть от чарующих звуков его голоса. – Ты согласна?
– Да, – прошептали мои губы. Да что со мной происходит?
– Тиама, – позвал граф. Так звали экономку, которая всё это время ожидала приказа господина за дверью. Войдя в кабинет, она пригласила близняшек, которые тут же подскочили ко мне и, подхватив под руки, поволокли меня в покои. Но перед этим я услышала, как Клайз приказал подать мне восстанавливающий отвар.
Спустя какое-то время я уже сидела в экипаже, который направлялся в сторону центральной площади. На этот раз платье подобрали попроще, без подъюбника и дорогих украшений. Тёмно-синее, выходное платье с простым кроем и длиной по щиколотки. Длинные рукава и белые атласные ленты на воротнике и плечах. Выглядела я в нём как-то слишком мило, что ли. И это было непривычно. Волосы впервые оставили распущенными, слегка завив снизу. Маленькие серёжки-гвоздики в ушах и такого же стиля кулон. Отвар подействовал и восполнил утраченный резерв. В смысле, я могла самостоятельно ходить и говорить, но с головой всё осталось как прежде. Мысли беспорядочно метались в голове, не давая возможности зацепиться хоть за одну из них. Также я ощущала себя после вчерашнего вина. Мужчина внимательно следил за мной, прищурив глаза, а я, кажется, вообще не обращала на это внимание. Будто его и вовсе не было рядом. Странно всё это. Нутром ощущаю подвох, но разбираться в этом не хочется.
Столица империи прекрасна. Аршот восхищал своим великолепием и неповторимостью, и это скорее на уровне чувств. Архитектура в основном такая же, как и в соседних государствах. Брусчатые улицы, множество фонтанов и скверов. Обилие разноцветья и всевозможных магазинов, кафешек и салонов красоты. В общем, как и везде. Но столь трепетное чувство появляется лишь здесь. Сладкий запах, доносившийся из кондитерских, проникал под кожу и пьянил. Стрёкот насекомых, миллиарды мыльных пузырей, медленно кружащих над головой и детский задористый смех. Не замечая этого, ты будто сам становишься ребёнком. Забываешь о всех проблемах и тяготах жизни и просто наслаждаешься этим моментом. Хоть и наступил вечер и многие магазины закрыты, да и не слышен смех детей, но Аршот не потерял своего волшебства. Всё вокруг будто бы покрыто золотом уходящего за горизонт солнца.
Выйдя из экипажа, направились в сторону главного фонтана, который выглядел так, будто огромный грифон взмывает в небо, оттолкнувшись мощными лапами от водной глади и с его крыльев срываются крупные капли. Красотища! А рядом с ним стоял высокий мужчина в простом, но очень дорогом костюме. Вьющиеся каштановые волосы лениво трепал ветер, разметав по спине. Сложенные за спину руки косвенно давали понять, что мужчина серьёзен и строг. Лица пока не видно, так как в данный момент вижу эти самые руки. А рядом, раскачиваясь на носках, стоит девочка лет десяти. Золотистые волосы собраны в два высоких шара, закреплённых розовыми лентами. Розовое платье с рюшами и бантами. Белые чулки и туфельки. Мини, ты ли это? Стоило подойти ближе, и я чуть было не подавилась воздухом. Как в замедленной съёмке, мужчина повернул голову в нашу сторону, мазнул взглядом по графу, задержавшись на мне. Синие, словно сапфиры, глаза, прожигали насквозь, будто бы видели всё, что сокрыто во мне. Император! Что, чёрт возьми, происходит?
– Вы опоздали, – переведя взгляд на Клайза, произнёс тот. Голос, подобно льду, холодил в венах кровь. Мы никогда не сталкивались прежде и лучше бы не встречались вообще.
– Ваше Императорское Величество, – присев в реверансе, произнесла глядя в пол, ожидая разрешения подняться. – Это моя вина. Прошу нас извинить.
– Идёмте, – приказал правитель. Клайз поравнялся с ним, отойдя вперёд на несколько метров, мне же пришлось топать рядом с улыбающейся девочкой. Мужчины о чём-то разговаривали, и я прожигала их спины, пытаясь уловить обрывки фраз. Как бы не так! Осознав, что из этого ничего не выйдет, решила получше рассмотреть розовое чудо. Такие же синие, как у отца, глаза, светлая кожа с веснушками на щеках и курносом носу. Ну, в самом деле, мышонок. Отметила очевидное сходство с Мини Мауз из прошлой жизни и решила, что буду называть её именно так. Девочка была послушна, покорно следовала за отцом, не задавая вопросов и не устраивая сцен. Лично для меня это было удивительным, потому как её положение позволяло вести себя так, как заблагорассудится. Взять, к примеру, детей высших чинов – там же одно высокомерие и презрение по отношению к другим. Но принцесса была иной. Должно быть, императорская семья строго следит за её воспитанием.
Минуя очередной квартал, мы оказались на торговой улице, где располагался магазин, в котором продавали экзотических животных. Не трудно догадаться, по чьей прихоти мы здесь оказались. Принцесса уже вовсю улыбалась и сжимала платье в нетерпении. Открыв дверь, вошли в помещение с тусклым светом, где за стойкой стоял мужичок, преклонного возраста. Жидкие волосы были собраны в хвост и закреплены кожаным шнурком. Белая рубашка, серый жилет из грубой ткани и классические брюки того же цвета. Карманные часы на цепочке. Оторвавшись от бумаг, мужчина наконец обратил на нас внимание и расплывшись в улыбке, поспешил на встречу.
– Добро пожаловать в магазин "Фенника Брауса", тьеры и, конечно же, сьеры, – нараспев начал тот. Без расшаркиваний и поклонов. Неужели он не узнал своего же императора? Или это действие "отвода глаз"? Почему же тогда я его узнала? Так, ладно, не моё это дело.
– Чем я могу вам помочь?
– Нас интересует сейсерская гончая, – строго и по делу ответил правитель. – Имеются такие?
– Отличный выбор, – воодушевлённо протянул торговец. – Вот только стоят они ощутимо дороже каршских. Это искусственно созданный вид гораздо выносливее, с улучшенной регенерацией, легко поддаётся дрессировке, а также отличается исключительной верностью. Исходя из этого, и цена столь высокая.
– Об этом не беспокойтесь, – достав из наружного кармана мешочек с золотом, произнёс император. Подкинув пару раз вверх, он бросил его в руки торговца и снова сложил руки за спиной. – Пересчитывать не будете?
– Ну, что вы, – тут же спрятав мешочек, ответил тот. – Уверен, вы благородный и порядочный человек. Прошу.
Открыв перед нами занавес из плотной ткани, пропуская вовнутрь, мужчина согнулся в приглашающем жесте. Огромная комната со множеством клеток, в которых имелись всевозможные существа. Многие из них были настолько омерзительными, что от одного взгляда на них, начинало тошнить. Рядом с ними мы не задержались, прошли в самую глубь помещения и остановились у самой большой клетки. В ней было более двадцати сейсерских гончих разнообразного окраса. Они из семейства псовых внешне похожи на волка, с витиеватыми рогами и огромными кожистыми крыльями на спине. Имеют костяные наросты на лапах и хребте. В общем, потрясающее существо. Вот только малышка, по всей видимости, уже забыла зачем пришла, с восхищением глядя на кваусу. Она похожа на обычную жабу. Жирную, огромную, болотную жабу. Многие, по незнанию, могут подумать, что столь несуразное существо не представляет опасности, но это не так. Кваусу является хищником – одним из смертельно опасных. И в эту самую секунду малышка открывала эту самую клетку. Мужчины были заняты и на видели того, что творилось за их спинами, поэтому я ринулась навстречу своей судьбе.
Оттолкнув Мини, почти успела закрыть клетку, дверь которой являлась барьером, но эта тварь успела брызнуть ядом прямо мне в лицо. Даже выставленные вперёд ладони не спасли от того, что произошло дальше. Все участки тела, куда попал яд, будто обдало кипятком. Кожа покрылась волдырями и язвами, яд начал проникать в кровь. Но этого я уже не видела: он попал и в глаза. Жжение было невыносимым. Казалось, мне прижгли глаза раскалённым железом. Я закричала. Терпеть подобное было выше моих сил. Удержаться на ногах было трудно, и, кажется, я начала падать, но кто-то меня подхватил. Но и это я плохо помню. Всё, что я чувствовала в тот момент, это боль. Слышала голоса, крики и не понимала, кому именно они принадлежат. Я, конечно, прошла через многое, вот только продержаться в сознании дольше я не смогла…
***
– Она может лишиться зрения навсегда, – сквозь сон услышала знакомый голос. – Ты должен снять браслеты, они мешают её восстановлению. – целитель был настроен серьёзно и, кажется, даже зол.
– Она может сбежать или, в очередной раз, попытается убить себя, – прорычал граф.
– В таком состоянии далеко не убежит, а на счёт другого – предоставь это мне, – прозвучал ледяной голос. Не успела что-либо осмыслить, как снова провалилась в пустоту.
***
Пробуждение было болезненным, но не настолько, чтобы не позволить мне встать с кровати. Открыла глаза и, ничего. Темнота. Провела ладонями по лицу в поисках повязки и не обнаружила её. Что происходит? Попыталась встать – получилось, но не с первого раза. Поднялась с кровати, предусмотрительно держась за неё, чтобы не упасть. Сделала шаг, потом ещё один. Вроде пока получается. Ещё пара шагов, но уже увереннее. Цепляюсь за ковёр и лечу на пол, в сопровождении звуков разбивающегося стекла. Кажется, я зацепила не только ковёр. Знать бы, где нахожусь, чтобы хоть как-то ориентироваться в полной темноте. Поднимаюсь, делаю шаг, держа руки перед собой на случай очередного столкновения с препятствиями. Осколки больно врезаются в кожу, но я продолжаю идти. Куда я вообще иду? Да чёрт его знает! Вот только топтаться на одном месте, тоже не имеет смысла. Правой рукой всё – таки натыкаюсь на препятствие. Такое кожаное, тёплое, рельефное. Непроизвольно рука опускается ниже, скользя по всем выпуклостям тела напротив. Нервно глотаю слюну. Понимаю, что это определённо мужчина, но кто именно? Страха нет. Даже нет привычного мне отвращения. Зато присутствует волнение. Всё- таки это правда, что если отсутствует одно из пяти чувств, остальные четыре усиливаются и работают иначе. Вот и сейчас, я ничего не вижу, но отчётливо слышу биение сердца, тяжёлое дыхание напротив и ощущаю, кончиками пальцев жар и гладкость кожи. Моё собственное сердце готово выскочить из груди и понестись галопом. Что со мной? Рука продолжает исследование и спускается ещё ниже, чувствуя жёсткие волоски и влажную, махровую ткань. Эту самую руку резко перехватывают, рывок- и меня подхватывают сильные руки. Всего на пару секунд я отрываясь от пола, а потом оказываюсь лежащий на постели, прижатая мужским телом. Запах. Боги, он щекотал ноздри, играя с моим воображением. Пахнет, будто еловые ветки в сильный мороз. Озоном, как после грозы. Морем, во время шторма и цитрус – это грейпфрут? Так может пахнуть только сила, непокорность и…
– Зачем ты встала? – хрипло спросил Клайз. Так это всё- таки он? Но почему я не испытываю отвращения?
– Мне нужен воздух, – ответила тяжело дыша. Нужно срочно проветриться, чтобы освободиться из-под чар его запаха. Почему я раньше его не ощущала? Мужчина ничего не ответил. Какое-то время продолжал нависать надо мной, а потом поднялся. Подхватив на руки, вынес на балкон, кажется, и поставил на ноги. Поток свежего воздуха ударил в лицо, остужая разгорячённую кожу. Втянула его в себя настолько, насколько позволял объём лёгких, прогоняя наваждение. Сердце постепенно успокоилось, и я, наконец, пришла в себя. Нужно было подумать о другом.
– Что произошло?
– Яд кваусу попал в глаза и большую часть тела, – тихо начал тот. – Дориан смог быстро всё исцелить, но с глазами оказалось всё сложнее. Понадобится какое-то время. – И тут я вспомнила сон, что мне снился. Разговор мужчин. И был ли это сон?
– Я могу навсегда остаться слепой? – спросила, в тайне боясь услышать ответ. Это же… я не смогу так жить.
– Да, – одно слово, но для меня это как приговор. Остаться без зрения в мире, где творится Хаос, – это катастрофа. Смерть по сравнению с этим- детские шалости. Мне нельзя ослепнуть, ведь только так я всё ещё могу сопротивляться.
– Как девочка? – спросила только для того, чтобы отвлечься от тяжёлых мыслей.
– Она в порядке, – коротко ответил тот. Ни тебе спасибо, ни тебе пожалуйста! Как и всегда.
– Где мы?
– В моём поместье. Конкретнее, на балконе в твоих покоях.
– Зачем снял браслеты? – не ощущая тяжести металла, спросила я.
–Это вынужденная мера. Слепой ты мне не нужна, – равнодушно отозвался тот. – Как только зрение восстановится, я снова надену их на тебя.
– А если сбегу?
– Беги, – усмехнулся мужчина. – Я отличный охотник. Так даже будет веселее. В крайнем случае, снова применю ментальное воздействие.
– Ты омерзителен, – скривилась я, понимая, как ему всё это время удавалось меня сдерживать. Маг! Какие ещё фокусы он припас для меня? Ненавижу! Но, скорее всего, я убеждала себя в этом. Потому как, вопреки всему, испытывала удовольствие от этого простого разговора.
Граф Теридан орд Клайз
– Что это за девчонка? – спросил император, стоило мужчине поравняться с ним.
– Подруга, – сухо ответил тот первое, что пришло ему в голову. Граф чувствовал прожигающий взгляд на спине и знал, кому он принадлежал. Глупая мышка пытается подслушать. Ничего не выйдет. Правитель сразу же набросил полог, стоило отойти на шаг.
– Ну да, и именно поэтому на ней подчиняющие браслеты, – ехидно заметил Миллиорн. За что ему нравился император, так это за то, что никогда не лез не в своё дело. Конечно, если это не касалось империи. – Решил подстраховаться?
– Да, – честно признался граф. Были подозрения, что кто-то мог организовать нападение. Вот только Миллиорн наотрез отказывался взять с собой охрану, поэтому пришлось брать кого-то из своих. Дагер не подходил эту на роль, а что до наложниц – от них никакого толку. Только и могут, что без умолку трещать о новых нарядах и украшениях. А вот Лиара подходила идеально. Теридан понимал, что та снова начнёт сопротивляться, поэтому прибег к единственному правильному решению. Он умел убеждать и плевать какой ценой. Взлохмаченная, строптивая и полная решимости девушка казалась ему забавной. Особенно, когда молила о смерти. Таких игрушек в его руках ещё не было. От того она становилась ещё дороже. Лежит на коленях, опъянённая его силой, но продолжает сопротивляться. Тогда, несколько дней назад, когда Дориан восстанавливал её резерв после сцены в холле, он сообщил мужчине о наличии шрамов на её теле. Теридан разозлился, потому как экономка, видевшая девушку нагишом множество раз, ничего ему не сказала. Стоило целителю покинуть комнату, как мужчине захотелось увидеть их лично. Стянув покрывало, он уставился на глубокий, рваный шрам, который тянутся от лобка до вершины левой груди. Такие же глубокие шрамы были на рёбрах справа. Девчонка отвернулась, хорошо, не увидит его перекошенное от ужаса лицо. Он не понимал, как жрицы допустили подобное. Видно, что Лиару наказывали, и часто, но они должны были убрать отметины, ведь она приносила им деньги. Да и каким бы жестоким ни был мужчина, он не мог спокойно смотреть на подобные увечья. Это слишком, даже для такой как она. Как вообще вынесла всё это?